Что-то величаво-духовное, что-то несущееся над миром и настолько близко к небу, что уже на земле кажется неземным, исключительно небесным, слышится в великом имени Антония, которое называет собой все, что есть тайного, высокого, святого в монашеских подвигах.
Родоначальник, отец монашества, прп. Антоний Великий родился в 252 году в Египте, в благочестивой знатной семье, где и был воспитан в правилах святой веры. Восемнадцати лет он остался круглым сиротой и наследником значительного состояния, причем на руках его была и юная его сестра. Но недолго оставался он в миру; около 20 лет от роду он раздал большую часть своего имения бедным и удалился в пустыню. По преданию, на его решительность сильно подействовали слышанные им как-то в церкви слова Евангелия: «Иди, продай имение твое и отдай нищим, и будешь иметь сокровище в небесех».
Свою сестру Антоний устроил в девичий монастырь.
Антоний решил доверить себя одному праведному старцу, наблюдая и за другими отшельниками и присматриваясь к тем добродетелям, в которых они особенно отличались, чтобы приобрести их самому. Время его в келье было распределено между молитвой, чтением Св. Писания и рукоделием. Вырученные деньги он раздавал бедным, оставляя для себя лишь крайне необходимые гроши. В праведной жизни в своей Антоний терпел сильное искушение от демона, который будил в нем воспоминание о прежней знатности и о том счастии, которое было для него так доступно, влагал в него сомнение в его силах и в возможности прожить так долго в подвигах и без общения с людьми. Он старался разжечь в нем нечистые чувства, искушал его тщеславием, но все напрасно. В ответ на искушения Антоний усилил свои подвиги. Он ел однажды в день, после захода солнца, а иногда не принимал пищу по два, по три дня. Кусок хлеба, соль и вода составляли его единственную трапезу. Часто он проводил ночи без сна, всячески закалял свою волю всякими лишениями. Для большего уединения он скрылся в одной могиле (имевшей, как обычно это было в Египте, вид домика) в которую один верный друг приносил ему пищу. Тут демон еще усилил свою ярость, подвергал его побоям, нападал на его жилище, являясь в образе львов, медведей, тигров и змей. Однажды среди этих искушений Антоний призвал на помощь Христа. Тогда в раскрывшуюся крышу здания полился небесный свет, разгоняя духов тьмы. С доверием и любовью ребенка Антоний высказал Христу свою жалобу:
– Где был Ты, сладчайший Иисусе? Где был Ты? Зачем не пришел раньше, чтобы исцелить мои раны?
Голос божественный сказал ему:
– Антоний, Я был около тебя и хотел созерцать битву, так как ты мужественно сражался. Но Я всегда буду помогать тебе, прославляя имя твое по всему миpy.
Тогда Антоний ясно почувствовал обновление своих сил. Ему было в это время около 35 лет. После этого Антоний один удалился вглубь пустыни.
Пока он туда шел, демон, искушая его, показал ему на дороге серебряный бассейн необыкновенных размеров. Антоний понял, что это вражеское искушение, и произнес твердым голосом:
– Это новая твоя уловка! Но ты не помешаешь моему путешествию. Да погибнет твое серебро!
Тогда бассейн исчез.
Антоний нашел на своем пути большое количество золота и впоследствии рассказывал об этом своим ученикам, уверяя, что то не было призрачное золото. Однако он не только не остановился перед ним, но ускорил свои шаги. Место, в которое он уединился, имело вид старинного замка, где ютились змеи. Гады уползли, оставляя ему свободу. Демон повсюду его гнал, но он был непобедим и поборол в этом месте силы ада.
Наконец, он должен был выйти из своего затвора, уступая просьбам многочисленных лиц, которые приходили или для того, чтобы спасаться под его руководством, или с просьбами о помощи в разных обстоятельствах жизни. Приходя к этому заживо умершему человеку, все удивлялись его светлому виду. Он был приветливого, любовного, кроткого и тихого нрава и на ясном лице отражал ясность своей души. Всегда он был ровен.
Началась пора жизни св. Антония, когда он лишил города их жителей и населил пустыни ополчением святых. Его чудеса и добродетели, которые он являл в себе столь высоким примером, его живая проповедь, отраженная его необычайной жизнью, так влияли на души людей, что, по словам св. Иоанна Златоуста, пустыня Египта вкусила тогда, как на земле, следствия того благословения, которое пролил на эту страну Христос, когда посетил ее младенцем.
Антоний был один из учителей, пристально следивших за развитием учеников. Он наблюдал за теми, кто жил в далеких местах пустыни, и не пугался далекого, опасного пути. Он учил не ослабевать в своем намерении и не ослаблять своих подвигов, потому что, какое бы кто долгое ни предавался им время, это в сравнении с вечностью ничто. Учил не жалеть и не думать о том, что он оставит в миру, ибо даже обладание всей землей ничто перед обширностью неба. Учил проводить всякий день так, как будто это был последний день нашей жизни, так как предчувствие близости смерти и суда Божиего удаляет силу страстей и удерживает от новых грехов. Учил не думать, что добродетель дается легко, и быть всегда готовым к борьбе. Временами старец удалялся из среды своих учеников, чтобы побыть наедине с собой, и, подкрепив себя отшельнической молитвой, становился еще сильнее духом.
Ангел научил Антония, что часть своего времени он должен проводить в работе, часть в молитве. Обыкновенным занятием его стало плетение циновок, которое, занимая руки, не рассеивает ума и дает возможность отдать и это время постоянной молитве. Иногда он молился целыми ночами и, отдохнув несколько часов, вставал в полуночи и молился с воздетыми руками до восхода солнца, даже до трех часов вечера. Молитва наполняла сердце его такой сладостью, что при наступлении дня он иногда восклицал:
– Солнце, солнце, зачем встаешь ты развлекать меня своими лучами, словно ты выплываешь только для того, чтобы скрыть от меня блеск истинного света.
На пищу св. Антоний смотрел как на грустную необходимость, которую приходилось исполнять с сожалением. Он совестился, что не может совсем убить в себе эту потребность. Иногда, готовый сесть за стол с братией, он уходил от них для того, чтобы вовсе не есть или принять пищу одному, смущаясь делать это перед другими. Строгий к себе, он был снисходителен к другим и учил с особой осторожностью, особенно молодых людей, принимать на себя телесные подвиги. В своей отреченной жизни он достиг высочайшего духовного состояния и имел право привести о себе то единственное слово, которое ему приписывают:
– Я больше не боюсь Бora, но я Его люблю.
Он стяжал величайшие дары благодати и скрывал их. Когда однажды один военачальник пришел к нему и просил исцелить его заболевшую дочь, Антоний сказал:
– Ты ведь можешь молиться сам. Молись, и твоя дочь исцелится.
Пpиexaв домой, военачальник нашел свою дочь здоровой.
Бог Сам указал Антонию место, на котором он должен был остаться до конца своих дней. Это было на каменистой горе, которая получила имя «горы св. Антония». У подошвы ее текли воды в виде ручейка, осененного пальмами. Здесь он сделал себе узкую келью, протяжением не более роста лежащего человека. На вершине горы была еще одна труднодоступная келья, и туда он скрывался, когда хотел совершенно удалиться от народа. Духовные дети открыли его убежище и стали носить ему хлеб, но он, не желая питаться даром, велел принести себе кирку, лопату и немного зерна и засеял небольшой клочок земли. Собираемой жатвы хватало на его прокормление. Он с радостью кормился этим урожаем. Он также посадил себе виноградник, деревца для тени и с большими усилиями выкопал водоем, чтобы орошать саженцы. Однажды дикие ослы сделали опустошение в саду, засаженном молодыми деревцами и засеянном уже созревшим зерном. Тогда преподобный, встретив их, сказал, подгоняя последнего осла и легко ударяя его посохом: «Зачем едите вы то, что не сеяли?» С тех пор животные не смели ему вредить. По горячим мольбам своих иноков он сходил иногда с горы, чтобы посетить учеников.
Ревность к вере была у Антония столь сильна, что он не мог равнодушно относиться к еретикам, никогда не хотел иметь общения и не разговаривал с ними. В некоторых беседах с еретиками, которые ему все-таки пришлось иметь, он обнаружил кроме крепости своей веры удивительную тонкость и остроту ума.
У двора императорского было чтимо его имя. Константин Великий с двумя своими сыновьями написал ему послание. В ответе своем, от которого Антоний хотел уклониться и написал лишь по уговорам учеников, он выражал радость, что император с детьми поклоняются Иисусу Христу, и увещевал не придавать царскому сану такого значения, что из-за него можно забыть о своем человеческом происхождении, советовал всегда быть кротким и справедливым, соблюдать правосудие, помогать бедным и помнить, что Христос – единственный истинный Царь.
Уважаемый всем тогдашним христианским миром, Антоний был глубоко смиренный человек и перед епископами и священниками он склонял голову, испрашивая у них благословения. Ответив на просьбы посетителей, он просил их наставлять его в духовных предметах, утверждая, что такие наставления ему весьма полезны. Его светлость выражалась каким-то особенным сиянием его лица.
К нему ходили вместе три инока, из которых один никогда ничего его не спрашивал. Преподобный спросил у него причину его молчания. «С меня, отец, довольно видеть тебя», – ответил инок.
Его глубокая человечность видна в следующем случае: один инок был изгнан из монастыря за проступок. Его не хотели принять обратно. Тогда Антоний написал этим инокам: «Корабль, потерпев крушение, потерял свой груз и пристал к берегу после долгих усилий. Хотя вы видите его в этом бедственном положении, вы хотите его погубить». До конца дней своих Антоний был искренним иноком, хотя и нарушал свое уединение, но только для того, что приходил в монастыри. Его душа всегда рвалась к святому одиночеству, и он говорил: «Как рыба гибнет, когда находится слишком долго вне воды, так отшельник чувствует, как гибнет его благодать в беседе с мирянами. Надо рыбе скорее нырнуть в воду».
Антонию шел 105-ый год, когда он почувствовал близость смерти, он завещал ученикам своим хранить его заветы и жить так, как будто всякий день был последним днем жизни, завещал похоронить его в земле, и так, чтобы никто, кроме двух ближайших учеников, не знал о месте его погребения. Он скончался в присутствии лишь этих двух учеников, весь сияя какой-то чудесной радостью, точно видел идущего к себе Христа. Это было 17 января 356 года. В этот день египтяне, греки и латины чтут его память.
Два верных ученика погребли его тело, заботливо скрыв могилу, которая осталась безвестной.
Все христианство с древних лет воздавало Антонию высочайшую хвалу. Святитель Афанасий говорил при всех своих великих делах, что он совершил славный подвиг, описав жизнь Антония, и признается, что все им рассказанное ничтожно по сравнению с тем, что можно сказать. Действительно, прп. Антоний является идеалом монашеского подвига, христианского учительства и христианской любви.
О проекте
О подписке