Как ты там говорил, Карась? – Глеб наклонился к ребятам. – Мы будем пищать от удовольствия при виде этих пирожков? Начинайте пищать. Уже пора.
Мой отец, – вновь заговорил Глеб, хотя его уже ни о чем не спрашивали, – два месяца ходил весь черный, ничего вокруг не замечал.
– Ну и флаг вам в руки. – Глеб принял независимую позу, скрестив руки на груди и прислонившись к дверному косяку.
Они хохотали так легко и весело, как только могут хохотать друзья, которым очень хорошо вместе, которые только что получили дневники с годовыми оценками и у которых впереди долгожданное лето и долгая-долгая беззаботная жизнь.