Мы пробирались через заросли кустов, источающих сладкий запах ягод, напоминающих малину. В животе урчало, голова гудела, словно находилась между молотом и наковальней. Я с трудом передвигалась в промокших джинсах, неприятно стягивающих ноги. По спине стекали капельки пота и вызывали мурашки на коже.
Я оглядывалась по сторонам и видела лето: распустившие яркие бутоны цветы, напитанные солнечными лучами ягоды и шелестящие сочной зеленью деревья. Всё это являлось ещё одним доказательством того, что я в другом мире. Но как? Почему? И самое главное – где именно? Ученые моего мира всё время выдают новые гипотезы о существование других планет, параллельных вселенных. Возможно, я попала в одну из них, где время течет и развивается иначе. Будет время, расспрошу Дориана подробнее. А ещё мне надо придумать как сказать ему о том, что я не та избранная, которую они ждали. И самое главное – я должна вернуться домой. А для этого пока придётся помолчать о том, кто я. Вдруг путь домой у них лежит через убийство одной обманщицы. Но я же не виновата!
– Виновата в чём? – обернулся Дориан.
Оказалось, что последнюю мысль я произнесла в слух. Упс…
– Эм, – округлила я глаза, – виновата в том, что… что тебя ранили! – выдохнула я.
Он улыбнулся так мило, словно видел перед собой маленькую девочку, случайно что-то разбившую. В душе неприятно царапнуло. Не удержалась и скрестила руки на груди.
– Тебя можно понять, – чересчур ласково произнес он, – ты растерялась, учителя рядом не было. А куда он пропал? Почему не явился с тобой?
Задавая вопросы, на которые я не могла дать ответ, рыцарь опустился на поваленное бревно и потёр плечо. Его лицо показалось мне бледным. В глазах полопались капилляры. Чтобы он там с собой ни сотворил, идти ему всё равно тяжело. Взъерошенные мокрые от пота волосы причудливо торчали в разные стороны, открывая ровный лоб, чуть изогнутые брови.
Догадавшись, что слишком неприлично рассматриваю своего спутника, я опустилась рядом, облегченно выдохнув и вытянув ноги. Поймав на себе любопытный взгляд, поняла, что и молчу я дольше приличного.
– Нас с магистром разъединили во время перехода сюда, – сказала я и тут же пожалела. Ну зачем я вру? Может лучше рассказать правду?
«Ага, и бросит он тебя тут как ненужный балласт», – проворчал инстинкт самосохранения и задушил голос совести.
Дориан медленно выдохнул, поморщившись, отдёрнул руку от плеча.
– Значит, нас предали, – разочаровано сообщил он. – Я подозревал, что может так произойти. Ваше перемещение в окаменевший мир держалось в тайне. Лишь немногие были посвящены в неё, – он запустил пальцы в волосы, разглаживая их. – Это кто-то из своих.
Я устало растёрла лицо руками, оглядываясь. Где-то неподалеку щебетали птицы, лёгкий ветерок шелестел кроной деревьев. Лето я любила больше всего. В эту пору всегда происходило что-то хорошее.
– Нам необходимо продолжить путь, – Дориан поднялся. – Алтарники могут догнать нас в любой момент. Возможно, они уже близко.
– Нет, за нами никто не гонится, – неожиданно выдала я, и сама удивилась сказанному. Откуда я могу это знать?
Поймала не менее удивленный взгляд рыцаря и пожала плечами.
– Твоя сила развивается необычно, – проговорил он.
– Это плохо? – насторожилась я.
Он улыбнулся, мотнув головой.
– Нет, просто необычно. Я немного знаю о магии света, у нас уже давно не рождались волшебники с таким даром. Но если ты говоришь, что погони нет, значит так и есть. Но нам всё равно нужно продолжить путь.
И вновь двинулись вперёд, только теперь шли по лесной тропинке. Рыцарь вертел головой, словно старался высмотреть кого-то. Я чувствовала, как от долгой ходьбы гудели ноги. Старалась не отставать от спутника, но от усталости шаг замедлялся сам собой. Солнце стало припекать сильнее, я стянула куртку и перекинула её через плечо. Футболка, бывшая утром белой, сейчас напоминала шедевр разгневанного художника: мутные разводы, следы от зеленой травы и засохшая грязь. Такое уже не отстираешь.
Запустила руку в карман и обнаружила там пустоту. Проверила другие и ничего не нашла. Чёрт! Я потеряла телефон и сумку. Хотя здесь мне вряд ли пригодился бы смартфон. Но рано или поздно в парке найдут мои вещи и станут искать меня. Родители расстроятся, а когда я не вернусь домой, заявят в полицию.
От всех этих мыслей на душе стало грустно и тяжело. Представила, как будет плакать мама, и у самой слёзы на глаза навернулись. Быстро моргнула, прогоняя их. Но для себя точно решила – во чтобы то не стало я вернусь домой!
– Так куда мы идем? – спросила я, желая отвлечься.
– Нам нужно попасть в Дартамир, – отозвался Дориан. – Из Пермира есть прямой переход. И если нам очень повезёт, то уже вечером мы представим тебя магическому совету и объявим на всё Пятимирье, что маг света вернулся! И даст отпор захватчикам и освободит магов!
Я приоткрыла рот, чувствуя, как ползут вверх брови. Я, а точнее избранная, должна дать отпор и освободить… нет, это в мои планы не входит. И в планы тех, к кому мы направляемся, думаю, тоже. Я остановилась, чувствуя, как тяжесть в груди становится сильнее. Она словно выпихивала воздух из груди. Согнулась пополам, стараясь сделать хоть малейший вздох. Перед глазами заплясали цветные пятна.
– Что с тобой? – словно издалека послышался встревоженный голос Дориана. Почувствовала, как он трясет меня за плечи.
Неожиданно в голову вихрем ворвались голоса, их было много, они гудели, как пчелы в улье. Я заткнула уши, но это не помогло. Раздалось лошадиное ржание и топот копыт. Я с трудом обернулась, но на тропинке кроме нас никого не было.
– Что? Что такое? – рыцарь стал трясти меня сильнее.
– Лошади, – прохрипела я. – И голоса, их много.
Дориан перехватил меня под локоть и бросился к ближайшим кустам. Я через боль старалась поспеть за ним. Вдруг раздался хруст, я почувствовала, как ноги заплетаются, и меня понесло вперёд. А следом за мной и Дориана, не отпускающего мою ладонь до последнего. Мы повалились на землю и кубарем покатились вниз. Лицо царапало, в рот попадали веточки и травинки.
Когда падение, наконец, закончилось, мы оказались на дне сырого оврага. Я присела, сжимая до боли гудящую голову. Казалось, её сейчас разорвет изнутри. Рядом раздалось тяжелое дыхание. Дориан пытался подняться, но хватался за плечо и опускался обратно на землю. Я подползла к нему ближе и увидела, как чёрная кольчуга окрашивается бурым пятном. Его рана вновь стала кровоточить.
– Тебя надо срочно перевязать, – выдохнула я, вынимая листочки из волос.
– Потом, – выдохнул он. – Нам нужно попасть в Дартамир. Там меня уже вылечат. Пока продержусь на заклинание частичного стазиса.
Он вновь запел на непонятном языке. Я разглядела слабое свечение, вырывающиеся из-под доспеха. Лицо рыцаря расслабилось, он стал легче дышать. Неожиданно раздался стук копыт. Дориан схватил меня за плечо и резко толкнул на землю, привалившись рядом. Над нашими головами пронесся конный отряд, ехавший с той стороны, в которую направлялись мы.
– Засада! – прошипел рыцарь, когда всадники скрылись, и наступила тишина. – Нас могут поджидать у перехода. Будем искать другой путь.
Он поднялся, осторожно оглядываясь по сторонам. Я тоже встала. Головная боль и тяжесть в груди исчезли, словно их никогда не было. Обтряхнула штаны и футболку, затем отыскала свою куртку. Жалко мне было с ней расставаться.
– А далеко до другого перехода? – спросила я, когда мы вновь двинулись в глубь леса.
– Я не знаю, – как-то нерешительно отозвался Дориан. – Основной портал стерегут алтарники, нам через него не пройти. Но есть тайные тропы, в народе их называют сумеречными. Если такая тропа ведет напрямую из Пермира в Дартамир, то нам очень повезет.
– А если нет? – уточнила я, предчувствуя что-то нехорошее.
– То придется идти в обход через Невомир или Амитиэль. А это терять время.
Я догадалась, что Дориан озвучил названия миров, но на всякий случай уточнять не стала. Вдруг их избранная должна знать что это и где? Кивнула, делая вид, что всё поняла. Но когда заметила, что юноша шатается от усталости и всё время сжимает плечо, остановилась.
– Нам нужен отдых и желательно крыша над головой, – в животе заурчало, и я смущенно добавила: – А ещё еда. И твою рану необходимо обработать.
Дориан привалился плечом к дереву и осмотрел меня с ног до головы. Я проследила за его взглядом. Ну да, грязная.
– Твоя одежда может вызвать подозрение. К тому же, нас наверняка уже разыскивают все алтарники. В поселения заходить нельзя, в Пермире их власть сильнее всего. Двух странствующих магов выдадут, как только мы переступим порог постоялого двора.
– Может найдем кого-нибудь, кто живет в лесу? – предположила я. – Или какую-нибудь сторожку лесника?
Дориан согласно кивнул и посмотрел на небо, прикладывая ладонь ко лбу козырьком.
– На западе есть небольшая деревенька, я останавливался там, когда ожидал вашего возвращения. Пойдем в их сторону, может нам повезёт и набредём на кого-нибудь, кто не испугается магов.
Почему сельчане должны боятся, я пока уточнять не стала. Но поняла, что магов у них тут недолюбливают. Но тогда почему они так ждали именно избранную волшебницу? Она должна что-то изменить? Дориан что-то говорил про «дать отпор захватчикам и освободить магов». А не гражданская ли война у них тут случайно? Вопросы рождались в голове безостановочно, но вот узнавать на них ответы я пока побаивалась. Но чтобы понять, как мне вернуться домой, про это их Пятимирье всё же выяснить придется.
Но сейчас главное добраться хоть до какого-нибудь, пусть самого заброшенного, домика и отдохнуть. А ещё придумать, как обработать плечо «моему» рыцарю.
***
Когда последние багряные лучи заката раскрасили лес в яркие цвета, а птицы приглушили пение, мы наконец набрели на сторожку лесничего. К тому моменту одежда успела немного просохнуть, а ноги переставлялись с трудом. Всё это время шли в молчании, каждый, как мне казалось, погружённый в свои мысли.
Я пыталась понять, как получше выяснить всё о той самой избранной и какова её миссия. О чём думал Дориан, я не знала, но по его частым коротким взглядам подозревала, что думает он обо мне. Стало некомфортно и даже немного страшно. А вдруг он сейчас догадается, что я не та, за кого себя выдала? И что тогда со мной будет? Пальцы похолодели от ужаса, рисуемого моим сознанием. Инстинкт самосохранения окончательно задушил голос совести и разума, громко крича в моей голове: «Узнай как отсюда выбраться и дай дёру!». Я передёрнула плечами, чувствуя, как футболка неприятно прилипает к промокшей от холодного пота спине. Показалось, что Дориан стал смотреть пристальнее, словно пытался что-то разглядеть, или кого-то.
И в тот момент, когда я уже была готова сорваться с места и бежать куда подальше, настолько сильно накрутила себя, рыцарь остановился, вздыхая с облегчением.
– Дошли. Я уж и не надеялся, что в этих окрестностях может ещё кто-то жить.
– Почему? – подошла ближе к Дориану, рассматривая избушку.
Ровные, потрескавшиеся от времени брёвна сложены друг на друга, крыша устлана соломой. Местами хорошо виднелся мох на стенах. Одно-единственное окошко находилось почти под самым навесом. Двери не наблюдалось.
– Когда в Пермире появились алтарники, то недалеко обосновали сторожевую заставу, – ответил Дориан. – Как раз вблизи перехода в Торхардмир. Люди страдали от частых стычек с орками и гоблинами и старались покинуть эти места.
– Орки? – вытаращила я глаза. – Гоблины?
– Не очень честные ребятки, – усмехнулся юноша. – Живут разбоем, а награбленное продают. Надеюсь, мы их не повстречаем. Ну что, идём?
– Я что-то не вижу двери, – ещё раз с сомнением осмотрела избушку. Входа и правда не наблюдалось.
Дориан усмехнулся и направился к домику. Обойдя справа, присел и пошарил рукой по земле. Выудив из зарослей веревку, потянул на себя. Видя, как ему нелегко, решила не стоять столбом и помочь. Раздался приглушенный скрежет досок, и земля под стеной сдвинулась, открывая ступени, ведущие в подвал.
– В этих краях двери не делали, – пояснил рыцарь на мой удивлённый взор. – Людям надо было прятаться. И не дать возможность грабителям проникнуть внутрь.
С этими словами он шагнул на ступеньку, а я запоздало подумала, что мы ведь входим в чужой дом. Осмотрелась по сторонам, но какое-то внутреннее чутьё подсказывало, что мы здесь совершенно одни. Выдохнув, направилась следом.
В нос сразу ударил смешанный запах сырости и пыли. Передвигаясь наощупь по тёмному подвалу, я ухватилась за мужское плечо. Дориан тут же зашипел, но накрыл мою ладонь своей. Стало приятно и тепло. Наконец показался просвет, и мы выбрались в небольшую комнату.
Немногочисленная мебель, полы и стены покрылись хорошим слоем пыли. Местами даже виднелась плесень. Я облегчённо выдохнула. Значит здесь давно никто не жил, и хозяин не объявится.
– Останемся на ночь, – Дориан скинул набедренную сумку и положил шлем на стол. – Утром отправлюсь в деревню, постараюсь выяснить что-нибудь о проводнике.
– Но ты сказал, что нам не стоит заходить в поселения? – уточнила я, ища глазами, куда можно присесть. А ещё лучше прилечь.
– Ты подождёшь меня здесь, – устало ответил он.
Заметив маленькую табуретку, я опустилась на неё. Голова гудела, в висках стучали молотки. А в животе всё скрутилось то ли от голода, то ли ещё от чего. Непонятные неприятные чувства накатывали волнами. В какой-то момент показалось, что меня стошнит. Выпрямилась, жадно глотая воздух ртом. Заметила, как пытливо рассматривает меня рыцарь и постаралась взять себя в руки.
– У меня есть сухари и немного воды, – Дориан выудил из сумки что-то завернутое в тряпицу и протянул мне. – Всё моё снаряжение осталось в лесу, на замершей лошади.
– Прости, – буркнула я, приняв сухарики.
Грызла молча, наблюдая, как Дор – решила мысленно звать его так – пытается снять наплечники и кольчугу. При каждом движение раненным плечом он морщился и кряхтел.
– Жаль, что ты не умеешь лечить, – улыбнувшись, произнес он, наконец справившись с обмундированием.
– Давай помогу.
Я уступила ему место и помогла снять насквозь промокшую рубашку. От тёмного кровяного пятна на ткани у меня всё поплыло перед глазами. Но то, что я увидела под ней, заставило меня вскрикнуть.
Вся спина была испещрена бороздами, словно юноша получил ни один десяток ударов плетью. Какие-то рубцы уже давно затянулись, а какие-то казались свежими. Как в тумане, дотронулась до одного из них и провела пальцами. Дориан вздрогнул и резко обернулся. В его глазах читалась боль. Но не от раны, догадалась я, а от того, что мои действия напомнили ему о чем-то очень нехорошем. Я проглотила ком, вставший в горле. Его грудная клетку и плечи тоже покрывали шрамы. А вот на шее… Огромный след от ошейника, который, казалось, он носил несколько лет.
Дориан скрипнул зубами и отвернулся. Мне стало неловко за то, что рассматривала его.
– Надо придумать, как вскипятить воду и промыть рану, – сказала, только бы не затягивать неловкое молчание.
– Если разведем огонь, нас могут заметить, – он кивком указал на бочку возле стены. – Если там есть вода, промой холодной. У меня в сумке есть чистая рубашка. Использую её.
Когда я подошла к бочонку, то поняла, что эту воду лучше не трогать. Прикрыла глаза, горько осознавая, что ничем не могу помочь «своему» рыцарю. Неожиданно пальцы закололо, словно я ёжика погладила. Взглянула на них и почувствовала, как брови поползли вверх. По ладоням, вспыхивая, струились тонкие линии. Не понимая, что происходит, обернулась к Дориану. А он, вместо того чтобы хоть что-то объяснить, стал радостно улыбаться.
– Всё же ты полна сюрпризов, избранная Алёна, – выдал он. – А теперь прошу тебя, яви магию и вылечи меня.
Он вновь повернулся ко мне спиной. Прокол от стрелы сочился кровью. Подошла ближе, сморщившись. Не зная что делать, просто положила руки на мужскую спину. Ничего не произошло. Растерла ладони и положила вновь. Надо всё же попытаться. Не знаю, как это работает, но сейчас очень важно сделать хоть что-то. Иначе появятся вопросы, на которые я отвечать боюсь.
Яркая вспышка ослепила на мгновение, а в воздухе запахло цветами. Ладони стали светиться сильнее, и у меня на глазах рана затянулась, как будто и не было её вовсе.
– Получилось! – выдохнула я, сама не веря. – Вот только шрамы остались.
– Боюсь, – Дор обернулся, – и тебе не всё подвластно.
А потом он взял мою ладонь и нежно прикоснулся к ней губами.
– Благодарю тебя, – тихо произнёс он, поднимаясь.
У меня учащённо забилось сердце, а кровь прилила к щекам. Не отводя от меня горящего благодарностью взора, Дориан сделал шаг ближе.
О проекте
О подписке