Возвращаясь вечером домой после тренировки, Стас остановился возле своего подъезда, потому что около него на огромной дорожной сумке сидела знакомая девушка. Это была Мельникова Екатерина из деревни Малиновка. На ней были всё тот же забавный свитер, длинная юбка с котятами и туфельки без каблуков.
Она сидела, перебирала пальцами вязаный рукав и о чем-то грустила. «Такое чувство, что она меня преследует, – подумал Стас, – причем и мысленно, и физически». Все три часа, пока длилась тренировка, он думал об этой странной девочке. Её синие глаза не давали покоя, кукольное личико, вздернутый носик, а еще любопытство в глазах и упорство, с которым она осаждала Наталью.
Он пообещал ей завтра что-нибудь подобрать, но даже ума не приложит, что именно может ей предложить. Может, посадить ее на ресепшен? Пусть Наталья поднатаскает девчонку, ну не может он теперь отказаться от своих слов.
Тем временем девушка все еще сидела, опустив голову, что-то разглядывала в своем стареньком телефоне. Но когда Стас подошел ближе, она вскинула голову, подскочила на ноги и с удивлением уставилась на мужчину. Во взгляде удивление сменился вопросом, а потом настороженностью.
– Вы… вы… что, меня преследуете? – Катя даже начала заикаться от негодования.
– Екатерина, не говорите ерунды, вообще-то, я живу в этом доме и именно в этом подъезде.
– Вы живете здесь? – Она указала рукой на обшарпанную дверь подъезда.
– А что вас так удивляет? Да, именно здесь и живу.
– Но та девушка в клубе, Наталья, сказала, что вы владелец клуба. А владельцы не живут в старых пятиэтажках. Они живут в роскошных особняках.
– Откуда вам известно, где они живут? Вы, Екатерина, со многими знакомы?
Девушка покраснела, прекрасно понимая, на что этот мужчина намекает, опустила глаза, но потом вскинула острый подбородок и поправила волосы.
– Нет, в кино видела, – сказала с вызовом.
– Это что за фильмы такие вы смотрели? Для взрослых?
Стасу так нравилось злить эту своенравную особу, он видел, как она то краснеет, то бледнеет, то дует щеки от возмущения. В итоге топнула ногой, отвернулась и замолчала. А он чуть не рассмеялся в голос. Обошел ее кругом и заглянул в лицо, Катя надула губы и демонстративно не смотрела на Стаса.
– Так что ты здесь делаешь, Екатерина?
– Вы, может быть, мне не поверите, но в этом подъезде живет моя тетка, точнее, тетка с дочкой. Мой дед и бабка тетки, когда-то, давным-давно, были в браке, представляете, там что-то фиктивное было или на спор, точно уже никто не помнит… – Катя затараторила с блеском в глазах, словно рассказывая увлекательную историю, а история и правда была увлекательной, словно сюжет ток-шоу или сериала. – Так вот, они поженились, что-то там у них не сложилось, и эта бабка ушла к другому. Во, нравы были, а говорят, что сейчас молодежь распущенная. Она ушла, но вскоре выяснилось, что беременная, но совершенно не от мужика своего нового, а от деда моего. А дед, тот еще ходок и кобелина был, уже нашел себе другую женщину. Осерчал, стало быть, на бабку, ну та, в свою очередь, плюнула на него и осталась с тем мужиком, но с его ребенком. Уф-ф… История, хоть роман с них пиши.
– Так, и что было дальше? – Стасу была не столько интересна сама история, сколько то, как Катя ее преподносит. Глаза блестят, на щеках румянец, она размахивала руками, постоянно поправляя длинные рукава свитера. И так смотрела в глаза Стасу, что у того подкашивались ноги, но не от силовой тренировки, а от синих глаз девушки.
– Ну что дальше, да ничего интересного. Дед еще не один раз женился, заводил детишек, но жены от него уходили вместе с детишками, характер просто паскудный у него. А бабка вот родила тетку, которой нет дома и не будет еще неделю. На даче она, сезон закрывает.
Катя отвернулась, вздохнула и села на свою огромную сумку.
– А мне вот ну никак нельзя обратно в деревню, я слово дала.
– И как же быть?
– Да не переживайте вы так, Станислав Вадимович, сестру сижу жду, теткину дочь, обещала приехать, как два часа назад, ключи привезти, но все нет.
– Можно просто Стас.
– Как это – просто Стас? Вы же мой будущий начальник. Так с начальниками нельзя.
– Тоже в кино показывали? Но мы же еще не на работе, и я не начальник. Так что давай просто по имени, я – Стас, а ты – Екатерина, договорились?
– Катя, можно просто Катя, Екатерина – слишком серьезно.
Эта девушка все больше нравилась Стасу, такая живая, активная, без пафоса и кокетства. А еще она возбуждала его, эта длинная шея, ямочки на щеках, когда улыбается, влажные губы и большие синие глаза.
– Извини, у меня вопрос совершенно не по делу. Почему ты в теплом свитере? Тебе не жарко?
– Жарко, но когда я его сняла, все очень странно на меня смотрели, точнее, пялились.
– Ты можешь его снять, если тебе жарко, я точно пялиться не буду.
Катя начала стягивать с себя это бесформенное чудище, но уже на половине пути Стас пожалел, что разрешил ей это сделать. Под ним была самая обыкновенная белая майка, а вот под майкой не было бюстгальтера. Хороший полный второй размер груди, даже чуть больше второго, с четким контуром ярко-розовых сосков, был плотно обтянут хлопчатобумажной тканью.
Майка была заправлена в эту забавную юбку с котиками, и, наверное, на фоне узкой талии грудь казалась больше. Стас повел головой, осматривая двор на наличие мужчин половозрелого возраста, сглотнул скопившуюся во рту слюну, хотел подойти к девушке.
Катя, словно вздохнув с облегчением, подняла голову и руки вверх, потянулась, а у Стаса встал член. Так срочно захотелось поднять эту проклятую майку, впиться губами в этот сосок, который, словно спелая ранняя вишня, так и манил к себе. Но Катя, словно ничего не замечая, глубоко дышала, грудь вздымалась, Стас дурел.
И откуда у него взялись эти примитивные инстинкты? Такая конкретная реакция именно на эту девушку. Да, секса не было давно, но не то чтоб давно, и это никогда не было поводом так вот открыто реагировать. Точно колдовство какое-то.
– Так, нечего тут стоять. Пошли. – Стас хватает огромную сумку, что стояла прямо на пыльном асфальте, берет девушку за руку и тянет в подъезд.
– Куда пошли? Тетки же нет дома!
– Пойдем ко мне, неизвестно, сколько еще ждать твою сестру. Позвонит тебе, как приедет.
Сумка была тяжелая, нести ее на пятый этаж было неудобно, но такая физическая нагрузка отвлекала Стаса от эротических мыслей.
– Что там у тебя такое в сумке, мешок картошки, прямо из деревни? Как ты, вообще, тащила такую тяжесть?
Стас обернулся, окинул хрупкую фигуру девушки оценивающим взглядом, снова застыл на груди, так отчетливо выпирающих сосках. Грудь сверху была еще аппетитнее и желаннее, отвернулся и быстрее зашагал по лестнице.
– Вот теткина квартира. – Катя ткнула пальцем в квартиру с номером двадцать семь на четвертом этаже, которая как раз находилась под квартирой Стаса. – Она говорила, что живет в двадцать седьмой. А ты ее случайно не знаешь?
– Кого? Тетку твою?
– Ага, Зинаиду Михайловну?
– Нет, не знаю, может, конечно, видел когда-то. Так что в сумке?
– Ничего особенного, гостинцы – соленья, варенья. Все свое, все натуральное, сама катала, с дедом.
– Кулинарка, значит.
– Что?
– Да так, ничего, мысли вслух. Катя, достань, пожалуйста, у меня в кармане джинсов, справа, ключи от квартиры.
Они уже поднялись на пятый этаж, Стас не хотел ставить сумки, решил, пусть девушка откроет. Но это была вторая плохая идея за последние пять минут. Катя, совершенно не смущаясь, принялась выполнять просьбу, ее маленькая ладонь легко проникла в карман джинсов. А Стас понял, что сейчас она нащупает не только ключи от дома, но и его внушительный стояк.
Скрипнул зубами, попытался отодвинуться в сторону, но Катя настойчиво углубляла ладонь в карман, шаря в нем, пытаясь нащупать ключи. Она подошла еще ближе, ее грудь соприкоснулась с плечом Стаса. Член в штанах напрягся еще больше, был смещен как раз в сторону этого кармана. Девушка застыла на месте, покраснела, закашлялась, но все-таки достала ключи. Отвернулась и начала открывать дверной замок.
Катя прекрасно поняла, что там было такое твердое у Стаса в штанах, как раз именно в области паха, уж не совсем она малолетняя, чтобы не понять. Книжки читала, кино смотрела, хоть и не была никогда с мужчиной близка. Да, она смутилась, но, что самое странное, не испугалась, как того мужика в поезде, который зажал ее в тамбуре, схватил руку и прислонил к своему паху. Тогда было реально страшно и мерзко.
– Я считаю, что это не совсем удобно – стеснять вас. – Катя снова перешла на «вы», волновалась и все никак не могла справиться с мудреным замком.
– Неудобно на улице сидеть.
Наконец, замок поддался, дверь открылась. Катя прошла вперед, развернулась, тут же натыкаясь на широкую грудь Стаса, подняла голову и вопросительно заглянула в его глаза. А Стас снова замер, разглядывая Катины огромные синие глаза. Он, видимо, отупел окончательно, а еще стал озабоченный. Какая ирония, тупой и озабоченный совладелец клуба. А вроде с утра был умным парнем. В прихожей сразу стало тесно и душно.
– Проходи, я твою сумку отнесу в комнату.
Катя прошла, на ходу разглядывая скромное жилище Стаса. Светлые обои, светлый пол, минимум мебели, две двери в комнаты, кухня и совмещенный санузел. Стас открыл одну из дверей, там оказалась спальня, поставил сумку рядом с кроватью.
– Отдохни здесь, можешь принять душ, я что-нибудь приготовлю поужинать, ты, наверное, голодная.
– Ой, что ты, не надо, я уверена, Саша скоро привезет ключи.
– Я на всякий случай, вдруг тебе захочется освежиться. В шкафу свежие полотенца и белье.
– Спасибо, но, думаю, это лишнее.
Стас старался не смотреть на ее грудь, развернулся и быстро ушел на кухню.
Но как только Катя села на пушистый плед, которым была заправлена широкая кровать, навалилась усталость. В большом зеркале шкафа-купе напротив, в отражении, была девушка с запутанными распущенными волосами и уставшими глазами. Тяжелый выдался день для Екатерины Мельниковой, да и вообще, последняя неделя была просто ужасной. Похороны деда, сборы в город. Ей так не хотелось покидать свой дом и родную маленькую деревню, но она дала слово.
Пообещала деду, который воспитал и вырастил ее, что уедет в город, что не станет «хоронить» себя в забытой богом деревушке, что пойдет учиться, что будет жить полной жизнью, как живут девушки ее возраста. Ходить в кино и на дискотеки, встречаться с парнями, путешествовать, заводить друзей. А не считать своим самыми большими друзьями маламута по кличке Снежок и Григория Иваныча – друга деда и ее крестного. Общаться с нормальными людьми своего возраста, а не с местными стариками и алкашами.
– Вот сейчас опять начну реветь. – Катя схватилась ладонями за щеки, успокаивая себя. – Все хорошо, у меня все получится, я справлюсь. Это всего лишь город, хотя в лесу, с дедом, было не так страшно, как одной среди большого количества людей.
О проекте
О подписке