– Кто знает, – пожимает плечами Леонтий.
– Может, нам Хранителя Правды позвать, да при нём всех расспросить?
– Ну, ежели ты уверен, что это не его происки да что он не в сговоре…
– Все они там в сговоре!
– Артефакт без него не сработает, сам знаешь, – разводит Леонтий руками.
Нет уж, посвящать прочих Владык и им подобных в свои проблемы я пока не готов.
– Я, с твоего позволения, пойду поем. Полдня верхом да четверть в архивах. А летать с ободом в моём возрасте уже не так-то просто.
– Ладно, – пожимаю плечами. Кто ему поесть мешал?
– Ах да, ещё одно. Кем ты Аши свою представишь?
– Да какая разница. Кузиной.
– Джарес, – вздыхает Леонтий. – Дураки среди Владык не выживают. Продумай историю-то, раскусят быстро.
– Им бы всех подряд кусать, – ворчу.
– А ты не подставляйся под чужие зубы. Придумай такую, чтобы не хотелось.
– Да что там придумывать, – хмыкаю. – Кто моих кузин пересчитывал?
– Никто, потому что у тебя их нет!
– А вот завелась!
– Ну вот и представь, как её пересчитают.
– Да что там считать? Одна штука! Даже Даррен справится.
– Кузины, знаешь ли, без родителей на свет не появляются.
– Мой отец за матерью из другого мира пришёл, у него там мог брат какой-нибудь остаться. А теперь сотни племянников и племянниц бегают!
– Силён брат! Когда бы он успел, сотни-то?
– Много братьев! И все старались!
– И аж одну Аши настарались.
– Ничего-то тебе не нравится! Кто не верит, пусть сходит да проверит.
– Ну а к тебе-то она как попала? И время такое удобное…
– Владыка Дверей не ту Дверь открыл. Пьян был!
– Будет отрицать.
– Вот и пусть отрицает. Зато кусать станут его, не нас.
– А что же он не к себе Дверь открыл, а к тебе?
– Соскучился!
– Джарес!
– Может, очередного демона пытался подослать? Где они только не шляются со своими Дверьми, кого только в наш мир не притаскивают.
– И что же, просчитался?
– Магия крови сработала.
– А она так работает? – смотрит Леонтий заинтересованно.
– Кузина говорила, гнались за ней. Видимо, демон там остался, а она сюда переместилась.
– Владыка Дверей-то едва ли поверит.
– Я ему тоже не верю. Так что квиты.
– Тебе не достаточно его внимания? Эдинг ведь сына не прекратил искать.
– Вот потому и мог наколдовать что-нибудь… или кого-нибудь.
– Да только не наколдовал.
– А я и не стану напрямую раскрывать. Намекну слегка, и пусть Владыки там себе переругаются, подозревая. Артефакты на балы всё равно никто не носит.
– А если про другой мир начнут расспрашивать?
– Кто им даст мою кузину расспрашивать?
– А кузина-то знает?
– Завтра узнает.
Леонтий кивает удовлетворённо и даже не критикует, надо же.
– Внебрачную дочь, конечно, проще придумать… да и проверить проще, – поднимается сысковик.
– Вот и проверь! – непроизвольно ищу взглядом Даррена, но паршивец затаился где-то, не видать.
– Была бы здесь – проверил бы скоро. А так… поди знай, не придумал ли и он. Ты говори-то поменьше, но в уме свою легенду держи. Может, Аши нам ещё и хорошую службу сыграет. Сразу видно станет, кто больше других переполошится да выяснять начнёт.
– Раскусывать, – поправляю, хмыкнув. Люблю, когда соглашаются с моими идеями, принимая за свои собственные.
Леонтий уходит, а я всё лежу, размышляю. Ну и в кабинете, подумаешь. У меня тут диван удобный. Надо бы Клессу к Источнику сводить, да только тот если чужую силу почует, плохо для этой силы может кончиться. Значит, нужно её ко мне в экспериментариум, где от Источника лишь небольшой ручеёк выведен, главное ведь понять, есть ли у знахаркиной дочки магия да какого качества.
А ещё хорошо бы всех девиц на смену внешности проверить! Заклинание простое, силы много не требует, ученического уровня – раньше мне такие легко давались. Должно получиться. И так всё ладно в мыслях складывается, вот приеду с бала, кой леший их придумал, да сразу же управлюсь…
В раздумья вплетается всплеск ладоней и расстроенный голос нянюшки:
– Да что же вы, хозяин! Ну как дитя малое, ни на миг оставить одного нельзя! Да что же вам заблагорассудилось спать-то на неудобном диване перед балом, и не выспались поди, и залежались, и замёрзли-то! И снова болезного будете изображать?
– Почему неудобном? – оскорбляюсь за свой диван. – Самый что ни на есть.
Нянюшка поджимает губы, сообщает, мол, завтрак готов. Солнце в окно светит, надо же, ночь прошла. Точнее, то, что от неё оставалось.
Иду умыться да выбриться, ванна тёплая, всё как я люблю. Нормально выспался, чего это она? И не изображаю я никого! Подумаешь, болею иногда.
Едва вылезаю из воды, на голое плечо привычно опускается элементаль, впивается когтями. Ещё один предмет ворчаний нянюшки – «зачем тебе» да «что удумал». А вот надо, правда? Чешу орлана под шейкой, тот всем своим видом демонстрирует, что он не какой-то там кот, а птица вольная и к ласкам не склонная. И леший с ним.
Пока ем, он тоже ест, крови моей набирается. Растёт. Но едва появляются служанки, решает гордо улететь в соседнюю комнату. Не любит, когда женщины подозрительно косятся на изогнутый клюв.
Служанки смущённо поглядывают на мою грудь и лёгкие домашние брюки, пока потираю следы орлана на плече. Ухожу в спальню надеть исподнее. Я бы и дальше сам, но в этой куче одёжек леший ногу сломит! Да и не положено по статусу, как любит напоминать Нелли. Иногда мне кажется, она просто рада любому поводу хоть кого-то ко мне подослать. Боится, что совсем одичаю.
Прислужницы помогают облачиться в камзол, уложить волосы и навести прочий блеск под неусыпным надзором няни. Наконец, заметив, что огонь трещит громче обычного да люстра нервно позвякивает, меня оставляют в покое. Девушки, конечно, не няня. От неё так просто не отвяжешься.
Спешу встрепать укладку, ненавижу зализанных. Нелли качает головой, но не ругается. Ей так тоже больше нравится, видать.
– Возьми сдерживающий перстень и два обода, – говорит тихо.
– Вот ещё! – возмущаюсь. – Одного хватит, отцовские запасы не безграничны, а сам я пока создавать не могу.
– А перстень, – нянюшка непреклонно поглядывает в сторону экспериментариума.
– Не хочу я силы узлом завязывать, глядишь, пригодятся! – решительно иду к выходу.
– Может, и пригодились бы, кабы вы с ними управляться могли.
– Рена поблагодари, – злюсь, останавливаюсь.
– Плохому танцору… – долетает из угла. Разворачиваюсь, хватаю неубранный бокал, запускаю в то место, в котором только что дух обозначился. Ему-то ничего не сделается, конечно, зато мне немного полегчает.
– Где там Аши? – интересуюсь, всё-таки выходя из своих покоев под противный смех эльфоподобного. Вот вернусь… скриплю зубами.
– У себя, где же ей ещё быть-то? Наряжается, наверное.
Несколько секунд пытаюсь сообразить, где у нас служанки обитают. Как-то обычно не наведываюсь к ним, и без меня есть кому присматривать. Ага, точно! Комнаты не в центральной башне – в отдельно вынесенном крыле, попасть в которое можно либо через двор, либо по подземному переходу. Была ещё воздушная галерея, да обвалилась во время… гм… последних неприятностей. Нужно бы отстроить.
– Нелли! – привычно рявкаю.
– Тут я, чего орать-то? – морщится нянюшка.
– Прости, не заметил.
Сердитое фырканье красноречивее словесного ответа.
– Почему галерею никак не отстроят? – интересуюсь.
– Да к вам сколько раз архитекторы подходили? Последнего вы, помнится, с лестницы спустить изволили.
– Так он мне песни пел, дескать, секрет раздвижного механизма утерян и галерею можно соорудить только стационарной! А за каким лешим она мне нужна, стационарная, если вдруг осада?! Пусть разводную проектирует, как и была!
– Отец-то ваш из своего мира разные штучки привозил, а…
– Вот пусть и съездит в другой мир поучится! Хватит мне бездарей подсовывать! Найдите нормального проектировщика!
– Тише, тише, – успокаивает Нелли. – Не то камзол по швам разойдётся и придётся на бал в чём мать родила идти. Или в вашем любимом халате!
– Шейте заговоренными нитками, чтобы не расходились!
– А на вас какие, как думаете? – усмехается Нелли. Надо же. Присматриваюсь к своему одеянию, ничего особого не вижу. Вышивка разве что мелкая, кропотливая. Неужели Аши? И что же она мне тут нашила? Знаки какие-то, на символы похожие. Нужно будет расспросить.
– Джарес, может, хватит хромать, а? – нянюшкин тон почти просительный.
– Думаешь, мне нравится чучелом выглядеть?! – возмущаюсь.
– Да что ж такое! – расстроенно всплёскивает руками Нелли.
– Ты тоже, как Леонтий, считаешь, будто я так от танцев да обязанностей отлыниваю?
– Так ведь давно зажить должно было…
– А вот не зажило! – рявкаю. Няня вздыхает.
Выруливаю из перехода к лестнице, поднимаюсь на этаж служанок. Твою тыкву, они что, все ждут моего появления? Нужно было Аши к себе вызвать, да вроде положено за приглашённой девушкой заходить. Нет, пожалуй, больше не буду. Все двери приоткрыты, в них любопытные глазки и головки, а некоторые и полностью настежь – двери, в смысле. Ну и глаза тоже. В одной вон красотка стоит, против света не разберёшь, Южель, похоже? Бретель ночной сорочки приспущена с плеча, волосы размётаны, улыбка такая… зря я, пожалуй, сюда не ходил.
Нет, вы только не подумайте, будто я евнух какой. Просто спать с нелюбимой женщиной – мелко, а с продажной – и вовсе гадко. Впрочем, была у меня, хм, «любимая». Когда узнал, что она с нами обоими крутила – ещё гаже стало. Лучше бы заведомо всеобщая.
– Всем глазки строишь? – шагаю к служанке, грозно брови свожу. Та чуть отступает назад, но голову задирает, дерзких глаз не опускает.
– Что вы… господин! Только на вас гадание показало!
– Я бы тоже показал этому гаданию! Кое-что.
Южель смущённо отводит взгляд, хотя я совсем не то имел в виду! Ну, пусть отводит, может, наглости поумерит… А леший вам, никакое смущение не берёт девицу. Откуда такая на мою голову и что с ней делать-то?! Может, правда нагадала чего, что так осмелела?!
– Магия не врёт, – отвечает уверенно.
– Все врут! – разворачиваюсь.
– Господин Джарес… так мне вас ждать? – вот неуёмная!
– Вернусь – поговорим, – бросаю не глядя. Аши тоже в двери, и настроения почему-то не видно. А так радовалась…
Рассматриваю, молодцы швейки. Нужно бы наградить, точно ведь всю ночь не спали. Платье красивое, и, слава Источнику, на материно совсем не похожее! И сама девушка этак особенно накрашена да зачёсана, что сходства почти нет. Не хотелось бы на балу ещё по этому поводу домыслы да остроты выслушивать. С другой стороны, может, нужно было сказать, будто родственница по маме? Да только её предки веками у Источника жили, вписать неучтённого ребёнка по исконной линии Владык не так-то и просто. Ладно, уже как есть.
– Что-то ты не в настроении. Передумала? – спрашиваю. Девушка испуганно вскидывает глаза. Начинаю раздражаться. – Говори!
– Что вы, господин, как я могу?!
– Да не бойся! Лучше уж вовсе без спутницы, чем с той, для которой идти с тобой – тяжкая обязанность или принуждение. Мне-то не привыкать и одному ходить.
Дурацкая затея, всё Нелли виновата! Стоит вон, укоризненно головой качает. Да что снова не так?! Служанка несчастна, да и… похоже, все вокруг иззавидовались, было бы чему! Может, потому и не хочет больше никаких танцулек?
– Вы бы, хозяин, – поучительно изрекает Нелли, – уж как-то по очереди девушкам свидания-то назначали бы, а то не успели с одной на бал сходить, как уже с другой сговариваетесь!
– Всё-то у тебя свидания в голове! – ворчу. – Подозреваемая она!
Присматриваюсь к Аши, ну не могла же та и правда расстроиться от того, что я с подозреваемой говорить буду! Должна же понимать, что буду! Да даже если не говорить, остальным-то какое дело?! Хотя, похоже, тут всем есть дело до того, с кем я и что делаю… тьфу, леший бы всех побрал, ноги моей больше здесь не будет!
– Идёшь?! – грозно свожу брови под шорох осыпающейся побелки. – Или тут остаёшься?
– Конечно, иду, хозяин!
– Тогда будь любезна радость изобразить! Мне сплетни о том, что ни одна девушка по доброй воле со мной пойти не согласится, ни к чему!
– А вы бы поспрашивали, да заранее, может, нашли бы и по доброй воле, – вставляет Нелли.
– Может?! – завожусь.
– Я всегда мечтала попасть на бал, – уверяет Аши. – Волнуюсь просто.
– Да что там волноваться, – подаю руку. Аши вкладывает в неё тонкие холодные пальцы, похоже, и правда нервничает. Пожимаю слегка, направляясь к выходу. – Ну, даже если раскусят тебя, отдуваться-то мне. А я, уж поверь, в свою сторону много чего успел наслушаться. На балах, знаешь ли, и не такое случается, как только Владыки не развлекаются. Самое страшное, что может произойти, это если весь бал – ловушка, чтобы нас завлечь да общими силами навалиться. Но ты не бойся, они не посмеют. Да и ловушку устраивали бы помудрёнее, я-то до последнего идти не собирался. Неразумно. Едва ли. Ну, разве что мне эту вопиющую в камине именно для того и подослали, чтобы на бал выудить. Да как они могли знать, что Нелли о камзоле позаботится? Уж тогда чем-то иным завлекали бы. Разве вот слухи про конклав тоже специально распустили. Но Владыка Камертона не позволит, чтобы на его территории насилие совершалось, у него Камертон тогда работать перестанет… А в дороге обод защитит. Так что всё в порядке!
– Э… успокоили, хозяин.
– Аши, я серьёзно. Не хочешь, боишься – пойму.
– Я с вами, – сжимает мою руку в ответ. Приятное, давно забытое ощущение, будто я не один. Посматриваю на неё, сколько таких хитрых бестий в душу забраться норовили? Нет уж, не дождётесь!
Выпускаю пальцы, успокоилась – и хватит.
Во дворе карета запряжена двумя чёрными лошадьми – специально обученными ходить под ободом.
– Ух ты! – восхищённо останавливается Аши. Посмотреть, конечно, есть на что. Фамильная гордость – карета без колёс, на особых полозьях прямо в воздухе держится. Специально для полётов. Тоже отец конструировал.
– Летающих карет никогда не видела? – интересуюсь хмуро.
– Откуда, господин? – качает головой, в глазах снова хризантемы. Или, пожалуй, на этот раз незабудки.
Лакей отворяет дверь, помогаю девушке подняться по откидной золотистой лесенке в пошатывающийся салон. Захожу следом, сажусь предусмотрительно напротив.
О проекте
О подписке