Свинцовые веки с трудом поддавались. Медея тряхнула головой, пытаясь быстрее вернуться в нормальное состояние. Комната плыла. Яркий свет прямоугольной лампы жужжал и изредка моргал. Тяжелый воздух подземного города наполнил легкие.
– С возвращением в мир живых, дорогая, – раздался приятный мужской голос. – Уже начал думать, что умрешь от обезвоживания.
В мутное сознание проникло ужасающее понимание. Медея лежала на красном мягком диване с открытым шлемом. Говоривший видел ее лицо, так же явственно как и она его.
Медея сощурилась на незнакомца. Мужчина на вид лет тридцати пяти сидел на бархатном кресле, словно на троне. Черные волосы спадали ровными прядями до пояса. Накидка в цвет ярко-зеленых глаз не прикрывала бледный жилистый торс.
Широкие темные штаны заканчивались босыми ногами. Те стояли на гладко отполированном сером полу. Все помещение напоминало типичную комнату трущоб, но гораздо более просторную и обставленную большим количеством мебели. Подобное могли позволить себе лишь богачи.
На стене даже висела огромная цветная картина. А на полу под диваном лежал ковер. Столь непривычная атмосфера давила на и так раскалывающуюся после снотворного голову Медеи.
– Ты кто? – поинтересовалась она без особого энтузиазма.
Зеленые змеиные глаза пристально наблюдали за лежащей на диване. Губы того растянулись в хищной улыбке, обнажая острые зубы. Он склонил голову набок, дожидаясь, пока Медея сама догадается. Бледный торс подался немного вперед. Висевшая на шее, серебряная подвеска в форме круга блеснула в ярком освещении.
Медея обреченно уставилась на бетонный потолок перед ней. «Грязный?! Вот это я вляпалась. Интересно, сколько пробыла без сознания? Силия меня убьет! По крайней мере, за академию точно не заплатит!» – пролетело судорожно в голове.
Пытаясь не упасть от физического истощения, Медея оторвала спину от мягкого дивана и села так, чтобы иметь возможность прямо смотреть на собеседника. Грязный наблюдал за шатающейся пленницей с задорными огоньками в глазах. На такую удачу он и не рассчитывал, когда ему донесли, что его людей убила какая-то женщина. Грязный планировал отправить несколько человек, чтобы наказать за подобную дерзость виновную. Но доложивший об этом подчиненный сообщил, что та хорошо показала себя в бою.
Ему стало интересно посмотреть лично на незнакомку в деле. Сидя на бархане и отдавая приказ, Грязный ожидал увидеть все что угодно кроме того, что та побежит. Это умно. Против тех его людей у нее не было и шанса.
Поражала скорость, с которой она преодолела обратный путь до города. Оставшийся под впечатлением, главарь банды хотел предложить той провернуть одно дельце. Но когда открыл ее шлем, впал в легкое недоумение.
Красные глаза, белые волосы, возраст, но самое интересное – знакомые черты лица. Опершись на подлокотник кресла, Грязный положил подбородок в ладонь и сладко протянул:
– Звездочка.
По телу Медеи прошла дрожь. Злость поднималась внутри безумной волной. Она сжала челюсть, чтобы не выкинуть чего-то необдуманного. Отец называл ее так. Это прозвище произошло от его позывного «Звездолов».
Фейт и Грязный были знакомы в силу работы на одной территории. Главарь банды решил не отступать от изначального плана, поэтому сказал:
– Ты убила моих людей, обычно за этим следует смерть.
Двое молча уставились друг на друга, пытаясь понять скрытые мотивы. Медея сощурилась и спросила:
– И почему я еще жива?
Она надеялась, что Грязный, увидев ее лицо, не решил шантажировать Силию, требуя огромный выкуп. Но других предположений, почему она еще дышит, не появлялось.
– Есть задание, с которым мои люди справиться не могут. – Грязный ослепительно улыбнулся. – Надеюсь, от Звездолова тебе передалось его красноречие и обаяние. Выкрадешь мне один прибор, и я оставлю тебя в покое.
Медея удивленно приподняла белую бровь, складывая руки на груди. Слова Грязного звучали нелогично.
– А чего силой не заберешь? У тебя куча людей, – проворчала она, недоумевая, зачем главарю бандитов ее помощь.
Из груди Грязного вырвался картинный вздох. Он откинулся на спинку сиденья и недовольно произнес:
– Нельзя убивать человека, владеющего изобретением, а живым его взять сложно. Моя куча людей прилично уменьшилась, пока я пытался забрать нужную вещь силой. Не люблю, когда умирают мои люди.
Медея не сдержалась и громко рассмеялась. Этот тип видел, что она не вступила в драку с его приспешниками. Если те не справились с его заданием, то ей и подавно с этим не разобраться. Медея рассматривала серые стены помещения и прикидывала план побега.
Хлопнув себя по коленям, она встала с дивана. Ей нужно понять, насколько организм восстановился и посмотреть, где ближайший выход. Медленно разгуливая из стороны в сторону так, словно ее действительно интересует предложение Грязного, Медея спросила:
– Крысиный король, ты же не думаешь, что я с этим заданием справлюсь?
Она многозначительно посмотрела на Грязного, мельком пробежавшись взглядом по его телу в поисках оружия. Тот выглядел расслабленным и ничуть не удивленным ее словам.
– У него слабость на женский пол, – ответил главарь банды.
На самом деле в этом Грязный не уверен, но единственными выжившими после встречи с изобретателем стали две женщины. Теория состояла в том, что по какой-то причине неизвестный не может их убить. Предположение стоит проверить на практике. С интересом наблюдая за пленницей, изучающей комнату, Грязный сказал:
– Ты не сбежишь. На выходе толпа. А как я понял по твоей реакции и телосложению, в ближнем бою ты не сильна.
Мысль, как легко Грязный раскусил ее не самый мудреный план, прервала другая. С губ Медеи сорвался вопрос:
– Что значит слабость на женский пол? Ты хочешь, чтобы я его соблазнила?
Грязный звонко рассмеялся, откидывая со лба прядь черных гладких волос. Пробежавшись по собеседнице вкрадчивым взглядом, он отрицательно качнул головой, продолжая хитро улыбаться.
Пока Медея раздумывала над причиной его хорошего настроения, Грязный встал с кресла и направился к комоду. Оттуда что-то взял и двинулся к Медее, сопровождая действия словами:
– У тебя три месяца. Как увидишь, сразу поймешь, что тебе нужно украсть. Мой человек приведет тебя к изобретателю, укажет на него, дальше ты сама.
Медея, осознав, что ее вновь собираются усыпить, выставила руки вперед и резко бросила:
– Погоди ты со своими уколами.
Грязный приподнял бровь вопросительно.
– Я могу работать только по выходным, – нехотя сообщила Медея, через силу выдавив следующие слова, – а то в школе хватятся, и мать начнет искать
Комната наполнилась смехом.
– Умеешь ты удивлять. Не ожидал, что моих людей школьница завалила. Тем, лучше.
У главаря банды промелькнула мысль, что ему повезло. Талантливые работники на дороге не валялись, а с молодежью проще. Меньше вопросов, больше преданности. Может, однажды он и предложит дочери Звездолова работать на него. Для начала стоило посмотреть, не умрет ли она на предстоящем задании.
От этих размышлений Грязному стало на секунду досадно. «Такой талант отправляю на смерть», – думал он, втыкая снотворное в шею Медеи. Она стояла ровно, не сопротивляясь своей участи, сверля его уничтожающим красным взглядом.
Очнулась Медея в заброшенной шахте. Лицом уткнувшись в ржавый рельс, который жители трущоб не успели забрать для своих нужд. В нос проникал запах пыли. Голова трещала от второй дозы снотворного, введенного, чтобы отследить месторасположение главаря бандитов было невозможно. Рядом валялся защитный костюм. Все оружие и содержимое карманов на месте. В дополнение Медея нашла пробирки, заполненные ядом скорпиона. Отказаться от щедрого дара Грязного нельзя.
«Пытается сделать меня его должницей!» – крутилось злобно в голове, когда рука нашарила еще и записку с местом и временем. Через шесть дней. Ровно столько у Медеи на обдумывание предложения.
В глубине души она понимала, что выбора не особо много. Ведь если не выполнить условия, то приспешники Грязного начнут мешать ей с остальными делами. Вечно убегать от них не получится.
Ткнув пальцем в черную панель на защитном костюме, Медея посмотрела на время. Если расчеты верны, то было утро седьмого дня недели, а значит, она успевала привести в порядок вещи в штабе и спокойно вернуться домой.
От мысли об очистке костюма от пота Медея поморщилась, ей и самой не мешало бы помыться. Мышцы болели от бега. Заплетенные в две косы, волосы прилипли к коже головы. Но тело было не таким обезвоженным, как если бы ее не поили. Размышляя о странной заботе крысиного короля, Медея подумала: «Что интересно там за вещица? И что за тип, с которым даже главарь бандитов не может справиться? И почему Грязный не убьет его?». Подгоняемая любопытством, она натянула на себя вонючий костюм и двинулась к притону.
Похлопала по карману с полными пробирками яда. Губы растянулись в улыбке.
– Не такие уж и плохие выходные, – произнесла Медея себе под нос, раздумывая, что вернулась с добычей, потренировалась в беге, да еще и встретила главаря опасной банды.
Всю неделю Медею одолевали сомнения по поводу своего решения. Работать на Грязного не особо хотелось. «И почему его так называют? Он выглядел как самый чистый человек на Парвусе, чуть ли не блестел», – недоуменно размышляла она, пока подходила к заброшенной шахте.
Идеально вычищенный защитный костюм поднимал настроение. Отполированный шлем, как обычно, скрывал лицо. У Медеи возникло ощущение, что глава бандитов не собирался раскрывать ее личность без нужды. Их разговор был приватным. Возможно, и о деле, доверенном ей, знали лишь избранные.
Медея надеялась увидеть сегодня кое-кого конкретного. Того, кто посмел бросить в нее нож. Проводник, очевидно, знающий о группе, караулящей Медею, ее не особо волновал, хоть и раздражал. «Так и знала, что с ним что-то не так», – ругалась она на себя за то, что не доверилась интуиции во время последней вылазки.
Два черных силуэта, один из которых переминался с ноги на ногу, а второй опирался на стену, повернулись на звук приближающихся к ним быстрых шагов. Проводник нырнул в скалистый проход.
Губы Медеи растянулись в улыбке. Защитный костюм и шлем второго мужчины она узнала. «Повезло», – пролетела довольная мысль. Медея не была мстительной, но если кто-то обходился с ней подло, то она отвечала тем же. По ее мнению, нападать втроем на одного нечестно.
Следом за проводником, мужчина скрылся в проходе, не приветствуя пришедшую. Медея шмыгнула за ними. Поднимались на лифте вдвоем: проводник остался внизу. На ботинке приспешника красовался серебряный круг.
Медея изучала сопровождающего ее, пока лифт медленно продвигался наверх. Экипировка на приспешнике Грязного достойная. Генератор кислорода прикрыт металлической пластиной, это могло значить, что тот в хорошем состоянии. Хоть защитные костюмы и шлема и скрывали личность, но своего рода также становились отличительной частью внешности. Поэтому для сохранения большей анонимности периодически их меняли.
Если бы Медею не поймали на прошлой вылазке, то, скорее всего, людям Грязного было сложнее ее найти, потому что мысль о смене экипировки пришла ей в голову. Костюмы – вещь недешевая, а в бою привычная экипировка помогала не отвлекаться.
Медея с грустью размышляла, что, видимо, придется попрощаться с успевшей стать родной защитой, если вдруг не получится выполнить задание Грязного.
Лифт достиг верха, каменная плита сдвинулась, выпуская на поверхность двоих. Медея молча следовала за мужчиной, ведущим ее в неизвестном направлении. Привычного чувства свободы не ощущалось. Мешал спутник.
Судя по опускающейся температуре на панели костюма Медеи, день обещал скорые заморозки. Ноги путников проваливались в остывающий песок, пока двое продвигались все дальше от Внешнего города.
– Куда мы идем? – раздался механический голос из маски Медеи.
Мужчина ткнул на панель своего костюма и, посмотрев на цифры, немного поменял курс.
– К озеру, – прошипел голос впереди идущего.
Медея недоуменно наблюдала, как спутник слегка изменил направление, и поморщилась от мысли, что дорога должна занять часов шесть. На столь долгий путь она не рассчитывала и в этой части бывала редко, из-за чего чувствовала легкое напряжение. Обычно, в целях собственной безопасности, Медея держалась подальше от озера. Если в его пары попадала искра, то тот загорался. В условиях малого содержания кислорода такое случалось редко, но риск возгорания всегда оставался.
Небо чернело над местом, куда направлялись путники. Шаг мужчины немного замедлился. К водоему вел длинный спуск. По краям углубления сосредоточились черные колючие кусты.
Длинная полоса воды уходила на несколько километров вдаль. На другом краю в отдалении виднелись деревья повыше, но такие же безжизненные, как и те, возле которых остановилась Медея с сопровождающим. От кустов до озера в песке лежали камни. Те становились все крупнее ближе к воде.
На одном из валунов сидел черный силуэт. У его ног поблескивала металлическая пластина. Ее не удавалось хорошо разглядеть из-за расстояния.
– Ту вещь, что в его ногах, – прохрипел механический голос над ухом Медеи.
Она вздрогнула от неожиданности, совсем забыв про раздражающего спутника. Мужчина тихо сделал пару аккуратных шагов назад.
– Ты куда? – недоуменно поинтересовалась Медея.
Мужчина резко остановился, выставив руки вперед, и сказал еле слышно:
– Тише, ты. Внимание привлечешь.
Медея не собиралась его отпускать так просто. Она помнила, что он бросил в нее нож, и всю дорогу ждала подходящего момента для осуществления своего плана. Она хмыкнула, достав из кобуры пистолет.
– Боишься того типа? – спросила она, направив дуло в живот стоящего перед ней.
Мужчина не был глупцом и прекрасно понимал, что с такого близкого расстояния пуля пробьет защитный костюм. Это его на данный момент беспокоило меньше всего. Грязный обеспечивал людей полезными вещицами на такие случаи, а вот спутница, привлекающая к нему ненужное внимание, напрягала.
– Хочешь уйти спокойно, выворачивай карманы, – произнесла Медея, держа спутника на мушке.
С маски послышался механический смех.
– Ограбить меня собралась? – поинтересовался, стоящий на месте, мужчина.
Медея пожала плечами, дожидаясь, когда до него дойдет, что она говорит серьезно. У того наверняка много интересного с собой. Выжить без этого на поверхности невозможно.
Мужчина, смирившись со своей участью, покорно бросал содержимое карманов на песок между ними. Медея знала, что убить или поднять шум спутник не может, ведь тогда он нарушит приказ начальства. Поэтому была уверена: ограбление пройдет успешно. Когда предметы закончились, мужчина произнес:
– Заберу потом с твоего трупа.
Медея недовольно поморщилась от его слов. Умирать она не собиралась. «Подумаешь выкрасть какую-то пластину. Ничего сложного», – успокаивал внутренний голос. Интуиция же подсказывала, что просто не будет.
– В следующий раз, десять раз подумай, прежде чем кидаться на меня с ножом, – буркнула Медея, присаживаясь посмотреть свой улов.
– Приму к сведению, – бросил путник.
Развернувшись, тот стал быстро удаляться, иногда опасливо оборачиваясь. Только Медее показалось, что смотрит он не на нее, а дальше. В то место, где сидел человек с металлической пластиной.
Довольно сунув в карманы два сменных генератора кислорода, заплатки на костюм и пару батареек, Медея убрала пистолет в кобуру и подняла взгляд с песка. Ее цель стояла, глядя на руку, предположительно на панель защитного костюма. Силуэт не двигался какое-то время, а затем подобрал с земли нужную Медее вещь и направился в ее сторону.
Она резко присела, успев подумать, что ее наверняка заметили. «Что это за штуковина у него в руках?» – думала она, понимая, что неверно истолковала размеры металлической пластины.
Любопытство заставило ее поднять голову из-за кустов. Серебристая вещь отливала на солнце. Черный силуэт, явно принадлежащий мужчине, приближался. За его широкой спиной торчала ручка неизвестного Медее оружия.
«Что Грязный хотел, чтобы я сделала?» – судорожно летело в голове. Чем ближе был незнакомец, тем отчетливей становилось, что скрывающийся под костюмом внушительных размеров.
«Он же метра два ростом. Может, ну его этого крысьего короля, пусть сам разбирается со здоровяком?» Хоть сознание Медеи и подкидывало идеи по спасению, но душа требовала узнать, что за вещь несет в руке незнакомец.
Пытаясь накидать хоть какой-то план, она сидела в редких кустах. Очевидно, что с такого расстояния человек не мог ее не разглядеть, поэтому Медея встала, поднимая руки.
Мужчина не замедлил шаг и не остановился. Она все ждала, когда произойдет хоть что-нибудь. Но тот молча прошел мимо в нескольких метрах от нее, словно для него незнакомка имела не больше значения, чем редкие растения, в которых она стояла.
Белые брови, скрытые шлемом, удивленно приподнялись. Любой на месте здоровяка насторожился бы от внезапного появления незнакомого человека на горизонте. Каждый из них мог оказаться убийцей или грабителем.
Не понимающая, что происходит, Медея двинулась за здоровяком. Глубокие следы на песке заставляли ее немного нервничать. Тяжелым был либо этот тип, ограбить которого необходимо, либо то, что он нес. Медее, наконец, удалось получше рассмотреть странную пластину.
Металлический корпус, размером чуть меньше метра в длину и примерно в два раза меньше в ширину, имел скошенные края. С хвоста торчали круглые трубки. Одна сторона непонятного механизма плоская. На ее поверхности располагались кнопки. Другая сторона имела небольшое возвышение по центру.
Не придумав ничего лучше, Медея, еле поспевая за уходящим незнакомцем, бросила ему в спину:
– Интересная штуковина, что это такое?
Здоровяк проигнорировал вопрос, спокойно направляясь к Внешнему городу. Через три часа молчаливого пути по пустыне Медея начала злиться. Становилось все жарче, так еще и странный тип делал вид, что не замечает ее.
«Может, он глухой?». Она обежала его и, выставив руки перед собой, преградила ему путь. Тот, сделав шаг в сторону, вновь вернул направление на город. Мысли о собственной безопасности сменились в голове Медеи на раздражение. «Мог напасть или сделать хоть что-то! Ненормальный!».
Совершенно не представляя, что предпринять, она еще несколько раз попыталась его остановить. Красные глаза уперлись в широкую спину, на которой висело мачете. Раньше Медея никогда не видела такого оружия, но сейчас ее это не волновало. Терпенье лопнуло в один момент.
– Ну все! Крысий ты гаденыш! Стой на месте, а то я прострелю тебе живот, – процедила Медея сквозь зубы, достав пистолет.
Она не злилась так сильно, даже когда люди Грязного связали ее, хоть по ее мнению, это подло. До слуха Медеи донеслось шипение, словно незнакомец хмыкнул.
Здоровяк, наконец, остановился. Обернувшись к преследовательнице, он произнес:
– Ругаешься, как старая проститутка
Так и было. Большинству ругательств она научилась у Клариссы. Медея прицелилась в живот.
О проекте
О подписке