Как только Богдан вошёл в засекреченный отдел «Неона» и увидел срочно прибывшего Мирама, понял – дела плохи.
Мирам был таким же искусственно взращенным латунцем, как и Богдан. Их отличие заключалось в том, что Мирама в младенчестве привезли с Сидана, планеты, где большую часть материка занимали вулканы, постоянно извергающиеся. Жители Сидана так и не научились справляться с грозной стихией, что в конечном итоге привело к полному уничтожению планеты. Сейчас Сидан представлял собой бурлящую лаву, поглотившую небольшие поселения, которые остались верными планете и не пожелали улетать. Родители Мирами приняли предложение латунцев и, ради блага сына, позволили его забрать.
Одно время латунцы мирным путем пытались установить, жители каких планет имеют с ними генетически схожие коды. Среди наиболее подходящих были аромцы и тигарцы. Если первых покорить и колонизировать не составило большого труда, то жители Тигара сражались по сей день, не желая сдаваться.
Гены Мирама тоже спокойно отреагировали на мутирование, но довольно интересным образом. Он не стал воином, его тело не приобрело физической крепости и выносливости. Зато он перенял некоторые ментальные способности латунцев и посвятил себя изучению планет и погодных условий.
И увидеть его на Ароме Богдан не ожидал.
В кабине помимо Мирама находился Загар и Стас. Последний стоял, скрестив руки на груди, и хмурился.
– Приветствую собравшихся. Что за срочность? – Богдан сразу перешёл к делу.
– Плохие новости, брат мой, – Мирам почтенно склонился, приветствуя его.
– Это я уже понял. А конкретнее?
– Луна, – Мирам достал объемистую пачку исследований с чертежами и разложил их на столе. – Последние пару недель я наблюдал за Красным Восхождением и сделал неутешительные выводы. На Луне наблюдаются вспышки энергии, которые, как ты понимаешь, ей не свойственны. Последний раз подобное наблюдалось, когда Красное Восхождение приблизилось к моему Сидану, что вызвало одновременное извержение всех действующих и спящих вулканов. На Ароме вулканов нет, но уже поступают сигналы о подземных толчках.
– На Ароме никогда не было землетрясений! – фыркнул Стас, отказываясь принимать предупреждение Мирама на веру.
– Значит, будут, – холодно сказал Загар, метнув на Стаса недовольный взгляд.
После того, как Стасу открыли истинные причины пребывания латунцев на Ароме, отношения между Загаром и Стасом заметно напряглись. Последний наотрез отказывался покидать Аром, мотивируя своё решение беспокойством за судьбу сестры. Да и когда Загар насмешливым тоном сообщил, что намеревается подать заявку на Ириду, Стас чудом не вцепился ему в глотку. Пришлось сжать кулаки и отойти в сторону.
При появлении Богдана, Стас ощутимо напрягся, ему не терпелось узнать, как прошёл разговор с Иридой, поставил ли тот метку его сестре. Но ему хватило одного вдоха, чтобы понять, что Ирида была с Богданом. На Славинском отчетливо чувствовался легкий аромат, присущий Ириде.
Вздох облегчения вырвался у Стаса. Значит, с сестрой все будет хорошо. Теперь можно себя посвятить и работе! Да что говорить! Теперь он готов отправиться хоть на саму Латунию!
Загар тоже почувствовал запах Ириды, его ноздри затрепетали, он втянул воздух и довольно улыбнулся. Причем эту улыбку заметили и Стас, и Богдан. Каждый её понял по-своему. А ему-то что? Он свою роль в этой истории сыграл, пришло время двигаться дальше.
– Ты уверен, Мирам? – Богдан посмотрел на разложенную карту. На ней Мирам отмечал вспышки на Луне на протяжении последних двух недель, и если на первом снимке было обозначено две вспышки, то на крайнем наблюдалось не менее двадцати.
– Абсолютно. Поэтому-то я здесь. Ситуация складывается очень серьёзная, брат мой. Думаю, у нас есть день-два, не более.
– Хреново.
– Очень.
Богдан посмотрел на Загара.
– Что думаешь по этому поводу?
Тот пожал плечами.
– А что думать? Сворачиваем дела на Ароме и валим к себе. Особого выбора у нас выбора. Завтра быстро объявляем новый набор эшелонцев, к вечеру, чтобы избежать паники, даем информацию властям о предстоящих землетрясениях, чтобы они успели подготовиться и, по возможности, эвакуировать людей на безопасные территории. Если я не ошибаюсь, половина земель на Ароме пустуют. От землетрясения пострадает в первую очередь что? Высотки, сам город. Вот власти пусть и занимаются расселением, пока есть возможность. Гор на Ароме нет, в основном степная местность, если люди не погибнут, восстановятся быстро. При необходимости поможем.
Богдан был согласен с Загаром. Эвакуировать всех нет возможности. На Латунию они их не транспортируют, а другие планеты всех жителей Арома принять не смогут.
Стас выругался.
– Мать вашу, что же вы предлагаете…
Загар резко повернулся к парню и грубо бросил:
– А что ты предлагаешь? Ты, кажется, бычился на меня из-за сестры? Сейчас Ирида пристроена, беспокоиться тебе за неё не надо! Если собираешься играть в героя и спасать государство, которое срать хотело на твою семью, готовилось отправить тебя в Зону Отчуждения, где ты с малолетней сестрой не прожил бы и пару месяцев, пожалуйста, никто мешать тебе не будет! А можешь подумать, поразмыслить и прийти к неутешительному выводу, что правительство Арома зажралось и ведет паразитирующий образ жизни! Не пытается выйти из гнета Латунии, не пытается с нами договориться, улучшить жизнь простых граждан. Им проще откупаться детьми да женщинами! И если бы вы не подходили нам генетически, мы давно бы кинули вас. И, поверь, не прошло бы и десятка лет, как от Арома ничего не осталось! Вас бы растерзали другие расы, и даже не из-за ресурсов, а потому что вы слабые! Не развиваете медицину, не развиваете армию! Даже такие ученые, как ты, у кого мозги работают в правильном направлении, остаются не при делах! И ты знаешь почему!
Стас покраснел, глаза налились кровью, руки самопроизвольно сжались в кулаки. Нет, он не собирался бросаться на Загара, тот говорил истинную правду, ничем не приукрашенную, и от того было обиднее вдвойне. Злился Стас на себя, что оказался заложником ситуации.
Бросать Аром, свой дом… От одной мысли о подобном коробило. С другой стороны, в словах Загара была доля истины. Стас и сам приходил к удручающим мыслям, что правительство Арома «гниет», что они не желают заботиться о большинстве граждан, что довольны сложившимся порядком и не готовы отстаивать интересы своих людей. Но и бросать сотни тысяч на произвол судьбы, на прихоть стихии было отвратно.
Поэтому Стас решил зайти с другой стороны:
– А если наш эксперимент не удастся? Где вы будете брать женщин в дальнейшем?
На лице Загара заходили желваки.
– Стас… Я же сказал – мы окажем помощь аромцам. Мы не кинем их. Я прекрасно понимаю тебя и твои мысли. Еще я понимаю, что общаясь со мной, ты пока не привык читать между строк. Хорошо… Я готов озвучить свои мысли, чтобы тебе было спокойно. Но впредь давай-ка учись прислушиваться ко мне и делать соответствующие – правильные – выводы. Я отдам распоряжение – и на Аром прилетят несколько кораблей. Если начнутся глобальные катаклизмы, на них погрузят женщин и детей. Корабли никуда не полетят, покружатся над Аромом. Мирам, сколько времени продлятся землетрясения? Можешь вычислить?
– Две-три недели.
– Терпимо. Провизией запасемся. Окажем Арому ещё одну услугу, – Загар криво усмехнулся, но в его словах слышалась неприкрытая горечь.
– Естественно, не безвозмездно? – поддел его Стас.
– Естественно.
Стас медленно кивнул. Хорош бычиться, на самом деле. Другие колонизаторы на месте латунцев кинули бы аромцев на произвол судьбы или учинили напоследок форменный беспредел. В чем, в чем, а в одном Загар прав – аромцы ослабли, привыкли быть иждивенцами, жить на готовеньком. Никто не станет их уважать только потому, что они есть. И, возможно, сами Небеса решили послать им испытание в виде кроваво-красной Луны.
Всё может быть.
Мужчины проговорили до утра. Обсуждали дальнейший план действий. Загар решил не откладывать важные звонки до утра, а начать действовать сразу же. Был дорог каждый час. Наплевав на время, позвонил в консульство Арома и потребовал соединить его с правительством, после чего дал четкие и конкретные указание по поводу новой партии молодых эшелонцев. Стасу было неприятно слышать, как младенцев называют «новой партией», только в свете открывшихся событий он начинал думать, что этим детям, возможно, даже повезло. Да, они будут лишены дома и родительского тепла. Их будут воспитывать другие люди. Но детишек забирали в том возрасте, когда они ещё не знали своих родителей, не помнили материнской ласки. В этом плане латунцы были предусмотрительными. И у этих детей будет возможность вырасти не бесхребетными амебами, как большинство жителей Арома, а полноправными гражданами галактики.
Лишь под утро, когда рядом с Луной появился солнечный диск с ещё не греющими лучами, Стасу представилась возможность поговорить с Богданом. Тот, несмотря на то, что не спал практически сутки, выглядел бодрым.
– Ирида у тебя?
– У меня.
Они остались в кабинете одни.
Стас встал напротив друга, засунув большие пальцы в карманы брюк и раскачиваясь на пятках. Вести разговор об Ириде оказалось нелегко. Очень быстро из друга и покровителя семьи, Богдан превратился в пару сестры, чьё будущее счастье теперь полностью зависело от него. Стас чувствовал себя не в своей тарелке, обычное ерничество, так свойственное ему в отношениях с Богданом, застряло в горле.
Богдан почувствовал заминку друга, подошёл к нему и хлопнул по плечу:
– Не напрягайся, Стас. Всё будет хорошо. Но не сразу. Должен это понимать.
– Слушай, Богдан…
– Да?
– Не улетай с ней сразу на Латунию. Не пугай её.
– Я и не планировал. Дам ей некоторое время на адаптацию.
Стас сдержанно кивнул. Лишних слов здесь не требовалось.
Ириде снился прекрасный сон. Синее море, которое она не видела никогда в реальности, билось о борта небольшого корабля, мирно плывущего в неизведанные дали. Яркое солнце приятно грело кожу. Ирида прилегла на лежак и наслаждалась тихим безмятежным днем. На душе было непривычно спокойно и легко. Девушка лежала на животе, закрыв глаза и подложив под лоб руки.
О проекте
О подписке