Меня будит ужасная головная боль. От чего изо рта невольно вырывается страдальческий стон. Первая мысль, которая меня посещает: "Если сыворотка сработала и изменила меня, то я избавлю мир от ублюдка Роджерса!"
Черт возьми. Я скорее всего сейчас в гробу! От этой мысли я резко открываю глаза, голова начинает кружиться и болеть еще сильнее. А к горлу подкатывает тошнота. Но я все равно с облегчением выдыхаю. Слава богу! Меня не закопали! Я в маленьком помещении с кроватью, небольшой тумбочкой и… все, больше здесь ничего нет. Смотрю на дверь. Она стальная с большим смотровым окном. Это место так похоже на тюремную камеру! Но как я могла оказаться в тюрьме?
От раздумий меня отвлекает звук шагов и голоса. Я сажусь с огромным трудом. Голова болит так, что, кажется, меня сейчас стошнит. К двери подходит высокий парень. Никогда его не видела. Смотрит на меня и говорит кому-то за своей спиной:
– Она очнулась. – затем смотрит на меня. – Клэр? Как ты себя чувствуешь?
– Голова болит. – хриплым голосом отвечаю ему, в горле пересохло так, что слова выходят не без труда. – Пить хочу. Можно мне воды, пожалуйста?
Он секунду смотрит на меня, как бы раздумывая, можно мне доверять или нет. Странно, такой здоровый, а сомневается. Что я могу ему сделать? Парень достает из кармана ключ, отпирает замок и открывает дверь. За его спиной я вижу… Ханна? Это она!
Она обходит его, но он удерживает ее за руку.
– Брось, Эйден! – она смотрит ему в глаза. – Она не сможет причинить мне вреда.
В ответ он вздыхает, кивает и отпускает ее руку. Она идет ко мне, в руках держит бутылку воды. Когда она оказывается рядом, я поднимаюсь на ноги и без промедления заключаю ее в объятия. Она делает то же самое. Так мы стоим пару минут. Потом она отпускает меня и протягивает мне воду. Я беру бутылку открываю ее и пью. Какое же облегчение! Ханна с теплотой и тревогой смотрит на меня.
– Как ты себя чувствуешь? Что произошло в лаборатории?
– Фрэнк разозлился, когда ты не стала рассказывать ему о Братстве. Силой запихал в меня снотворное и накачал сывороткой. – Я на мгновение прикрываю глаза. – Черт возьми! Сыворотка! Если она подействовала… – меня накрывает цунами из мыслей, и я начинаю задыхаться.
– Клэр, пожалуйста, успокойся. Не вся сыворотка попала в твой организм, а только часть. Мы успели вытащить из тебя капельницу.
Я вздыхаю с облегчением.
– Голова болит очень сильно. Это же первый побочный эффект?
– Не волнуйся! Эйден сделает анализ твоей крови и мы поймем, каким изменениям ты подверглась! Но глаза у тебя не изменились.
– Правда? Они не черные? – я делаю медленные вдохи и выдохи.
– Да. Они по-прежнему зеленые, может чуть темнее.
– Ханна, где мы? – этот вопрос теперь интересует меня больше всего. Вряд ли мы остались в лаборатории. Значит Ханне удалось сбежать и прихватить меня заодно.
Они переглядываются с парнем и, когда тот кивает, подруга отвечает.
– В штаб-квартире Братства.
Я напрягаюсь.
– У Призраков? Но почему? Когда ты не рассказала про них Фрэнку, мне пришла в голову совершенно идиотская мысль, что ты влюбилась. Представляешь? Это же бред?! – из меня рвется смешок.
Ханна выглядит смущенной.
– Ты абсолютно права.
Я открываю рот в изумлении.
– Хотя, чему я удивляюсь? Ничего невероятного. Ты наконец прислушалась ко мне. – когда она вопросительно смотрит на меня, я поясняю. – Я видела твоего парня. Красавчик, нечего сказать!
Парень, Эйден, или как его там, напрягается. А Ханна смеется.
– О ком ты говоришь?
Я совсем ничего не понимаю.
– Ну я про того горячего испанца, который был с тобой на кладбище.
Ханна смеется. Поворачивается к парню и говорит:
– Она думает, что я с Маркусом.
Ничего не понимаю.
– А что мне еще думать? Он бросился защищать тебя своим телом.
– Нет. Моя пара – Эйден. Но сейчас не время это обсуждать. Он осмотрит тебя, ладно?
Я внимательно смотрю на ее парня. Тоже ничего, но я бы выбрала другого. Что поделать? Страсть у меня ко всему испанскому: музыка, культура, кухня… парни.
Я киваю в ответ на вопрос Ханны. Эйден уходит и возвращается через минуту с набором для забора крови и приборами для измерения температуры и давления. Я сажусь на краешек кровати, Ханна садится рядом и берет меня за руку. Эйден протягивает мне белую капсулу. На мой вопросительный взгляд он отвечает:
– Это поможет от головной боли.
Я принимаю таблетку, запивая ее остатками воды. Мне становится легче буквально через пару минут. Но головная боль не покидает меня насовсем, она как будто просто немного отступила.
В течении пятнадцати минут Эйден проводит со мной все медицинские процедуры.
– Отнесу кровь, анализы сделаю позже. Сейчас, думаю, надо пойти поговорить с остальными. Надо решить, что делать дальше.
Он уходит, а я смотрю на Ханну.
– Меня ведь не убьют?
– Что ты такое говоришь? – она искренне удивлена. – Я не позволю никому тебя обидеть. Мы просто поговорим с ними и все. Тебе лучше?
– Да. Немного лучше.
Ханна поднимается и тянет меня за руку. Я робко следую за ней. Похоже, придется отбросить предрассудки о том, что вокруг враги. Мы выходим в узкий коридор, я вижу дверь, а за ней просторное белое помещение. Но в этом помещении три камеры, оказывается. Мы вышли из самой крайней. И когда я прохожу мимо соседней, то останавливаюсь, как вкопанная. Внутри сидит девушка. Сногсшибательная красавица: блондинка, длинные волосы… черные глаза.
– Это Аманда. – говорит мне Ханна. – Позже познакомить поближе.
Девушка улыбается мне и тонким голосом говорит:
– Добро пожаловать, соседка!
Сон медленно уходит, но я какое-то время лежу, зарывшись лицом в подушку. Наконец-то выспался. Переворачиваюсь, открываю глаза и смотрю в окно. Вечереет. Черт, я проспал целый день. Ну и что, скажите мне на милость, я буду делать ночью? Видимо, придется вызваться на патрулирование. Хотя вряд ли оно сегодня понадобится. "Равенство" скорее всего затаится после того, как прошлой ночью мы нагрянули к ним в лабораторию и сожгли ее дотла. К тому же, Ханна сказала, что ранила Фрэнка. Так что, скорее всего он забился в свою нору и зализывает раны.
Откидываю одеяло и поднимаюсь с кровати. Беру первую попавшуюся майку и натягиваю ее. В первую очередь мне нужен кофе. А потом уже можно подумать, чем заняться. Отправляюсь прямиком на кухню.
Открываю дверь и захожу, потягиваясь. Первое, что бросается мне в глаза – это длинные рыжие волосы и зеленые глазищи, смотрящие на меня с интересом. Какого хрена? Вчера, когда Ханна заставила меня тащить девчонку, я был раздражен этим фактом, но не возражал, иначе, она сама бы взяла ее на руки. Представляю лицо Эйдена, если бы он увидел, как Ханна тащит рыжую, а я спокойно несу пакет с сывороткой. Пришлось брать девушку самому, не такая уж она и тяжелая.
Но потом случилось немыслимое! Когда мы сели в машину: Эйден за руль, Ханна рядом с ним, а мне не оставалось ничего иного, как устроиться сзади и продолжать держать девушку на руках.
– Она не впадет в кому? – с тревогой спросила Ханна у своего парня.
Эйден обдумал этот вопрос, а только затем ответил.
– Не думаю, в ее кровь попала только часть сыворотки. Точнее о ее состоянии я могу сказать только после анализов. А кто она, кстати?
– Это моя подруга Клэр. – почему-то с опаской косясь на меня, поведала Ханна.
Подруга? Да вы, нахрен, смеетесь надо мной? Если эти двое подружились, значит, от рыжей будет не меньше проблем. Я подавил в себе желание открыть окно и выкинуть девушку прямо на ходу.
И вот, теперь она сидит здесь, как будто так и надо, и пялится на меня. А затем наклоняется к Ханне, я слышу неразборчивый шепот, от ее слов Ханна смеется, а сидящий рядом с ней Эйден напрягается.
– Уверена на сто процентов. – громко отвечает ей Ханна.
О чем это она? Хотя, не важно.
– Что ОНА тут делает? – я указываю кивком головы на рыжую.
– Маркус, девушка не пленница, никто не будет держать ее под замком. – говорит мне Джон.
– Отлично. – с сарказмом говорю я. – Где поселим ее? Может с Каем? Ну а что? Он – рыжий, она – рыжая. У них получатся отличные ярко-волосые детишки!
Кай громко хохочет. Ему лишь бы поржать. Вечно любую ситуацию обернет в свою пользу. Девушка смотрит на меня изумленно, а затем ее губы кривятся в презрении. Она поворачивается к Ханне и удивительно мелодичным голосом говорит так, что теперь ее слышат все.
– Беру свои слова обратно. Он тот еще придурок!
Раздаются смешки. Не понял. Это она про меня что ли?
– Повтори, что ты сказала? – подхожу к столу и угрожающе наклоняюсь к ее лицу через него.
Она бесстрашно смотрит мне прямо в глаза и раздельно произносит:
– Ты – при-ду-рок!
На несколько мгновений у меня пропадает дар речи, но затем я поворачиваюсь к Ханне.
– Ну вот, я так и знал! Твоя подружка еще хуже тебя! Нормальной у тебя нет? Может по-быстрому съездим, обменяем?
Ханна смеется.
– Не обращай на него внимания. – говорит она рыжей. – Он всегда такой с незнакомыми людьми. На самом деле он – душка.
– Что-то я в этом сомневаюсь. – рыжая больше не смотрит на меня. – Надо было добить его тогда. На кладбище.
Все резко вскидываются при этих ее словах. Ханна бледнеет. А Клэр удивленно смотрит на нее.
– Ты что, ничего им не сказала?
Так это она всадила в меня дротик? Вот сука! Я бью кулаком по столу в сантиметре от ее руки. Она вздрагивает, но с вызовом смотрит на меня.
– Зачем ты это сделала? – ледяным голосом спрашиваю у нее, а затем обращаюсь к братьям. – Вот вам, пожалуйста, невинная овечка! Такие в секту не вступают! Она могла убить меня – совершенно незнакомого человека! Но самое главное, она чуть не убила Ханну! А теперь сидит и притворяется ее подругой!
Установившаяся тишина просто оглушает. Теперь пришло время рыжей побледнеть.
– О чем он говорит? – дрожащим голосом спрашивает она у подруги.
Ханна тяжело вздыхает и бросает на меня раздраженный взгляд.
– Понимаешь, Клэр, то средство для восстановления памяти, что ты мне вколола… оно чуть не убило меня.
– Ч-что? Но Мэгги сказала, что препарат полностью безопасен.
Я с сомнением смотрю на нее.
– И ты ей поверила? Да в "Равенстве" нет ничего безопасного! Девяносто девять процентов всей дряни, что они изобретают, не проходит проверку!
– Да откуда мне было это знать? – она выглядит искренне расстроенной. – Думаешь, мне много чего рассказывали? А когда я увидела Ханну, которая выглядела вполне здоровой, то подумала, что все сработало как надо. И новый препарат не причинит ей вреда.
– А Маркуса зачем хотела убить? Там была тройная доза транквилизатора! – вставляет Рид.
Она смотрит на него секунду, а потом поворачивается к Ханне.
– Ханна не даст соврать, нам внушают ненависть к вашему Братству. Вы – враги, а значит вас не надо жалеть.
– Она говорит правду. – кивает Ханна.
Рыжая никак не успокоится.
– Прости меня, я не думала, что причиню тебе вред! Но… как ты спаслась?
Ханна улыбается с теплотой всем нам.
– Я нашла семью, которая не дала мне умереть.
– Милота да и только! А теперь давайте обнимемся? – встреваю я.
Ханна бросает в меня виноградину, которая попадает мне прямо в нос. Все смеются.
– Кстати, Ханна, нам придется съездить к руководству. Рассказать о том, что произошло вчера. Ну и о том, что ты приняла нашу сыворотку. Я свяжусь с ними, чтобы они назначили дату.
Ханна кивает и берет Эйдена за руку. От этой сладкой парочки аж зубы сводит.
– Так что будем делать с девчонкой? – я указываю на рыжую.
– В каком смысле, что делать? Вы же сами сказали, что я не пленница. А значит, могу вернуться домой.
– К сожалению, не можешь. – в разговор вступает Эйден. – Попавшая в твой организм сыворотка не могла бесследно исчезнуть. Нам нужно понять, какое она окажет на тебя влияние, будут ли побочные эффекты, да и вообще какие-то изменения.
– К тому же, тебе небезопасно возвращаться домой. – добавляет Макс. – Члены "Равенства" могут выйти на тебя и начать пытать, чтобы узнать о нас, ну или продолжить эксперименты на тебе.
– Да откуда им вообще знать, что я была у вас?
– Эээ… мы устроили небольшой пожар, который вышел из под контроля. И если бы Ханна не нашла тебя и не вытащила оттуда, то тебя бы уже не было в живых. – сообщает Кай.
Девушка ошеломлена.
– Они бросили меня умирать? Да они спятили, если думают, что я им что-то расскажу!
– Рад слышать. – вставляет Рид. – Но все равно тебе лучше побыть пока у нас.
Да что это с ним?
– Он совершенно прав. Безопаснее для тебя будет остаться пока с нами. – говорит Джон.
Ушам своим не верю! Такими темпами, скоро весь дом заполонят девчонки! Ужас!
– Ну и где она будет жить? – спрашиваю у Джона. – свободных спален у нас нет.
Клэр тяжело вздыхает.
– Я могу жить в той комнате, в которой проснулась. Конечно, если вы меня не будете запирать на замок.
– Ты уверена? – Ханна смотрит с тревогой. – Может займешь гостиную или медиа-зал. Там довольно большой диван.
– Нет, все в порядке. Мне понадобится время и тишина, чтобы все обдумать.
– Можно устроить. – говорит Эйден. – Идем? Я как раз сделаю анализ крови.
Клэр, Ханна и Эйден встают и уходят.
Все остальные смотрят на меня.
– Что? – я иду налить себе кофе.
– Веди себя прилично! И давай, пожалуйста, без нападок на эту девушку! – серьезно говорит мне Джон.
– Это пройденный этап. Не буду я на нее нападать, нужна она мне. – я меняю тему. – Сегодня нужно идти в патруль?
– Сомневаюсь, что секта предпримет что-то так скоро. – говорит Рид.
– Согласен с ним. Отдыхайте. Пойду, свяжусь с руководством. – Джон тоже уходит.
– Что будем делать? – спрашивает Кай. – Может по партии в бильярд?
Все дают согласие, я допиваю кофе и мы идем на второй этаж.
***
Около полуночи я выхожу из лифта и иду в свою спальню. Спать не хочется, но и бильярд уже надоел.
Ханна выходит из лаборатории.
– Что это с тобой? Выглядишь так, будто Эйден ставил на тебе какие-то жуткие эксперименты.
– Просто немного устала. Эйден ушел минут двадцать назад. А я все это время провела с Клэр. Нам многое нужно было обсудить.
– Надеюсь, ты заперла ее на замок? Не хочу, чтобы она напала на меня из-за угла! – я, конечно, шучу, но на самом деле пока не могу доверять рыжей.
Ханна бросает на меня свирепый взгляд. Выглядит она, как разозлившийся котенок. Я прячу улыбку.
– Никто не будет запирать ее на замок! Она не враг нам! Если бы не обстоятельства, то все сложилось бы по-другому. Она не по своему желанию пошла на кладбище и стреляла в нас. Мы должны помнить, что у нас общий враг – Фрэнк и его приспешники!
Что бы она не говорила, я остаюсь при своем мнении.
– Ладно, не кипятись! Я просто пошутил.
– Кстати, ей понадобится одежда. Сделаешь? – это не похоже на просьбу.
– Нет проблем. Какой у нее размер?
Ханна изумленно смотрит на меня.
– А ты не знаешь?
Теперь наступает моя очередь удивляться.
– Откуда я должен это знать?
– Ну мой же размер ты как-то узнал! Хотя, я не хочу знать как. – она корчит смешную рожицу.
– Эй, ничего криминального. Когда Эйден притащил тебя, ты была в отключке. Такая грязная, как будто на тебя вывалили тонну земли. Я просто взглянул на бирку на твоем платье. К тому же, по фигуре все понял. А времени рассмотреть фигуру твоей подружки у меня не было.
– Зато было время ощупать. – вполголоса говорит она.
Я возмущен до глубины души.
– Я некрофилией не увлекаюсь! Ладно, утром зайду к рыжей, узнаю размер и закажу тряпки.
– Маркус, перестань уже называть ее "рыжей"! У нее есть имя! Ее зовут Клэр. И ты это прекрасно знаешь.
– Иди уже спать. А то вырубишься прямо здесь.
Она закатывает глаза. Меня раздражает эта ее привычка. Мы расходимся по комнатам, и я валюсь на кровать прямо в одежде.
За короткое время вся моя жизнь и жизнь моих братьев изменилась до неузнаваемости. Сначала Ханна повернула ее в непривычное русло своим появлением. А теперь объявилась еще одна. Она не такая простая, какой хочет казаться. Надо присматривать за ней. И надо поговорить с Эйденом, пусть держит свою девушку в узде. Иначе, она может притащить сюда еще якобы "невинных" подружек из "Равенства". Тогда весь дом заполонят девчонки! Меня передергивает от этой мысли.
О проекте
О подписке