Испытывая легкое разочарование из-за того, что девушка не пожелала пообщаться с ним чуть дольше, Колт проводил ее взглядом. Он видел, как она отшила главаря оплота, но не думал, что его будет ждать та же участь.
Колт заметил какое-то движение справа. Скосив глаза, он увидел подошедшего Кейда.
– Обломала? – спросил тот, глядя туда же, куда и Колт.
– Ага, – кисло отозвался он. – Ноль шансов из десяти.
Кейд хмыкнул и повернул голову, вглядываясь в профиль Колта.
– Мы задержимся в Адемаре на несколько дней, там полно баров на любой вкус, будут тебе девчонки.
– Идем уже, – махнул рукой он и двинулся в сторону костра.
Кейд пошел следом. Он впервые видел, чтобы Колта отшивали. В центральной части Алькора тот часто общался с девушками, и те более охотно шли на контакт. Возможно, эта дамочка просто оказалась ему не по зубам. Разочарования случаются.
Добравшись до костра, Кейд и Колт заняли свободные места и как раз вовремя, чтобы услышать довольно интересные новости от людей из Ругана.
– … так что грядут изменения, – подводя черту сказанному, тому, что они бездарно пропустили, сообщил один из мужчин.
Кейд надеялся только, что Ллойд был где-то поблизости и слышал начало речи. Рассчитывать на Джея было нельзя, его внимание целиком и полностью поглотила блондинка в развратном платье. Аврора, чтоб ее. Кто вообще так одевается, отправляясь не на званый ужин? Еще одна отбитая на голову. Не знал, что такие во вкусе старшего Хоффмана. Поучился бы лучше у сестры и выбрал кого поспокойнее, как сделала она.
– Думаешь, оплотов это тоже коснется? – вырвал его из раздумий голос Тумбса.
Мужчина из столицы почесал короткую темную щетину на подбородке, после чего развел руками.
– Все возможно. Правительственные шишки взялись за порядок в городах и на территориях между ними по-серьезному. После того, как несколько месяцев назад убили коменданта Алерта и назначили нового, его младший братишка рвал и метал. Он-то и стал инициатором нововведений.
Кейд и Колт переглянулись. Чего они не ожидали услышать здесь, так это упоминания тех событий, непосредственными участниками которых являлись.
– А кто там был? – спросил какой-то мужчина с другого конца площади, Кейд со своего места не мог его разглядеть.
– Дэрил Шеффилд – продажная мразь из верхушки. Говорят, он входил в узкий круг тех, кто мутил дела в Бастионе.
За спиной у Кейда раздался взрыв хохота.
– Тебе-то откуда знать такие подробности?
– Не твое дело, – отрезал столичный позер. – Можешь не верить, мне срать. Но потом не удивляйся, когда сотрудники службы безопасности схватят тебя за жопу и отправят за решетку.
На площади повисла тягучая тишина, ее нарушало только потрескивание костра и негромкие голоса тех, кто не присоединился к главному разговору.
– Так в итоге что? – не выдержав, спросил еще кто-то, кого Кейд не видел.
– В итоге, Эдвард Шеффилд пообещал навести порядок на Континенте, – сообщил другой мужчина из Ругана. – И начал с Бастиона. По слухам, тюрьмы больше нет.
– Если вообще когда-то была, – пробормотал женский голос, который, по счастью, мало кто услышал, иначе не избежать бы им свары по поводу правдивости существования Бастиона.
Мужчина из столицы продолжил:
– В ближайшее время проверки начнутся во всех городах, так что контрабандисты залягут на дно. Если не совсем идиоты.
Дальше Кейд не слушал. Неотрывно глядя на пляшущие языки пламени, он размышлял о том, чем все это может обернуться конкретно для него и для Алькора, в частности, где остались близкие ему люди.
Убивая Дэрила Шеффилда и совершая месть за смерть отца, Кейд даже не задумывался о том, что у подонка был брат, который точно так же захочет отомстить. Органа не боялся, за себя точно нет. Сейчас его волновала лишь мысль о малышке Лили – его новорожденной сестре. Он обещал Аннабет, что позаботится об их благополучии, и намерен сдержать слово. А это значит, что в поездке Кейда ждут не только дела, ради которых он покинул Алькор, но и непредвиденные задачи.
Подняв взгляд, по другую сторону от костра он увидел без труда отшившую Колта Дани. С каменным выражением лица девушка смотрела на огонь, кажется, не замечая ничего вокруг. Ни толпы, ни того, что сидящий рядом Тео обнимал ее за плечи, ни уж тем более внимания Кейда.
В то же время Даниэль, мысленно находившаяся далеко отсюда, не могла поверить в услышанное. Ее не волновали россказни о Бастионе и грядущих переменах. Когда-то она надеялась, что никогда больше не услышит упоминаний об Эдварде Шеффилде, но надежды оказались напрасными.
Спустя семь лет в ее жизни вновь появилось его имя, и что-то подсказывало, что и он сам не так далеко, как хотелось бы Дани. Ведь Эдвард никогда не бросает дел на полпути, а это значит, что он обязательно явится в Адемар.
Она знала, что этот дерьмовый день ни за что не мог закончиться на позитивной ноте.
Возвращаемся в дом сразу после того, как Маттео решает, что на сегодня достаточно новостей. Без возражения передаю бразды правления ему, все еще пребывая в отстраненном вакууме, окруженная беспрерывными нападками мыслей, от которых не могу избавиться. Внутри кипит ярость, которую приходится подавлять всеми возможными способами, чтобы не сорваться и не разнести в щепки все, что попадется под руку.
Я не особо слежу за политической ситуацией на Континенте и в курсе только тех новостей, что касаются непосредственно Адемара. В последние пару лет веду дела в основном внутри периметра, а в других городах бываю нечасто. Сегодняшняя поездка вообще могла не состояться, если бы не убедительная просьба Шона. Да и проходил этот недообмен не в пределах Алерта, а в его окрестностях. Как и многие подобные. Внутри городских стен совершаются гораздо более серьезные сделки, чем то недоразумение, на котором мы побывали с утра.
Разумеется, отгородиться от всех новостей не получается. До меня неизбежно доходит какая-нибудь информация о происходящем в других городах, даже находящихся далеко от Адемара. Так произошло и со слухами о том, что коменданта Алерта жестоко убили, но в подробности я не вникала. К тому же, понятия не имела, кто занимал эту должность. Лучше бы и дальше оставалась в неведении.
Меня передергивает от одного только упоминания ненавистной фамилии, даже если она принадлежит не тому, с кем предпочла бы никогда не пересекаться. Ни в прошлом, ни в будущем.
– Даниэль? – зовет Маттео.
Выныриваю из размышлений и обнаруживаю себя стоящей у окна и до побелевших костяшек цепляющейся за подоконник. Как я здесь оказалась? Без понятия.
Оборачиваюсь. Кэсс стоит в двух шагах и протягивает мне стакан воды. Жестом отказываюсь от него. На лице Кэсс написана неподдельная тревога, и я отвожу взгляд, не желая видеть еще и жалость, если та вдруг появится.
– Думаю… – начинаю я, но спотыкаюсь от хриплости собственного голоса. Кэсс вновь тянет мне воду, на этот раз принимаю ее, делаю пару больших глотков и прокашливаюсь. Только после этого пробую снова: – Думаю, лучше нам отправиться спать, чтобы завтра выехать пораньше.
– Погоди, – возражает Маттео. – Может, сначала обсудим?..
– Нечего обсуждать, – перебиваю устало.
– Дани, – мягко произносит Кэсс, но я не даю продолжить и ей.
– Мы не будем это обсуждать, – произношу с нажимом.
Они быстро переглядываются, и Маттео решительно поворачивается ко мне, чуть приоткрыв губы и явно собираясь что-то сказать.
– Я пока не готова, – сообщаю серьезно.
Он тут же захлопывает рот.
– Ты ведь знаешь, что можешь поговорить с нами о чем угодно, – напоминает Кэсс.
– Знаю. – Вымучиваю благодарную улыбку и добавляю: – Приедем домой, сразу же поговорю с Шоном. Не может быть, чтобы сюда новости добрались быстрее, чем до Адемара.
– Хорошо, – соглашается Маттео. – Ложитесь, я схожу к машине, проверю, все ли в порядке и долью топливо, чтобы завтра не тратить на это время.
– Не стоит, – останавливаю я. – Терпит до утра. Лучше отдохни.
– Как скажешь, – говорит он в тот момент, когда от входной двери доносится шум, а следом сердитый приближающийся топот.
Пару секунд спустя на пороге кухни появляется Рори. Ее губы недовольно поджаты, а брови насуплены.
– Что произошло? – спрашиваю я, удивленно глядя на нее.
Аврора крайне редко бывает в подобном настроении, отчего не получается не принимать ее всерьез.
– Издеваешься? Ты спрашиваешь у меня об этом? Чертов Эдвард Шеффилд – вот что произошло.
При звуках этого имени до скрипа стискиваю зубы.
– Я в норме…
– Какой нахрен норме? – обрывает она. – Я, когда услышала, была далека от нормы! Про себя можешь не заливать.
– Не тарахти, завелась, – просит Кэсс и поворачивается ко мне, явно собираясь что-то сказать.
Но Рори не была бы собой, если бы позволила перебить себя без последствий.
– А к вам у меня отдельный разговор. Какого черта вы не сказали мне обо всем сразу? Почему я узнаю про мудилу Шеффилда от посторонних? Я часть команды или что?
– Ты, как и все мы, была на площади, – резонно замечает Маттео.
Но Аврору не устраивают его аргументы.
– Да не слушала я болтовню у костра, там же никогда не обсуждают ничего интересного.
Она обводит укоризненным взглядом каждого по очереди.
– Ты ненавидишь, когда тебя отрывают от общения, – напоминает Кэсс.
Аврора взрывается:
– Вы – вот кто для меня важнее любых мужиков! Я пришла, как только узнала.
– Мы сами вернулись десять минут назад, а ты устроила истерику, будто тебя бросили.
– Так и есть, мать твою, Кэсс!
– Хватит! – громогласно обрывает Маттео.
Он редко повышает голос, так что этот прием срабатывает безотказно.
Несколько долгих секунд над нами висит напряженная тишина. И только я собираюсь нарушить ее, как меня опережает Кассандра.
– Похоже, у Хоффмана крохотный член, иначе ты не была бы такой злющей.
Аврора прищуривается, и я жду новую порцию брани, но она неожиданно ухмыляется.
– А еще говоришь, что я помешана на сексе.
– Может, вы обсудите подробности своей интимной жизни как-нибудь в другой раз? – раздраженно вздохнув, предлагает Маттео.
– Давно пора привыкнуть, – отмахивается Рори и вновь переключает внимание на меня. – Как ты?
– Нормально, – произношу стальным тоном, чтобы ни у кого не возникало желания это оспорить.
Рори с сомнением вглядывается в мое лицо, но не продолжает тему, спрашивает другое:
– Уезжаем сейчас?
– Утром. Нет смысла срываться в ночь.
– Ладно, – легко соглашается она. – Тогда я спать.
Кэсс удивленно вскидывает брови.
– Так что, твой блондинчик вправду настолько плох, что ты предпочтешь не возвращаться к нему?
Рори закатывает глаза и строит раздраженную мину.
– Похоже, кое у кого нехватка секса, раз ты никак не прекратишь интересоваться Хоффманом. Вернемся в Адемар, срочно свяжись с Нейлом, пусть это исправит.
– Заткнись, – беззлобно советует Кэсс.
– Так. Всем спать, – прекращаю спор и тащусь в сторону кровати.
Сомневаюсь, что вообще смогу сегодня заснуть, но хотя бы попытаюсь. Устраиваюсь на краю на удивление мягкого матраса и склоняюсь к ботинкам.
– И я понятия не имею, как там у Джея в штанах, – продолжает Аврора, будто не слышала приказ, и шагает следом. Игнорируя недовольное бормотание Маттео, она заканчивает: – У нас ничего не было.
Оборачиваюсь и с сомнением смотрю на нее.
– Что? – восклицает Аврора, заметив устаканившуюся тишину.
– Даже я удивлен, – комментирует Маттео.
Она всплескивает руками, обходит меня и плюхается на ближайшую кровать, принимаясь расстегивать крепления на боку, чтобы избавиться от платья.
– В самый неподходящий момент разговора объявился какой-то парень и рассказал Джею про говнюка Шеффилда. Насколько я поняла, они переживают за судьбу Алькора, откуда и прибыли.
– Алькора? – изумленно переспрашивает Кэсс.
Перестаю расшнуровывать ботинок и тоже выжидающе пялюсь на Рори. Она скидывает платье и остается в нижнем белье, не обращая внимания на Маттео. Да и он давно привык, что Авроре чуждо стеснение, поэтому не концентрируется на ее внешнем виде.
– Ага, прикиньте? Они из Алькора. Хотела бы я посмотреть на него. Просто чтобы убедиться, настолько ли там хорошо, как болтают. Но не суть. После того, как появился его друг, Джей стал отстраненным, а после извинился и ушел. Представляете?
– Не может быть! – наигранно изумленно восклицает Кэсс.
– А я о чем! – сердито выпаливает Рори, не замечая ее саркастичной ухмылки. – Меня не кидают. Никогда. Даже если на кону стоит судьба человечества.
Пряча улыбку, забираюсь под одеяло и укладываюсь на подушку, пахнущую цветочным средством для стирки. Что бы ни происходило в жизни, присутствие друзей способно вытащить меня из любой эмоциональной ямы. Сама не замечаю, как душевный раздрай сменяется подобием спокойствия, и мне больше не хочется крушить все вокруг.
– Я разговаривала с одним из людей Хоффмана…
– С красавчиком? – перебивает Рори, приподнимаясь на кровати.
– Нет, – выдыхаю я, покачав головой. – В общем, они тоже направляются в Адемар. Может быть, у вас с Хоффманом получится пересечься там.
Прикрываю глаза, вспомнив, что сказала Колту, будто мы едем в Алерт. Хотя какая разница, что он подумает по этому поводу? Даже заморачиваться не буду.
– Ну уж нет, – отрезает Аврора и плюхается обратно на подушку. – Он упустил свой шанс, пусть теперь трахает другую.
– Лягу в гостиной, – не выдержав, объявляет Маттео.
– Неженка, – бормочет Рори, зарываясь с головой под одеялом.
Ловлю на себе взгляд Маттео, и улыбаюсь ему. Он смотрит так пристально, словно хочет спросить, точно ли все в порядке. Киваю. Только после этого он уходит.
Лежу, прислушиваясь к мерному дыханию Кэсс и Рори. Последняя засыпает буквально через пять минут, Кассандра спустя еще несколько, а я так и продолжаю лежать, глядя в потолок.
Воспоминания помимо воли уносят на семь лет назад, когда в моей жизни все было просто и понятно. Не было людей, впоследствии заменивших мне семью. Как и проблем и знаний о том, что все окружающее – наглая ложь. Отец и дед, Бертрам Кавана, не просто крупнейшие инвесторы Адемара, Ругана и еще нескольких ключевых городов Континента. Их род деятельности – всего лишь удобное прикрытие для незаконных дел невообразимого масштаба. И я бы так и оставалась в неведении, в безопасном мирке, построенном на крови и обмане, если бы не объявился папаша Эдварда – важная шишка из столицы, политик, имеющий схожее с дедовским дело, только на законных основаниях. Как вчера помню ужин, впоследствии обернувшийся катастрофой.
Переворачиваюсь на другой бок и выкидываю из головы мысли об Эдварде, от которых снова начинаю заводиться. К черту его. И отца с дедом туда же. Надеюсь, ад существует, и Бертрам Кавана непрерывно горит в самом пекле.
О проекте
О подписке