Принимаясь знакомиться с творчеством Ивана Шмелева, я, опираясь на отзывы и рекомендации, была полна надежд и уверенности, что открываю для себя восхитительного писателя, чьи книги займут почетное место на полке и в сердце. К сожалению, в тот период я ничего не знала об этом авторе и его жизни, иначе ни за что бы не притронулись к историям, написанные таким двуличным, жестоким и изворотливым человеком (см. письма Ивана Шмелева к Ольге Бредиус-Субботиной, его подруге по переписке, замужней женщине, к которой, к слову сказать, автор питал отнюдь не одни лишь платонические чувства). Не стала бы тратить свое время на такое.
Ну да ладно, возвращаюсь к «Неупиваемой чаше». Произведение это написано своеобразным языком, который мне никогда не был близок. В тексте встречается очень много неуместной грубости, странных речевых оборотов, а оскорбления/насмешки людей по внешнему виду и особенностям являются так и вовсе само собой разумеющимся привычным делом, являя своеобразную манеру общения. История пестрит не самыми приятными аморальными персонажами, то и дело скатывающимися в пьянство и ведущими себя соответствующим омерзительным образом. Кроме того, буквально с самого начала читатель наблюдает сцены агрессии, в том числе физической, и уже одно это обстоятельство выводит данное произведение из ранга достойных работ (in my humble opinion).
Что касается отношения главного героя Ильи к женщине по имени Анастасия, с которой он и писал свою картину, то тут все еще страннее. Насколько я понимаю, «Неупиваемая чаша» позиционируется как духовная, возвышенная и «чистая» литература, лишенная греховных настроений и помыслов. Однако, наблюдая за поведением Ильи и Анастасии, в это как-то не совсем верится… Возможно, я чего-то неверно истолковываю, но порочные мысли, «подкаты» и последующая полубредовая любовная мания художника, писавшего икону (!!), идет, на мой взгляд, вразрез с традиционным скромным поведением человека, который вроде как является лицом верующим и уважаемым. Хмм :/ Факт того, что мужчина пишет картину чужой и запретной для него женщины, ведь она замужем, не укладывается у меня в голове. Как такое вообще может быть?! Каким образом данный рассказ относится к духовной и «непорочной» литературе, тоже загадка. Как эту бредовую манию, основанную на страсти и иллюзиях, можно назвать любовью - еще один непостижимый для меня момент.
Подводя итог: странная манера повествования, странные главные герои, странная ситуация с иконой и странный автор, вызывающий у меня стойкое чувство антипатии и брезгливости. Возможно, не будь здесь религиозной подоплеки, я бы отнеслась к этой истории проще, как к любому произведению, описывающему классические ошибки людей, следующих за своими страстями. Но твердое подчеркивание «духовной» составляющей делает для меня эту историю совсем неприемлемой, непонятной и неблизкой. Очень разочарована.