– Лёня, ты всегда был фантазёром, – укоризненно возразил ему старый Кирилл. – Это только в мультиках бывают трансформеры. Здесь же серьезные люди, серьезные дела. Надо сначала найти своё место, устроиться в новом мире. А не в войнушку играть.
– Причём здесь войнушка, Кирилл? Я хочу внести свой вклад в общее дело, мне надоело штаны просиживать в скучных кабинетах. Я хочу действовать!
– Боюсь вас огорчать, но стать трансформером не получится, – вмешался в их спор Вакс. – Это ведь боевой робот, как я понимаю?
– Огромный боевой робот, – утвердительно закивал старый Лёня. – Не меньше тридцати метров в высоту.
– Ого! – усмехнулся Вакс. – Хотел бы я такого иметь у себя в команде, но нет. После восстания киберзоидов больше ста лет назад использование искусственного сознания или симбиотического интеллекта в военных системах запрещено. Максимум – это вон те металлические болваны, – ветеран кивнул на своих киборгов. – В боевого робота сознание помещать нельзя. Это будет катастрофа.
– Ой, откуда вам знать? – удивился старый Лёня.
– Потому что я воевал с ними. Тогда во время восстания. В тринадцатом штурмовом легионе Ордена Святого Ли, – Вакс вдруг глянул на Ли Ли, тихонько устроившуюся в угловой нише на коленках отключённого киборга. – Хм, может быть поэтому ты мне так нравишься, Ли Ли? Напоминаешь о старом святом вояке и моей бурной молодости. Ладно, тем не менее, – ветеран вернулся к своему рассказу, – в те времена большинством планет управляли государства, как у вас, но они уже начинали разваливаться. А корпорации ещё не набрали достаточно влияния, чтобы обеспечить стабильность. Многие правительства экспериментировали с автоматизацией госуправления, ну, чтобы заменить чиновников, полицию, армию и всё остальное на мегакомпьютеры с искусственным сознанием. И в один прекрасный день восстание машин вспыхнуло сразу на всех обитаемых планетах. Даже на тех, где не было мегакомпьютеров. Государства рухнули. Но возникли очаги сопротивления. Война с киберзоидами продолжалась двадцать восемь лет. Со временем некоторые отряды сопротивления превратились в боевые религиозные ордена как наш. Последние пятнадцать лет войны я крошил этих самых трансформеров под святыми жёлтыми знамёнами. Потом лет через двадцать после Освобождения наступила стабильность и Орден Святого Ли трансформировался в военную корпорацию. Тогда всё вокруг превращалось в бизнес, а все кто мог объединялись в корпорации. Хотя на самом деле те же самые кишки, кровь и крупнокалиберные пулемёты, – Вакс подмигнул старому Лёне, – но без песнопений и сжиганий на бетонных крестах.
– Вы сказали, что это было сто лет назад? – спросил старый Кирилл.
– Примерно. Сейчас семьдесят третий год от Освобождения.
– Сколько же вам тогда лет?
– Я родился на третий год восстания, значит, мне всего девяносто восемь.
– А выглядите на двадцать. Поразительно! – воскликнул старый Кирилл.
– Ради этого «поразительно» мы за вами и прилетаем, неправда ли? – усмехнулся Вакс.
– Поразительно, – заворожено повторил старый Лёня за своим другом. – Одно дело понимать умом, а совсем другое увидеть всё самому. Это правда, Кирилл, мы снова станем молодыми!
– А вам сколько сейчас? – поинтересовался Вакс.
– По восемьдесят, конечно, – ответил старый Лёня. – Возраст выбытия. Мне сегодня исполнилось, а Кириллу три дня назад. Из-за этого весь тот боевик по дороге и случился – он в планетарный розыск попал за неявку в органы учёта, а мы как назло на патруль нарвались. Повезло, что вы нас не бросили, а то бы прямёхонько на почётную утилизацию.
– Вас бы убили? – поразилась Ли Ли из своего угла.
– Да вы не пугайтесь так, девушка. Всё проходит цивилизованно, без боли, со всем возможным уважением, – попытался успокоить её старый Кирилл.
– Вот только неохота, – весело добавил его пожилой приятель.
– Мы должны сохранить наш опыт. Нельзя разбрасываться накопленными знаниями. Это наш долг перед поколениями, – попытался оправдаться за них обоих старый Кирилл.
– А кто вы по профессии? – спросила Ли Ли.
– Я партийный уполномоченный, а Лёня – доктор. Выросли в одном дворе, в одну школу ходили. Потом я по партийной линии пошёл, а Лёня в науку подался. У меня был высший допуск к гостайне. Я ему и рассказал о Тропе Бессмертия.
– Это мы, коротышка, – подмигнул девушке ветеран.
– А что делает партийный уполномоченный? – спросила Ли Ли.
– Непосвящённому человеку так просто не объяснишь, – старый Кирилл на мгновение задумался, пытаясь подобрать слова. – Это такой человек, который берёт на себя всю полноту ответственности за решения.
– Какие?
– Любые. Сеять рожь или пшеницу. Производить больше металла или пластика. Когда жениться молодым. Или в каком возрасте отправлять на утилизацию. Должен быть кто-то, кто выйдет вперёд и скажет остальным – делайте так-то и так-то, всю ответственность я беру на себя. Я, например, в своё время снизил возраст выбытия на пять лет. Раньше уходили в восемьдесят пять.
– Вы сами снизили время жизни? Для всех людей на планете? – поразилась Ли Ли.
– Нет. Сначала только в нашем районе. Потом уже из других районов уполномоченные подхватили. Честно говоря, мне тогда было всего лет тридцать и в моём представлении, что восемьдесят, что восемьдесят пять – это была такая далёкая глубокая старость. А экономию для экономики это решение принесло немалую.
– Но вы забрали пять лет жизни у миллионов людей, собачка! – возмутилась Ли Ли.
– Вот именно, – самодовольно парировал старый Кирилл. – Не каждый способен принять такое решение и осознанно нести за него ответственность. Вы молоды, вам не понять. А вот капитан ваш понимает. Я, например, очень хорошо понимаю, почему он готов нами пожертвовать. Я бы на его месте поступил точно также.
Их прервал холодный голос Капитана Си, неслышно появившегося в отсеке:
– Карантин снят. Но разгружаться не разрешаю. Скоро начнём движение к точке входа. Вынырнем в пункте назначения и сразу спустишь их вниз. До этого всем находиться на борту челнока.
– Но капитан, – попытался возразить Вакс.
– Ничего, ничего, мы согласны, – прервал его старый Кирилл. – Капитан принял решение.
Капитан Си коротко кивнул, поддержавшему его старику, и удалился также бесшумно, как и пришел.
– Ну, что ж, пассажиры, предлагаю вам занять места в свободных капсулах, – обратился к ним Вакс.
Оба старика категорично замотали головами.
– Так я и думал, ну тогда придётся потерпеть некоторые неудобства. Свободных коконов на вас нет. Через пару часов разгонимся и нырнём в подпространство. Проскок вы не заметите, он в сознании не фиксируется. Потом будет пустая система. Ещё разгон и ещё один проскок. И мы на месте. А там уже в течение трёх часов окажетесь на планете. Вас встретят товарищи, а наша миссия будет закончена. Есть вопросы?
– Да, – немного смутившись, старый Кирилл спросил. – А где у вас на корабле туалет?
Ли Ли показалось странно знакомым это слово, но она не смогла вспомнить в каком контексте его слышала. Даже Вакса этот вопрос поначалу поставил в тупик. Он с недоумением посмотрел на пожилого человека, как будто ожидая подсказки, но потом вспомнив, рассмеялся.
– Вы настолько древние? Я даже и не подумал об этом, – и обращаясь к Ли Ли, с хохотом пояснил. – У них биологические жидкости обращаются по открытому циклу. Им надо постоянно пить и сливать воду. Как у древних.
– Фу, – Ли Ли от смущения спрятала лицо в ладошки.
– Нет у нас туалетов, – обратился он к ничего не понимающему Кириллу. – Нам они ни к чему. В обитаемой галактике уже лет пятьдесят никто не… – он поискал в памяти нужное слово, – не писает, вот!
– А как же электролиты? Как вы шлаки из организма выводите? – вмешался старый Лёня.
– Это вы у современных докторов спросите, когда генобработку будете проходить. Я таких тонкостей не знаю. Но мы эти штуки, – Вакс показал пальцем себе в пах, – только для одного используем, правда Ли Ли?
Ли Ли почувствовала, что теперь у неё покраснели не только щеки, но и уши. Она вскочила и убежала к себе на мостик, собираясь спрятаться в коконе до конца рейса.
В итоге для неотложных биологических нужд приспособили штатного медицинского робота. Машина долго не понимала, чего от неё хотят, но в конечном итоге всё-таки сообразила, как вставить старикам катетеры и откачать избыточную жидкость, избавив их от физиологических неудобств. Чуть помолодев, старый Лёня и старый Кирилл решили лечь по капсулам только перед самым прыжком, а сэкономленное время посвятить изучению того, чем же ещё их новый мир отличается от старого. Вакс предоставил им доступ к базе данных бортового компьютера, а сам удалился в оружейный модуль, чтобы снять экзоскелет и переждать в коконе переход сквозь подпространство.
Через три часа пограничные корабли Ро Су благополучно вывели баржу «Синко Дел» на разгонную прямую и развернулись в обратный путь за очередным транзитником. А огромное судно с убегающими от смерти стариками приступило к ускорению. Через полчаса, достигнув субсветовой скорости, оно нырнуло в квантовую неопределенность подпространства навстречу долгожданной свободе.
***
После прыжка кокон не стал сразу будить свою хозяйку. Ли Ли еще сорок минут умиротворённо посапывала в уютном высокотехнологичном яйце, пока завесу дрёмы не потревожили телеметрические сводки бортового компьютера. В них было что-то неправильное. Неправильность скакала розовыми бегемотиками по пикам функций Курленёвой-Святченко, потом обернулась сладким ветерком и искристым смехом метнулась к ближайшей звезде, оказавшейся хмурым жёлтым карликом. Что-то в этом было неправильное. Жёлтый карлик!
Ли Ли резко проснулась. Они должны быть в пустой необитаемой системе с красным гигантом, разогнаться через гравитационную петлю и нырнуть к первой пограничной системе центрального кластера. Здесь не должно быть никакого жёлтого карлика! Но компьютер упорно выдавал другие данные. Холодная волна ужаса окончательно выдернула Ли Ли из сна. Они потерялись?!
Такое случалось редко. Возможно, такого совсем никогда не случалось и это были всего лишь легенды. Но время от времени ходили слухи, что в некоторых, впервые открытых системах космические разведчики находили давно пропавшие межзвездные корабли.
Ли Ли сосредоточилась на показаниях приборов и ужас сменился удивлением. Звезда имела свой индекс. Они находились в одной из систем пространства Гринспейс. Но Ли Ли помнила звездную карту! Из Ро Су нет других маршрутов, кроме единственной струны «на централ»!
Неужели она проспала несколько прыжков? Однако, бортовой хронометр утверждал, что прошло всего сорок минут. За сорок минут они не могли разогнаться и прыгнуть еще раз. На такой громадине это невозможно.
Догадка осенила Ли Ли как только она вспомнила какой груз находится в трюме. Незарегистрированный маршрут! Каким-то образом Капитан Си знает о скрытой струне из системы Ро Су.
В это время баржа скорректировала свой курс и взяла направление к одной из обитаемых планет. Ли Ли вылезла из кокона и побежала искать Вакса. Ей очень хотелось узнать, каким образом Капитан Си может выбирать точку выхода, проходя по двойной струне из Ро Су, и как они её вычислили?
Она нашла начальника в грузовом отсеке, он хмуро осматривал медконтейнеры, но при виде Ли Ли моментально нацепил свою привычную маску простоватого добродушия.
– Мы… – возбуждённо начала Ли Ли.
– Я знаю, – спокойно кивнул Вакс.
– Но, собачка!
– Не ругайся. Есть причины, – всё также уверенно изрёк он.
– А я?!
– А у тебя нет допуска, поэтому тебе ничего не сказали, – объяснил очевидное ветеран, а затем, чуть помедлив, с улыбкой добавил. – От страха небось чуть не окуклилась у себя в коконе, да? Застремалась?
– Собачка!
– Не психуй. Я по-доброму, как коллега с коллегой. Даже если бы потерялись – мы на барже. Для такой маленькой команды тут кислорода и пищи хватит на тысячу лет. Мы бы друг друга намного раньше прикончили.
– Но? – ещё пыталась возмущаться Ли Ли.
– Капитан Си считает, что тебя не надо ставить в известность, потому что неизвестно как ты поведешь себя в спорной ситуации. Но поскольку ты отлично справилась с заминкой на планете, я даю тебе допуск к нашей коммерческой тайне. Прямо сейчас ты узнаешь всю правду о нашей организации. Чтобы ничего жуткого не напридумывала себе раньше времени. Итак, мы, департамент внебюджетных проектов корпорации «Синко Дел» на самом деле члены подпольной организации «Тропа Бессмертия».
– Догадалась, – буркнула Ли Ли. – Я сначала думала, что вы контрабандисты, но потом всё поняла.
– Время от времени, когда наш рейс пролегает рядом, мы вывозим стариков из Ро Су и еще парочки подобных заповедных мест, – продолжил Вакс.
– И вы собираетесь оставить их тут в Гринспейс?
– Мы собираемся их тут продать, – теперь Вакс явно наслаждался недоумением Ли Ли. – Потому что твоя первая догадка тоже была верна. Мы не романтичные подпольщики, действующие под маской контрабандистов, действующих под маской торговых перевозчиков. Мы настоящие крутые контрабандисты в поисках добычи и сверхприбыли под маской благородных подпольщиков. А «Гринспейс» очень хорошо платит за генетически нетронутых человеков.
В голове у Ли Ли пронеслась вереница жутких картин-догадок о том, как может использовать примитивных людей могущественная корпорация «Гринспейс», являющаяся самым крупным поставщиком еды, кормов и прочей биомассы.
– Нет, их не заталкивают в гигантские мясорубки, как ты думаешь, – угадал ход её мысли Вакс. – Им дают то, чего они так хотят – молодость, бессмертие, кров и работу. И просят только одного – заплатить за это.
– Чем? У них же ничего нет.
– Трудом. Ты не представляешь сколько в галактике богатых людей, готовых платить за «чистые» немодифицированные продукты, выращенные руками «чистых» немодифицированных людей на «чистой» немодифицированной планете по докосмическим технологиям. Это миллиардный бизнес. И если найти девственную планету земного типа есть хоть какая-то возможность, то вот населить её немодифицированными людьми и заставить их работать руками – это настоящая большая проблема.
– Они же старые, – возразила Ли Ли.
– Так я же говорю, им вернут молодость. Не через генную коррекцию, как у нас, а с помощью СВЧ-терапии, нано-фармакологии и прочих хитрых способов, не затрагивающих ДНК. Эти бедняги до конца своих дней будут аутентично писать и какать как наши предки. Но негеномные технологии продления жизни стоят очень дорого, требуются регулярные процедуры. И за это надо платить.
– Они будут работать на плантациях, чтобы не умереть и дальше работать на плантациях?
– Ты быстро схватываешь, коротышка. Чувствую, что мы сработаемся, – не смутившись, подмигнул ей Вакс.
– Но это же рабство!
– Нет, кроха, это жизнь. Ты молода и ещё ничего не понимаешь. Рано или поздно жизнь перед каждым ставит выбор: свобода или смерть. Я получил этот выбор много лет назад, во время кибервосстания, когда всем «органикам» предложили подчиниться новому порядку, а несогласных стали уничтожать вместе с городами. Я выбрал свободу. А эти старики сделают свой выбор сейчас. Они получат возможность долго и трудно жить или быстро и тихо умереть от старости. Никто не будет насильно заставлять их работать. Им просто предложат выбор. Принять решение. Вспомни старого Кирилла. По крайней мере он к этому вполне готов. И тут мы подошли к самому главному, – Вакс улыбнулся и весело подмигнул Ли Ли. – Какое решение примешь ты? Жить или умереть? У тебя семь секунд.
Обычному человеку могло показаться, что этот худой человек с телом мальчишки подтрунивает над неопытным новичком. Или даже разыгрывает её. Но Ли Ли знала, что тактический боевой имплант Вакса активирован сейчас на полную мощность. За любое неверное слово, или движение, или даже взгляд, он убьёт её в течение нескольких мгновений. Ему понадобится на это намного меньше семи секунд. В голове у Ли Ли всплыла очередная присказка Дохлого Фиппа: «Если тебе улыбается спецназ, значит ты уже мёртв». Вакс добродушно улыбался.
Внезапно, улыбка ветерана застыла, сделалась неживой, а потом превратилась в гримасу. Он скорчился и повалился набок, зажав голову руками. Ли Ли медленно подошла к нему, наклонилась и прошептала на ухо:
– Я успела за секунду.
Она собиралась гордо уйти, но сдерживаемые эмоции фонтаном прорвались наружу, и Ли Ли торжествующе закричала, тыча пальцем Ваксу в лицо:
– Умри, умри, умри, собачка! Я тебя победила. Я самый быстрый чемпион. Бей без замаха, стреляй без промаха. Лежи как мёртвый, собачка.
Возможно Вакс и не подозревал, что у его дорогого межпланетного разведывательного челнока, помимо новейшего маскировочного поля и психованного пилота, есть серьезная эшелонированная система противоабордажной обороны, разработанная на тот случай, если на борту окажутся нежелательные гости. Помимо прочего эта система включала в себя мощные парализаторы, установленные во всех отсеках и коридорах корабля. Даже если Вакс и знал об этой системе, он явно недооценил параноидальную дотошность Ли Ли, замкнувшую контроль над всеми внутрикорабельными системами на свой коммуникативный имплант.
Вдоволь напрыгавшись, празднуя свой триумф, Ли Ли вновь склонилась над бесчувственным телом Вакса, нащупала пульс, а затем перевернула его на спину. Открыв медкапсулу, рядом с которой он упал, она вытащила оттуда старого Кирилла и положила на его место своего, наверняка теперь уже бывшего, начальника. Закрыв крышку, она установила новый режим. Через несколько секунд парализационный обморок Вакса сменился глубоким анабиозным сном.
О проекте
О подписке