В квартире бабушки Нины было уютно: в зале стоял большой диван с кучей разных подушек, на полу прямо под окном – кадки с комнатными растениями, а у одной из стен – высоченный стеллаж, пестрящий корешками книг. На широком кресле дремал толстый рыжий кот Кузя – даже ухом не повёл, когда мы зашли. Но самое главное, в квартире умопомрачительно пахло пирогами.
– Мойте руки и бегом к столу, – скомандовала бабушка.
Вообще, бабушка любила покомандовать, потому что много лет работала директором школы. Она всегда безупречно выглядела, держала спину ровно, а взгляд её строгих глаз выдавал в ней учителя.
Когда бабушка говорила, казалось, что вот-вот с её губ сорвутся замечания вроде: «А голову ты дома не забыла?» или «Закрыли рты, открыли тетради!».
Мы дружно поторопились в ванную и через несколько минут уже сидели за столом.
– Ешьте, ешьте, – подбадривала бабушка Нина и с улыбкой разглядывала нас.
Когда с борщом было покончено, бабушка выставила на стол пышный румяный пирог с яблоками. Сашка тут же потянул руки к щедрому куску пирога и расплылся в довольной улыбке.
– А ты что же, Арина, пирог не берёшь? Смотри, какая маленькая и худенькая. Так ведь не вырастешь совсем, – заметила бабушка.
Я посмотрела на папу, сжала губы от обиды, поправила очки и опустила глаза.
– Мам, ну прекрати, – заступился папа, – Арина у нас стройная и миниатюрная, как Лена.
Я, правда, очень похожа на маму. Она у нас едва достаёт до папиного плеча и выглядит гораздо моложе своих лет. А ещё может есть что угодно и совсем не поправляется. Вот и я перешла в девятый класс, осенью буду отмечать пятнадцатилетие, а выгляжу будто шестиклассница сопливая. Все девчонки вокруг уже с формами, а я… обидно даже.
– Ага, как Лена, – с досадой в голосе произнесла бабушка Нина. – И когда же сама Лена здесь появится?
– Мам, я уже говорил тебе, что Лену пригласили в научную экспедицию. Она прекрасный специалист по китообразным, на хорошем счету у начальства. Ей никак нельзя было сейчас ехать с нами.
– Ну конечно, никак нельзя, – с иронией повторила бабушка.
Сашка даже жевать прекратил. Мне тоже стало неприятно от этого разговора. Нам и без её замечаний было тяжело. Теперь я поняла, почему мы так редко виделись с бабушкой: она, похоже, всегда недолюбливала маму.
– А на самолёте чего не полетели? Промучил детей столько дней в дороге.
– Мы ехали в купе и отлично проводили время. Я считаю, на поезде спокойнее. Мам, ты заверни нам пирог с собой, если несложно.
– С собой – это куда? – изумилась бабушка.
– Через час водитель заедет и отвезёт нас в служебную квартиру.
– Костик, я думала, вы у меня останетесь. Как же вы без Лены справитесь? Детям – в школу, Сашке – в первый класс.
– Мам, я всё продумал, не переживай. Нам большую квартиру выделили, трёхкомнатную. Можешь приезжать к нам по выходным.
– Я хотела детей к себе в школу определить.
– Хватит того, что меня вечно клевали в школе за то, что мама – учитель. Ты хочешь, чтобы дети пришли в новую школу и влились в коллектив при условии, что бабушка у них директор?
– А что тут такого? Зато всем было бы спокойнее.
– Мама, это не обсуждается. Школа, в которую пойдут дети, недалеко от дома. Будут ходить сами. Я уже звонил директору и обо всём договорился. Арина попала в самый сильный класс.
– А кто по хозяйству вам поможет?
– Мы с Ариной прекрасно со всем справимся. Правда, дочь? – папа подмигнул мне.
– Да, пап, я уже не маленькая, могу и в доме прибрать, и поесть приготовить, – уверенно отозвалась я.
Бабушка Нина как-то сразу сникла, поднялась и молча стала упаковывать для нас гостинцы.
– Вот, держи, неси к вещам, чтобы не забыли, – бабушка передала папе пакет с угощениями. – Пойдёмте в комнату, пока водитель за вами не приехал. Вы так долго добирались, измучились, небось, в дороге, изголодались, – сочувственно посмотрела на нас.
– Бабушка, ничего не измучились, честное слово, – заверил Сашка, – было даже интересно. Мы Байкал видели! Ты знала, что это самое большое пресное озеро на планете?
– Только что от тебя узнала, – хохотнула бабушка.
– Мама, у детей каникулы, лето. Куда было спешить? Они хоть страну увидели, какая она у нас большая. И ели мы нормально, не голодали.
– Ага, страну увидели из окна вагона, – скептически заметила бабушка.
Папа с Сашей плюхнулись на диван, бабушка села рядом. Сашка тут же придвинулся к ней и обхватил ручонками. Последний раз брат виделся с бабушкой два года назад, когда она прилетала к нам на его пятилетие. Мы регулярно созванивались по видеосвязи и отправляли друг другу посылки.
– Костя, может, всё-таки оставишь детей, пока обустроишься? Тебе же ещё на службу надо, – бабушка снова попыталась настоять на своём.
– Мама, у меня три дня на обустройство, и закрыли эту тему, – отрезал отец. Конечно, бабушка хоть и была директором и тоже любила покомандовать всеми, но до сына майора в этом плане ей было далеко, и она смирилась.
Пока все болтали, я уселась рядом с котом – и только провела по его мягкой шёрстке, как он замурчал своим бархатным мур-р-р.
Озёрск мне знаком. Я была тут несколько раз с родителями. Правда, никакими друзьями и подругами обзавестись не успела. Никогда не думала, что буду тут жить и учиться. А зря. Какая-нибудь подруга мне сейчас ох как пригодилась бы. Скоро первое сентября, до конца каникул меньше недели. Пойду в школу, и друзья появятся – всегда так было. И я свободно выдохнула.
Наша квартира оказалась в пятиэтажном старом доме на третьем этаже. В ней было, как и говорил папа, три комнаты. Правда, одну из них трудно было назвать комнатой: она больше походила на маленькую коробочку. В квартире не было почти никакой мебели, кроме стола на кухне, нескольких шкафчиков и трёх табуреток.
Водитель помог нам занести чемоданы. Они заняли всю небольшую прихожую.
– Так, идём распределять комнаты, – скомандовал папа.
– Чур, моя эта! – закричал Сашка и побежал в «коробочку».
– А я думал, будем спать с тобой в одной комнате, – хитро прищурил глаза отец.
– Папа, так я же разрешаю тебе жить в моей комнате, – развёл руками Сашка.
– Спасибо, только вот куда мы поставим две кровати? – папа озадаченно посмотрел на Сашку.
Я всё это время молча стояла в дверях и ждала своей очереди. Мне тоже нравилась эта «коробочка».
– Я вот что думаю, Сашок. Может, мы отдадим эту комнату Арине, а сами расположимся в комнате побольше? Там места хватит для нас обоих.
Возможность жить в одной комнате с папой так обрадовала брата, что он тут же согласился уступить маленькую комнату. Отец подмигнул мне.
– Устраивайся, дочка.
– Пап, а где мы спать будем? Тут же даже кроватей нет, – несмело уточнила я.
– Точно, папа, надо было у бабушки остаться, – подхватил Сашка.
– Отставить панику! – твёрдо заявил отец. – Кто говорил, что мы со всем сами справимся? Считайте, это наше первое испытание. Забыли, что ваш папа – опытный рыбак и любитель ночёвок с палатками? У нас есть надувные матрасы.
– Ура! – заголосил Сашка и запрыгал от радости.
Мы развезли чемоданы по комнатам и принялись надувать матрасы.
На следующий день мы отправились в самый большой торговый центр в городе. Сашку, к великой его радости, сразу отправили на детскую площадку. Нужно было купить вещи первой необходимости, включая мебель. Это было так ново и необычно для меня. Почувствовала себя взрослой и важной. Покупками всегда занималась мама, папа вечно пропадал на службе. Он попросил выбрать всё для обустройства кухни. Я сразу включила мозги и зрительную память. Что там у нас было на кухне? Мысленно прошла все наши кухонные шкафы, и в моей голове что-то прояснилось. Пять часов в торговом центре пролетели незаметно: мы купили всё необходимое, в том числе три дивана.
– С ними и уютнее, и не надо тратить время на сборку, – аргументировал папа, и я с ним согласилась.
Ещё во Владивостоке заметила: в торговых центрах время проносится быстро. Только зашёл – уже четыре часа пролетело. Так у нас всегда с Марианной получалось, моей лучшей подругой. Как же я по ней скучаю. Скорее бы всё закончить и позвонить ей. Хотя надо высчитать разницу во времени: я теперь живу по московскому, и разница у нас семь часов. Я посмотрела на часы в телефоне: если у нас 16:00, то у неё – 23:00.
Разочарованно подумала: «Спит».
Папа оформил срочную доставку, и мы, счастливые, отправились в кафе обедать.
До поздней ночи мы с папой обустраивали квартиру. Конечно, многого ещё не хватало, но жить уже можно было. Самой уютной получилась моя «коробочка». Я застелила на диван пушистый нежно-розовый плед, закрепила на стене гирлянду с маленькими белыми домиками и повесила нашу семейную фотографию, сделанную в прошлый Новый год. На ней мы были вместе и счастливо улыбались.
– Дочка, ты не волнуйся, я найду человека, который нам будет обед готовить, ты только хорошо за Сашкой приглядывай, – попросил папа, когда мы, уставшие, заварили чай в новом чайнике и нарезали бутерброды с колбасой.
– Папа, могу и сама справиться, я ведь не ребёнок, как Сашка. А Сашка давно уже спал в своей комнате на новом диване.
– Арина, ты пойдёшь в девятый класс, это серьёзно, тебе учиться надо.
– Папа, а вы с мамой навсегда расстались? – помолчав, робко спросила я и пожалела. Папа сразу как-то осунулся.
– Я не знаю, какая муха её укусила.
От папиного ответа почему-то стало не по себе. «А что, если она полюбила кого-то другого и дело совсем не в работе?» – от этой мысли стало ещё хуже. У многих моих одноклассников родители были в разводе. А я гордилась своей семьёй. Мы всегда были вместе, но только не в этот раз. Спать я легла с тяжёлой головой, застелив диван новеньким постельным бельём, которое положила мама. Усталость, накопившаяся за последние дни, дала о себе знать, и я сразу провалилась в сон.
Первого сентября мы пришли к школе чуть раньше, чтобы понять, где будут стоять классы. Я сразу заприметила на асфальте, справа от входа, крупную надпись мелом «9 А». Сашкин первый «Б» должен был выстроиться как раз напротив. Пока никто из моего класса не появился, я стояла с папой и Сашей.
Брат деловито сдвинул брови домиком и крепко держал свой первый букет для учителя. В строгом костюме, галстуке и новеньких туфлях он был похож на маленького джентльмена.
Папа уже виделся с моей классной руководительницей и сказал, что её зовут Волкова Ирина Ивановна. Легко запомнила имя, потому что во Владивостоке мне нравился один парень из соседнего подъезда с созвучным именем – Иван Волков, Ваня. Как говорила Марианна, «мой краш».
Постепенно у надписи «9 А» стали собираться ребята. Я не решалась подойти до тех пор, пока из школы не вышла молодая учительница в стильном тёмно-синем платье, отлично сидящем на её точёной фигуре.
– Арин, вон твоя учительница, – папа показал глазами в ту сторону, куда я и так неотрывно пялилась. – Может, пойдёшь к своим? Подойти с тобой?
– Ну, па-ап, – укоризненно протянула, – сама справлюсь.
Я выдохнула, крепче сжала в руках пышный букет белых хризантем и твёрдым шагом направилась к своему классу.
– Здравствуйте, Ирина Ивановна, – я как-то глупо улыбнулась и протянула учителю букет. – Меня зовут Арина, я ваша новая ученица.
– Да-да, Арина Родионова, здравствуй, – приветливо ответила Ирина Ивановна, – становись к ребятам. После линейки поднимемся в кабинет, познакомлю тебя с одноклассниками.
В этот момент меня с любопытством разглядывали десятки пар чужих глаз. Я почувствовала себя беззащитной. «Эх, если бы сейчас здесь была мама.
Один её взгляд вселял в меня уверенность и успокаивал».
После выступления директрисы линейка завершилась. Все классы потекли ко входу. Я держалась поближе к Ирине Ивановне, чтобы не потеряться.
Когда мы поднялись на третий этаж и оказались у кабинета, я решила не спешить и осталась в стороне, пропуская учителя и одноклассников вперёд. Почти все были выше меня – уже привыкла к этому. Каждый с интересом глянул в мою сторону, заходя в класс.
Одним из последних шёл высокий стройный блондин с голубыми глазами, он внимательно оглядел меня с ног до головы и пронзительно посмотрел в глаза. Кажется, я даже покраснела от смущения. Так, как этот красавчик, на меня ещё никто не смотрел. В какой-то момент показалось, будто парень что-то хотел сказать, но сзади его толкнул рослый чувак с копной кудрявых волос.
– Стрельцов, чего встал как вкопанный? Заходи, не задерживай.
– Отвали, Власов, боишься не успеть? – резко ответил красавчик. Ещё раз взглянул мне в глаза и неспеша вошёл в класс.
– А ты чего? Заблудилась? – с усмешкой обратился ко мне кудрявый. – На третьем этаже только выпускные классы. Тебе этажом ниже.
Я ничего не ответила, только побагровела, сжала губы от злости и подумала: «Вот клоун!»
Когда все расселись по местам, я шагнула в класс.
– Арина, заходи, не стесняйся, – улыбнулась Ирина Ивановна, – садись к Максиму Стрельцову, он как раз один.
В голове прозвучало: «О боже! Буду сидеть с красавчиком!» Сердце застучало от волнения.
– Ребята, познакомьтесь с Ариной Родионовой. Это ваша новая одноклассница. Надеюсь, вы подружитесь и поможете Арине освоитьсяв школе.
– Могу показать Арине, где у нас что находится, – звонким голосом отозвалась девочка с задней парты у окна.
Я обернулась и кивнула ей – довольная одноклассница улыбнулась в ответ. В этот момент я заметила у неё забавную щербинку между зубами, как у певицы Лены Темниковой.
– Выпьем с горя; где же кружка? Сердцу будет веселей, – выкрикнул вдруг кучерявый, и за спиной послышались смешки одноклассников.
– Игнат, не поняла твоего юмора, – с укором сказала Ирина Ивановна.
– Потому что вы, Ирина Ивановна, историк, а учитель литературы сразу бы догадался, что это не юмор, а великий Александр Сергеевич Пушкин! – самодовольно выпендрился Игнат.
– Власов, я в курсе, что Пушкин. Ты чего о нём вспомнил?
– К нам же Арина Родионова пришла, а няню Пушкина звали Арина Родионовна. Сечёте связь? – подмигнул дерзкий Власов.
О проекте
О подписке