Овчарки не обращали никакого внимания на девочку. Им нужен был только этот бессовестный наглец, посмевший зайти на их территорию. Они несколько раз бросались вперёд, стараясь напасть одновременно со всех сторон, но Джордж их отгоняла. Она размахивала кожаным собачьим поводком и наконец сумела хлестнуть одну собаку – та отскочила. Джулиан был уже рядом, он встал рядом с Джордж, и тут сзади раздался страшный визг. Одна из собак подобралась сбоку и изловчилась дотянуться до Тима.
На помощь уже бежала миссис Джонс. Она семенила мелкими шажками, вздымая вверх маленькие сухонькие кулачки, но воздуха что-то крикнуть ей, кажется, уже не хватало. И вдруг раздался совершенно громовой голос:
– Дэй! Боб! Тэнг!
Услышав свои клички, собаки на секунду окаменели и тут же бросились на звук.
Что это был за голос! Наверное, самый громкий в мире. Он прогромыхал так, будто кто-то кричит на ухо в мегафон. Это был Морган, сын хозяйки, которая была уже рядом.
– Не укусили? – Она крепко схватила Джордж в свои руки и принялась всю её вертеть, осматривая. – Слава Богу. И вас тоже? Это всё Морган. Видимо, не успел запереть всех собак. А тут услышал, что они лают, и позвал.
Ребята крутили головой, но они нигде не видели Моргана.
– Он там дальше, на ферме, – пояснила миссис Джонс. – А я как услышала, что ваша собачка визжит, ну, думаю, укусили. Но гляжу, нет. Только испугали.
– Может, и укусили, – быстро сказала Джордж и нагнулась к своей собаке. – Тим, тебя точно не укусили? Или укусили?
«Гав!» – подал голос Тим, словно не понимая, о чём его спрашивают, и вопросительно тряхнул головой.
И тут случилось страшное. Джордж увидела на шее собаки кровь. Крупная капля скатилась по шерсти и упала прямо на снег.
– Ой-ой! – закричала Джордж и кинулась перед Тимом на колени. – Бедный, бедный Тимми! Тебе больно? Очень больно, да? Ну какая же я была дура, чтобы спустить тебя с поводка.
– Ерунда, пустяк. Спас ошейник, – сказал Джулиан, осматривая собачью шею. – Тут всего-то было несколько капель. Заживёт. Заживёт как на собаке.
Лучше бы он так не шутил. Джордж быстро накручивала себя и была уже на грани истерики. Энн тоже почувствовала себя нехорошо. Она уже отходила от испуга после собачьей драки, а тут ещё эта кровь. Энн прислонилась к стене и сглотнула, закрыв глаза. Дик тоже было испугался, но сейчас стремился не подавать виду. Он на мгновение представил, а что, если бы собаки набросились на саму Джордж и начали её рвать. От этой мысли его ноги резко ослабли, и он даже присел на корточки, сделав вид, что хочет погладить Тима по голове.
Джордж заплакала. Она по-прежнему стояла перед собакой на коленях, обнимала её и без конца повторяла:
– Прости меня, Тимми, прости. Это всё моя вина, моя вина, – всхлипывала она. Потом повернулась к хозяйке фермы: – Миссис Джонс, а есть у вас йод? Нужно срочно прижечь! Нужно срочно продезинфицировать рану!
Ответ она не успела получить, потому что тут из-за угла амбара показалась огромная фигура Моргана. Три собаки, поджав хвосты, послушно следовали у его ноги.
– Ну чё тут? – басом проговорил он, разглядывая притихших детей с высоты своего огромного роста.
– Наши собаки покусали собачку вот этого мальчика, – затараторила его мать, запахивая на груди шаль. – Хорошо, что ты успел их позвать, а то я не знаю, что бы случилось. Но парень молодец, а это его собачка, он не испугался…
Джулиан посмотрел на Джордж, одетую в куртку и штаны, с вязаной шапочкой на голове, из-под которой даже не выбивались её короткие волосы, и резонно подумал, что миссис Джонс имела право так обмануться.
– Пойдёмте, миссис Джонс! – поторопила хозяйку Джордж, вставая и беря Тима на поводок. – Нам надо скорее найти йод и обработать укус.
Морган подошёл ближе и нагнулся над собакой.
– Плюнуть и забыть, – коротко сказал он. После чего развернулся и ушёл.
Джордж с ненавистью посмотрела ему вслед. Это его овчарки покусали её Тима, а он даже не извинился. Ни слова ободрения, ни слова сожаления. Джордж стало так горько и обидно, что слёзы брызнули из глаз.
– Я больше не останусь здесь ни на минуту, – отвернувшись, глухо проговорила она и украдкой вытерла глаза. – Эти собаки снова на него нападут. Я сейчас же еду домой! – Но эти слова она уже выкрикнула всем в лицо, хотя никто из присутствующих не был виноват, потому что вина лежала полностью на ней, и все это понимали, и это злило её ещё больше.
– Ну-ну, деточка, успокойся, – попыталась обнять её миссис Джонс, но Джордж вывернулась.
– Я вам не деточка! – выкрикнула она. – Ваши собаки могли разорвать Тима, и я больше не хочу рисковать его жизнью! Я пошла в дом. Мне надо обработать ему рану.
– Иди с ней, Энн, – шепнул сестре Джулиан, когда их кузина с собакой на поводке направилась в сторону дома. – Вы тоже скорее идите в дом, – затем обратился он к миссис Джонс. – Вы совсем не одеты, простудитесь. А за Джордж не волнуйтесь. Она скоро успокоится.
– Она? – искренне удивилась миссис Джонс. – А мне всё время казалось, что это мальчик. Девочка? Хм. Но она же не собирается вот прямо так собраться и уехать?
– Нет, она не уедет, – сказал Джулиан, надеясь, что он не берёт на себя слишком много. – Джордж – она просто нервная. Сейчас не надо к ней приставать. Пусть обработает рану, а там посмотрим. Время лечит. Не только людей, но и собак тоже. И нервы тоже.
Когда они все вернулись в дом, Джордж была уже в гостиной, где смоченным в воде носовым платком протирала ранку на шее Тима. Ошейник она для удобства отстегнула, тот лежал на полу.
– Я сейчас принесу йод, – сказала миссис Джонс и направилась на кухню. В дверях она всё же обернулась. Хотела удостовериться, что Джордж девочка. Ну надо же! Кто бы мог подумать!
Но Джордж была девочкой, и она благодарно улыбнулась, когда ей подали желанный флакончик. Тим оскалился и задёргался, что йод начал жечь. Но даже тогда он пытался лизнуть Джордж в лицо. Пару раз ему это удалось. Всё остальное время он стоял спокойно.
– Хорошая собака, – сказал Джулиан, наклонившись и гладя Тима по голове. – Ну вот и всё. Всё закончилось.
– Ничего не закончилось! – выпалила Джордж и завела старую песню: – Его же могли убить! А если эти овчарки увидят его опять, они снова на него нападут и уже не отстанут, пока не загрызут до смерти. Я еду домой. Не к вам домой, Джу, а к себе домой, в Киррин-Коттидж.
– Не глупи, Джордж, – сказал Дик. – Тиму здесь ничто не угрожает. Ну, подумаешь, слегка цапнули, рана-то совсем пустяшная. Из-за этого ты хочешь испортить нам отдых? Ни лыж, ни санок, все домой, так?
Джордж помолчала, потом, опустив голову, ответила:
– Вы оставайтесь, а я не хочу. Могу подождать лишь до завтра. Тиму нужно время, чтобы окрепнуть и отойти от испуга. Но завтра я всё равно уеду! – Она с вызовом вскинула голову и тряхнула своими короткими кудрями.
– А Тим совсем и не испугался, – посмотрела на собаку Энн. – Правда, Тим? Ты ведь не хочешь ехать, да?
«Гав-гав!» – ответил Тим, что было и вправду больше похоже на «да-да», чем на «нет-нет».
Дик рассмеялся:
– Молодец Тим! Ты ведь нас не подведёшь?
«Гав!» – торжественно ответил Тим и подтвердил свою клятву энергичным вилянием хвостом.
Джордж состроила страшную гримасу, но Джулиан тут же дружески толкнул её в бок. Он не хотел, чтобы Джордж подумала, будто все здесь против неё, да ещё и дразнят.
– А давайте пойдёмте снова гулять, – предложил Дик, сразу поняв намёк брата. – Чего дома-то сидеть в такую погоду? Энн, ты хочешь?
– Я пойду, если Джордж пойдёт.
Джордж покачала головой:
– Нет. Я останусь и буду лечить Тима. А завтра уеду. А вы идите одни, не смотрите на меня.
Энн осталась с Джордж. Джулиан с Диком оделись и вышли на крыльцо. В дом как раз входила хозяйка, которая очень переживала, что из-за этого случая гости могут уехать. Она остановилась поговорить.
– Вы не переживайте, миссис Джонс, – сразу сказал ей Джулиан. – Джордж очень вспыльчивая, но она и отходчивая. Всё будет хорошо. Завтра она наверняка уже передумает. А мы с братом хотим прогуляться, посмотреть на горы. Не подскажете, куда нам лучше пойти?
– А вы вот идите всё по этой дорожке. – И хозяйка показала на узкую заснеженную тропинку, что вилась по склону холма и плавно поднималась наверх. – И дойдёте прямо до нашего летнего домика. Летом его снимают туристы, ну те, что ходят по горам. Идти, конечно, далековато, но там можно отдохнуть и перекусить. В домике есть и плита, чтобы обогреться, и запас еды на всякий случай. Но к вечеру обязательно возвращайтесь и желательно дотемна, чтобы мы не ходили вас искать. Сейчас я вынесу ключ и скажу девочкам, что вы ушли.
Вскоре братья оказались совсем одни на заснеженном склоне горы. Они шагали вверх по белой тропе, на которой всё ещё не было никаких следов после вчерашнего снегопада. К счастью, солнце успело местами прогреть землю до проталинок, да ещё помогали большие чёрные камни-валуны, обозначавшие край обрыва.
Тишина вокруг стояла оглушительная, вид с горы открывался потрясающий. Чем выше ребята поднимались, тем больше на тропе было снега и тем он был плотнее.
О проекте
О подписке