– Господин, есть кое-какие новости, – негромко обратился ко мне Вадим. Мы стояли возле моего «РВМ» на парковке «Райских кущ». Братья наконец-то попали в клуб и сейчас осматривали его интерьер. Разумеется, ничего особо интересного они там не увидят – днём «Кущи» не работают.
– Внимательно слушаю, – кивнул я.
– Как вы знаете, за три первых рабочих дня в ложах клуба побывало несколько компаний аристократов. Дворяне. Не главы роды, но это уже показатель достигнутого уровня.
– Знаю, – ответил я. Ещё во вторник, когда был тут с друзьями, успел принять пару поздравлений от высокородных гостей.
– Так вот, о дворянах. Мохины интересовались у Лики, не пойдёт ли она к ним работать, если они откроют такое же заведение, – сообщил Наставник.
– Ожидаемо, – хмыкнул я. – И что же ответила наша Анжелика?
Вадим усмехнулся:
– Следуя должностной инструкции, томно пропела, что её душа и тело целиком и полностью принадлежат «Райским кущам».
– Ай да молодец! Надеюсь, на самом деле так оно и было. Что насчёт новых помещений?
– Всё так же, господин. Если не случится какой-нибудь форс-мажор, сразу после праздников подпишем договор аренды и приступим к ремонту помещения для второго клуба. Плюс два варианта рассматриваем. Но этим Витя занимается. Лучше его спрашивать.
– Не буду. Пусть человек работает. Если понадобится моя помощь, сторонний взгляд или совет, сам спросит.
Хорькин – коммерческих дел мастер, из бывших Слуг Изотовых, взял с места в карьер. И мешать работнику достойно показать себя во время испытательного срока не в моих правилах.
– Если позволите, господин, не думаю, что дворяне в ближайшее время смогут составить нам конкуренцию. Они, конечно, способны быстро принимать решения… Но это не тот случай. Рядовым членам рода нужно ещё главу убедить, что клубы, вроде нашего, золотая жила. А для этого нужно удостовериться, что это действительно так. Да и… программа у нас своеобразная.
– Согласен. Что-нибудь ещё?
– Да, господин. Когда Амбер танцевала у стола Аримовых, услышала их обсуждения о том, что неплохо было бы предложить вам дочку и матрилинейный брак. Вдруг купитесь.
– О-о-о… – протянул я. – Пошёл сбор пьяных слухов. Похвали девочек и выпиши премию.
– Уже, господин.
Глядя на яркую вывеску «Кущ», выполненную в фиолетовых и розовых цветах, я прокручивал в голове то, о чём уже не раз думал и обсуждал с товарищами. Одного такого заведения мало. Наша цель – не показать другим, как можно зарабатывать деньги, а самим их зарабатывать. А заодно и слушать, о чём трещат сплетники. Понятно, что пьяные разговоры можно смело делить надвое, а то и натрое, но, как говорится, «дыма без огня не бывает» и «в хозяйстве всё пригодится». А учитывая, что мы всё ещё очень плотно работаем с нищими, получается вполне себе неплохая шпионская сеть.
Тут главное, чтобы девочки изначально на сторону не работали. Но я с ними лично беседовал, немножко Аурой поддавил… Пока две из пяти танцовщиц честно «шпионят» для нас. К трём оставшимся я ещё присматриваюсь. И тут Амбер с Ликой нам помогают – гримёрка у девочек общая, да и репетируют почти всегда вместе, поэтому, если эти трое что-то сболтнут подозрительного во время девчачьих разговоров, Амбер с Ликой сообщат Вадиму или мне.
Только нам двоим, тётю из этой цепи я вычеркнул – нечего её грузить вопросами безопасности.
О, а вот, кстати, и она! Энергично выпроваживает Борю и Глеба из клуба.
– Аск, очень удивительное место! Хотел бы я тут побывать, когда оно работает! – фонтанировал восторгами Борис.
– Рано тебе сюда ещё ходить! – отрезала тётя Мари.
– Мне уже скоро семнадцать! – не сдавался мой брат.
– Вот исполнится, тогда и поговорим, – поставила точку в споре Мари.
Глеб же, как и всегда, оказался умнее Бори и, незаметно от матери, показал мне большой палец.
Всей толпой мы загрузились в машину и отправились в путь.
– Знаете, кого я сегодня на рынке повстречала? – спустя пару минут с заднего сиденья послышался возбуждённый голос тётушки.
– Кого? – я обернулся, чтобы видеть её лицо.
– Георгия Максимовича Чудинова! – на одном дыхании выпалила она.
– Кого-кого? – Боря явно не понял, о ком идёт речь.
– Ну Георгия Максимовича! Мы же с ним на кремлёвском приёме познакомились! Неужели забыли?!
– Там столько народа было, – проворчал Борис, который большую часть приёма провёл, наслаждаясь изысканной Кремлёвской кухней и тем, что постоянно украдкой поглядывал на Яну Оболенскую и других девушек из высшего общества.
А вот я Чудинова запомнил. Этот имперский дворянин к нам подходил вместе с братом – главой рода, и его женой. На вид ему было лет тридцать. Статный, высокий, светловолосый, с голубыми глазами. Женщины таких любят…
Но, ясное дело, запомнился он мне не своей внешностью – холёных красавчиков, и уж тем более, красавиц на том приёме было предостаточно. Запомнился он в первую очередь тем, что чересчур долго отвешивал тётушке комплименты. Мол, какая она молодец, воспитала настоящего воина, чемпиона, и прочее в этом роде.
А ведь подавляющее большинство аристократов во время приёма на простолюдинов (кроме меня) вообще не обращали внимания.
– И что же этот аристократ делал на рынке? – раньше меня озвучил мои мысли Глеб.
– Ну это же не обычный рынок, – как маленькому ребёнку начал объяснять тётя Мари. – Для «Райских кущ» мы отбираем только лучшие продукты. Рынок «Доторский» как будто для этого и делался. Там даже повара аристократов закупаются. Правда, и цены не из дешёвых, но качество выше.
– И что? Этот аристократ сопровождал своего повара? – не сдавался Глеб. – Как-то не верится.
– Но так и было! – возмутилась тётя Мари. – Георгий Максимович сам любит готовить, вот для своих блюд и выбирал продукты. Хобби у него такое. Я лично считаю, что мужчина у плиты выглядит очень привлекательно.
Я покосился на Вадима, тот, вцепившись в руль, хмуро смотрел на дорогу.
– И что же ещё интересного тебе рассказал Чудинов? – я снова обернулся к тёте.
– Да много всего, – пожала плечами тётушка. – Обсуждали различные блюда. Обещал поделиться фирменным рецептом.
– Какой-то странный аристократ, – проворчал Глеб.
– Почему это? – удивилась тётя Мари, а затем раздражённо хмыкнула. – Ты думаешь, странно, что он разговаривал с простолюдинкой? Знаешь ли, люди всякие бывают. Вон, Екатерина Алексеевна потомственная боярыня и дочь министра. И что? Со всеми нами она всегда очень вежливо разговаривает. А Аскольд и вовсе к ней в гости ходит.
«Вот только Кате и её сыну я спас жизнь. А ты этого Чудинова второй раз в жизни видишь».
Следующие десять минут тётушка рассказывала, какие именно блюда готовит Чудинов и какие продукты покупал на рынке. Очень уж её поразило то, что мужчина-аристократ разбирается в кулинарии.
Надеюсь, поразило её только это.
А ведь за последнее время тётя Мари стала выглядеть ещё краше – хроническая усталость сошла с её лица, щёчки порозовели, плечи расправились. Ей больше не нужно ходить на нелюбимую тяжёлую работу и брать дополнительные смены, она больше не стеснена в средствах. Да, поначалу она стеснялась брать у меня деньги, но я её переубедил. А теперь она и сама неплохую зарплату имеет. И постепенно втянулась в покупку одежды да косметики, нашла своего парикмахера и прочих узкопрофильных специалистов, обязательно необходимых успешным женщинам… За внешность тётушки теперь можно не переживать, на модном дорогом рынке она уж точно не выглядит чужой.
Вот только я почему-то сомневаюсь, что брат главы рода Чудиновых с первого взгляда влюбился в мою тётушку и почувствовал в ней родственную душу.
– Подъезжаем, – строгий голос Вадима прервал мои размышления.
– Долго добирались, – заметила тётя, прильнув к окну.
– Ну наконец-то, – радостно выпалил Боря.
Шлагбаум перед нашей машиной поднялся, пропуская вглубь закрытого квартала.
– Какие красивые дома! – восхищённо проговорила тётушка, вертя головой по сторонам. – Даже не верится, что мы будем жить в таком месте. Ай да Аскольд! Как же я тобой горжусь!
Спустя семь минут неспешной езды, «РВМ» уткнулся мордой в высокие кованые ворота. Вадим нажал кнопку на громоздком пульте, и ворота начали медленно распахиваться.
– Ух ты! Да тут целый лес на территории! – охнул Борис.
– А сколько зданий!
Я усмехнулся бурным восторгам семьи и сказал Вадиму:
– Давай сразу к особняку.
Ну а затем я больше часа слушал восхищённые охи и ахи родственников. Ух, сколько детской радости в них было. Все трое места себе не находили от переполнявших их чувств!
– Смотрите, бассейн! Какой огромный!
– А это гостиная? Да тут можно в футбол играть!
– У меня будет своя отдельная комната? Со своим личным туалетом? Аскольд, ты наш кумир!
– Аскольд, посмотри какая огромная люстра! Да она больше моей старой спальни!
Если бы я не помнил свою прошлую жизнь, то, наверное, реагировал бы на эти хоромы точно так же.
Итак, мне даровали землю в полтора гектара. На ней находится небольшой лесопарк, через который течёт маленькая речушка. Головной особняк имеет три уровня площадью больше двух тысяч квадратных метров. Здесь есть оборудованный тренажёрный зал и бассейн с сауной. Есть отдельное здание под баню, которое само могло бы стать роскошным домом для небольшой семьи. Монолитный просторный гараж, здание для персонала и пара небольших гостевых домиков. А ещё чуть в стороне стоит тренировочный зал.
Когда я всё это увидел в первый раз, то подумал – какой же простой, но элегантный ход сделал Канцлер. Будь я на самом деле самородком-простолюдином, да что уж, даже самородком-аристократом, проникся бы благодарностью и возжелал служить империи. Особенно если учитывать, что Канцлер во время церемонии награждения давил чем-то вроде Ауры.
– Ладно, осматривайтесь. Вадим, можно тебя на пару слов?
Тётя Мари с моими братьями ломанулись в особняк, а я жестом пригласил Наставника пройти в беседку.
Зайдя внутрь, я внимательно осмотрел деревянный потолок. Никаких устройств видно не было.
– Нет, пойдём в машину, – всё же передумал я.
Закрыв двери «РВМ» и включив радио, я повернулся к Вадиму.
– Они так сильно хотели посмотреть дом, – произнёс я. – Но всё-таки, пока Архун не доделает своё устройство, расслабиться в нём не получится.
– Повремените пока с переездом?
– А что поделать? Ладно, за месяц-то, думаю, наш старик справится. Но я вообще по другому вопросу с тобой хотел переговорить. С этого момента лично сопровождай Мари во время её поездок.
– Вас тоже смущает этот Чудинов? – скрипнул зубами Вадим.
– Более чем. А ещё меня смущает, что ты до сих пор никак не продвинулся в отношениях с тётушкой. Тебе что, пятнадцать лет? Ты чего ждёшь-то?
– Да… как-то работы много было. Не до романтики, – уклончиво ответил он.
– Я не стану на тебя давить. И уж тем более приказывать, – строго произнёс я. – Но если тётя Мари действительно тебе нравится как женщина, то ты рискуешь и упустить своё счастье. Она у нас видная сударыня, особенно теперь.
– Я понимаю, господин, – вздохнул Вадим.
– Так что быстрее разбирайся в своих чувствах. И… за братьями тоже нужен контроль. Вдруг у них «совершенно случайно» появится новый знакомый со схожими интересами?
Пообедав в нашем роскошном будущем доме, мы поехали обратно. Сегодня у нас была запланирована только обзорная экскурсия по «подарку» Канцлера. Правда, в дороге меня донимали вопросами, когда же мы переедем. Пришлось сказать практически правду – перед заездом необходимо провести некоторые ремонтные работы, во время которых жители дома будут мешаться.
Вечером в пятницу Вадим с тётушкой отправились в клуб на смену, ну а я в гости к боярам Морозовым. Давненько у них не был.
Катя с Никитой мне были рады. Мы тепло посидели за ужином, потом я немного поиграл с пареньком в солдатиков, а когда он уснул, остался с боярыней наедине.
И рассказал ей про Чудинова.
– Слушай, да вроде бы ничем не примечательный род. По крайней мере, их фамилия точно не на слуху. Но я попытаюсь узнать побольше, – проговорила Катя, выслушав мою историю.
– Спасибо, – кивнул я. – Твоя помощь будет, как всегда, незаменима.
– Ой, да брось ты, – отмахнулась она. – Кстати, я тут смогла несколько камешков-усилков заказать. Часть тебе, как ты и просил, – боярыня лукаво улыбнулась.
– И за это тоже огромное спасибо.
– Спасибо в карман не положишь. А ещё оно не подарит райское наслаждение уставшей после трудов женщине, – Катя нежно провела пальчиком по моей щеке и губам.
Я был готов сразу приступить к активным действиям, но уже очень хорошо знал игры боярыни.
– Выражать благодарность я могу не только словами. Но отложим это до тех пор, пока ты не расскажешь, что там ещё у тебя припасено.
Катя ехидно прищурилась.
– Знаешь меня как облупленную, да? Неплохо, господин Претендент, – она поставила бокал с вином на стол и посерьёзнела. – Это насчёт Канцлера и того, что мой отец подаст бумаги на тебя в комиссию.
– Отчего-то я не удивлён именно этой теме. Ну, рассказывай. Я весь внимание.
О проекте
О подписке