Флора почти ничего не видела. Темнота внутри пещеры и потоки воды, стекавшие с ее головы прямо на глаза, не позволяли ей всмотреться. Она моргнула раз-другой, потом потерла лицо ладонями, стараясь хоть что-то разглядеть.
Потом она проделала это снова, надеясь, что увиденное исчезнет.
Прямо на нее таращилось с полдесятка двенадцатилеток и высокий розоволицый мужчина – все они ошеломленно уставились на нее. Кое-кто из детей был явно испуган. Флора попыталась понять, так ли уж странно она выглядит.
Пожалуй, да. Она была с головы до ног в грязи и только что свалила на пол огромного скулящего пса.
Флора постаралась придумать какой-нибудь небрежный способ ослабить смущение – ну вроде как на Муре все только и занимаются подобными делами, – но Брамбл жалобно подвывал, и притихшие дети смотрели на Флору так, словно она нарочно его мучила.
– Привет, – сказала она наконец.
Мужчина осторожно шагнул вперед – мягко, спокойно, как приближаются к опасному животному.
– Ты в порядке?
Снаружи по склонам колотил дождь.
– Ну конечно, я в порядке! – ответила Флора.
И только тогда заметила, что едва дышит.
– Я спрашивал собаку, – сказал мужчина.
Он говорил с местным акцентом, но, когда Флора присмотрелась к нему, она его не узнала.
Она наконец смахнула с глаз последние капли воды.
– Простите… а вы все кто? Вы нечто вроде затерянного племени?
Но мужчина уже опустился на колени и что-то бормотал, мягко поглаживая тяжело вздымающиеся бока Брамбла.
– Лапа, – пояснила Флора. – Не трогайте ее. Он застрял между камнями.
– Он плохо выглядит, – заметил мужчина, почесывая Брамбла за ушами.
– Не оскорбляйте моего пса! – резко бросила Флора.
– Извините…
Он посмотрел на Флору. Мужчина был крупным, широкоплечим, крепко сложенным, с густыми волосами, глаза у него были яркого синего цвета, и казался он не слишком довольным.
– Зачем вы заставили его бродить по склонам в дождь?
– Я могла бы точно так же спросить и вас о вашей армии карликов, – проворчала Флора.
– А вы всегда лезете в гору в такой вот обуви?
– Да! – огрызнулась Флора. – Мне нравится ощущать грязь подошвами ног.
На мгновение лицо мужчины утратило суровость.
– Вы живете где-то неподалеку? – спросил он.
– Не совсем так, – соврала Флора. – А вы кто такой?
– Чарли Макартур, – сообщил мужчина, протягивая руку. – Агентство «Приключения на воздухе». Мы ходили в поход.
– Конечно, предполагалось, что это будет весело?
Маленький отряд бодро забормотал что-то.
– Само собой, – ответил Чарли. – Мы сегодня отлично побродили.
– А что случилось с вашей собакой? – застенчиво спросил один из мальчиков.
У него был резкий западный акцент – Флора сказала бы, что он из Глазго.
– Не знаю, – призналась она. – Думаю, он сломал лапу.
Мальчики сочувственно зашумели. Когда Флора получше к ним присмотрелась, она заметила, что это какие-то особенные дети. Они совсем не походили на шумных и уверенных детей, которые группами шагали по стенкам причала, обмениваясь бодрыми криками, швыряя всякую ерунду в чаек, и вообще держались так, словно им плевать на весь мир, хотя это было и не так.
Эти дети выглядели по-другому. Да, Флоре не показалось: они были бледными и худыми и буквально тонули в слишком больших, взятых взаймы дождевиках. Она снова посмотрела на Чарли.
– Можно ребятам погладить вашу собаку? – спросил он. – Мы отнесем ее домой. Если хотите. То есть… Если у вас нет какого-то другого плана.
Флора выпрямилась и, прищурившись, уставилась на него, ей не хотелось, чтобы Чарли заметил, какое это для нее огромное облегчение. Вокруг Флоры и так хватало снисходительных мужчин, еще один ей уж точно не нужен.
– Если хотите, – пожала она плечами.
– О, конечно хочу! Прекрасно! Что ж, это весьма любезно с вашей стороны. – Он выглянул наружу. – Думаю, мы подождем, пока закончится ливень. Нет смысла подвергаться переохлаждению.
Чарли посмотрел на детей, ласково гладивших пса. Брамбл наконец успокоился и вытянулся на песке, его дыхание стало спокойным. Похоже, он уже начинал дремать. Флора наморщила лоб.
– С ним все будет в порядке, – сказал Чарли. – Похоже, это не перелом, а сильное растяжение, ведь лапа не распухла. Не беспокойтесь, он просто спит.
– Знаю! – фыркнула Флора.
Наступило молчание. Флора понимала, что дурно ведет себя по отношению к человеку, который пытается ей помочь. Но каким-то образом ее сегодняшнее дурное настроение не желало отступать, и Флора не знала, как от него избавиться.
Они сидели рядом, глядя на дождь.
– А вы что, устраиваете приключения для детей именно в непогоду? – спросила наконец Флора, когда стало ясно, что Чарли не смущен молчанием и готов сидеть так, пока дождь не иссякнет.
Он повел плечом:
– Погода всегда часть событий, разве не так? Мы могли бы поставить палатки… и вообще лучше было бы снаружи. Здесь не разжечь огонь.
– Разве это не убогий отдых?
– Думаете, нам следовало остановиться в пятизвездочном отеле?
– На каникулах, почему бы и нет?
Чарли покачал головой. Они сидели достаточно далеко от притихших детей.
– Нет. Только не с ними.
– А кто они?
Некоторые из этих детей просто походили на беспризорников.
Чарли тихо хмыкнул:
– У этих детей родители в тюрьме. Или один из родителей. Так что это для них просто возможность отвлечься от всего… Многие в очень тяжелом положении… Их прислали к нам благотворители.
Флора была потрясена до глубины души.
– О… – тихо выдохнула она. – Я же не знала…
– А откуда вам знать? Они просто дети.
Флора глянула в сторону детей:
– Похоже, им нелегко здесь.
– Некоторым – да, очень нелегко. Но несколько ночей в палатках, даже и под дождем, – это не самое худшее. Сегодня первая ночь. Погодите – и увидите, что будет через несколько дней. Вы их просто не узнаете. Просто им еще не известно, что будет дальше. – Он улыбнулся. – Как только мы разожжем огонь, все потеплеет.
– И вы один этим занимаетесь?
– Нет, с напарницей. Она отправилась за запасными плащами. Обычно я посылаю детей ей в помощь, но сегодня… не хочу, чтобы кто-нибудь подхватил бронхит.
– О… – повторила Флора.
Она гадала, кем может быть эта святая, которая в дождь ушла за плащами для неимущих детей, в то время как сама Флора буквально взбесилась из-за того, что никому не понравился приготовленный ею ужин.
– Я – Флора, – сказала она.
– Чарли, – снова представился мужчина. – Рад знакомству.
Они еще раз пожали друг другу руки. Ладонь Чарли была жесткой, обветренной и большой, как и он сам. В нем ощущалось нечто солидное. Флора понимала: если ваш ребенок очутится далеко от дома, такому мужчине его можно доверить без опаски.
– А почему именно вы остались с ними в этой пещере?
– Мы чередуемся, – усмехнулся Чарли. – К тому же это именно мужские уроки. Этим ребятам необходимо общаться с мужчинами. Они не слишком много их видят.
– Что вы имеете в виду? – не поняла Флора.
– Ну… У большинства из них дома нет отца. Потом – женщины-учителя, женщины – социальные работники… Иногда они впервые сталкиваются с мужчинами, только когда попадают в полицию. Или в банду.
Тут Чарли встал и пошел к детям, собравшимся вокруг собаки. Он отправил двоих за палками, а когда те вернулись, мокрые и хихикающие, он показал всем, как соорудить полевые носилки, используя кусок брезента, который он извлек из своего рюкзака, и выдал кусок веревки, чтобы мальчики потренировались вязать узлы. И очень скоро им удалось смастерить нечто вполне приемлемое, теперь оставалась одна проблема – как уложить на носилки Брамбла. Пес, наконец-то расслабившись, спокойно лежал, изредка во сне облизывая лапу.
Чарли открыл справочник первой помощи.
– Что это вы делаете? – спросила Флора.
– Стараюсь подобрать правильную дозу снотворного для собаки. Пес довольно толстый, видите ли.
– Вы уже это говорили. – Флора нахмурилась. – И вы часто так делаете?
– О нет. Но не беспокойтесь, просто мы всегда имеем при себе много всякой всячины. Годится на любой случай.
Флора улыбнулась. Чарли выглянул наружу:
– Похоже, проясняется.
– Ничего не проясняется!
– Думаю, любой, кто крепче тростинки, может выдержать такую погоду. – Он повернулся к мальчикам. – Кто достаточно крепок?
Мальчики загомонили.
– Кто полагает, что сможет отнести эту собаку вниз, к ветеринару?
– Я! Я, сэр! Позвольте мне!
– Не разрешайте ему! Он точно уронит эту чертову собаку, как роняет свои сэндвичи!
– Я не роняю сэндвичи!
Мальчики захохотали над каким-то незадачливым веснушчатым пареньком, стоявшим впереди, и тот густо покраснел.
– Угомонитесь! – приказал Чарли тоном, не допускающим возражений. – Так, парень, еще раз, как тебя зовут?
– Итан, – прошептал мальчик.
У него был измученный вид и тени под глазами, которые делали его похожим на старичка.
– Они были нормальными на вкус, эти сэндвичи?
– Да, если вам нравится грязь! – выкрикнул кто-то.
– Эй! – прикрикнул Чарли. – Достаточно!
Он наклонился к маленькому парнишке.
– Послушай, – заговорил он, – уже почти стемнело. Это животное пострадало, и мы должны его спасти. Это будет трудно, и мы промокнем. – Он немного помолчал. – Так ты готов мне помочь?
Мальчик энергично кивнул.
Чарли присел рядом с головой пса с парой таблеток снотворного.
– Он не станет это глотать, – сказала Флора, которая помнила, как давным-давно мать пыталась дать Брамблу глистогонное.
– Вместе с этим проглотит, – возразил Чарли, вдавливая таблетки в мятное печенье «Кендал».
И действительно, Брамбл сонно приоткрыл налитые кровью глаза и лениво слизнул печенье, ничего не заметив.
– Это его успокоит. Все в порядке, ребята.
Чарли назначил еще несколько человек в помощь Итану – и Флора отметила, что он не выбрал ни одного из тех, кто смеялся над мальчиком. И вот уже ребята выстроились вдоль носилок.
– Начнем, – сказал Чарли, и они с Флорой опустились на колени, чтобы перекатить пса на носилки. – Этот пес уж…
– Да, слишком толстый – вы это уже говорили, – перебила его Флора. – И еще раз спасибо вам, Капитан Доброе Дело.
Чарли поднял голову и посмотрел на нее:
– Это что-то новенькое. Обычно люди благодарны, когда я помогаю им в горах.
– В самом деле?
Флора замерзла, ужасно проголодалась и на самом деле не чувствовала никакой благодарности.
– Спасибо, – повторила она.
– Не стоит того, – сухо откликнулся Чарли.
Брамбл слегка заворочался на носилках, но Флора успокоила его. Чарли снял с себя ремень, и Флора с изумлением наблюдала за тем, как он осторожно пристегивает Брамбла к носилкам.
Дождь уже уходил дальше, видно было, как горы у маленького залива очутились в его объятиях, вода лилась на поля, доходившие почти до дюн, взбивала пену в устье реки.
– Пора, – сказал Чарли. – Готовьтесь, ребята. По моей команде поднимайте его, осторожно, не торопясь…
Когда мальчики сосредоточились, у входа в пещеру возникла тень. Флора моргнула. Там стояла крупная женщина – не полная, а просто внушительная, с широкими плечами и крепким подбородком. Она натянула на голову капюшон непромокаемого плаща, крепко завязав его тесемки, капли воды висели на ее носу.
– Все готово, – бодро сообщила она. – Завтра все будете помогать, будь хоть дождь, хоть солнце. Можете только пожалеть себя, потому что это ваш первый день. Но все равно пора отправляться дальше!
Мальчики весело зашумели. А женщина только теперь заметила Флору.
– Вы кто? – спросила она. – Мы не разрешаем родителям сопровождать ребят в походах, и мне казалось, я это достаточно четко объяснила.
– Нет, я…
– А если вы какой-то инспектор, нам понадобятся две недели на письменный отчет, хотя вы можете хоть в полицию заявить, не важно, потому что наши стандарты безупречны.
Флора слегка дернулась:
– Нет, я…
– Она просто легкомысленная девчонка, чья собака повредила лапу, – пояснил наконец Чарли. – Ты посмотри только на ее обувь!
Женщина так и сделала – и тут же громко расхохоталась.
– Ох, да уж! – воскликнула она. – Так вы решили ей помочь? – Ее тон изменился, когда она обратилась к Чарли и мальчикам.
– Да, Джен! – закричали мальчишки.
– Что ж, прекрасно, – решила Джен. – Спустите ее с горы – и сразу возвращайтесь. У нас тут куча сарделек, которые нужно съесть!
На Флору она больше не смотрела.
О проекте
О подписке