Чарльз Диккенс — отзывы о творчестве автора и мнения читателей

Отзывы на книги автора «Чарльз Диккенс»

482 
отзыва

Anastasia246

Оценил книгу

Судьба порой даёт нам небывалые шансы изменить все в своей жизни кардинальным образом. А мы проходим мимо, принимаем равнодушно, как должное, считаем все само собой разумеющимся (ну, конечно, это все за наши заслуги? заслуги? чаще всего это просто аванс...). Стоит исполниться одной мечте, успеваем "намечтать" ещё кучу всего, грандиозного и феерического...Не умеем быть благодарными и ценить то, что уже у нас есть. Стоит ли удивляться в таком случае переменчивости фортуны, отбирающей (да просто забирающей назад, за ненадобностью и недооцененностью) свои подарки?

Большие надежды? хм, возможно, что и надежды (хотя порядком раздражали, надо признаться, постоянные упоминания в книге этих самых "надежд", до того частое упоминание, что они стали в сознании (героя и читателей) чем-то материальным и вполне осязаемым - тем самым "движимым имуществом", о котором говорит один из героев романа).

Но нет, это всё-таки не надежды. Надежды - это что-то такое светлое, вдохновляющее и - ключевое слово! - абстрактное. Когда к ним примешивается конкретика, надежды превращаются в ожидания, самое бессмысленное, что есть на этом свете - об этом еще Печорин предупреждал Грушницкого: "Надобно желать и добиваться. А надеяться-то зачем?" Думается, что он и имел в виду ни на чем не основанные ожидания, от которых больше вреда, чем пользы). Ожидания или же никогда не сбываются (что совсем печально...), или же сбываются совершенно другим (зачастую вообще противоположным) образом (тоже приятного мало...).

Ожидания тяжелым грузом сковывают по рукам и ногам, заставляют поверить в собственные эфемерные мысли, далекие от реальности, и принять их как руководство к действию (а действие в результате становится бестолковым).

Роман, в котором, судя по его началу, ожидаешь (вот опять эти самые ожидания, никуда от них не деться:) прочитать о славном пути к успеху, пути из нищеты, пути к тому, чтобы стать дельным и уважаемым человеком, оборачивается историей запутавшегося юноши Пипа, страстно мечтающего выпутаться из нужды и бедности, стыдящегося своих родных (особенно было обидно за Джо, практически воспитавшего мальчишку), своего дома, мечтающего попасть в новый, богатый, золотой мир, переливающийся всеми красками, там уже ждет прекрасная Эстелла, на которую он имеет явно недвусмысленные виды ("Она мне предназначена" - что за глупая самоуверенность и мужское бахвальство...).

Неизвестный благодетель дарит ему шанс попасть в этот мир и стать джентльменом, а не кузнецом. Но кто этот таинственный и добрый незнакомец (а может, как раз и "знакомец", как знать, Пип "подозревает" в благодетеле мисс Хэвишем, полубезумную, несчастную, разочаровавшуюся в жизни женщину - ну мол, у богатых свои причуды...)? Но вихрь новой жизни закружит так, что это станет и неважно. До поры до времени. Ведь долги все равно придется отдавать, рано или поздно; ответы будут шокирующими, правда горькой и беспощадной.

Всегда неприятно, когда рушится царство грёз, но, может быть, это просто новый шанс - шанс начать всё заново и с чистого листа?...

Красивый роман с весьма неожиданными и крутыми поворотами сюжета, кучей загадок и тайн из прошлого и печальной линией любви (хотя кто сказал, что все кончено? Мне видится финал открытым, а настоящая любовь обязательно возьмет свое...).

- Через неделю вы обо мне и думать забудете.
- Забуду! Вы - часть моей жизни, часть меня самого. Вы - в каждой строчке, которую я прочел с тех пор, как впервые попал сюда простым деревенским мальчиком, чье бедное сердце вы уже тогда ранили так больно. Вы - везде и во всем, что я с тех пор видел, - на реке, в парусах кораблей, на болотах, в облаках, на свету и во тьме, в ветре, в море, в лесу, на улицах. Вы - воплощение всех прекрасных грез, какие рождало мое воображение. Как прочны камни самых крепких лондонских зданий, которые ваши руки бессильны сдвинуть с места, так же крепко и нерушимо живет в моей душе ваш образ и в прошлом, и теперь, и навеки. Эстелла, до моего последнего вздоха вы останетесь частью меня, частью всего, что во мне есть хорошего, - сколь мало бы его ни было, - и всего дурного. Но сейчас, в минуту прощанья, я связываю вас только с хорошим и впредь обещаю только так и думать о вас, ибо я верю, что вы сделали мне больше добра, чем зла, как бы ни разрывалось сейчас мое сердце. Бог вас прости и помилуй!

Есть прекрасная экранизация данного романа Диккенса, 2012 года. Хелена Бонэм-Картер в роли мисс Хэвишем просто бесподобна, как и Рэйф Файнс в роли того самого "благодетеля". И потрясающая Холлидей Грейнджер (обожаю ее еще со времен сериала "Борджиа") в роли Эстеллы. Фильм чуть ли не дословно повторяет роман (видно уважение режиссера к первоисточнику) и очень атмосферный.

- Рады снова расстаться, Эстелла? Для меня расставанье всегда тяжело. Мне всегда тяжело и больно вспоминать, как мы с вами расстались.
- Но вы сказали мне": "Бог вас прости и помилуй!", - возразила Эстелла очень серьезно. - Если вы могли сказать это тогда, то, наверно, скажете и теперь, когда горе - лучший учитель - научило меня понимать, что было в вашем сердце. Жизнь ломала меня и била, но мне хочется думать, что я стала лучше. Будьте же ко мне снисходительны и добры, как тогда были, и скажите, что мы - друзья.

- Мы - друзья, - сказал я, вставая и помогая ей подняться со скамьи.
- И простимся друзьями, - сказала Эстелла.

Я взял ее за руку, и мы пошли прочь от мрачных развалин; и так же, как давно, когда я покидал кузницу, утренний туман подымался к небу, так теперь уплывал вверх вечерний туман, и широкие просторы, залитые спокойным светом луны, расстилались перед нами, не омраченные тенью новой разлуки.

14 апреля 2020
LiveLib

Поделиться

Anastasia246

Оценил книгу

Судьба порой даёт нам небывалые шансы изменить все в своей жизни кардинальным образом. А мы проходим мимо, принимаем равнодушно, как должное, считаем все само собой разумеющимся (ну, конечно, это все за наши заслуги? заслуги? чаще всего это просто аванс...). Стоит исполниться одной мечте, успеваем "намечтать" ещё кучу всего, грандиозного и феерического...Не умеем быть благодарными и ценить то, что уже у нас есть. Стоит ли удивляться в таком случае переменчивости фортуны, отбирающей (да просто забирающей назад, за ненадобностью и недооцененностью) свои подарки?

Большие надежды? хм, возможно, что и надежды (хотя порядком раздражали, надо признаться, постоянные упоминания в книге этих самых "надежд", до того частое упоминание, что они стали в сознании (героя и читателей) чем-то материальным и вполне осязаемым - тем самым "движимым имуществом", о котором говорит один из героев романа).

Но нет, это всё-таки не надежды. Надежды - это что-то такое светлое, вдохновляющее и - ключевое слово! - абстрактное. Когда к ним примешивается конкретика, надежды превращаются в ожидания, самое бессмысленное, что есть на этом свете - об этом еще Печорин предупреждал Грушницкого: "Надобно желать и добиваться. А надеяться-то зачем?" Думается, что он и имел в виду ни на чем не основанные ожидания, от которых больше вреда, чем пользы). Ожидания или же никогда не сбываются (что совсем печально...), или же сбываются совершенно другим (зачастую вообще противоположным) образом (тоже приятного мало...).

Ожидания тяжелым грузом сковывают по рукам и ногам, заставляют поверить в собственные эфемерные мысли, далекие от реальности, и принять их как руководство к действию (а действие в результате становится бестолковым).

Роман, в котором, судя по его началу, ожидаешь (вот опять эти самые ожидания, никуда от них не деться:) прочитать о славном пути к успеху, пути из нищеты, пути к тому, чтобы стать дельным и уважаемым человеком, оборачивается историей запутавшегося юноши Пипа, страстно мечтающего выпутаться из нужды и бедности, стыдящегося своих родных (особенно было обидно за Джо, практически воспитавшего мальчишку), своего дома, мечтающего попасть в новый, богатый, золотой мир, переливающийся всеми красками, там уже ждет прекрасная Эстелла, на которую он имеет явно недвусмысленные виды ("Она мне предназначена" - что за глупая самоуверенность и мужское бахвальство...).

Неизвестный благодетель дарит ему шанс попасть в этот мир и стать джентльменом, а не кузнецом. Но кто этот таинственный и добрый незнакомец (а может, как раз и "знакомец", как знать, Пип "подозревает" в благодетеле мисс Хэвишем, полубезумную, несчастную, разочаровавшуюся в жизни женщину - ну мол, у богатых свои причуды...)? Но вихрь новой жизни закружит так, что это станет и неважно. До поры до времени. Ведь долги все равно придется отдавать, рано или поздно; ответы будут шокирующими, правда горькой и беспощадной.

Всегда неприятно, когда рушится царство грёз, но, может быть, это просто новый шанс - шанс начать всё заново и с чистого листа?...

Красивый роман с весьма неожиданными и крутыми поворотами сюжета, кучей загадок и тайн из прошлого и печальной линией любви (хотя кто сказал, что все кончено? Мне видится финал открытым, а настоящая любовь обязательно возьмет свое...).

- Через неделю вы обо мне и думать забудете.
- Забуду! Вы - часть моей жизни, часть меня самого. Вы - в каждой строчке, которую я прочел с тех пор, как впервые попал сюда простым деревенским мальчиком, чье бедное сердце вы уже тогда ранили так больно. Вы - везде и во всем, что я с тех пор видел, - на реке, в парусах кораблей, на болотах, в облаках, на свету и во тьме, в ветре, в море, в лесу, на улицах. Вы - воплощение всех прекрасных грез, какие рождало мое воображение. Как прочны камни самых крепких лондонских зданий, которые ваши руки бессильны сдвинуть с места, так же крепко и нерушимо живет в моей душе ваш образ и в прошлом, и теперь, и навеки. Эстелла, до моего последнего вздоха вы останетесь частью меня, частью всего, что во мне есть хорошего, - сколь мало бы его ни было, - и всего дурного. Но сейчас, в минуту прощанья, я связываю вас только с хорошим и впредь обещаю только так и думать о вас, ибо я верю, что вы сделали мне больше добра, чем зла, как бы ни разрывалось сейчас мое сердце. Бог вас прости и помилуй!

Есть прекрасная экранизация данного романа Диккенса, 2012 года. Хелена Бонэм-Картер в роли мисс Хэвишем просто бесподобна, как и Рэйф Файнс в роли того самого "благодетеля". И потрясающая Холлидей Грейнджер (обожаю ее еще со времен сериала "Борджиа") в роли Эстеллы. Фильм чуть ли не дословно повторяет роман (видно уважение режиссера к первоисточнику) и очень атмосферный.

- Рады снова расстаться, Эстелла? Для меня расставанье всегда тяжело. Мне всегда тяжело и больно вспоминать, как мы с вами расстались.
- Но вы сказали мне": "Бог вас прости и помилуй!", - возразила Эстелла очень серьезно. - Если вы могли сказать это тогда, то, наверно, скажете и теперь, когда горе - лучший учитель - научило меня понимать, что было в вашем сердце. Жизнь ломала меня и била, но мне хочется думать, что я стала лучше. Будьте же ко мне снисходительны и добры, как тогда были, и скажите, что мы - друзья.

- Мы - друзья, - сказал я, вставая и помогая ей подняться со скамьи.
- И простимся друзьями, - сказала Эстелла.

Я взял ее за руку, и мы пошли прочь от мрачных развалин; и так же, как давно, когда я покидал кузницу, утренний туман подымался к небу, так теперь уплывал вверх вечерний туман, и широкие просторы, залитые спокойным светом луны, расстилались перед нами, не омраченные тенью новой разлуки.

14 апреля 2020
LiveLib

Поделиться

Arlett

Оценил книгу

Эта книга представляется мне коробкой с ёлочными игрушками. Волшебными ёлочными игрушками, потому что фигурки в них движутся. Изнутри шара идет теплый свет и перед нашими глазами оживают истории маэстро Диккенса. В этих историях он удивительно музыкален, его описания ветра, сумерек, свистка чайника и песни сверчка можно класть на ноты и выступать в консерватории. Дамы в его историях получились несколько опереточного вида и характера, разговоры их немного напыщенны, но очень милы. Большинство мужчин составляют им достойную пару, они благородны, внимательны и нежны. Очень милая и трогательная картина. Но не без драмы.

Давайте рассмотрим их.
Первый ёлочный шар - это жемчужина коллекции. Или даже бриллиант! Что же мы видим? Одинокий человек выходит из своей конторы и бредет в трактир, где его ждет одинокий ужин, а после он вернется в свой одинокий дом и съест овсяную кашу. Так проходят его будни и праздники. Так он встречает Рождество вот уже много лет. Но не подумайте, что его это печалит. Скряга и зануда Скрудж (а это, без сомнения, именно он) эту праздничную суету искренне презирает. И этот год ничем не отличался бы от остальных, если бы за поеданием овсянки его не навестило приведение его бывшего компаньона.

Во втором шаре мы видим бодрого старичка Трухти. Он работает посыльным и в любую погоду его можно найти около старой церкви. Каждый день он восхищенно слушает песню её колоколов. Сейчас он сидит на ступеньках рядом с юной девушкой. Это его дочка и она принесла ему горячий обед. Они бедны, но счастливы. Но на их счастье легла тень одного напыщенного джентльмена. Даже трех напыщенных джентльменов. Многовато для одного маленького счастья.

Третий шар радует глаз уютным домашним очагом. Чайник, закипая, начал свою песенку и ему вторит сверчок. Дуэт, который по старым приметам, должен принести в дом счастье. Очаровательная девушка ждет своего мужа. Он вот-вот уже приедет и привезет печальные вести. Школьная подруга нашей девушки выходит замуж за местного фабриканта - мрачного и злобного типа, годящегося ей в отцы. Своих сверчков он всех передавил каблуками. Все светлое и радостное у него вызывает такое же желание – немедленно растоптать, разрушить.

В центре четвертого шара весело танцуют две девушки, они сестры и очень любят друг друга. Рано лишившись матери, они восполнили недостаток материнской любви в обоюдной нежности. Сегодня счастливый день. День рождения младшей сестры и её жениха. Но отчего от мысли о нем она становится грустна и задумчива? Отчего книги о разлуке с домом так тревожат её? Что задумала она и с кем встречается ночью в саду? Почему решилась разбить сердце самым любимым своим людям – сестре и отцу?

Пятый шар самый мрачный. Мы видим комнату освещенную камином, а по её углам колышутся тени. Что это? Показалось или одна тень действительно очень похожа на фигуру человека? Так и есть. Этот призрак давно приходит в этот дом. Он старый собеседник жильца этой комнаты. И вот в одной из бесед призрак предложил сделку. Это был самый ненадежный вид договора – устный. Хотя результат всегда один независимо от формы – человека облапошат. Думы жильца о прошлом были так тягостны и мрачны, что затмевали свет от всего хорошего. Забвение казалось желанным. Соблазн избавиться от горькой ноши был велик.

Читать и перечитывать «Рождественские истории» нужно непременно. Пока старый скряга Скрудж смотрит на себя и свою жизнь со стороны, почему бы и нам вместе с ним не заняться тем же. Очень действенная терапия по-диккенсонски. Не надо ждать праздника, он в нас. Всегда. Скрудж счастливчик! Не многим дана возможность увидеть при жизни последствия своих деяний и исправить их. И пусть нам на Духов Рождества надеяться не приходится, но зато у нас есть Диккенс. Всегда можно перечитать и вспомнить. Если вдруг мне вздумается брюзжать и ворчать, что мол нет никакого праздничного настроение, что не чувствую я приближения Нового года, что раньше все было, а сейчас всё не то, всё хуже и скучнее, надо срочно хватать с полки эту книгу, она избавит от хандры. Она несет в себе дух праздника, которым щедро делится.

29 ноября 2013
LiveLib

Поделиться

malasla

Оценил книгу

Возможно, вы знаете, что один из самых нелюбимых моих писателей - Чарльз Диккенс.
Я люблю рассказывать истории о его салонах, где он по три-четыре часа истязал своих гостей чтением своих же текстов вслух и считал, что делает этим мир лучше.
Я люблю рассказывать, что именно Диккенс придумал слово "boredom", и обязательно добавляю, что это очень характерное для него достижение.
Эта нелюбовь началась еще в дестве, с Оливера Твиста, которого я просто терпеть не могла.
Более того - даже знаменитая диккенсовская ирония обычно надеодает своим однообразием к третьей странице любого текста.

До этого исключение у емня было только одно - "Записки Пиквикского клуба", конечно.
Теперь добавилась и "Повесть о двух городах".

Это очень забавная, амбивалентная такая книга.

Особый шарм ей придают еще советские комментарии, в которых нам расскажут, что пока Диккенс обличает аристократию - он молодец и правдописец, а когда он пишет о революционном режиме - он не смог отойти от буржуазного мировосприятия, сгущает краски и попросту врет.
Очень, очень мило.

А теперь о сабже.

С одной стороны большинство героев бесили тем, что вполне традиционно поделились на очень хороших или очень плохих. Конечно, это же Диккенс. Не нужно объяснять, чем так хороша Люси и почему в нее все влюбляются - это вполне допустимо в тексте, где есть всего одна девушка замужнего возраста, а холостых мужчин в разы больше. Не нужно удивляться тому, что герои один за другим проявляют чудеса наивности и действуют примерно так: "А поеду-ка я в революционную Францию. Я же всего лишь француский аристократ, что со мной может случиться?"
Словом, очень по-Диккенсовски.

Но есть в Повести и моменты, в которых я невольно забывала о раздражении.
Это части, навеянные, как я понимаю, Карлейлем. Куски текста, в которых на героях особо не останавливаются, а дают картинку всего, что происходит.
Это прекрасный текст с не очень сложными, но очень эффектными противопоставлениями: на прилавках совсем нет еды, зато вокруг оружие. много оружия, наточенного, блестящего. Ну или та же бочка с вином, ставшая давно уже классическим примером.

Это текст, который заставляет забывать о времени и других книгах и будет преследовать, пока не дочитаешь его до конца. И, как и предвещает первый абзац, никак не поймешь, чего ждать дальше. Восхищаться тем, что происходит, или опасаться, с восторгом читать о вяжущих женщинах или начать обдумывать, как защититься от смертоносных спиц, порицать или уважать, останавливаться на свободе, равенстве, братстве, или помнить, что под руку с ними шагает еще и смерть.

В общем, из двух городов как текст мятежный Париж однозначно делает спокойный Лондон.

А книга отличная.
На самом деле отличная.

10 августа 2012
LiveLib

Поделиться

GarrikBook

Оценил книгу

Эх, если бы я однажды не посмотрел мультик "Рождественская история" который очень хорошо запомнился и понравился, оценка этой книге была бы выше.
Книга мне досталась из "Новогоднего флешмоба 2023" спасибо goramyshz отличный совет.
Я не знал, что тот мультик был снят по книге, а когда начал читать, понял, что всё это мне до боли знакомо.
Именно это чувство и помешало мне полноценно насладиться книгой!
Это великолепная история, с невероятно сильным посылом.
И сейчас самое время её прочитать!
Книга о том, что мы не вечны и нужно жизнь прожить так, чтобы не было за неё стыдно. Здесь урок родителям, что большинство наших проблем родом из детства и нужно быть аккуратнее к личности, которая только формируется. Ну и конечно Дух Рождества обязательно посетит вас.
Добрая и поучительная история, которая обязательно проникнет в ваше сердце.
Богатым быть хорошо, но счастливым куда, как лучше!
У меня всё. Спасибо за внимание и уделённое время!

4 января 2023
LiveLib

Поделиться

malasla

Оценил книгу

Возможно, вы знаете, что один из самых нелюбимых моих писателей - Чарльз Диккенс.
Я люблю рассказывать истории о его салонах, где он по три-четыре часа истязал своих гостей чтением своих же текстов вслух и считал, что делает этим мир лучше.
Я люблю рассказывать, что именно Диккенс придумал слово "boredom", и обязательно добавляю, что это очень характерное для него достижение.
Эта нелюбовь началась еще в дестве, с Оливера Твиста, которого я просто терпеть не могла.
Более того - даже знаменитая диккенсовская ирония обычно надеодает своим однообразием к третьей странице любого текста.

До этого исключение у емня было только одно - "Записки Пиквикского клуба", конечно.
Теперь добавилась и "Повесть о двух городах".

Это очень забавная, амбивалентная такая книга.

Особый шарм ей придают еще советские комментарии, в которых нам расскажут, что пока Диккенс обличает аристократию - он молодец и правдописец, а когда он пишет о революционном режиме - он не смог отойти от буржуазного мировосприятия, сгущает краски и попросту врет.
Очень, очень мило.

А теперь о сабже.

С одной стороны большинство героев бесили тем, что вполне традиционно поделились на очень хороших или очень плохих. Конечно, это же Диккенс. Не нужно объяснять, чем так хороша Люси и почему в нее все влюбляются - это вполне допустимо в тексте, где есть всего одна девушка замужнего возраста, а холостых мужчин в разы больше. Не нужно удивляться тому, что герои один за другим проявляют чудеса наивности и действуют примерно так: "А поеду-ка я в революционную Францию. Я же всего лишь француский аристократ, что со мной может случиться?"
Словом, очень по-Диккенсовски.

Но есть в Повести и моменты, в которых я невольно забывала о раздражении.
Это части, навеянные, как я понимаю, Карлейлем. Куски текста, в которых на героях особо не останавливаются, а дают картинку всего, что происходит.
Это прекрасный текст с не очень сложными, но очень эффектными противопоставлениями: на прилавках совсем нет еды, зато вокруг оружие. много оружия, наточенного, блестящего. Ну или та же бочка с вином, ставшая давно уже классическим примером.

Это текст, который заставляет забывать о времени и других книгах и будет преследовать, пока не дочитаешь его до конца. И, как и предвещает первый абзац, никак не поймешь, чего ждать дальше. Восхищаться тем, что происходит, или опасаться, с восторгом читать о вяжущих женщинах или начать обдумывать, как защититься от смертоносных спиц, порицать или уважать, останавливаться на свободе, равенстве, братстве, или помнить, что под руку с ними шагает еще и смерть.

В общем, из двух городов как текст мятежный Париж однозначно делает спокойный Лондон.

А книга отличная.
На самом деле отличная.

10 августа 2012
LiveLib

Поделиться

malasla

Оценил книгу

Возможно, вы знаете, что один из самых нелюбимых моих писателей - Чарльз Диккенс.
Я люблю рассказывать истории о его салонах, где он по три-четыре часа истязал своих гостей чтением своих же текстов вслух и считал, что делает этим мир лучше.
Я люблю рассказывать, что именно Диккенс придумал слово "boredom", и обязательно добавляю, что это очень характерное для него достижение.
Эта нелюбовь началась еще в дестве, с Оливера Твиста, которого я просто терпеть не могла.
Более того - даже знаменитая диккенсовская ирония обычно надеодает своим однообразием к третьей странице любого текста.

До этого исключение у емня было только одно - "Записки Пиквикского клуба", конечно.
Теперь добавилась и "Повесть о двух городах".

Это очень забавная, амбивалентная такая книга.

Особый шарм ей придают еще советские комментарии, в которых нам расскажут, что пока Диккенс обличает аристократию - он молодец и правдописец, а когда он пишет о революционном режиме - он не смог отойти от буржуазного мировосприятия, сгущает краски и попросту врет.
Очень, очень мило.

А теперь о сабже.

С одной стороны большинство героев бесили тем, что вполне традиционно поделились на очень хороших или очень плохих. Конечно, это же Диккенс. Не нужно объяснять, чем так хороша Люси и почему в нее все влюбляются - это вполне допустимо в тексте, где есть всего одна девушка замужнего возраста, а холостых мужчин в разы больше. Не нужно удивляться тому, что герои один за другим проявляют чудеса наивности и действуют примерно так: "А поеду-ка я в революционную Францию. Я же всего лишь француский аристократ, что со мной может случиться?"
Словом, очень по-Диккенсовски.

Но есть в Повести и моменты, в которых я невольно забывала о раздражении.
Это части, навеянные, как я понимаю, Карлейлем. Куски текста, в которых на героях особо не останавливаются, а дают картинку всего, что происходит.
Это прекрасный текст с не очень сложными, но очень эффектными противопоставлениями: на прилавках совсем нет еды, зато вокруг оружие. много оружия, наточенного, блестящего. Ну или та же бочка с вином, ставшая давно уже классическим примером.

Это текст, который заставляет забывать о времени и других книгах и будет преследовать, пока не дочитаешь его до конца. И, как и предвещает первый абзац, никак не поймешь, чего ждать дальше. Восхищаться тем, что происходит, или опасаться, с восторгом читать о вяжущих женщинах или начать обдумывать, как защититься от смертоносных спиц, порицать или уважать, останавливаться на свободе, равенстве, братстве, или помнить, что под руку с ними шагает еще и смерть.

В общем, из двух городов как текст мятежный Париж однозначно делает спокойный Лондон.

А книга отличная.
На самом деле отличная.

10 августа 2012
LiveLib

Поделиться

Chagrin

Оценил книгу

Этот год грозит стать годом "открытий". Открытия пишу в кавычках, потому что никакие это не открытия, это просто я, являясь странным представителем книгочеев, имела необъяснимые предубеждения против всемирно известных авторов. Да что там "известных" авторов. Против классиков. Основ из основ. Столпов из столпов. Из списка этих несправедливо обделенных ранее я вычеркнула Ремарка (сразу занеся его в список поразительных и прекрасных) и та же история повторилась у меня с Диккенсом.
Я думала (не знаю уж, по какой причине), что Диккенс нравоучителен, глубоко морален и в меру скучен. На деле же оказалось, что он искрометно смешон, интересен и настолько англичанин, что я, конечно же, влюбилась с первых глав и сохраняла эти душевные чувства до самого конца.

В романе пара десятков персонажей, но каждый из них, даже самый незначительный, выписан так четко и ярко, что по поводу некоторых даже жалко, что попадаются в повествовании они редко и лишь на мгновение. О каждом из них можно написать подробный анализ, но я это делать (конечно же) не буду и напишу вкратце.
Я всех героев мысленно поделила на три категории:

Праведники. К ним относится сама Крошка Доррит, дитя Маршалси, смиренная, благочестивая и т.д. Имеет полный букет всех необходимых черт и качеств, которыми должна обладать девушка романа 19 века, особенно если от ее историей веет несчастной судьбой и романтизмом. Не скажу, что такие герои вызывают у меня восторг. По этой же причине я, в свое время, не испытывала восторгов по поводу Джейн Эир, но это совсем другая история)
К ним относится Дойс и Клэннем (назову их в этой спайке по примеру Флоры, уж очень мне нравится созвучие)). Честные, порядочные немолодые люди. В общем, тут добавить больше нечего.

Негодяи. Риго-Бландуа, Гоуэн, Флинтвинч, мамаша-Клэннем. Негодяи на то и есть негодяи, плетут козни, не имеют чувства жалости и преследуют свои цели (нажива, месть и т.д.) Персонажи эти неприятны, но, как правило, они лишены комизма.

Шуты. Самая многочисленная группа. Почти все остальные герои романа. Они одеваются, говорят и ведут себя не как реальные люди, а как карикатуры на людей. Флора, переспелая вдовушка-девица, мечтающая о возрождении страстной любви молодости, тетушка мистера Ф, проклинающая Клэннема)), мисс Дженерал с ее плющом и пудингом, юный Джон, сочиняющий эпитафии, Полипы, сопящий Панкс... Их много, очень много. Все они смешны и даже абсурдны. Иногда мне было ужасно жаль Клэннема, создавалось впечатление, что он попал как Алиса в страну чудес, где все вокруг все чудесатее и чудесатее и не понимаешь, порой, как себя вести и как реагировать на эти чудеса.

Отдельное слово можно уделить Министерству Волокиты -- бюрократическому монстру, который засасывает в себя каждого просителя, пережевывает и выплевывает его, оставляя ни с чем. Работники такого министерства доки по части "делать все, для того, чтобы ничего не делать". Не знаю, насколько такое министерство существовало в реальности, но многие черты его, я думаю, можно найти в любом министерстве любой страны.

Есть мнение, что книга не смешная. Мне было очень смешно) Юмор в лучших традициях английского юмора, так что рекомендую всем, кто любит такое. Кому еще рекомендовать не знаю, мне кажется, Диккенса уже все читали.

17 августа 2015
LiveLib

Поделиться

malasla

Оценил книгу

Возможно, вы знаете, что один из самых нелюбимых моих писателей - Чарльз Диккенс.
Я люблю рассказывать истории о его салонах, где он по три-четыре часа истязал своих гостей чтением своих же текстов вслух и считал, что делает этим мир лучше.
Я люблю рассказывать, что именно Диккенс придумал слово "boredom", и обязательно добавляю, что это очень характерное для него достижение.
Эта нелюбовь началась еще в дестве, с Оливера Твиста, которого я просто терпеть не могла.
Более того - даже знаменитая диккенсовская ирония обычно надеодает своим однообразием к третьей странице любого текста.

До этого исключение у емня было только одно - "Записки Пиквикского клуба", конечно.
Теперь добавилась и "Повесть о двух городах".

Это очень забавная, амбивалентная такая книга.

Особый шарм ей придают еще советские комментарии, в которых нам расскажут, что пока Диккенс обличает аристократию - он молодец и правдописец, а когда он пишет о революционном режиме - он не смог отойти от буржуазного мировосприятия, сгущает краски и попросту врет.
Очень, очень мило.

А теперь о сабже.

С одной стороны большинство героев бесили тем, что вполне традиционно поделились на очень хороших или очень плохих. Конечно, это же Диккенс. Не нужно объяснять, чем так хороша Люси и почему в нее все влюбляются - это вполне допустимо в тексте, где есть всего одна девушка замужнего возраста, а холостых мужчин в разы больше. Не нужно удивляться тому, что герои один за другим проявляют чудеса наивности и действуют примерно так: "А поеду-ка я в революционную Францию. Я же всего лишь француский аристократ, что со мной может случиться?"
Словом, очень по-Диккенсовски.

Но есть в Повести и моменты, в которых я невольно забывала о раздражении.
Это части, навеянные, как я понимаю, Карлейлем. Куски текста, в которых на героях особо не останавливаются, а дают картинку всего, что происходит.
Это прекрасный текст с не очень сложными, но очень эффектными противопоставлениями: на прилавках совсем нет еды, зато вокруг оружие. много оружия, наточенного, блестящего. Ну или та же бочка с вином, ставшая давно уже классическим примером.

Это текст, который заставляет забывать о времени и других книгах и будет преследовать, пока не дочитаешь его до конца. И, как и предвещает первый абзац, никак не поймешь, чего ждать дальше. Восхищаться тем, что происходит, или опасаться, с восторгом читать о вяжущих женщинах или начать обдумывать, как защититься от смертоносных спиц, порицать или уважать, останавливаться на свободе, равенстве, братстве, или помнить, что под руку с ними шагает еще и смерть.

В общем, из двух городов как текст мятежный Париж однозначно делает спокойный Лондон.

А книга отличная.
На самом деле отличная.

10 августа 2012
LiveLib

Поделиться

Kristina_Kuk

Оценил книгу

На мой взгляд, эта та книга, с которой стоит начинать знакомство с Диккенсом, если вы еще с ним не знакомы. Она легко и быстро читается, в ней много красивых поэтичных описаний и, конечно, рождественская песнь несет мощный заряд добра.

Сюжет на поверхности достаточно прост. Эгоист и скупец мистер Скрудж в сочельник оказывается против своей воли втянут в невероятное приключение. Его навещает бывший компаньон, ныне покойный Марли, и три других гостя. А именно духи прошлого, настоящего и будущего. Каждый из этих духов заготовил для своего подопечного подарок. Подарочки поначалу не слишком порадуют Скруджа, но в итоге изменят всю его жизнь. Призраки не скрывают от Скруджа, что у него не так много времени и они здесь, чтобы дать ему последний шанс. Все ради его блага.

Скрудж всю жизнь был неприятным типом во всех отношениях. Он ужасно жадный, кармический брат Гобсека.  Думает только о себе, никому никогда не помогает и совершенно не уважает дух Рождества. Для него праздник - что-то вроде дополнительного неудобства, повод для всяких «лентяев» не приходить на работу.

Скрудж постоянно терроризирует своего единственного клерка, буквально не дает тому свободно вздохнуть. Даже один выходной в году, на Рождество, Скрудж дает словно дарует великую милость. Диккенс несколько раз сравнивает своего героя с холодом. Холодное сердце Скруджа, казалось, закрыто от проникновения в него обычных человеческих чувств. Он совсем не умеет радоваться. Что Скруджу до веселых святок? Его жизнь напоминает ровную линию кардиограммы. Никаких эмоций, ни счастливых, ни грустных.

Кажется, что у него в сердце все уже окончательно заледенело... но и в душе такого законченного скупердяя живут воспоминания и страхи. Призракам, посетившим его в рождественскую ночь, когда граница между миром живых и миром мертвых истончается, надо только разбудить эти воспоминания и тем самым пробудить чувства в груди Скруджа.

Он оказался не безнадежен, вопреки всей своей жадности, угрюмости и холодности. Выяснилось, что у Скруджа было несчастливое детство. Он был всеми забытым ребенком. В каждом брюзжащем старике живет маленький ранимый мальчик? Может и не в каждом, конечно, но мистер Скрудж оказался чувствительнее, чем можно было предположить в начале. Каждый из трёх привидений (на то они и духи, чтобы знать на какие точки надавить) находит, какую картину ему показать, чтобы она каким-то образом перелезла через высокие стены и нашла отклик в сердце скупца.

Решающей, по всей вероятности, оказалась картина, которую развернул перед Скруджем дух рождества будущего. Увидев, что его ждет не в далекой перспективе, старый скряга захотел побыстрее сделать что-нибудь полезное. А кто бы на его месте не захотел?

Как вы уже поняли, Скрудж после общения с потусторонним миром меняется. У него появляется желание делать добро другим людям. Он неожиданно открывает для себя, что дарить радость другим может сделать счастливым самого дарителя.

Кажется ли раскаяние и перерождение Скруджа правдоподобным? Этим вопросом наверняка задавались и многие читатели, и литературоведы. Мне кажется, что это не так важно. Скрудж мог измениться на время, что совершенно правдоподобно. А потом опять начать скатываться к прежним грехам. Такой вариант не исключается. Но главное, что хочется вынести из книги, это её посыл.

Изменения, даже на первый взгляд удивительные, возможны. Пока жизнь продолжается, в ней можно что-то менять. Если даже такой закостенелый человек, как Скрудж, смог измениться, значит это возможно. К тому же, он уже сделал доброе дело, которое многое может искупить. Помог больному мальчику.

В книге умело переплетается серьезное и юмористичное, мрачное и веселое. В этой истории, хотя она местами хочет казаться пугающей (разные страшные звуки сопровождают появление духов и т.д.), есть радость. Многие персонажи по-настоящему радуются наступлению праздника. Не потому что у них все хорошо, а просто потому что наступила рождественская пора. Уже поэтому повесть Диккенса станет отличным выбором для чтения под ёлкой.

В конце хочется привести один из атмосферных отрывков, который идет почти в самом начале.

« И вот однажды — и притом не когда-нибудь, а в самый сочельник, — старик Скрудж корпел у себя в конторе над счетными книгами. Была холодная, унылая погода, да к тому же еще туман <...> Городские часы на колокольне только что пробили три, но становилось уже темно, да в тот день и с утра все, и огоньки свечей, затеплившихся в окнах контор, ложились багровыми мазками на темную завесу тумана — такую плотную, что, казалось, ее можно пощупать рукой. Туман заползал в каждую щель, просачивался в каждую замочную скважину, и даже в этом тесном дворе дома напротив, едва различимые за густой грязно-серой пеленой, были похожи на призраки. Глядя на клубы тумана, спускавшиеся все ниже и ниже, скрывая от глаз все предметы, можно было подумать, что сама Природа открыла где-то по соседству пивоварню и варит себе пиво к празднику. »

Ну разве не прелесть? Дома похожие на призраки. Диккенс с самого начала намекает Скруджу на скорую встречу с незваными гостями из далеких краев.

1 января 2022
LiveLib

Поделиться

1
...
...
49