Аля часто дышит. Она обнажена, свет от луны падает на ее нижнее белье, которого она вмиг лишается. Белье трещит по швам, верхняя часть следует за платьем. Смотрю на ее наготу и понимаю, что хочу кончить на нее. Пометить свое.
– Но я тебе не лгала! – ее голос охрип от волнения.
Лгала. И в конце этой ночи я скажу тебе, в чем ты мне солгала.
Аля вновь отходит от меня на шаг. Вынимаю ремень, бросая его прочь. Приближаюсь к ее телу плотную, отрезая пути к отступлению, и вонзаюсь в ее губы грубым поцелуем.
Не понимаю, когда я становлюсь зависимым от ее поцелуев – хоть и равнодушных, безответных. Мне все равно. Мне нужно ее тело, ее огонь в глазах и гордость.
И я хочу получать это, пока она не сломается в моих руках. Это будет достойный ответ ее семье, о которой она пока еще ничего не знает.
Когда придет время, я раскрою ей правду. А пока она полностью моя.
Врезаюсь руками в ее светлые волосы. Такие же роскошные, как у той, которую я когда-то любил. Сжимаю руку в кулак, а затем медленно тяну ее волосы вниз. Лишаю ее выбора. Аля становится на колени, и от вида ее обнаженного тела в паху все наливается желанием.
Не могу остановиться. Я чертовски хочу трахнуть ее в рот.
Возможно, увидев я в ее глазах страх, а не яростную гордость, я бы не захотел ее. Но все обстоит иначе, поэтому одной рукой я касаюсь ее упругой груди, а другой жадно поглаживаю макушку, представляя, как буду натягивать ее на свой налившийся член.
– Ты на коленях, Аля. Знаешь, что делают послушные девочки на коленях?
Слышу, как она громко сглатывает. Вижу микс ее эмоций.
Блядь, как же сложно держать себя в руках, когда ее тело молочного цвета – все твое, когда ее руки – в твоей власти, когда ты распоряжаешься ею, как ты этого захочешь.
– Ты солгала мне. Ты нарушила договор. И сейчас ты будешь наказана.
Стискиваю зубы, доставая из тесных штанов напряженный член. Сжимаю его в руке, прежде чем отпустить его прямо перед ее лицом. Аля дергается, забывая о том, что я держу ее волосы. В ее взгляде таится то, что заставляет меня напрочь терять самообладание. Опускает взгляд, натягиваясь подобно струне.
– Ты и минета никогда не делала? – хмурюсь я.
Она гордо молчит, распаляя меня еще больше. Не смотрит в глаза. Учащенно дышит и пытается держаться как можно дальше. Натягиваю плоть, вместе с этим приближая ее лицо к своему паху.
– Я хочу попробовать тебя везде, Аля. Ты принадлежишь мне, поэтому делай, как я говорю.
Сперва проникаю пальцем между ее губ.
– Пососи его как конфету, – хрипло указываю я и представляю на месте пальца совсем другое.
Поглаживаю ее щеки изнутри, сходя с ума от дикого желания. Блядь, ждать больше невозможно.
Убираю палец, нетерпеливо направляя член прямо в ее полураспахнутые губы, но тут же встречаю сопротивление.
– Сейчас я хочу, чтобы ты взяла его в рот. И ты сделаешь это, Аля.
От желания голос получается хриплым, словно меня нестерпимо мучила жажда и во рту высохла вся жидкость. Отчасти это было так, меня действительно мучила жажда по ее телу.
Еще никогда в своей жизни я не был так безумен. Безумен, дик и лишен тормозов. Даже с Викой.
Тело Али и отведенные мне 4 месяца заставляют меня творить дичь с этой девочкой. Это бешеный набор желания обладать и ожидания собственной смерти.
Я сжимаю челюсти от напряжения, повисшего тугим пучком в этой спальне. Мне не нужны ее чувства, я хочу лишь ее тело и толкаюсь ему навстречу.
Но дернувшись в напряжении, член упирается в сомкнутые губы строптивой девчонки. Хочется зарычать от мучившей меня жажды. Хватит, Аля! Я не выпущу тебя из спальни, пока ты не возьмешь его в свои сладкие губы.
И тут она поднимает взгляд, полный дымного костра, но обжигается настоящим огнем в моих глазах и сдается. Читает по моим глазам, что обратного пути нет. Она уже на коленях.
– Хорошая девочка… – шепчу я.
Свет луны падает на ее прикрытые глаза, полураскрытые губы и раздувающиеся ноздри. Она нервно облизывает губы, и мне чертовски хочется знать, о чем она думает. Но это временное помутнение. Ее грудь вздымается от частого дыхания, когда головка моего члена касается ее влажных губ, и я начинаю проталкиваться внутрь.
Медленно, неторопливо и безумно тяжело. Аля задыхается, открывая рот как можно шире – ей же будет лучше, если она расслабится и примет ситуацию. Я удерживаю ее голову, проталкиваясь до предела и позволяя ей дышать.
Замираю. Удовольствие было такое себе. Даже в этом ее жених оказался полным профаном, и Аля была чертовски неопытна, что поначалу дико злит меня.
Пока я не начинаю двигаться сам.
Сжимаю волосы на ее затылке, чуть ускоряя движения, и через несколько минут внушительная часть члена вновь скрывается в ее невероятно соблазнительном рту. Слишком маленькая. Не думал, что станет проблемой, но я чертовски большой для нее, блядь! Замираю. И все равно мне кажется, что я готов был кончить прямо в этот момент, находясь в ней, если бы Аля не закашлялась и не оттолкнула меня.
Доигрался. Слишком глубоко. Переборщил.
Отстраняю ее голову, позволяя Але облизать свои губы, тем самым облегчив процесс, а затем вновь ритмично толкаюсь в уже более готовый рот.
Сжимаю руки в кулаки, комкая ее волосы и не отрывая взгляда от ее невероятно сексуального лица.
С каждым толчком Аля принимает меня легче, но ее губы по-прежнему с трудом обхватывают мой ствол. Я скольжу в ее распахнутые губы, с каждой секундой увеличивая темп. Показываю, как нужно, и направляю, чтобы в следующий раз она делала это сама.
Ведь следующий раз точно будет.
Я закрываю глаза и откидываю голову назад, продолжая методично трахать ее ротик. Это что-то с чем-то. Невинные глаза, обнаженное тело и мой член, скользящий прямо в ее соблазнительный рот – лишь от этого вида можно кончить.
Я предпочитал не иметь дела с неопытными, но у Али я был первый. Никогда бы не подумал, что это может принести такое удовольствие, но мысль о том, что сейчас я тоже лишил ее девственности, доводила меня до ломоты костей.
Вынимаю член, позволяя ей отдышаться. Ее паника иногда заставляла меня притормаживать, но затем я вновь увеличивал темп, грубо трахая ее уже не невинный рот.
– В следующий раз ты все будешь делать сама, – обещаю я.
Уверенный в том, что следующий раз будет. И очень скоро.
Я вхожу не до конца, не трогая ее горло, потому что ничего хорошего из этого не выходит – Аля начинает кашлять и задыхаться, и я отпускаю ее. На первый раз мне достаточно смотреть и чувствовать, как ее сладкие губы плотно обхватывают мой ствол, скользящий внутрь ее рта с бешеной скоростью, которую иногда приходилось снижать.
Я трахал ее то медленно, то с нарастающим темпом, когда почувствовал на пороге приближающееся наслаждение и вместе с этим чужое присутствие. Не переставая толкаться в ее ротик, я повернул голову и увидел на пороге Макара. Всего несколько секунд ему хватило, чтобы понять – отсюда лучше свалить. Но и этих секунд ему хватило, чтобы увидеть, как я плотно прижимаю голову своей «будущей жены» к паху и кончаю в нее.
Дверь тут же закрылась. Завтра спрошу, чего он хотел, а пока я прикрываю глаза от наслаждения, резко расползающегося по венам. Она сведет меня с ума! Хотелось рычать и быть грубым, но едва ли она выдержит меня такого…
В какой-то момент Аля начинает барахтаться и стучать по моим ногам. Сжимая челюсти, тут же отпускаю ее, но не позволяю подняться с пола. Игра еще не окончена, Аля.
Несколько капель спермы успевает попасть на ее алые немного припухшие губы, остальная часть оказывается на ее груди и бедрах, тут же начиная стекать между ее ног.
Не свожу глаз с этого вида. Изливаться на эту девочку оказывается также приятно, как делать ее беременной женщиной.
Когда-то я обещал, что буду кончать на нее, едва она забеременеет. И этот день настал.
– Оближи губы, – приказываю я тихо, – давай, детка, попробуй меня на вкус.
Уставшая, она послушно облизывает свои губы. Слизывает несколько капель моей спермы, вбирая ее в рот. Остальная стекает по ее груди, делая ее фигуру еще соблазнительнее.
– В следующий раз ты будешь глотать. До последней капли.
– Следующего раза не будет, – уверяет она очень тихо.
В моей сперме, со вкусом моего члена на губах она не делается менее гордой. И это меня заводит. Приподнимаю ее лицо, разглядывая ее обнаженную влажную фигуру.
Возвращаюсь к ее полыхающему взгляду и пригвождаю Алю к месту:
– Девочка залетела от плохого мужчины, но решила от него это скрыть. Девочка нарушила договор.
Аля
– Девочка залетела от плохого мужчины, но решила от него это скрыть. Девочка нарушила договор.
Руднев узнал. Выяснил это. Его глаза и уши были в той аптеке, в которой я с дрожью покупала тест. И мое состояние в эти выходные не укрылось от его пристального взгляда.
Если можно чувствовать себя еще более беспомощной и уязвимой, то я чувствовала себя именно так.
Как оказалось, весь месяц, что я не видела Руднева, он – меня видел. Следил за мной. Наблюдал. Если я не знала об этом наверняка, то я чувствовала это, но я бы никогда не подумала, что он будет отслеживать каждый мой поход в магазин или… аптеку. Хотя с аптекой и стоило быть осторожной.
Наивная Аля…
Я молчу. Тогда Руднев глубоко вздыхает и отходит от меня – от порочной, раздетой, присвоенной им. Его высокая фигура более не позволяет свету луны проникнуть в эту грязную, опороченную спальню.
– Ты можешь принять душ, – бросает он с барского плеча.
Именно об этом я и мечтала. Только бы не упасть от дикого головокружения.
Дверь в ванную оказывается без замка, поэтому стараюсь делать все быстро. Совсем не помня себя от переизбытка чувств, я перекрывала его запах различными гелями для душа. Я взяла цветочную банку, но женские ароматы были бестолковыми в этом деле. Слишком слабые.
Схватила с полки мужской гель для душа, выдавила щедрую порцию и только после него я смогла вздохнуть полной грудью. Словно не было этих десятков минут, во время которых он присваивал меня себе. Показательно делал меня вещью, принадлежащей ему.
Но с этим статусом я не собиралась мириться.
Те несколько глотков алкоголя окончательно испарились из моего организма, и тогда все мои переживания сменились мыслями о Веронике. Я вспомнила о том, что пока поблизости есть Макар, ей может грозить опасность. Конечно, ей выделили отдельную комнату, но едва ли друга Руднева это могло остановить.
Хватаю полотенце с полки и со страхом вылетаю из ванной. Руднев все еще стоит у окна.
– Твоя подруга в безопасности, – слышу я тут же.
Поплотнее натягиваю полотенце, усмиряя дыхание.
– Откуда вы знаете?
– Приходил Макар. Не беспокойся за нее. Беспокойся за себя, Али.
«Али…»
– Я уже не боюсь ваш мир. Все, что со мной могло произойти, уже произошло.
Руднев медленно поворачивается. Я делаю шаг назад и сбегаю обратно в ванную, где надеваю чистое белье. Я почти успеваю это сделать, но чертова дверь без замка приоткрывается, и тогда Руднев встает в проходе, складывая руки на своей груди.
О проекте
О подписке