– Пять… – улыбка исказила морду, показав плотные ряды белых острых зубов, и взгляд волка опустился на Ольгин живот.
– Шесть! – довольно прошипел он.
Девушка задрожала всем телом, а волк хищно усмехнулся:
– Молодец, Рилевич. За попытку хвалю, не за тупость.
Руслан махнул мечом в тот же миг. Расстояние до зверя было большим, но парень это знал. Кончик лезвия рассёк волку бровь и глаз, заставив его отступить, и Андрей подскочил, втыкая меч сверху насквозь через его плечо. Но другой зверь снёс парня прыжком в стену, вгоняя в него когти. Ангелина закричала, закричала Лидия. Ольга увидела, как фонтан крови вырвался из груди Андрея…
И вдруг перед её глазами возникла распахнутая в зимний сад входная дверь и заснеженные кусты. Она едва поняла, что бежит за Русланом, крепко держащим её руку, к машине, и едва заметила, как оказалась за рулём.
– Уезжай, – Руслан повернул ключ в замке и захлопнул дверцу, а в следующий миг огромный чёрный зверь поднял его в воздух, перехватив пастью грудь.
Ольга кричала, вопила всем горлом, а волк уже рвал рёбра из тела её мужа, захлёбываясь его кровью, и возя его по снегу, но Руслан был ещё жив. Он отпустил меч, из зажатой в челюстях зверя правой руки, и оружие осталось на земле, а когда волк снова провёз его по снегу, схватил рукоять левой. В последний миг, до того как верхние и нижние клыки соприкоснулись, пройдя насквозь через лёгкое и сердце человека, Руслан вонзил меч в шею волку, так что лезвие вышло с другой стороны и оба рухнули на горячий снег. Мёртвыми.
И стало тихо. Ольга не кричала, не плакала, не дышала. Слышала тишину. Из дома больше не раздавалось ни звука. За разбитыми окнами в гостиной всё также горел свет.
Ещё два чёрных волка вышли из кустарников сада на открытое пространство. На крыльце дома появился их старший, оглядел тело Руслана, усмехнулся. А потом посмотрел на девушку, застывшую за рулём машины. Издевательская улыбка расплылась на его морде от уха до уха, а следующий миг… волк молниеносно прыгнул к автомобилю.
Но… Ольга уже нажала на газ. Машина с рёвом двинулась задним ходом, и девушка смотрела только назад – туда, где начиналась дорога. Она развернулась на пятачке у выезда, не сбавляя скорость, и едва вышла из виража, утопила педаль газа до упора. Трое волков гнались за ней, и ужас не оставил в голове ни одной мысли.
Но внезапно, чёрные фигуры мощных зверей ворвались в свет фар перед машиной!
Мгновение разделило их прыжок и крик Ольги, крутанувшей руль в сторону. Она пробила снежный бордюр и вылетела через канаву в лес. От страшного удара сознание пропало, но всего на миг, а в следующий, девушка ощутила боль во всём теле. Ремень удержал её в кресле, но всё равно казалось, что внутри что-то лопнуло. Она не смогла пошевелиться, даже когда огромные волки прыгнули к машине сразу с двух сторон и взревели друг на друга!
Ольга хотела кричать безумно, но горло, будто залили воском и ни звук, ни вдох больше через него не проходил. Сознание едва держалось. Девушка осознавала, что рядом с ней, с раздирающим рёвом дерутся мощные звери, только не понимала зачем.
Но вот наступила тишина, кто-то подбежал к дверце, дёрнул её, и замок разлетелся от силы этого рывка. В обманчивом лунном свете Ольга видела человека. С противоположной стороны машины другой мужчина залез на переднее сидение, также выломав дверцу, и подкинул что-то в воздух. Салон осветило голубоватое сияние. Над приборной панелью завис маленький шар.
Но Ольга и не заметил его, потому что свет освободил из тьмы человека перед ней, почти голого, с волчьими глазами и лицом, изрезанным тонким золотым рисунком на щеках. Девушка закричала, оттолкнула его, дёрнулась так, что едва не ударилась затылком о подголовник. Мужчина мгновенно поймал её голову ладонью, удержал.
– Тихо, Оленька. Мы тебя не обидим, – произнёс он.
Та едва дышала.
– Давай-ка мы тебя вытащим. Северсвет…
С другой стороны молодой парень, тоже почти голый, отстегнул ремень и просунул руки под поясницу и колени Ольги, чуть приподнял её:
– Вурда, принимай.
Мужчина взял девушку на руки, вынес из машины. Ольга смотрела вокруг, как во сне. Голубой огонёк следовал за ними, освещая большую территорию. И, оказывается, рядом были не только эти двое. Над телами волков и кровавым снегом стояли ещё трое мужчин.
Северсвет расстелил на земле одеяло, взятое из багажника машины, на него посадили Ольгу. Тот, которого назвали Вурдой, положил руку на её живот.
– Сердце у ребёнка бьётся, – сказал он.
Северсвет покачал головой:
– За дитём, значит, гнались.
Вурда провёл по щекам девушки пальцами, стирая слёзы.
– Прости нас, – с горечью сказал он. – На минуты опоздали.
Ольга смотрела на него и остальных, ничего не понимая.
– Мы друзья Рилевичей, – кивнул Вурда, – а значит и твои, не бойся нас.
Как ни пусто было в сознании Ольги, она всё видела. Видела, что все вокруг неё с золотистыми глазами, голые, мощные, стоят босыми ногами на снегу и не чувствуют холода. А мёртвых волков только три, а дралась возле машины целая стая.
– Кто вы? Кто… – прошептала девушка.
Из темноты ночи внезапно выпорхнула птица и опустилась на руку Вурды, оглядела Ольгу. Только глаза у ястреба были не птичьи, а ярко-синие, и внимательные, словно смотрел человек. Птица повернулась к Вурде. Он, глядя на ястреба, будто слушал что-то, а потом кивнул:
– Да, госпожа.
Птица взлетела, исчезая из виду.
– Вторая группа на подходе, – сказал Вурда. – Шесть оборотней. Уже взяли наш след.
– Мне больно, – прошептала Ольга.
Вурда наклонился над ней:
– Это потому, что у тебя схватки.
– Рано, только через два месяца.
– Нет, Оля, сын твой сейчас родиться хочет. Не будет ждать. Да и правильно, – оборотень улыбнулся: – Раньше родится, раньше сражаться научится.
Он приподнял девушку, обернул одеялом.
– Никого больше нет, – по щекам Ольги потекли слезы. – Они всех убили. За что?
Вурда обнял её плечи, посмотрел в глаза:
– Ты есть, и твой сын есть. Куда нам тебя доставить?
Под взглядом золотых глаз Ольга замерла, едва дыша:
– Что?
– Подумай. Ближайшее место, где тебе могут оказать медицинскую помощь?
Девушка сглотнула горечь во рту.
– Райцентр, – прошептала она, – в пяти километрах. Там акушерский пункт.
– Значит, туда и пойдём, – Вурда легко поднял её на руки. – Уходим.
Всех мужчин, кроме него, охватило прозрачное синее пламя и в нём человеческое тело сменилось на волчье. Только Северсвет обратился в собаку с белыми лапами.
– Не бойся нас, – повторил Вурда, потому что Ольга сжалась в его руках, спряталась лицом в грудь.
– Вы такие же, как они, – прошептала она.
– Нет, – покачал головой оборотень, – не такие.
В дверь фельдшерско-акушерского пункта постучали ногами. От такого грохота санитарка проснулась мгновенно. Поправила платок, выбежала из вахтёрской комнаты в коридор.
– Господи, что случилось-то? – недовольно заохала она, отодвигая щеколду. – Срочно, что ль, приспичило?
Дверь распахнулась и женщина замерла.
– Срочно, – кивнул ей высокий, почти голый мужчина, весь в крови с головы до ног, держа на руках беременную девушку, закутанную в пропитанное кровью одеяло.
Он быстро вошёл:
– Где дежурный фельдшер?
– А… сейчас, сейчас позову.
– Куда нести?
– А-а-а, так… вон, прямо по коридору. Там дверь в родильном не заперта.
– Быстро за врачом! – сверкнул глазами Вурда.
И получив заряд бодрости от этого взгляда, женщина помчалась на второй этаж за врачом.
– Они придут сюда, – прошептала Ольга.
– Конечно придут, – ответил Вурда, неся её по коридору. – Но ты не волнуйся.
– Их шестеро, больше чем вас…
– Ну и что же? Всего на одного, – улыбнулся оборотень.
Он открыл дверь в помещение ногой, занёс Ольгу, посадил её на родильное кресло, убрал одеяло. Но едва отпустил её из горячих объятий, девушка запаниковала.
– Не уходи, – она схватила Вурду за руки.
Тот сжал её ладони, улыбнулся:
– Я всё время буду рядом. Снаружи. Здесь у дверей останется Северсвет. Ты должна быть сильной. Ещё немного.
– А потом? – Ольга заплакала в голос. – Что потом?!
Оборотень смотрел на неё ещё мгновение, и положил большие горячие ладони на хрупкие плечи девушки.
– Руслан отдал жизнь, чтобы ты спасла вашего сына, – произнёс он.
Ольга замерла, вздохнула.
– Не подведи его, – приказал Вурда.
Слова и сильные руки оборотня словно сжали Ольгу воедино. Стучащее сердце, душа и сознание вдруг стали одним целым – ею.
– Почему ты?.. – она взглянула в золотые глаза Вурды. – Почему спасаешь нас?
Оборотень молчал мгновение, но всё же ответил:
– Потому что в моём мире, что идёт параллельно вашему, твой сын – потомок князей Великой Реки. Последний из них. Больше нет ни единой капли крови его рода.
Девушка поражённо замерла.
– И мне поручено спасти вас, – произнёс оборотень.
Из коридора раздались голоса, недовольный – явно доктора, и испуганный санитарки.
– И что теперь каждый может так врываться?
– Мария Петровна, там совсем плохо, совсем…
Фельдшер вошла в помещение, намереваясь продолжить возмущённую речь, но увидев бледную, как смерть девушку в крови, сразу передумала.
– Мы попали в аварию, – сказал Вурда. – Пожалуйста, помогите.
Фельдшер взглянула на него, было заметно, что подавила в себе желание побежать без оглядки. Здоровый мужчина, с изрисованной кожей, покрытый кровью, явно не своей, не мог не пугать.
– Хорошо, конечно поможем, – быстро сказала она. – Но вы должны выйти. На каком она сроке?
– Семь месяцев.
– Всё, теперь выходите.
Дверь перед носом оборотня захлопнули стремительно.
– Доктор, – позвала Ольга.
Фельдшер и санитарка шёпотом обсуждали, как добраться до телефона и вызвать милицию.
– У вас не получится, – сказала Ольга.
Женщины замолчали, а девушка схватилась за кресло от схватки, выдохнула:
– Мы уйдём, как только я рожу.
Фельдшер, наконец, совладала с эмоциями.
– Кто с вами? Что это за человек?
– Это не человек, – покачала головой Ольга. – И не советую выяснять, ой…
В коридоре раздались голоса.
– И выходить! Тоже! Не! Советую! – отчеканила Ольга, грозно взглянув на санитарку, которая побежала было посмотреть, кто ещё пришёл. – Если жить хотите, оставайтесь со мной, ой…
Оборотни ждали Вурду у входа в здание акушерского пункта.
– Окон сколько там? – Северсвет кивнул на родильную палату, когда оборотень подошёл.
– Два, – ответил Вурда.
– И значит, всего пять, – посчитал лаюна. – Дверь мы сможем закрыть. Там железная
О проекте
О подписке