Жемчужина чистой Ци лопнула у меня во рту, будто переспелая виноградина, и растворилась, оставив металлический привкус. Мимолетное ощущение падения, легкое головокружение – и я провалился в Туманный чертог.
Я все-таки внял предупреждениям Маверика и не стал соваться в окрестности Золотой гавани. Почему-то мне хотелось встретиться с Бао именно там, в лагере Кси, на его излюбленном месте у скалистого обрыва над океаном. По сравнению с встречей в Туманном чертоге это было бы все равно, что приехать лично, а не поговорить по видеосвязи. Глупости, конечно, учитывая, что речь идет о виртуальной реальности. Но, похоже, я становлюсь сентиментальным.
Духовное путешествие в этот раз выбросило не на саму поляну, где находился сенсей, а за ее пределы, и мне пришлось брести сквозь туман, ориентируясь на маячившую впереди фигуру ксилая.
Бао упражнялся с боевым посохом. Тяжелое оружие порхало вокруг него, меняло скорость и направление вращения, выписывая причудливые спирали. Казалось, оно живет собственной жизнью, и ксилай лишь направляет его плавными движениями кистей.
Я так и не разобрался с тем, как устроен Туманный чертог. Создается ли этот слой реальности специально в тот момент, когда я хочу встретиться с сенсеем, или же Бао и без меня проводит здесь много времени. Больше склоняюсь ко второму варианту, потому что чаще всего я застаю его за каким-нибудь занятием. Похоже, когда он сидит, часами медитируя на берегу океана, какая-то его часть переносится сюда. И, скорее всего, самокопируется, когда нужно поговорить одновременно с несколькими учениками.
Впрочем, сомневаюсь, что у Бао много учеников – с ним непросто найти общий язык. Но тем ценнее для меня наша… дружба? Да, пожалуй, этот огромный кошак стал для меня старшим товарищем, другом, наставником. И для меня он не менее реальная личность, чем Маверик, Кристина и прочие знакомые из моего мира.
– Здравствуй, сенсей, – негромко сказал я.
Голос все-таки предательски дрогнул.
Ксилай, завершив залихватскую серию движений, остановился и выпрямился. Посох в его руках замерцал, исчезая.
Он подошел ко мне вплотную и взял за плечи, внимательно оглядывая с ног до головы. Это было неожиданно – раньше он если и касался меня, то преимущественно посохом, и бывало это чертовски болезненно.
– Здравствуй, Мангуст, – наконец, произнес он, пряча подозрительно заблестевшие глаза. – Словами не передать, как я рад тебя видеть.
Я решил было, что он бросится обниматься, но наставник был, как всегда, строг и сдержан, и вовремя совладал с эмоциями.
Мы уселись на траву, поджав ноги, и в руках Бао вдруг возникли две полусферические пиалы, наполненные травяным отваром. Приняв у ксилая свою чашку, я отхлебнул из нее. Назвать этот напиток чаем язык не поворачивался. Это было именно отвар – густой, терпкий, играющий на языке целой палитрой послевкусий. И холодный – в глубине его негромко постукивали друг о друга несколько крупных кусочков льда.
Напиток был как нельзя кстати. Я уже добрался до Марракана и даже успел немного углубиться в пустыню, в которой и планировал провести ближайшие несколько недель. Правда, и пары часов хватило, чтобы понять – будет нелегко. Кажется, морозы Фроствальда мне было переносить куда легче, чем пекло, в которое превращаются марраканские пустоши, когда солнце выходит в зенит.
Чашки мы опустошили не торопясь и молча, и в этом было особое удовольствие – просто помолчать рядом с другом, с которым давно не виделись. Первым нарушил тишину Бао. Отставив пустую пиалу, он, наконец, спросил:
– Ты вернулся окончательно?
– Надеюсь.
Я тоже поставил чашку на землю перед собой и с досадой вздохнул.
– Не представляешь, как мне жаль упущенного времени! Я так отстал от других своих сородичей…
– Говорить об отставании можно, лишь когда идешь с кем-то по одному и тому же пути. Твой путь особый… По крайней мере, был таковым.
– Ты о Хрустальном пути? У меня появились конкуренты?
– Рано или поздно это должно было произойти, – уклончиво ответил ксилай. Вряд ли от него добьешься более конкретной информации на этот счет.
Я тоже прекрасно понимал, что наверняка в Артаре найдутся и другие игроки, докопавшиеся до легенд о Хрустальном пути. Будь класс боевого монаха более популярным – это произошло бы уже давно. Но, надеюсь, у меня все еще сохранилась фора. В конце концов, мне осталось освоить лишь одну стихию. И Великий алтарь стихии Огня – Алый феникс – располагается как раз в Марракане. В очередной раз мои личные изыскания переплетаются с заданиями, полученными от работодателей из реального мира. И если раньше это можно было отнести к совпадениям, то сейчас я уже окончательно становлюсь фаталистом.
– Главное, чтобы у тебя я оставался любимым учеником, – отшутился я.
– Ты определенно самый талантливый из моих учеников, – улыбнулся Бао. – Но любимчиков у меня нет. Хотя…
Пауза эта мне не очень понравилась. А еще больше удивили те чувства, которые она всколыхнула во мне. Я, конечно, знал, что количество неписей-наставников боевых монахов в игре не так уж велико, и у более популярных, чем Бао, количество учеников, наверное, исчисляется сотнями. Но мы настолько сроднились уже за этот год, что я забыл про все эти игровые условности.
– Ты надолго в Марракан? – внезапно сменил тему ксилай.
– Да. Буду продвигаться вглубь пустыни. Хочу осваивать стихию Огня. Что думаешь?
– Думаю, что знаменитому Мангусту с его опытом это не составит особого труда. Как и у каждой школы, у Школы Огня есть свои особенности. Но основные принципы у них едины. Найди великий алтарь, освой базовые умения школы. С их помощью выполни задания, которые откроют тебе путь к испытанию на звание мастера стихии. Пройди его – и перед тобой откроется путь для дальнейшего совершенствования.
– Сколько времени это может занять?
– Я, пожалуй, не смогу ответить на этот вопрос. И не потому, что не хочу. Просто не знаю. Даже Кси не в силах предугадать, что в очередной раз вытворит Мангуст.
Его зеленые глаза лукаво прищурились. Шутить изволите, почтенный. А ведь я серьезно спрашиваю.
– Дело в том, что я готовлюсь к еще одному важному делу, по поводу которого хотел бы с тобой посоветоваться, – пояснил я. – Хотя, может, сейчас и не совсем подходящий момент…
– Что за дело?
– Я хочу попасть в Бездну, – не стал я ходить вокруг да около. – Несколько… необычным способом. Только пока не спрашивай как. И главное – зачем.
Сенсей, похоже, и не собирался спрашивать. Мало того, само упоминание Бездны, кажется, не стало для него неожиданностью. Он помрачнел и опустил взгляд.
– Этого я и боялся… – вздохнул он. – Впрочем, я уже давно понял, что рано или поздно ваши пути пересекутся.
– Чьи это «наши»?
– Твои и… одной моей ученицы. Тоже очень талантливой.
– Вот как? И она тоже сейчас в Марракане?
– Да, но… Я не знаю, во что может вылиться ваша встреча. Вы оба следуете особенному пути.
– Разве это плохо? Ты же сам учил, что каждый должен определять свой путь, и нет среди них правильных и неправильных.
– Это так, – кивнул сенсей. – Однако когда путь заводит в Бездну, все становится куда сложнее.
– Я постараюсь быть осторожным.
– Постарайся, – серьезно ответил Бао. – Самое опасное – даже не упасть в Бездну самому. А утянуть за собой других. Маленький камешек порой способен вызвать огромный обвал.
Угу. Но знал бы ты, мой когтистый друг, сколько мне обещали заплатить за этот камешек. Это задание реально может изменить всю мою жизнь, без всяких прикрас. Ради этого стоит рискнуть.
– Меня и самого это беспокоит. Я даже не уверен, что наша затея вообще осуществима. И от этого, если честно, руки опускаются…
– А вот это зря. Мангуст забыл, чему учил его Вейюн Бао? Стремление к цели – это главное, что движет адептом Пути. Главное, что помогает развиваться.
– Даже если цель недостижима?
– Это неважно. Если цель кажется недостижимой – это не повод менять ее. Нужно менять свой план действий.
– Спасибо, учитель, – кивнул я, обдумав его слова. В них, как всегда, было скрыто куда больше, чем кажется на первый взгляд. – А по поводу этой твоей ученицы… Я буду только рад, если мы встретимся. Мне, признаться, даже интересно было бы познакомиться. Обещаю, что не обижу ее.
– О, как раз насчет этого я не волнуюсь. Меня больше беспокоит другое…
– И что же?
– Как бы она сама не надрала тебе зад, – пряча усмешку, ответил Бао.
***
Эдж запрокинула голову и щурясь посмотрела на стоящее в зените солнце.
– Твою ж мать, ну хоть бы малюсенькое облачко… – выругалась она себе под нос и в который раз приложилась к бурдюку с водой. Тот уже заметно сдулся, и чтобы попить, его приходилось переворачивать вниз горловиной.
А я бы сейчас не отказался от того травяного отвара с кубиками льда, которым меня вчера угощал Бао. Артарская пустыня встречала гостей неприятными игровыми условностями. Минут через десять нахождения под палящим солнцем на игрока навешивался дебафф “Жажда”. Обычная вода от него почти не спасала – он обновлялся уже через несколько минут после того, как попьешь. А если его игнорировать, то эффект начинал постепенно усиливаться, добавляя штрафы к основным характеристикам. Возможно, через пару часов он и жизнь начинал высасывать, но проверять это не хотелось. Как доберемся до ближайшего оазиса – надо будет закупиться какими-нибудь зельями. Наверняка местные неписи продают что-нибудь, помогающее более комфортно путешествовать по пустыне.
Если с жаждой еще можно было бороться, то от жары, кажется, вообще не было спасения. Кожу изрядно припекало, голова слегка кружилась. Единственное, что спасало нас от серьезных ожогов и солнечного удара – это игровые условности. Будь у нас поменьше Живучести, рухнули бы в песок, не одолев и половины пути. Хотя идти было не так уж далеко – причудливой формы скалы Долины песчаных водопадов маячили впереди совсем рядом – кажется, руку протяни и…
Или это мираж?
Эдж, начавшая путь в своей облегающей броне из темной тисненой кожи, постепенно разоблачалась. Ее можно понять – под доспехами тело начинало быстро потеть и чесаться. Скорее всего, и с этим можно бороться с помощью специальных чар, но мы в Марракане первый день и сунулись сюда сходу, без особой подготовки. Вот и отдуваемся за свою беспечность.
Сейчас ассасинка шагала через пустыню в эротичном наряде, состоящем из набедренной повязки, сапог и чисто символического лифа. На голову она повязала большой кусок светлой ткани – как обычно девушки повязывают полотенце после душа. Свободные края этого импровизированного тюрбана прикрывали ей плечи и верхнюю часть спины, но на остальных участках кожа заметно покраснела.
– Теперь я поняла, почему в этот регион игроков не затащишь, – продолжала ворчать она. – Мало того, что жарища. Тут еще и скукотища смертная. Сколько мы уже топаем по этим барханам? И ни одного моба не попалось. Хоть какое-то развлечение было бы.
– Будет нам развлечение, – отозвался я, из-под приставленной ко лбу ладони разглядывая скалы впереди. – И совсем скоро.
Мы как раз взобрались на гребень очередного бархана, и по ту сторону раскинулась довольно обширная каменистая низина, вытянутая с востока на запад. Сложно судить о ее природе, тем более что вирт-дизайнеры Артара, стараясь максимально разнообразить локации, не всегда заботятся об их реалистичности, так что мир частенько напоминает лоскутное одеяло, сшитое из самых разнообразных кусков. Вот и здесь песчаные барханы сменились твердой потрескавшейся равниной, которую, будто обширный шрам, пересекал глубокий каньон. Дно его было усыпано глыбами желтоватого камня, источенного ветром. Скалы были причудливых плавных форм – будто колышимые ветром клубы дыма вдруг затвердели и обросли каменной плотью.
Ветра порой сносили песок с барханов вниз, и кое-где эта взвесь струилась с обрывов, будто водопады. Собственно, и давая этой локации столь поэтичное название. При этом для меня оставалось загадкой, почему долину до сих пор полностью не занесло песком. Вероятно, вмешивались силы более могущественные, чем погода. Это место было пропитано магией.
К алтарю Алого феникса, который располагался в нескольких километрах к западу, на границе Долины песчаных водопадов, можно было добраться и поверху, сделав небольшой крюк. Но я был согласен с Эдж – уже надоело волочься по барханам, утопая по щиколотку в горячем песке и изнывая от жажды. Уж лучше срезать путь, пусть даже это и сулит столкновение с опасными мобами, обитающими в долине.
Мобы – это хорошо. Это повод размять кости, вспомнить старые приемы и опробовать новые, полученные перед моим вынужденным отпуском. Ну, а самое главное, это – источник чистой Ци, которую можно пустить на прямое увеличение основных параметров.
Мы с Эдж подошли к самому краю обрыва, нависающему над пропастью, и заглянули вниз, в каньон. Слабые порывы ветра едва колыхали тканевую повязку на голове девушки, а по ногам скользила поземка, несущая мелкие песчинки – скорее пыль, чем настоящий песок. До дна было не очень далеко, максимум метров десять, и я просто спрыгнул вниз, замедлив падение Зерном парящего сокола.
– Эй, а я? – донесся до меня возмущенный возглас сверху.
– Сейчас, сейчас…
Прицелившись в самый край скального козырька, на котором стояла Эдж, я выстрелил в него Серебряным жалом. Тонкий трос, развернувшись в полете, натянулся, как струна. Хорошо, что я усовершенствовал Жало. В прежней его версии длины троса не хватило бы.
– А чуть подальше отойти сможешь? – спросила Эдж, со скептическим видом подергав за натянутый трос. – Чтобы был более пологий спуск? А то я так об эту веревку все ладони сотру.
Она снова облачилась в свою темную броню, только на голове оставила тюрбан из легкой ткани вместо плотного капюшона с кожаной полумаской.
Небольшой запас длины оставался, так что я сделал несколько шагов назад. Ассасинка повисла на тросе, достала один из своих кинжалов-сай и, перехватив его за рукоять и лезвие, стремительно заскользила вниз. Под конец набрала такую скорость, что могла бы и с ног меня сшибить. Но соскочила раньше и погасила инерцию эффектным кувырком. Крутанула кинжалом, как заправский ковбой своим кольтом, и отправила его в ножны на бедре.
– Ну что, идем дальше?
Она рассеянно кивнула, оглядывая окрестности.
– Эх, я надеялась, что эти скалы хоть какой-то тенек дадут…
– Может, и дадут. Но не сейчас, когда солнце в зените. Надо потерпеть еще часок.
Ответом мне был нечленораздельный возглас – что-то среднее между мученическим вздохом и раздраженным рычанием.
– Ты-то, кстати, не собираешься надеть что-нибудь из брони? Сам же говорил – здесь довольно опасно.
Из одежды на мне были только удобные легкие шаровары и сапоги из мягкой кожи. Да и то обувь я захватил лишь потому, что идти босиком по раскаленному песку было некомфортно. Нить Пути опоясывала меня вокруг талии и была частью широкого кожаного пояса.
– Моя броня всегда при мне, – усмехнулся я.
Отставив правую руку в сторону, активировал из ячейки быстрого доступа посох. Местных обитателей пока не было видно, так что особой необходимости в этом не было. В случае чего выхватить его – дело пары секунд. Но мне просто хотелось лишний раз полюбоваться, ощутить его в руках.
О проекте
О подписке