Инна Петровна любит детей,
Больше всего, кто послушный,
Им говорит по всей простоте
Женской своей простодушной:
«Доброе утро», – далее в след
Ласково имя прорвется,
Словно, басит какой-то атлет,
Только он тетей зовется.
Инна Петровна любит читать
Все про Незнайку, даже
Шерстку поглаживать у кота,
Словно, в лечебном массаже.
Утром, пришедших в садик, она,
Силою чтобы кипучей,
Каждый умел гордиться сполна,
Делать зарядку научит.
Очень всем весело в детсаду,
Много в нем разных игрушек,
Вот почему охотно идут
В садик, что так перегружен.
Для всесторонней выучки там
Лепят зверюшек, рисуют,
Ходят воинственно по полям
Шахматным или танцуют.
Дворик в саду создает уют,
Для приобщения к сказке,
Дети, поверьте, дружно бегут
Там поиграть на песочке.
Девочки лезут в грузовики,
Мальчикам лучше кораблик,
Едут бесстрашные моряки
Встретить большие кораллы.
Тянет детишек в дальние страны,
Водятся львы где, гориллы,
Бегают быстро страусы. Грани
Скал вековечные мыли
Силы небес в дождливый поток,
Яркие блики чтоб солнца,
Зайчиком прыгали в них прыг-скок,
В зеркальце как, иль в оконце.
Детской фантазии нет границ,
Очень она уж прекрасна,
В ней волшебство рождает огни
Из фейерверков так праздно.
Детским мечтам доступно всегда
Все что имеется рядом,
Им покоряется также звезда,
Что просыпалась над садом.
Их увлекает дальний полет
В мир отдаленных галактик,
Аппаратуру любит пилот,
Девчонки – в косичках бантик.
Мы живем большой семьёю
В теплой маленькой квартире,
Это важно, что зимою
Не дрожим, как на Памире.
Только в ванной неуютно:
Холодрыга донимает.
Дед берет в квартиру судно,
Называет маму Майей.
Часто ходит на горшочек,
Наш плаксивенький сыночек,
Для него закон не писан,
Он в штанишки может писать,
Все, что хочет он однажды,
Не позволит сделать каждый,
То забегает, как лошадь,
Превратив квартиру в площадь,
То лежит, задрав копытца,
И брыкается, и злится,
Как капризная девица,
Вмиг слезой готов залиться,
То смеется возбужденно
До полуночи дитятко
И бормочет утром сонно,
Что не выспался, мол, сладко.
Мама-Таня ждет с работы
Возвращения папаши,
У нее свои заботы:
Делать вкусненькие каши.
У бабуси ходит кругом
Голова в бедламе этом,
Вместо отдыха с супругом
За внучонком ходит следом.
Ей уж тяжко наклоняться,
Собирать игрушки в ящик,
Мыть полы уж святотатство
Для седин ее блестящих.
Ну, а прочее, быть может,
Ей под силу в этом веке,
Если зрение, похоже,
Чуть сильней, чем у калеки.
Планы строить папа должен
По развитию семейства,
И, конечно, ты не смейся,
Подключайся к делу тоже,
Ведь купить квартиру проще,
Чем создать уют семейный,
Цвет лица весьма лилейный,
Где бюджет довольно тощий.
О духовности, порою,
Забывается немного,
Если тяжкою горою
Навалиться на одного.
Ну, а если всем дружнее
За упряжку ухватиться,
То взметнемся, словно птица,
Ввысь без всякого сомненья.
Что рождает смех ребенка?
Игры, что проводят звонко,
Те, что требуют сноровки,
Например, прыжки с веревкой.
Любят дети кувыркаться,
Прыгать, бегать, в мяч играться,
Но, поверьте мне, негоже
Делать это в доме тоже,
Потому, что пыль вздымает
Топот ног, хотя и малых,
А пылинки, как планеты,
Все в микробах – знайте, дети,
Ведь недаром папа с мамой
Пылесосят вещи сами.
А еще запомни, крошка,
Чтоб играл всегда немножко,
Чтобы время оставалось
На учебу как-то малость.
Чтобы мыслью развивался,
Ты не будь, конечно, Васей,
Помни, что во всем порядок
Должен быть, тогда отрадно
Всем, кто есть с тобою рядом
В жизни этой, наше чадо.
Двухмесячный ребенок
Уж говорит: «Агу»,
Укутанный в пеленку
И, лежа на боку.
Ему идет улыбка,
Она приятна всем,
Как с ангельского лика
Скопирован в красе.
Найдя исходный ракурс,
Прицелиться могу
У фотоаппарата,
Ему сказав: «Агу».
Наш Саша любит воду
И «в прошлой жизни» он,
Похоже, рыбкой сходу
Был, собственно, рожден.
Возможно, был он птичкой,
Парящей в высоте,
С любимою привычкой
Лежать на животе,
На ручках засыпая
Охотнее всего,
И со словами «баю»
Качаю я его.
Даешь прибавку в весе
И в росте, юный друг,
По нормам, нам известно,
Выходишь в новый круг.
Новогодние подарки —
Целый праздничный кулек
Вез вагон, задвинув шторки,
Из столицы путь далек.
В телефон домой Анжела
Позвонила нам, спеша,
Тете было неужели
Нас, встречающих, не жаль?
Сон ночной был беспокойным,
Как бы только не проспать.
По обычаю исконно
Под подушку на кровать
Или в башмачок гостинец
Детям клали дорогим.
Наш ребенок в карантине
Просидел неделю злым.
У него серьезный кашель,
Бледность дикая в лице,
Аппетит пропал на каши
В этом тощем молодце.
Ну, куда его такого
На вокзал тащить с собой,
Насморк сильный у больного,
Дали мы ему отбой.
С Таней выпорхнули быстро
Из квартиры и тепла,
На дворе так было сыро
И вокруг – сплошная мгла.
Лишь Советская светилась,
Сторож стукал в биллиард,
И компания кутила,
Проявляя свой азарт.
На такси не разменявшись,
На маршрутке в ранний час
Сели рядом без поклажи,
От усталости ворча.
На ухабинах проспекта
Стала ты совсем дремать,
У водителя кассета
Тарахтела без ума.
Вонь стояла на вокзале
От немытых грязных тел,
Под стеной, на трубах, спали
Горемычные везде.
Все составы провожали
В ожиданьи своего,
Как библейские скрижали,
Их запомнили легко.
Впрочем, сонное сознанье
Сохранило лишь инстинкт,
Как у верящих в преданье,
Он у матери возник.
Четки заповеди эти,
Но не всем они даны,
Для одних, как солнце в свете,
Для других, как будто сны.
Тяга к Сашеньке грудному
Материнская сильна
И к Сереженьке больному
Проявляется она.
С передачею летели
Мы в домашний свой очаг,
И Луна серпом светила
Нашим молодым очам.
Звонко плакал мил ребенок
Из подмоченных пеленок,
Все семейство на ногах,
Не расскажешь все в слогах.
Рад старшой ребенок очень,
Затаив обиду, впрочем,
Мы ему тогда сказали,
Что будили, вы же спали.
Средь коробок был конструктор,
Полон теремок конфет,
Одежонка лилипута
Без учета наших лет
И открытка пожеланий
Из родительских мечтаний.
Новый год, что всем сулит,
Показался уж вдали.
День дождливый за окном
Перед Новым годом,
Нет снежинок, все равно
Пред честным народом
Дед Мороз предстать готов
Необычным родом,
Даже валенки и то
Вымочит природа.
А усы под красный нос,
Полушубок сбитый,
Те раскиснут, ведь всерьез,
Не таи обиды.
Коль у дедушки годков
Эдак больше наших,
Знает много языков,
Полиглот ведь, скажем,
Посему зовет его
Каждая квартира,
Он общается легко,
Став для всех кумиром.
Очень нравится портрет
Дедушки Мороза,
Дед приносит детворе
И стихи, и прозу,
И конфеты, и печенье,
И игрушки с развлеченьем,
С ним Снегурочка мила
Рядом с елочкой жила,
А теперь они вдвоем
Лес покинули и дом
И направились на встречи
В города, взвалив на плечи
По мешку, где честно
Скрыли что? Известно.
В блеске елочных гирлянд
С праздничным нарядом
Щечки счастливо горят
У детишек рядом.
Свой зима таит сюрприз,
Дождь подменит снегом,
Праздник года сотворив,
Как всегда, набегом,
Чтоб на снежные сугробы,
Санки завозили чтобы,
И катились вниз полозья,
Носик маленький морозя.
А для взрослых Новый год
Подготовит скользкий лед,
Чтоб скользили на ногах
И вздыхали громко: «Ах»,
Падая пугливо,
Хохоча игриво.
И, конечно, счастье
Только за участье
В карнавале в Новый год
Ждет с улыбкою народ.
Когда рождается ребенок,
То зажигается звезда,
Он мочит стопочки пеленок,
Как хрупки слабые места.
Так, родничок не заращенный,
Пульсирующий на глазах,
Внушает ужас у крещеных,
Как молния или гроза.
Но постепенно крепнут ручки
И загребают под себя
Подаренные побрякушки,
От сердца нежного любя,
И ушки схватывают звуки.
Так голос матери признав,
Сережка познавал науки,
В характере – строптивый нрав.
Он к пенью также приобщался
И распевал на все лады
Серьезно, вызывая счастье,
И сокровенные мечты
Прохожих из-под пелерины,
Когда звучали: «казаки»,
Что «едут, едут по Берлину»…
Какие ж это пустяки?
Малец в пять лет читает слоги
И научается считать,
И развивается в итоге
К семи теперешним летам
Довольно, скажем, гармонично,
Чтоб выставить его публично
В любом концептуальном жанре,
Не торопясь как на пожаре.
Всему свое приходит время
И мальчугана организм
Капризы сбросит, словно, бремя…
На воспитанье оглянись:
Нет в юном отпрыске сварливом
По отношению к другим
Тепла ни в голосе пискливом,
Ни в сердце, бегающем с ним.
Все это в меру разовьется,
Когда в сознание ворвется
Любовь, которой так хотим,
Тогда б светлейший херувим
Своими легкими крылами
Оберегал от неудач
И просветленными устами
Секреты жизни передал.
Сын играет в паровозик во дворе,
Позавидуйте немного детворе,
Захотелось с ними попыхтеть на грех,
Но в ответ раздался изумленный смех.
Все соседи слышат детский звонкий крик,
Средь многоголосья и Сережин визг,
Золотое время – скажет вам поэт,
Если наступило семь счастливых лет.
Сверстники Сережи любят сладкий стол,
А братишка Саша тянет соску ртом.
Будет впредь Сережа взрослым подражать,
Расставаясь с детством также не спеша,
У него серьезным кажется лицо,
Нежели у Саши, круглым, как яйцо.
Будет он взрослее с каждым годом, да,
От капризов мелких нет уже следа.
Послушание приветствуем в семье,
Ты к нему стремленье пробуди в уме.
Наш ребенок маленький
Хочет уже баиньки,
Глазки трет ручонками,
Пальчиками тонкими,
Ножками брыкается,
В спинке прогибается,
Беспрерывно хныкает,
Ногу в ротик тыкает.
Времечко-то позднее,
Все богато кознями.
Спят давно уж деточки,
Мальчики и девочки,
В белоснежных памперсах,
Или модных хаггисах.
Только наш ребеночек,
Выросший с пелёночек,
Полюбил отменные
Песни современные,
На плечо склонившийся,
Ноты тянет высшие.
Он ложится спатеньки
В детскую кроваточку,
Приняв душ над ванною
Кожицей румяною.
Процедура водная
Сашеньке угодная,
Он с восторгом плещется
Дорогое детище.
Перед засыпанием
На втором дыхании
Сашенька, случается,
Смехом заливается.
Он такой общительный,
Головокружительно.
Поджимая пяточки,
С мамой в догонялочки,
С папою по комнате,
Бегает, как помните.
Играм в завершение
Следует кормление,
Нет, не кашей свежею,
Что дается взвешенно,
А безмерно вкусненьким
Из протоков узеньких
Молочком питательным
Способом сосательным,
Взятом у грудастенькой
Мамы обязательно.
Накануне засыпанья,
После водных процедур,
Начинаются рыданья,
Утомляя чересчур.
Папа делает попытки
Убаюкать малыша
И внимание в избытке
Направляет не спеша.
Бабушка вздыхает тяжко,
Руки жмет к груди своей,
А ребенок, славный Сашка,
Хмурит линии бровей.
О проекте
О подписке