Я вернулся в дом и застал там Алису с бабушкой.
– О, дорогая, смотрю, тебе лучше? – стрельнул в девчонку взглядом.
– Да, – выдала она, мельком оглянувшись на бабушку.
– Не буду вам мешать, молодежь, – встала баба Валя, – мне еще вишню собрать надо, компотиков да варенья вам на зиму наделаю.
– Ба, я помогу, – вскочила мелкая зараза. Явно боится оставаться со мной наедине.
– Алиса, – повернулась к ней бабушка, – Сережа здесь, вообще-то, впервые. Покажи ему деревню.
– Действительно, Алиса! – возмутился я. Но девчонка показала мне только средний палец за спиной у бабушки. Я поднял брови, но не поддался на провокацию.
Баба Валя покачала головой, недовольная молчанием внучки, и вышла на улицу.
– А я смотрю, ты нарываешься, – начал наступать я на Алису, – я же могу и перестать быть твоим милым ухажером.
Алиса насупилась и опустила взгляд.
– Ты меня провоцируешь, – взбрыкнулась лошадка.
– Да ладно, – развел я руками, – я ангел во плоти.
– Во-во, ты что-то задумал, – не сдавалась мелкая.
– Конечно, – кивнул я, – выиграть пари и трахнуть тебя.
Моя собеседница опустила взгляд, но быстро пришла в себя.
– Хорошо, пойдем, погуляем.
Я кивнул.
– Только вначале загляну в местную уборную, где она, кстати?
Алиса выдала плотоядную улыбку.
– За домом деревянная будочка. Только там живет паук Гоша, не трогай его, мы с ним типа друзья.
Я закатил глаза и пошел искать жилище паука.
Я остановился возле вертикального гроба, собираясь с духом. Хотел прочесть молитву, прежде чем нырять туда, но вспомнил, что не знаю ни одну, да и могу случайно воспламениться.
Но внутри все оказалось лучше, чем я представлял. Главное чисто, как бы не звучало это для туалета на улице. А с учетом щелей в пол моей задницы, ветер там гулял такой, что запаха практически не было.
Вернулся я под довольную ухмылку Алисы.
– Гоше передал привет?
– Его дома не было. Алиса, тут есть магазины?
Я вдруг неожиданно понял, что хочу курить. Курю я не часто, скорее даже это действие приурочивается к какому-то событию. Я могу не курить несколько месяцев, потом на протяжении нескольких дней уничтожить десятку пачек. Психологическая зависимость с полным отсутствием физической.
– В деревне нет, – пожала плечами девчонка, – но есть в селе, до него пару километров, можем дойти.
– Хорошо, только за карточкой схожу, – я повернулся в сторону дома.
– Сережа, ты серьезно? – усмехнулась Алиса.
Я непонимающе уставился на нее.
– Там карточки не принимают. Сергей Васильевич, ну вы и дитя прогресса.
– Твою ж налево! – я забарабанил пальцами по забору. – Ладно, позвоню Марку, попрошу привезти наличку.
– Как вы быстро сдались, – нараспев произнесла маленькая стерва.
– В смысле? – сощурил я глаза.
– Ты забыл, ты должен сам справиться со всеми трудностями?
Три вдоха с медленными выдохами. Оторвусь в постели. И после нее, когда пошлю мелкую гадость, глядя прямо в глаза.
– Хорошо. Как я могу достать наличность?
– Я могу одолжить, – милым голоском предложила Алиса.
Я засмеялся.
– Нет. Во-первых, даже боюсь спросить про проценты на возврат, во-вторых, я принципиально не беру у девушек деньги, даже в долг. Даже у такой стервы как ты.
Мелкая нахохлилась и отвернулась.
– Мучайся тогда.
Говорят, что если у миллионера отобрать все деньги, через некоторое время он снова станет миллионером. Проверим эту теорию.
Я оглянулся вокруг. Недалеко на бревнах сидело несколько мужиков и рубились в карты.
– Подожди меня здесь, моя ненаглядная, – коварно улыбнулся я, оставив Алису в недоумении.
В глазах девушки загорелся интерес и исчез тот огонек загнанной собаки, которая только скалится.
– Привет, мужики, на что играете?
Мужики переглянулись, видимо, мысленно решая, стою ли я их внимание.
– На баблишко, а что? – выступил, похоже, главарь.
Так, вот и выявили лидера.
– Сергей, – протянул я ему руку, – азартный игрок, без денег, но с шикарными часами.
После небольшого раздумья, мою руку пожали.
– Василий, с деньгами, но часы люблю. Во что играешь?
Я пожал плечами.
– Да хоть в покер, хоть в дурака. Мужики, вы меня извините, но бабки все пропил, а девке моей вкусняшек захотелось, вот теперь пытаюсь что-то наскрести.
Мужики оценивающе уставились на мою девку, нервно переминающуюся с ноги на ногу.
– Очко! – вынес вердикт Василий.
Ну, собственно, как я и думал, он выбрал ту игру, которую я умышленно не назвал.
Обыграл я Василия очень легко, но и понимал, что мне могут раздать звездюлей и часы отобрать, поэтому остановился на необходимой мне сумме. Все же здесь не элитное казино. Миллионером не стал, но и не пропал.
– Спасибо, Василий, игра была шикарной, как денег срублю, обязательно еще приду.
Василий что-то буркнул и отвернулся к своим.
– Ну, пошли, – сказал я, проходя мимо Алисы. Та покачала головой.
– Много заработал? – усмехнулась она.
– На вкусняшки тебе хватит, – заржал я, оборачиваясь на девчонку.
– А я-то тут причем? – не поняла она.
– Ну, ты же моя девка, – еще сильнее заржал я.
Алиса покрутила пальцем у виска и пошла вперед. А я перевел взгляд на ее задницу, очень соблазнительную, между прочим.
– Алиса, а тебе говорил кто-нибудь, что у тебя очень красивая… попа? – делает вид, что не слышит, но с шага сбилась. Я догнал девушку.
– В ресторане ты без смущения принимала комплименты.
– Это не комплимент, – отрезала девчонка, не останавливаясь.
– А что тогда? – искренне недоумевал я.
– Пошлость, – пожала она плечами.
Я заржал.
– Сказать пошлость для сравнения?
Алиса резко затормозила.
– Никольский, чего ты добиваешься?
Я приблизился к девчонке. Она сощурилась, но не отступила.
– Ничего. Я такой, какой есть. И это было твоим желанием провести со мной бок о бок две недели. Я не собираюсь меняться ради того, чтобы тебе жилось проще. Прими это как данность, детка.
Ее лицо было в паре сантиметров от моего, и я всерьез опасался, что он мне сейчас нос откусит. Но неожиданно маленькая стервочка улыбнулась.
– Хорошо, Сергей Васильевич, не будем строить из себя цивилизованных людей. Потом не обижайтесь.
И пошла дальше.
Алиса
Понимаю, что он специально меня подначивает, а сделать ничего с собой не могу. Еще это его постоянное желание вторгнуться в мое личное пространство. Напрягает.
На удивление, до поселка дошли быстро. В магазине Никольский купила две пачки сигарет, конечно, самых дорогих из представленных, а еще мне мороженое.
– Я не просила, – проигнорировала я протянутую руку с мороженым.
– Считай меня старомодным, но я считаю, что мужчина должен баловать свою спутницу, даже если она очень вредная.
– Считай меня феминисткой, но мне от тебя ничего не надо, – буркнула я.
– Даже 10 килобаксов?
– Если ты забыл, я велела их перевести в питомник в случае моего выигрыша, меня они даже не коснутся.
– Откуда такая любовь к братьям меньшим? – неожиданно спросил мужчина, отдавая мое мороженое какой-то мимо проходящей девочке.
– Не боишься прослыть педофилом? – улыбнулась я.
– Но я же у нее за мороженое ничего не прошу, у тебя, может, еще и попросил бы, – усмехнулся он. – Ну, так что?
– Не могу сказать, просто хочу помогать, но пока не знаю как. Я долгое время была волонтером и насмотрелась такого, что словами не передать. А еще глаза собак, даже когда их сто раз предали, они светятся надеждой. И хозяев своих отвратительных они продолжают ждать и любить. Люди ужасные существа, у них нет и доли той искренности, что есть у животных.
Никольский достал сигарету и закурил. Я ждала язвительных реплик, но их не последовало. Мы пошли обратно в деревню.
– Знаешь, Алиса, – заговорил Никольский, – тебе нужно отрастить зубы, чтобы тягаться с такими как я. А иначе сожрут.
Я не поняла, к чему он это сказал. Но звучало не как оскорбление, и ладно.
Вечер прошел довольно спокойно, мы поужинали, Никольский пропадал где-то на огороде. Периодически, я замечала детский интерес в его глазах, он как будто попал в сказку. Меня это веселило, но виду я, конечно, не показывала. Решила, когда мужчина уснет, начну работу над статьей и пересмотрю фотографии, которые я сделала втихаря от него.
– Я буду ложиться, мне завтра рано надо встать, – сказала бабушка, поднимаясь из-за стола.
– Бабуль, я посуду домою и тоже скоро к тебе присоединюсь, – сказала я, вытирая чашки.
– Я вам с Сережей в маленькой комнате постелю.
Та-да-да-дам! Я была уверена, что у меня бабушка за вот это вот «до свадьбы ни-ни».
– Бабуль, да я с тобой лягу, – зачастила я, глядя на довольную ухмылку Сережи. Хорошо хоть молчит.
Бабушка улыбнулась.
– Ну, ты уж из меня совсем древнюю старуху не делай, думаешь, я не была молодой? Все равно друг к другу будете бегать, ложитесь уж вместе.
Я покраснела до кончиков ушей, больше, конечно, от паники. Это в мои планы совсем не входила. И нет, я не боюсь, что не сдержусь при виде красивого тела мужчины, все-таки у меня мозги есть, а вот что это самое тело начнет приставать, я не сомневалась.
– Бабуль, я не хочу, чтобы ты смущалась, – улыбнулась я своей самой неотразимой улыбкой. – Мы так решили.
Бабушка открыла рот, но Никольский ее опередил.
– Алиса, ну серьезно, мы все взрослые люди. Мало того, что упали как снег на голову, давай ты еще бабушку всю ночь будешь пинать, спать не давать. Не смешно. – И повернулся к моей бабушке. – Я помогу постель расстелить, пока Алиса посуду моет, пойдемте, баба Валь.
Они удалились в комнату, а я ударилась в панику. Две недели в одном доме с этим чертом тяжело, а в одной постели вообще невыносимо. Но я не буду капитулировать, один намек на непристойность – и он проиграл. Да, вот так! Я гордо задрала нос и стала домывать посуду. А в душе продолжала шуметь буря.
Бесплатно
Установите приложение, чтобы читать эту книгу бесплатно
О проекте
О подписке