–Шацкий, черт возьми, не надо умничать…, действуй. Если кладбище закрыто, значит подумай, как туда попасть. Все, давай.
Владимир ехал к Новодевичьему монастырю в задумчивости, – «ну и работка, то на подоконнике сидишь, то на кладбище едешь…, и там еще нужно подобрать могилы одиозных граждан нашей страны. А зачем на Новодевичье…, сразу к Кремлевской стене, там что не могила, то упырь лежит, вот куда надо было приглашать Англичан. А еще лучше, – взыграла фантазия Владимира, – прямо в Кремль, в Успенский собор, там как входишь, с правой стороны, такой крендель захоронен, – Иван Васильевич Четвертый, он же Грозный. Этот всем вместе взятым упырям нашей страны, такую фору даст. Придумал со своими опричниками, свои города штурмовать и всех мирных жителей убивать, вместе со стариками и младенцами, не говоря про женщин и мужчин. «Бить своих, что бы чужие боялись», а как Хан Гирей подошел к Москве в тысяча пятьсот семьдесят первым году, так опричники все и разбежались, а Грозный, сидел в Алексеевской слободе и весь трясся. Вояка…».
Кладбище действительно было закрыто для свободного посещения, но по нему проводили экскурсии. Владимир за пять рублей пристроился к одной из них. На улице было холодно. Метель не переставала крутить, все могилы были засыпаны снегом, и экскурсовод с трудом пробирался через сугробы, с трудом читал на могильных камнях фамилии и имена. «Вот перед вами могила героя Советского Союза, партизанки Зои Космодемьянской, – вещал экскурсовод, – вы конечно слышали о ее подвиге». Группа экскурсантов молчала. Неожиданно для себя, Владимир спросил.
– А в чем ее подвиг…?
–Очень жаль молодой человек, что вы не знаете о подвиге, комсомолке, Зои Космодемьянской…, видимо в школе плохо учились. – Она в суровые годы войны возглавляла партизанский отряд и ее отряд нанес врагу страшные потери. Было взорвано пятнадцать эшелонов врага с танками и самолетами, идущие к линии фронта. Ее отрядом был захвачен немецкий генерал и отправлен самолетом в Москву, ее отряд сковал не одну фашистскую дивизию, во время наступление немцев на Москву… Но потом она была схвачена немцами и после долгих пыток повешена… вот так. А рядом похоронен ее брат Александр, тоже герой Советского Союза, танкист, погиб при взятии рейхстага…
– Товарищ экскурсовод, – опять вмешался Владимир, -а у меня совсем другие сведения насчет подвига Зои Космодемьянской. – Она не была командиром партизанского отряда и не какие вражеские эшелоны она не взрывала. – Ее подвиг заключается в том, что она сумела в деревне Петрищево, это под Москвой в ноябре сорок первого года, поджечь один крестьянский дом, где спали крестьяне. Они ее же и схватили и передали немцам… Была директива товарища Сталина «жечь свои деревни», чтобы гитлеровцам негде было ночевать…– Молодой человек, – зашипела рядом с Владимиром, толстая тетка, -не мешайте вести экскурсию, мы все замерзли, а Вы со своими рассказами лезете…
– Да, да, – закричали в толпе, – не надо умничать, подвиг, не подвиг… Товарищ экскурсовод, давайте пойдемте дальше…, покажите нам, где могила жены товарища Сталина, вот самое интересное на этом кладбище, а то какой-то подвиг, – галдели в толпе, какие-то мужики в бобровых шапках.
Владимир отделился от толпы и пошел искать, как просил его новый начальник, могилы одиозных граждан нашей страны.
«Одиозные граждане, – это наверное те, которые принимали активное участие в репрессиях против собственного народа, по наводки Сталина, в тридцатые года и благополучно почили, еще до разоблачения культа личности Сталина, Хрущевым», – соображал Владимир, быстро двигаясь среди занесенных могил. «Так, а кого я помню…, надо было сначала в библиотеку сходить, а потом ехать на кладбище. Ягода, Ежов, Берия – эти упыри, в таком порядке возглавляли аппарат внутренних дел в тридцатые годы при Сталине, но здесь их наверняка нет. Они были тоже репрессированы. А репрессированных на Новодевичьем кладбище не хранили. Их по-тихому расстреливали и тела сжигали в крематории и хранили в братской могиле, как на Донском кладбище, в захоронение номер один. А кто был Генеральный Прокурор в то время…, а вспомнил, Вышинский Андрей. Вот чью могилу нужно искать. Англичанам «понравиться» эта личность. И еще один был упырь… как его, тройки НКВдэ возглавлял, с его подачи был расстрелян Каменев и Зиновьев… Как же его…? А-а,Ульрих, точно вспомнил, Ульрих».
Владимир побежал в контору кладбища и там, у женщины, с приятным лицом спросил.
– Вы не скажите если среди захороненных такие фамилия как, Вышинский, Ульрих…?
Женщина внимательно посмотрела на Владимира.
–А Вы что их родственник…?
– Да нет, вот книгу собираюсь писать и хотел взглянуть на их могилы, если они здесь похоронены.
Женщина еще более подозрительно посмотрела на Владимира.
– Значит, книга будет, о Сталинских репрессиях, так…?
– Да нет, или да…, я еще не решил…, – смутился Владимир.
– Многие тут ходят, спрашивают такие могилы. Вышинский похоронен на Красной площади, у мавзолея. А Ульрих здесь.
И она объяснила Владимиру, как пройти к могиле. Через пять минут Владимир стоял около занесенной снегом могилы. На памятнике из черного мрамора было написано, что здесь лежит генерал – полковник Ульрих Василий Васильевич и годы жизни 1889-1951.
«Вот, теперь Борису можно доложить, что задание выполнено», -сам себя нахваливал Владимир быстро двигаясь около стены монастыря. Здесь его взгляд упал на большую мраморную плиту с именами погибших при катастрофе самолета «Максим Горький», в мае 1935 года, даже в такой снег и мороз, на мраморной плите, лежали красные гвоздики. И тут Владимир вспомнил, как давным-давно, он двенадцатилетний мальчик с отцом, тоже стояли здесь. И отец, указывая на памятник, тогда сказал, – «а вот видишь сынок в отдаление от памятника скромная урна с прахом летчика Блогина. Около нее никогда нет цветов…, а знаешь почему, потому что этот летчик угробил самолет «Максим Горький» и сам погиб. – А самолет был самый большой в мире, восемь моторов, вес пятьдесят тонн. Построен как агитационный самолет. Представляешь сынок, на нем были типографские станки, на которых печатали агитлистовки и эти листовки…, предполагалось сбрасывать над сельской местностью или над маленькими городам, но летчик Блогин, во время демонстрации этого самолета в Тушино, начал делать около самолета «Максим Горький» фигуры высшего пилотажа и врезался в «Максим… Ну, все и погибли».
Комок слез встал в горле у Владимира, ему безумно вдруг стало жалко погибших, но больнее ему стало еще от того, что рядом нет отца, который умер много лет назад. И что он уже не двенадцатилетний мальчик, а взрослый мужик и нет того беспечного детства. И что уже никогда нельзя будет вернуть и то времени, и отца… Никогда!
Вернувшись в офис, Владимир доложил Борису, о своей поездке, на Новодевичье кладбище.
– Хорошо, а теперь тебе нужно будет написать небольшую статью о этих упырях, чтобы, когда приедут Англичане ты им смог грамотно рассказать…, что этот Ульрих натворил.
– Даю тебе два дня, идешь в библиотеку и готовишь материал. Все давай действуй.
Владимир два следующих дня сидел в библиотеке и готовил материал, о Вышинском, об Ульрихе. Его поразило, что Ульрих, в политической тюрьме в Лефортово суд проводил над осужденными в течении двадцати минут, без привлечения защиты или вызова свидетелей. Он задавал обвиняемому несколько вопросов, а потом скрипучим голосом говорил, «виновен, расстрел». На журналиста Кольцова он потратил четырнадцать минут, на режиссера Мейерхольда пятнадцать, ну в точности, как во времена Французской буржуазной революции общественный обвинитель Революционного трибунала Фукье- Тенвиль оправлял очередную жертву на гильотину, со словами, «виновен, смерть». Владимиру в момент написания статьи показалась, что все злодеи в мире перерождаются. Иван Грозный в Сталина, Фукье- Тенвиль в Ульриха. Да, колесо истории вертится, все повторяется.
Через два дня, Владимир показывал написанный материал Борису Наумовичу. Тот небрежно пробежал глазами текс, исправил несколько грамматических ошибок, а потом сказал.
– Отдай текс Клименко, пусть подошьет его к выполненным работам…, что ты так смотришь на меня, твои англичане не приедут и с сегодняшнего дня ты опять поступаешь в распоряжение Главного бухгалтера.
Опять Владимир ездил по банкам с главным бухгалтером Клименко, то отвозя какие -то платежки, то забирая их. Борис Наумович, в это время развил страшную деятельность по оплате каких- то бесконечных услуг и договоров. Это было очень странно, так как ни какая деятельность, пока, кооперативом не велась. Но Кирилл, каждый день готовил платежки и отвозил в банк. Как -то раз, после очередного похода по банкам, Владимир задал вопрос Кириллу, – «мол, чего мы там, бесконечно оплачиваем…?». На что получил твердый ответ, – «что, мол Борис Наумович, хочет быстро освоить сорок тысяч долларов итальянского уставного капитала».
Через месяц, кооператив переехал на Колокольный переулок. Там было уже две комнаты и главный бухгалтер теперь сидел в своем личном кабинете. У него был даже свой стол и стул. Появилось еще пару сотрудников. Лена, секретарь Бориса, девушка с приятным лицом, но очень недалекого ума. И толстый малый, с вечно ухмыляющимся лицом по фамилии Замаскин, который возглавил производственный отдел.
А еще через два месяца, кооператив с громким названием, «Большой консультационный центр», во главе с Генеральным директором Дымарским Борис Наумовичем, переехал на Солянку, имея в своем штате уже шестнадцать сотрудников. В это время Борис велел всем сотрудникам повышать свой «профессиональный» уровень. Кто- то занимался машинописью, кто-то вождением автомобиля, кто -то ресторанным бизнесом. Кирилл и Владимир, были отправлены на повышения знаний английского языка и это все за сет компании. «А почему не поучиться в рабочее время два раза в неделю английскому языку», – ухмылялся про себя Владимир, приходя на очередное занятие. – «И девушки симпатичные в группе есть и «училка», тоже классная и все это за счет компании».
Весна, солнце сияет, настроение отличное, английский изучаем, девушки в группе замечательные…, но к июню, видимо уставные деньги итальянцев начали заканчиваться и Борис, волевым решением, прекратил всю образовательную программу своих сотрудников и загрузил работой всех, по полной программе. Владимиру было поручено открывать рублевые и валютные счета для «дружеских фирм». Эта была для него очень тяжелая работа. Надо было собирать пакет документов, а потом часами простаивать в огромных очередях для получения соответствующих документов. Он просто умирал, от этих очередей, духоты и нерадивости чиновников того времени. Четыре, пять, а то и шесть часов стояние в очередях и так почти каждый день. Но потом он приноровился, познакомившись с нужными людьми, передавая им небольшие подарки, в виде бутылок коньяка, конфет (это за счет кооператива) и необходимость стоять в очередях, практически отпала. А потом Борис, с «дружеских фирм», стал брать деньги за открытие этих счетов, и работа Владимира еще больше обрела смысл.
К осени, «Большой консультационный центр», переезжает на Профсоюзную улицу, в огромное здание, где компания занимает весь второй этаж, со штатом сотрудников в восемьдесят человек. В это время Владимиру, Генеральный директор поручает написать статью о базальте.
– Борис, я не знаю, что такое базальт, а ты мне поручаешь написать статью.
– Шацкий, твою мать, мы много сейчас чего не знаем. Ты, например, несколько месяцев назад не знал, как открывать фирмам валютные счета, а теперь ты профессионал в этом деле!
–Борис, а можно я продолжу открывать валютные счета фирмам. Это мне как-то сейчас понятнее.
–Давай изучай базальт, тема очень важная. Глядишь мы с тобой скоро в Италию в командировку полетим, там говорят этого базальта…, да кстати, у тебя есть загранпаспорт? – Что, нет, немедленно надо сделать. – Да и сроку у тебя, две недели.
– Через две недели статья о базальте должна лежать у меня на столе.
Владимир сначала все прочитал о базальте в Большой Советской Энциклопедии. Да, дорогой читатель в те годы еще не было интернета. И Владимир начал писать справку на основании энциклопедии. Написал пять страниц и задумался, – «Борис сказал, что это нужно для какой -то коммерческой фирмы, которая занимается строительством и она (эта фирма) заплатит деньги за эту справку». «Заплатит деньги, за материал, взятый из энциклопедии, это не солидно, – размышлял наш герой, – а что же делать?». Владимир отправляется в Ленинскую библиотеку и там заказывает ряд книг о базальте. Узнает очень много, что базальт является продуктом извержения вулканов и при застывании лавы, как раз получается базальт, но не при всех извержениях. Например, в Италии вулкан Этна, на острове Сицилия относится к таким и вулкан Везувий. Много базальта в Армении, так называемого розового базальта. Что еще в римской империи его использовали, как строительный и облицовочный материал. Что в настоящее время базальт используют для облицовки домов от вредного воздействия кислотных дождей. И он еще написал пять страниц, получилось десять. Но больше он не мог написать ни чего, его творческий потенциал закончился. «Десять страниц, не очень оригинального текста. И «Наумыч», хочет это продать? – Думаю, что никто не купит, «но это не твоя забота, – Владимиру говорил внутренний голос. – Если провалишь статью, то Генеральный директор, а он у нас очень крут, недаром похож на Лаврентия Павловича, тебя загонит за «Можай»» ( значит за Можайск).
– Как дела Шацкий, -как то, между делом, спросил Борис Наумович, Владимира, – статья пишется?
– Пишется, то не пишется… в целом кризис жанра.
– Принеси, покажи.
Владимир принес, показал.
– Слабо… мало…, не профессионально – мрачно сказал: «Наумыч».
–Но, я Борис, не строитель…
– Тихо, тихо. Откуда материал брал?
– Да, из ряда книг о базальте и еще…
– Из ряда книг. Вот что, Шацкий, в Москве есть научно-исследовательский конъюнктурный институт, который занимается всем. Поезжай туда, закажи у них справку про базальт, страниц на десять, посули им денег, тысячи две. Денег мы тебе дадим. И пусть они подготовят оперативно справку. Потом их материал объединишь со своим…, и почему мне тебя все время приходиться учить?
Владимир так и сделал, нашел конъюнктурный институт на улице Пудовкина. Заказал им статью о базальте, посулив две тысячи рублей и через три дня, он получил отличную справку о этом строительном материале. Дома все скомпоновал и еще через два дня статья о базальте легла на стол Генерального.
–Ну, что молодец. Статья получилась отличная, за нее получишь премию в триста рублей. А мы в свою очередь, одной строительной компании, ее продадим за десять тысяч рублей. Вот так Шацкий, учись, вот как надо работать!
Однажды, где-то уже в ноябре месяце, Владимир пришел на работу и застал Генерального директора, озабоченным и мрачным. Владимир ничего не понимал, но скоро все разрешилось. Борис Наумович, собрал весь штат сотрудников и объявил, -«что с ближайшего понедельника, компания переходит в другие руки и что Генеральным назначен другой человек, с которым Вы познакомитесь со следующей недели. Акционеры посчитали, что так будет интереснее им. Мне не будет места в новой структуре и я ухожу… Кто хочет, может остаться или последовать за мной, – в этом месте своей речи Борис очень внимательно обвел взглядом притихших сотрудников и особенно пристально посмотрел на Владимира. Владимир принял этот взгляд, как сигнал к действию.
– Но куда же, мы без Вас Борис Наумович, – выкрикнул Владимир, – в радости и в горе всегда были вместе.
И все сотрудники загалдели, – «да мы с вами, мы не хоти нового Генерального директора. Мы пойдем туда, куда вы нас поведете».
– Спасибо, друзья за понимание. Завтра мы обсудим наши возможности. Еще раз спасибо.
Но Владимиру, было не суждено перейти на новую работу вместе с Дымарским. В воскресенье у него поднялась высокая температура, а ко вторнику все его ноги покрылись болезненными чирьями. «Вот, доходился в плаще зимой, – причитала жена, ты все-таки у меня законченный дуралей». Владимир проболел больше месяца и когда он вышел на работу, то к своему удивлению застал почти всех сотрудников, которые работали с Дымарским, на своих рабочих местах. Секрет открывался просто, оказывается новый Генеральный директор, по фамилии Кожух, поднял всем заработную плату. И даже у Владимира, теперь оклад был в размере пятисот рублей.
На работу Владимир приходил регулярно к десяти часам. Начало работы в «Объединенном консультационном центре», но нагрузки по работе у него не было, и новый начальник ему ничего не поручал. Двадцать пятого декабря в компании праздновали начала Нового Года. Все сотрудники получили новогодние подарки. И Владимир получил бутылку отличного французского коньяка. Потом был вечер, пьянка, гулянка. Ближе к концу праздника к Владимиру подошел Кожух, новый Генеральный директор, и просто сказал.
–Шацкий, вот я смотрю на тебя, и не понимаю, почему тебя Борис Наумович ценил? Парень видимо ты хороший, но как работник… Работаешь ты у нас (сильно сказано «у нас») два месяца, но кроме того что ты болел, я про тебя ничего не знаю, а получаешь ты у нас не мало.
– Вот скажи, что ты полезного сделал для нашей компании? А видишь, задумался…, а почему ты задумался…, а потому что ты, не шиша не сделал, я тебе так скажу.
О проекте
О подписке