В предыдущей статье мы определили экономические санкции как комплекс мер давления одних государства на другие для достижения преимущественно политических целей – изменения внешнеполитического курса государства, внутренней политики, социально-экономического курса, смены власти и т. п. Могут преследоваться также экономические цели, но они находятся на втором месте. Ослабление экономики санкционируемого государства рассматривается как средство по отношению к целям политического характера.
Как показывает мировой опыт экономических санкций, они действительно вызывают негативные эффекты в экономике санкционируемого государства, но при этом конечные политические цели достигаются далеко не всегда. Чаще они даже не достигаются. Известный американский эксперт в области экономических санкций Гари Хафбауэр с соавторами классифицируют 204 случая санкций (большая часть из них приходится на XX век) как успешные или неуспешные. По их наблюдениям, в среднем санкции достигают успеха примерно в трети случаев (табл. 2).
Цель – Число случаев – Процент успеха
Умеренная модификация политики – 43 – 51%
Смена режима или демократизация – 80 – 31%
Прекращение военных действий – 19 – 21%
Разрушение военного потенциала – 29 – 31%
Другие существенные изменения политики – 33 – 30%
Источник: Gary Clyde Hufbauer, Jeffrey J. Schott, Kimberly Ann Elliott, and Barbara Oegg. Economic Sanctions Reconsidered, 3rd edition. November 2007.
Как отмечают многие эксперты, во многих случаях экономические санкции даже оказывают стимулирующее, мобилизующее воздействие на экономику санкционируемых стран (хотя они не отрицают, что в период действия санкций уровень жизни большей части населения этих стран падает). Мы уже упоминали «континентальную блокаду», которую в начале XIX века организовал Наполеон Бонапарт против Великобритании. Экономические историки отмечают, что указанная блокада дала толчок второй фазе промышленной революции в Великобритании, способствовала окончательному ее превращению в «мировую мастерскую». Кстати, Наполеону на некоторое время удалось подключить к «континентальной блокаде» Россию, настояв на прекращении поставок в Англию зерна, леса, льна, пушно-меховых товаров и т. д. Одновременно Россия была вынуждена отказаться от импорта из Англии промышленных изделий, в том числе железа и тканей. Специалисты по экономической истории России отмечают, что, как ни парадоксально, но именно участие нашей страны в «континентальной блокаде» дало толчок развитию отечественной черной металлургии (железоделательных заводов), а также текстильной промышленности.
Классическим примером неэффективности санкций является случай с установлением эмбарго на торговлю с Италией Лигой наций в конце 1935 года. Выражаясь современным языком, это были «коллективные санкции» международного сообщества (хотя инициатор их известен – Великобритания). Причиной их объявления было вторжение Италии в Абиссинию (Эфиопию), последняя была одной из немногих развивающихся стран, состоявших в Лиге наций. Эмбарго оказалось неэффективным. Во-первых, торговля Италии продолжалась с теми странами, которые не входили в Лигу Наций (прежде всего, это нацистская Германия). Во-вторых, даже те страны, которые голосовали за санкции против Италии, не очень строго их соблюдали. Более того, режим Муссолини использовал санкции для консолидации итальянского общества и весьма в этом преуспел.
Еще более впечатляющий пример мобилизующего эффекта экономических санкций – Советский Союз. Уже в первые месяцы после прихода к власти большевиков страны Антанты организовали морскую и торговую блокаду против советской России. У руководства страны, находящейся в кольце блокады, постепенно «вызревало» решение о необходимости выстраивания экономики, которая бы минимально зависела от внешних рынков. В декабре 1925 года на 14 съезде ВКП(б) был выдвинут лозунг социалистической индустриализации (а сам съезд вошел в историю как «съезд индустриализации»). Прошло еще четыре года, была запущена первая пятилетка, которая заложила фундамент тяжелой промышленности страны. До начала Великой Отечественной войны было построено более 9 тысяч промышленных предприятий, страна сумела подготовиться к агрессии со стороны фашистской Германии и других стран «оси». Доля импорта в удовлетворении внутренних потребностей СССР (как по средствам производства, так и по потребительским товарам) упала до уровня около 2 %. За две с половиной пятилетки была реализована грандиозная программа импортозамещения.
Запад после Второй мировой войны объявил «холодную войну» против СССР. Одним из ее направлений стала экономическая война, которая выражалась в запретах на передачу Советскому Союзу технологий военного и двойного назначения, зерновых эмбарго, ограничениях на кредитование, обвинениях в демпинге, отказе от предоставления режима наибольшего благоприятствования в торговле и т. д. Однако эффект от экономической войны Запада против СССР был очень ограниченным. Во-первых, Советский Союз научился обходить некоторые ограничения и запреты на торговлю с Западом. Во-вторых, общая зависимость советской экономики как от экспорта, так импорта после Второй мировой войны на протяжении трех десятилетий сохранялась на низком уровне. В-третьих, некоторые импортные потребности СССР стал покрывать за счет стран социалистического содружества (прежде всего, членов Совета экономической взаимопомощи).
Лишь в 1970-е годы ситуация изменилась в связи с так называемым «энергетическим кризисом». Как известно, в конце 1973 года цены на «черное золото» на мировом рынке подскочили в четыре раза. СССР стал одним из главных «бенефициаров» этого кризиса, на нашу страну пролился «дождь» из нефтедолларов. Постепенно страна подсела на «иглу» экспорта нефти и импорта, из промышленной страны СССР стал превращаться в сырьевую. Это повысило эффективность последующих акций Запада в рамках экономической войны.
Примерами низкой эффективности экономических санкций в наше время являются акции Запада против Ирака и Ирана.
После аннексии Ираком территории Кувейта 6 августа 1990 года Совет Безопасности ООН принял Резолюцию 661 (1990), которая предусматривала применение принудительных мер без использования оружия в соответствии с положениями Главы VII Устава. Под действие таких мер попали все финансовые потоки и любые товары, исключение составляли только поставки, предназначенные исключительно для медицинских целей, и поставки продуктов питания в рамках гуманитарной помощи. Главное – Ираку были перекрыты каналы экспорта нефти.
Конечно, влияние санкций на экономику Ирака, которая зависела от экспорта «черного золота», было очень чувствительным. Накануне санкций нефтяной сектор обеспечивал свыше 60 % ВВП Ирака. Стал падать жизненный уровень населения, кое-где стала чувствоваться нехватка продовольствия. Наблюдалась непрерывная девальвация национальной денежной единицы. В период действия всеобъемлющих мер с 1990 до 1995 года иракский динар упал в цене по отношению к доллару США более чем в 20 раз. Инфляция на годовой основе измерялась сотнями процентов. Правда, после того, как заработала программа «Нефть в обмен на продовольствие» (с 1996 года) инфляция стала ослабевать, проблема дефицита продовольствия и медикаментов утратила свою остроту. Не будем подробно описывать экономические последствия санкций, они изложены во многих публикациях. Главное, что режим Саддама Хусейна не собирался падать. Более того, Хусейн использовал санкции для консолидации иракского общества, антизападные настроения в стране лишь усиливались. Постепенно руководители Ирака стали выстраивать различные схемы, которые позволяли торговать с внешним миром в обход санкций. Именно по причине неэффективности экономических санкций Вашингтон принял решение об использовании «аргумента последней инстанции» – военной силы. Правда, «задним числом» некоторые западные эксперты все-таки дают положительную оценку эффективности санкций против Ирака; по их мнению, они предотвратили создание режимом Хусейна оружия массового поражения.
Что касается Ирана, то он находится под санкциями США и их союзников уже 35 лет. Вместе с тем, никаких признаков того, что Иран близок к «смерти», не наблюдается. Здесь картина примерно такая же, как и с Ираком. Определенные негативные явления в экономике Ирана возникли (особенно в нефтедобыче из-за запретов на поставки оборудования для отрасли). Дополнительная нагрузка на экономику Ирана возникла в связи с тем, что Вашингтону в начале текущего десятилетия удалось подключить к санкциям Европейский Союз. Но буквально за 2–3 года Иран сумел адаптироваться к тотальной нефтяной блокаде Запада. Для Вашингтона как главного инициатора всех санкций и блокад это было крайне неприятным сюрпризом. Иран, по сути, стал «учебным пособием», показывающим другим странам как можно обходить санкции. С нашей точки зрения, именно это стало главной причиной того, что в 2013 году по инициативе того же Вашингтона в Женеве начались переговоры с Ираном при участии «шестерки» посредников (пять постоянных членов Совета Безопасности ООН плюс Германия). Предметом переговоров стала ядерная программа Тегерана. Якобы именно это больше всего заботит Запад. И якобы в обмен на сворачивание ядерной программы Запад готов пойти на сворачивание санкций против Ирана. Вашингтон даже обещал разморозить часть арестованных валютных резервов Ирана в порядке «доброй воли». Однако речь идет об очень незначительной части резервов. Кроме того, Вашингтон говорит о том, что любые возможные решения об отмене санкций против Ирана будут иметь «обратимый характер». Таким образом, маловероятно, что в ближайшее время произойдет демонтаж санкций против Ирана. Некоторые эксперты полагают, что выходом из этой патовой ситуации для Вашингтона может быть лишь использование «силового аргумента» (как и в случае с Ираком).
Обобщая опыт экономических санкций, можно сделать следующие выводы.
1. Нельзя отрицать, что санкции оказывают негативное влияние на экономику санкционируемых стран. Иногда это влияние может быть даже весьма тяжелым, ведущим к ухудшению жизненного уровня большей части населения.
2. Вместе с тем, политических целей (декларируемых при объявлении санкций) санкционирующим странам удается достигать достаточно редко. Негативные социальные последствия санкций, как минимум, компенсируются тем, что власть использует санкции для идейной и политической консолидации общества.
3. Негативное влияние санкций на экономику санкционируемых стран со временем может ослабевать в связи с тем, что эти страны разными способами адаптируются к режиму санкций. В ряде случаев санкции становятся «толчком», провоцирующим начало серьезной перестройки экономики.
4. Санкционирующие страны зачастую сами несут существенные потери в связи с тем, что их компании лишаются возможности торговать с санкционируемыми странами. Нередко при этом происходит усиление конкурентных позиций компаний тех стран, которые не участвуют в экономических санкциях.
5. Санкционирующие страны после определенного периода действий экономических санкций (в случае отсутствия желаемого политического эффекта) вынуждены прибегать к использованию иных методов давления на санкционируемые страны (дипломатические, военные, операции спецслужб и т. д.).
6. Официальные власти Запада вынуждены всячески замалчивать случаи неэффективного использования экономических санкций, продолжая использовать угрозы экономических санкций в качестве оружия устрашения для стран, которые отклоняются от политического курса Запада.
В следующей публикации рассмотрим крайне актуальный для сегодняшней России вопрос относительно того, как страны адаптируются к режиму санкций.
О проекте
О подписке