Наступление денежных властей многих стран мира на наличные деньги – тема далеко не новая. В активную фазу это наступление вошло в последнее десятилетие. И в этом нет ничего удивительного. К концу прошлого десятилетия закончился мировой финансовый кризис, но последствия его не были преодолены в полной мере. Экономика оставалась в состоянии стагнации. Чтобы оживить стагнирующую экономику денежные власти стали проводить либеральную денежно-кредитную политику (получившей название «голубиной»). Она выражалась в накачке экономики продукцией «печатных станков» Центробанков («количественные смягчения») и последовательном снижении ключевых ставок. Некоторые Центробанки понизили ее до нулевого значения (например, европейский Центральный банк) или даже опустили ниже нуля (Центробанки Швеции, Дании, Японии, Швейцарии). «Голубиная» политика Центробанков привела к тому, что процентные ставки по активным и пассивным операциям коммерческих банков также стали опускаться. У многих коммерческих банков процентные ставки по депозитам приблизились к нулевым значениям, а кое-где даже ушли в минус. Очевидно, что это порождает отток клиентов из коммерческих банков. Зачем хранить деньги в банке, если не получаешь процента по депозитам или даже доплачиваешь банку за этот депозит? Появился стимул уходить из банков (где деньги на депозитах пребывают в безналичной форме) в наличные деньги. Этот отток надо как-то остановить. Иначе банковская система, которая выстраивалась веками, на глазах может развалиться. Для этого, по мнению «хозяев денег» (небольшой кучки мировых ростовщиков, контролирующих Центробанки Запада), необходимо свернуть наличное денежное обращение. У граждан не будет выбора. Им в любом случае придется пользоваться «услугами» банков, которые будут работать исключительно с безналичными деньгами.
Начавшаяся по инициативе «хозяев денег» кампания по сворачиванию наличного денежного обращения прикрывалась и продолжает прикрываться разного рода «благими» аргументами. Такими, как снижение издержек денежного обращения (по некоторым оценкам, в странах Запада для поддержания оборота наличных денег необходимы затраты около 1 процента ВВП). Другие аргументы: борьба с финансированием «отмывания» «грязных» денег и терроризма, предотвращение инфекционных заболеваний (мол, на денежных купюрах гнездится большое количество всяких бактерий), защита граждан от ограблений и воровства, удобство и высокая скорость расчетов с помощью пластиковых карт и смартфонов и т. п.
Когда начинаешь разбираться с каждым аргументом подробно, выясняешь, что при переходе к полностью безналичному денежному обращению минусов оказывается даже больше, чем плюсов. Например, масштабы воровства безналичных денег, пожалуй, даже больше, чем хищений наличных денежных знаков. К очевидным минусам следует отнести постоянные сбои в работе электронных платежных систем, когда граждане не могут с помощью пластиковых карт в течение нескольких часов или даже нескольких суток совершать транзакции. А если, например, произойдет массовое отключение электричества? – Такой сценарий сторонники безнала вообще не рассматривают.
Лукавым оказывается и аргумент, что, мол, издержки на безналичное обращение ниже, чем при использовании наличных денег. Согласно последним исследованиям немецкого Центробанка (Бундесбанка), оплата наличными в супермаркете все еще является самым быстрым и экономным методом (по сравнению с дебетовыми и тем более кредитными картами). Причем, чем ниже сумма покупки, тем менее конкурентоспособными оказываются банковские карты по сравнению с наличными.
Крайне лукавым и бессовестным является также аргумент, что, мол, безналичные деньги позволят ликвидировать «теневую» экономику. Удар планируется нанести по категории наименее обеспеченных граждан, которых принято называть «самозанятыми». В то же время половина мировой экономики продолжает оставаться в тени. Речь идет об офшорных юрисдикциях, где прячутся миллиарды и триллионы долларов денег, причем, заметим, в «безналичной» форме.
А главный минус заключается в том, что люди оказываются полностью под электронно-банковским «колпаком». Они лишаются всякой свободы. А Большой Брат следит за каждой денежной транзакцией такого обитателя электронно-банковского концлагеря. Сценарий в духе антиутопии Джорджа Оруэлла «1984». Перевод общества на исключительно безналичное денежное обращение будет означать окончательное завершение эпохи классического капитализма. Начинается эра посткапитализма, который называют новым феодализмом или новым рабовладельческим строем.
Кажется, это начинают понимать даже ярые приверженцы идеи «безналичного рая». В Европе, пожалуй, наиболее близка была к переходу к 100-процентному «безналичному раю» Швеция. Там власти называли срок наступления «светлого будущего» уже в этом 2020 году. Однако, неожиданно даже в «спящей» Швеции около 2 процентов населения проснулись и сформировали достаточно мощную оппозицию планам полного отказа от наличных денег. Достаточно толерантными по отношению к модели «безналичного рая» считаются граждане Франции и Великобритании. Но и там есть небольшие, но очень активные группы противников полного безнала. А среди стран Европы, менее всего расположенных к идее полного безнала, следует назвать Швейцарию и Германию.
Так, проводившийся в прошлом году опрос населения в Германии показал, что более 75 % граждан не поддерживают полный переход на безналичный расчет и до сих пор отдают предпочтение наличным банкнотам. Целый ряд известных немецких экономистов также выступают против проекта «безналичного рая». И даже подсказывают простым гражданам, как вести борьбу против денежных властей, навязывающих безнал. Так, немецкий-австрийский экономист, специалист по теневой экономике Фридрих Шнайдер рассказывает, как сограждане могут налаживать прямые (бартерные) отношения между собой. Или прибегать к использованию местных «свободных» денег (что-то в духе «свободных» денег немецкого экономиста и предпринимателя Сильвио Гезелля, которые внедрялись в Австрии и Германии в годы экономического кризиса 30-х годов прошлого века). Более «продвинутые» эксперты предлагают выстраивать отношения между гражданами с помощью криптовалют. Ряд немецких специалистов полагают, что переход на полный безнал не приведет к ликвидации теневого сектора экономики. Общество сумеет найти способы уйти от государственного контроля. В результате собираемость налогов не увеличится, а, наоборот, уменьшится. Произойдет дальнейшее ослабление и без того слабого государства.
Известный немецкий критик финансового капитализма, биржевой маклер Дирк Мюллер уверен в том, что отмена наличных денег непременно произойдет, потому что в этом заинтересована мировая финансовая элита. В своей новой книге («Machtbeben», 2018 г.) Дирк Мюллер называет не случайным тот факт, что сразу же после финансового кризиса 2007–2009 гг. началась эра активного внедрения биткойна и других криптовалют. Людей таким образом приучали к электронным, безналичным деньгам. Причем внушая им, что такие криптовалюты обеспечивают полную анонимность участников сделок. Однако в финале произойдет замена частных криптовалют цифровыми деньгами Центробанков, и такие деньги, наоборот, будут обеспечивать властям («Большому Брату») полную «прозрачность» жизни каждого человека.
Примерно об этом же пишет немецкий экономист и журналист Норберт Херинг. В 2018 г. он выпустил книгу под названием «Дивные новые деньги» (явная перекличка с антиутопией Олдоса Хаксли «Дивный новый мир»). Херинг справедливо пишет о высокой цене так называемых «цифровых» удобств: за них человеку приходится платить свободой. В первую очередь, свободой принятия решений при покупке товаров и услуг. Банки превратятся в главные центры аккумуляции всех данных о человеке (Big Data), они совместно с торговыми и иными коммерческими организациями будут мониторить каждый шаг человека. Возникнет тотальный контроль над человеком как потребителем. Постепенно человек будет лишаться и свободы политической. Кстати, в Китае уже выстраивается система сбора данных о каждом из почти полутора миллиардов граждан «Поднебесной». Это система социального мониторинга, с помощью которой власти будут оценивать идейную благонадежность каждого человека.
Самое интересное, что и многие германские банки не очень готовы к переходу на полностью безналичную денежную систему. У многих из них проснулся невероятный аппетит на наличные деньги. Это неудивительно, поскольку из двух зол они предпочитают выбирать меньшее. Первое зло – отрицательные процентные ставки по тем финансовым инструментам, которыми банки привыкли пользоваться на протяжении всей истории капитализма. Это депозитные счета в Центробанке. Это различные ценные бумаги, как государственные, так и корпоративные. Сейчас такие инструменты дают нулевой финансовый результат или даже убытки. Так, осенью прошлого года почти треть всех ценных бумаг, обращавшихся на мировом рынке, имели отрицательные процентные ставки. А вот такой финансовый инструмент, как наличные деньги дает нулевой результат. Что все-таки лучше, чем убытки. На самом деле, конечно, наличные создают некоторый минус, но очень незначительный. Он связан с тем, что банкам приходится нести затраты на хранение наличных денежных знаков.
Немецкая статистика фиксирует, что когда в 2016 году ЕЦБ понизил ключевую ставку до нуля, а его депозитный процент упал ниже нуля, запасы наличности у банков ФРГ стали резко расти. Как сообщает Bloomberg со ссылкой на статистику ЕЦБ, к концу прошлого года они утроились по сравнению с 2016 годом, достигнув исторического рекорда – 43,4 млрд. евро. В физическом выражении это эквивалентно 442 тоннам в купюрах по 100 евро. В купюрах 50 евро получится 800 тонн, в купюрах 20 евро – 1,7 тысячи тонн. Все пригодные для хранения наличности склады (специально оборудованные и защищенные) уже арендованы банками. Мюнхенская специализированная логистическая компания Pro Aurum сообщила, что получила несколько запросов от банков на хранение купюр, но была вынуждена отклонить их из-за нехватки площади.
Конечно, уход германских (и других европейских) банков в кэш их проблем не решает. Банки теряют доходность. По некоторых оценкам, половина банков в еврозоне убыточны. Неизбежны банкротства или поглощения, резкое усиление процесса концентрации и централизации капитала в банковском секторе. ЕЦБ планирует способствовать консолидации банковского сектора еврозоны. В самом банковском сообществе нет единого мнения, как преодолевать хроническую убыточность. Одни считают, что ЕЦБ должен прекратить «голубиную» денежно-кредитную политику и восстановить на приемлемом уровне ключевую ставку. Другие поддерживают планы по ликвидации наличного денежного обращения и созданию электронно-банковского колпака для всего населения Европы.
P.S. Коротко о ситуации в России. У нас также наблюдаются тенденции по вытеснению наличных денег из обращения, подобные тем, которые происходят на Западе. Хотя, конечно, доля наличных денег в общей денежной массе и в объеме всех денежных транзакций физических лиц у нас пока существенно выше. Подчеркиваю: пока. Одной из причин относительного благополучия России является то, что в банковском секторе страны процентные ставки остаются положительными. По этой причине массового оттока физических лиц-клиентов из банков не наблюдается. Но не за горами время, когда вирус отрицательного процента доберется до российских банков. Тогда без сомнения они превратятся в мощных лоббистов запрещения наличных денег в России.
Сбербанк в рамках проекта «СберДанные» (инициатива банка по анализу и обработке больших данных) проанализировал развитие безналичных платежей в России. Данные анализа свидетельствуют, что в IV квартале 2019 года впервые более половины товаров и услуг в нашей стране были приобретены с помощью безналичных платежей. Председатель Комитета Государственной Думы по финансовому рынку Анатолий Аксаков дал прогноз, согласно которому к 2035 году доля наличных в розничной торговле товарами и услугами может снизиться до 10 %. А вот данные доклада Института «Центр развития» НИУ ВШЭ. Авторы доклада дают сходную оценку: к 2035 году россияне почти полностью откажутся от наличных денег и будут проводить платежи с помощью электронных сервисов. В докладе отмечается, что Россия находится на пятом месте по уровню цифровизации банковской сферы среди стран Европы, Ближнего Востока и Африки (регион EMEA). А также занимает первое место в Европе по распространённости мобильных платежей. Доклад пронизан духом оптимизма и гордости: мол, хоть по части безналичных, мобильных платежей физических лиц мы «впереди Европы всей». Меня подобные оптимизм и гордость настораживают. Лично я не готов конвертировать свою свободу в сомнительное удобство безналичных платежей.
О проекте
О подписке