– Это твое видение, старик, – ничуть не смутившись, ответил моджахед. – А как тебе другая история? Зачистка села федералами. Вся моя семья – отец, мать, жена и ребенок – покидают этот мир под обломками взорванной сакли. Половину тела отца я вообще не нашел. Сам выжил лишь потому, что ушел со старостой разговаривать с командиром русских. Хотя теперь и сам жалею, что выжил! Вот такая моя история! Так что ты теперь думаешь, старик? Воюю я за деньги или все-таки джихад для меня не пустые слова?
– Ты мстишь за смерти родных, – снова выплевывая кровавый сгусток, сказал Шах Ахмедович. – Их смерти – твое горе и твоя правда. У меня самого брат погиб на этой войне. Но начни с того, кто все это затеял…
– Ты не понимаешь, старик! – взорвался чеченец. – Мне плевать, кто и что затеял! Моя семья погибла! Из них никто не был виноват! И я буду до последнего вздоха резать глотки русским собакам, пока Аллах не призовет меня к себе, где я встречу своих родных! Вот моя правда!
– Я разделяю твою скорбь…
Громкая автоматная очередь разрубила дневную тишину. Шах Ахмедович вздрогнул и рухнул на землю. Пули прошли навылет. Аслан видел, как сгустки крови вперемешку с обрывками ткани вылетали со спины старика маленькими фонтанчиками. Густая взвесь окропила серую землю, забрызгав и придорожную траву, и небольшой камень, лежащий неподалеку. Большие красные пятна тут же стали разрастаться на светлой одежде старика, мигом отдавшего Аллаху свою душу.
– Эй, Сайхан! Ты сам-то? – возмущенно воскликнул Али. – На меня ругался.
– Я его не пинал, как ты, – разбитым голосом ответил убийца. – И не хотел убивать.
– Да ладно. Не переживай. Он был муртадитом. Отступник проклятый. Что с этим делать?
Боевик ткнул стволом в сторону Аслана, который от ужаса не мог пошевелиться.
Если судить здраво, то сейчас самым лучшим для парня было бы дать задний ход и умчаться прочь от этого проклятого места. Шаха Ахмедовича уже было не спасти, а дальнейшие события не заставили себя долго ждать. Однако страх парализовал Аслана, сковав тело невидимой цепью.
– А кто там у нас? Тащи его сюда! Посмотрим.
Али бросился к машине и через несколько секунд притащил едва трепыхающегося от страха парня. Бросив Аслана на землю рядом с телом убитого старика, он с важным видом вскинул автомат стволом к небу и подпер бок свободной рукой.
– Вот. Пацан.
Сайхан поморщил лоб.
– Как тебя звать? – кисло спросил он, глядя парню в глаза.
– Аслан, – пытаясь собрать всю оставшуюся в себе силу воли, ответил парень. – Аслан Кивсоев.
– И как ты ко всему этому относишься? – поинтересовался Сайхан.
Порой правда – вещь злая. Ведь у нее, как у всего на этом свете, есть два конца. И в этом Аслан сейчас только что убедился. Поэтому отношение к ней зависит от того, с какой стороны и под каким углом смотреть. Иногда случается так, что люди во имя своего спасения говорят неправду. И винить их в этом – занятие неблагодарное. Достаточно лишь оказаться на их месте, как ты понимаешь, что ради спасения своей жизни человек готов на многое. И ложь – самое малое из возможных вариантов.
Однако попадаются такие люди, которые презирают ложь во всех ее проявлениях. Вследствие этого они всегда попадают в сложные жизненные ситуации. Это очень принципиальные люди, страдающие за свои принципы и убеждения. Кто-то про такого скажет «герой», а кто-то скажет «дурак». Судить трудно. Шаха Ахмедовича, прими Аллах его душу, Аслан не считал дураком. Однако смерть, которую он принял, казалась глупой. Зачем что-то доказывать человеку, избравшему своим жизненным путем дорогу войны и смерти? И во имя чего Шах Ахмедович принял эту смерть? Жизненные принципы? Говорить правду? Нет. Он так не поступит. Ведь ему еще предстоит сделать так много!
– Что молчишь? – не унимался Сайхан. – Как относишься?
– К чему именно? – Аслан на самом деле не понимал вопроса.
– Ты меня за тупого держишь? – взорвался Сайхан.
Тычок в скулу заставил Аслана форсировать события. Он приложил ладонь к ушибленному месту и обиженно ответил:
– Зря вы так. Если вы из отряда Вахи, то я пару дней назад вашего спасал.
Сайхан удивленно посмотрел на Аслана. Затем он немного изменился в лице и с презрением крикнул:
– Врешь, пацан!
– Нет, – с обидой в голосе ответил Аслан. – Дядя Юсуф тащил вашего. Я помог старику. Он сам бы не дотащил. А потом пулю вытаскивали вместе. С бабкой Жансари.
Али с Сайханом переглянулись.
– Как зовут нашего брата? – спросил Али заинтересованно.
– Я не знаю. Он еле дошел. Когда я тащил его – мне было не до знакомства. А потом, как начали пулю вынимать, ему стало тоже не до рукопожатий. Высокий такой. Наш, чеченец. Не араб.
– Наверно Хамид, – обрадованно закачал головой Али. – Его тело не нашли.
– Ну, если правда… – растерянно ответил Сайхан. – А этот? Что ты с ним делал?
– Работал у него на заправке, – печально сказал Аслан, вспоминая об убийстве Шаха Ахмедовича. – Мы правда в Грозный по делам…
– Собакой он был! – оборвал Сайхан Аслана. – Не правоверный. Не верил в наше дело. В нашу правду.
Аслан с тоской подумал, что же будет дальше. Мать узнает о случившемся. И о том, что он без ее ведома поехал в Грозный. И это будет только половина беды. Смерть Шаха Ахмедовича тоже не маленькая неприятность. Во-первых, старик был хорошим человеком. Во-вторых, Аслана затаскают по следователями и, еще чего доброго, самого в чем-то заподозрят. Ну, а в-третьих, как бы это меркантильно ни звучало, получается, что теперь он без работы.
– Ладно, – закидывая автомат за спину, продолжил Сайхан. – Пойдешь с нами.
– Э-э-э. Нет. Не могу, – уперся Аслан. – Не могу мамку бросить.
– Ты что? Не мужик? Не хозяин себе? – начал стыдить Аслана моджахед. – Мать – это мать, но у мужчин свои дела бывают. Расскажешь нашим про Хамида и поедешь дальше.
Аслан пожал плечами. Спорить с Сайханом было чревато непредсказуемыми последствиями. Достаточно взглянуть на бывшего босса.
О проекте
О подписке