Птичьим щебетом пролетел по квартире дверной звонок, отвлекая Хабарова от невеселых мыслей. Он глянул на часы – половина седьмого – и тихо прильнул к глазку. Незнакомый громила, в хорошем спортивном костюме, переминался с ноги на ногу.
– Кто?
– Станислав Витальевич, доброе утро! – Гость помолчал, ища слова. – Извините, что потревожил, но у меня важное дело – я по поручению…
– Какому?
– От Михаила Трофимова, – Хабаров отшатнулся: тот самый меценат, стоивший карьеры следователю… – У него к вам личная просьба.
Стас бесшумно юркнул на кухню и вытащил из ящика армейский нож. Сомнений не оставалось: враг решил отомстить и прислал бойца.
– Станислав Витальевич… – Голос за дверью казался спокойным. – Вам ничего не угрожает. Михаил Александрович попал в очень неприятную ситуацию, и только вы можете помочь.
– Могу только в голову ему выстрелить! – На всякий случай Хабаров больше не смотрел в глазок. – Давай, иди отсюда; передай хозяину, я готов!
– К чему? – амбал явно удивился. – А-а… Уверяю, ваши прошлые разногласия совершенно ни при чем. Дело носит сугубо личный характер и никак не связано с его деятельностью.
– О, как звучит красиво! Ну-ну…
– Послушайте, я не могу рассказать всего – тем более на лестничной клетке! Но если уделите мне пять минут… – В голосе незваного гостя послышалось легкое раздражение. – Буду держать руки за головой, если так вам будет спокойнее.
Стас пускать бойца внутрь не хотел, но… червячок любопытства закопошился. Зачем киллеру уговаривать жертву открыть дверь, которая, кстати, висит на соплях – для человека его комплекции просто фанера? Да можно было, в конце концов, выстрелить в глаз – просто и эффективно…
– Руки держи на виду, – Хабаров удобнее взялся за нож, – не делай резких движений. Входи медленно.
Щелкнув замком, он прыгнул в сторону, укрывшись за межкомнатной дверью. Быстро сообразил, что укрытие, мягко говоря, ненадежное – для пули вообще не преграда! – но менять его не осталось времени: гость уже перешагивал порог. Рослый и широкоплечий, Стас почувствовал себя неуютно, глядя снизу вверх на посетителя.
– Что за поручение? – Он мысленно чертыхнулся, поняв, что выглядит по-идиотски, прячась за картонкой.
– Дело касается дочери Михаила Александровича, Ольги. С ней… неприятности.
– Какие?
– Этого сказать не могу, – гигант мотнул головой, – но все очень серьезно. Ребенок в беде, поэтому требуется ваша помощь.
– Что, у Трофимова не осталось бойцов, способных уладить неприятности? – Стас хмыкнул. – Весь город подмял, а с дочерью справиться не может?
– Тут особый случай…
– И что нужно от меня?
– Проехать к Михаилу Александровичу. Разумеется, – поспешил добавить гость, – ваша полная безопасность гарантируется!
– Типа, я должен поверить на слово? – Хабаров недоверчиво улыбнулся: – За лоха меня держите?
– Ожидаемый ответ… – пробурчал амбал. – Вот…
Он медленно, аккуратно сунул руку за спину и двумя пальцами вытащил пистолет. Положил его на тумбочку:
– Боевой, можете проверить. В машине будем только мы – я за рулем, вы, если хотите, сзади. В случае чего прострелите мне голову. Такая гарантия устраивает?
– Отойди…
Гость подвинулся. Стас, предварительно обмотав тряпкой, взял пистолет. Проверил магазин, передернул затвор – рука почувствовала приятную тяжесть заряженного оружия.
– Хорошо. Когда ехать, сейчас?
– Да, машина внизу.
– Буду через пять минут.
Боком, чтобы ничего не задеть, посетитель вышел. Хабаров начал собираться: телефон, деньги, ключи… Грызло любопытство: что могло произойти с Трофимовым, если ему понадобилась помощь врага? Настолько срочно, что «горилла» даже собственным затылком пожертвовал, лишь бы уговорить его поехать!
День, неприятный с утра, обещал стать богатым на события…
Особняк бизнесмена Стас видел на фотографиях, но даже близко не представлял его реальных размеров. Большое трехэтажное здание белого камня, с массивными резными колоннами и фонтаном в виде русалки перед входом, смотрелось изысканно – не чета современным однотипным постройкам. Вокруг дома раскинулся парк с уютными, мощенными декоративным кирпичом аллейками, в дальнем конце, остро вверх, торчала панорамная крыша беседки. Лесной воздух кружил голову.
Кабинет Трофимова располагался на втором этаже. Одну стену полностью занимало оружие – сабли, клинки, алебарды, луки – судя по виду, подлинники, некоторые в очень плохом состоянии. Возле двери, словно охранники, пара рыцарских доспехов в полную величину – современные, красиво играющие в лучах утреннего солнца. Другая стена, до самого потолка, заставлена книгами. Стас быстро пробежал по корешкам – русские и зарубежные классики, философы, труды ученых, биографии… Определенного порядка не заметил – Донцова соседствует с Плутархом, Шекспир со сказками.
В углу несколько кресел и журнальный столик. В центре комнаты – небольшой, ручной работы, письменный стол в прекрасном состоянии. Стас провел по дереву пальцем – лак казался чуть шершавым и приятным на ощупь.
– Его сделал дед в 49-м. – Трофимов с порога наблюдал за гостем. – Устраивайся, – он указал рукой на кресла. – Выпьешь?
– Не пью. Давай сразу к делу, оставим дружеские разговоры друзьям… – Хабаров сел. – Зачем пригласил?
– К делу так к делу… – Бизнесмен вытащил из стола бутылку, стакан, налил. – Мне нужна твоя помощь. Это вот, – он протянул бумажник, – фото моей дочери.
С карточки улыбалась красивая молодая девушка. Черные волосы свободно падают на плечи, в ушах серьги, на шее – цепочка с кулончиком в виде сердца. Правильные черты лица, ровные белые зубки, чуть надменные брови над большими карими глазами… Не красавица, скорее просто хорошенькая, – но чувствовался в Ольге Трофимовой необъяснимый шарм, нечто такое, что неуловимо цепляет и не отпускает мужчин – оружие, против которого нет защиты.
– Симпатичная! – Хабаров вернул фото. – И что с ней?
– Хорошая девочка, не такая, как… – Возникла небольшая пауза. – Ну, не важно. Дорогая школа, репетиторы, музыка – я забочусь о том, чтобы у нее в будущем все сложилось нормально. Воспитываю один, приходится, конечно, полагаться на посторонних, но проблем, тьфу-тьфу-тьфу, – он постучал по столу, – пока не возникало.
– А теперь что? Наркота?
– Нет, дело вообще в другом… Ее похитили.
– Чего?! – Брови Стаса взлетели вверх. – Твою дочь?! Это ж надо быть самоубийцей, чтоб на такое решиться!
– Или глупым… или осведомленным, что значительно хуже в моем случае, – Трофимов хрустнул пальцами. – Короче, как бы там ни было – это случилось. Ее похитили.
– Ну… сочувствую: у меня тоже дочь – не представляю, что бы делал, произойди такое… – Хабарова передернуло от одной мысли. – В милицию обратился?
Бизнесмен цинично хмыкнул:
– У меня еще есть надежда увидеть ее живой. Твари, которые звонили, ясно дали понять, что все знают обо мне и моих людях, так что решить проблему своими методами не могу… поэтому, собственно, и послал Вову за тобой.
– Не вижу логики… Зачем?
– Хочу, чтобы Ольгу нашел и спас ты! – Трофимов отхлебнул. – Если откажешься, мою дочь убьют.
– Ты шутишь, да? – Стас недоверчиво улыбался. – Не улавливаю юмора…
– Похоже, что смеюсь? – Бизнесмен встал, прошелся по кабинету. – Я же объяснил: к своим обратиться не могу – слишком большой риск! К твоим коллегам… бывшим коллегам, тем более – это все равно что повесить объявление в Интернете, через час весь город знать будет… Никого не осталось.
– Я-то чем могу помочь? – Хабаров не понимал. – Безработный, без особых связей… Могу разве что посоветовать нормальных ребят, которые точно болтать не станут и сделают все возможное, а так… – он пожал плечами.
– Менты, даже не желая болтать, обязаны задействовать кучу отделов, где тоже люди. К тому же, пока будут выяснять-думать-прикидывать, уйдет время, которого у моей дочери нет! Нужен человек, способный работать быстро, качественно и не привлекая лишнего внимания… Такой, как ты.
– Что я могу? Без «корки», без доступа к нужной информации, без малейших зацепок… Со мной даже разговаривать не станут – кто такой, чтобы ходить, вопросы задавать? – Стас удивлялся наивности Трофимова. – Ты что, думаешь, можно как в книгах, не отрывая жопу от дивана, вести расследование?
– Все будет: информация, люди, с которыми захочешь поговорить… Все! Номера, адреса, телефоны, анкетные данные – это все есть, получишь в течение часа.
– Да нет, бред… Извини, Трофимов, – Хабаров поднялся, – понимаю, ищешь любую возможность, но тут… без вариантов. Меня отвезут?
– Полмиллиона долларов. Наличными или на любой счет, без разницы, выбирай сам. – Бизнесмен сел за стол. – 150 тысяч в день. Я люблю дочь и сделаю все возможное, чтобы ее спасти. К несчастью, единственная… пока единственная возможность – это ты. Если придумаю что-то лучше – сразу скажу, забудешь об этом деле, и все. Естественно, потраченное время я компенсирую полностью.
Хабаров почувствовал, как спину покрыли мурашки: 500 штук – за три дня! 72 часа! Сколько-то там – очень немного, если подумать, – минут! В голове закружил хоровод видений: хорошая иномарка вместо «вазовского» автопрома, нормальная квартира, дорогие подарки жене и дочери… Жизнь – такая, какую показывают на экране, но не говорят, где искать в реальности. Возможность прекратить выбирать между «не нравится, но дешево» и «нравится, но никогда не купить»! Разом перейти в другой класс населения – где хорошие школы, нормальная еда, повсеместный комфорт и счастливая старость…
– У тебя ведь тоже дочь, Стас… – Трофимов умело давил на все рычаги сразу. – Представь, что какая-то сука конченая, мразь, ублюдок ей нож к горлу приставит, а ты ничего не сможешь сделать! Мне не жалко денег, которые требуют, – начхать на них! – но жертву отдают в одном случае из десяти. Ее убьют просто потому, что она представляет риск. Девчонка только жить начала, все впереди – и вдруг жизнь кончается, оцененная кем-то в несколько пачек бумаги… – Стакан в его руке затрясся. – Ты их найдешь, Стас, а я не допущу, чтобы они причинили вред кому-то еще!
– Не знаю… – Хабаров вернулся в кресло. – Даже не представляю, с чего начать!
– До тебя никто не мог подобраться ко мне так близко. Только и докладывали: Хабаров то нашел, Хабаров сюда залез… Делай то, что лучше всего умеешь: копай, находи зацепки, что там еще менты в таких случаях делают… Представь, что ты на работе, только с огромной базой данных и неограниченными возможностями.
– Звонили сегодня утром, дали три дня? – Стас, пока неосознанно, «включался».
– Да.
– Как я смогу узнать все, что нужно?
– Через Вовчика, который тебя привез. Человек абсолютно надежный, ему можешь говорить все: он знает, что нужно делать.
– Такой вопрос… – Хабаров кашлянул. – Если я не справлюсь?..
– Я прошу приложить все силы, а не совершить чудо. – Трофимов поморщился. – Понимаю, шансов… мало, но пока они есть, делай все от тебя зависящее. Если нет… Ну, скажем друг другу до свидания, и все. Можешь не волноваться – я не оголтелый дебил с автоматом наперевес, не кинусь мочить всех подряд со злости.
– Хорошо! – Стас хлопнул себя по колену. – Попробуем, но, сам понимаешь… – Бизнесмен кивнул. – Давай по порядку: где и при каких обстоятельствах ты последний раз видел дочь?
В окно истерично ударили первые дождевые капли.
– Значит, на дискотеке… Никаких имен, ничего?
– Вот записка, сам посмотри, – Трофимов протянул листок. – Было бы больше, сказал.
– Тогда, – Стас покрутил бумажку, – надо комнату осмотреть. Не думаю, что много даст, но…
– Света! – В комнате появилась пожилая женщина в идеально белом фартуке. – Проводи Станислава Витальевича в комнату Ольги.
– А чего это? – она подозрительно прищурила один глаз. – Как же без хозяйки-то? Кто будет отвечать, если чего не так, а?
– Не спорь! – Трофимов погрозил пальцем. – Покажешь все, что попросит, и на все вопросы ответишь честно и быстро! Поняла?
– Чай, не дура! Пойдемте, Витальевич, – все покажу-расскажу как на духу! Я никогда ни единой копеюшечки не взяла, мне скрывать нечего…
Женщина, смешно пыхтя, вышла из кабинета.
Большая и светлая комната Ольги Трофимовой располагалась на втором этаже дома. Из ее окон открывался живописный вид на лес, потому неширокий балкон с белыми перилами оформили в стиле летней беседки – мягкие шезлонги, столик, по углам – кадки с раскидистыми пальмами.
По стенам комнаты развешаны плакаты со звездами эстрады и кино, в углу притулился стол с ноутбуком. У стены красивый резной секретер со множеством ящичков, на нем в идеальном порядке расставлены баночки и бутылочки с косметикой. Посередине кровать – бело-розовая, со смеющимся зайчиком на покрывале. На полу – пушистый ковер с арабским рисунком.
Хабаров подошел к секретеру и принялся по очереди доставать содержимое ящиков – тетради, карандаши, фломастеры, глянцевые журналы… Самый обычный набор вещей. Вытащил запрятанный на самом дне альбом – Ольга хранила в нем рисунки.
Мама, папа, принцесса, принц, солнце… Девочка мастерски владела техникой, в работах определенно чувствовался талант – рисунки казались живыми, настолько четко просматривались в них детали: ожерелье принцессы, складки на ее платье, перо в шлеме рыцаря… Странно, что альбом запрятан в низ стола – дети любят показывать свое творчество… Впрочем, последние листы выглядели иначе – темные тона, дождь, девушка у окна на фоне луны.
Ноутбук затребовал пароль: Хабаров попробовал «Трофимова», «Оля», «Ольга», все вместе – бесполезно, очевидные фразы не подошли. Больше смотреть в комнате оказалось нечего – благодаря домработнице идеальный порядок, никаких бумажек, ни намека на записную книжку – ничего, что могло бы пригодиться в ее поисках.
Трофимов сидел на прежнем месте, уставившись в стену с оружием.
– Посмотрел? – он поднял глаза. – Нашел что-нибудь?
– Нет. Ты, конечно, пароль к ее ноутбуку не знаешь?
Тот помотал головой.
– Жаль. Могло помочь… – Стас вытащил блокнот. – Ладно, тогда расскажи, что знаешь: о ее друзьях, чем увлекается, что вообще делает…
– Да я как-то… – Трофимов помялся. – Вроде как и не интересовался особо. Учится хорошо, по телефону болтает все время, в Интернете сидит… Все.
– Все?! Я могу столько же о незнакомом ребенке рассказать! Должен же ты знать об увлечениях, хобби там… о чем-нибудь!
– Ну… – Он задумался. – Рисовать любила. Неплохо получалось. Правда, перестала, когда с матерью несчастье произошло: Оля тогда в себя ушла, постоянно ревела, не разговаривала… Я психолога нанял, из Москвы привез – так она три месяца билась, чтоб дочь заговорила!
– М-м… – Хабаров записывал: никогда не знаешь, что пригодится.
– Еще читать любит, всю мою библиотеку облазила, – указал рукой на книжные полки, – потом сама книги покупала, добавляла.
– Дискотеки, бары, ночные клубы?
– Если и ходила, мне не сообщала. Наверное – молодая, красивая девчонка… Но куда, с кем – не знаю.
– Не густо.
– Поезжай в школу, наверняка там больше скажут. Позвоню директору, предупрежу… – Трофимов хмыкнул. – За то бабло, что я им отваливаю, должны знать о детях все.
– Поеду…
В кабинете снова появилась Света-домработница:
– Михал Саныч, а ты знаешь про машинку?
– Про какую машинку? – он удивился. – Света, мне вообще не до тебя сейчас, давай потом…
– Приезжала, когда тебя дома не было, – вчера, кажись… Ну да, вчера, я как раз за продуктами поехала, Маринка-повариха сказала, что в магазин завезли отличных окуней, а рыба в рационе нужна постоянно…
– Тихо-тихо-тихо! – бизнесмен жестом остановил пулеметную речь. – Давай про машину!
– Ну, так и говорю – приезжала! – Домработница обиженно засопела. – У зятя моего такая, шесят тыщ ажно стоит! Зеленая! Я уж возле ворот почти была, смотрю – к нам заворачивает, на участок. Возвращаться не стала – Ольга дома была, а потом… Ой, у меня ж суп убежит! – она кинулась к двери.
– Стой! – Даже Хабаров вздрогнул от грозного окрика. – Черт с ним, с супом! Какая машина, во сколько?
– Говорю ж, шесят тыщ… – Света испуганно хлопала глазами. – «Старушка-99» зять мой ее называет. Говорит, что лучше «девятки» в сто раз, потому как багажник удобный и двигатель…
– Русская, «девяносто девятая»?
– Ага. Русская. «Старушка-99», это точно! – она энергично кивнула. – Пойду я, а? Суп ведь…
О проекте
О подписке