Будь один из нас кем-то вроде Огненного Исполина с его девятифутовым мечом, мы бы покончили с чудовищем и без помощи мага. Но наши клинки не могли даже серьезно ранить эту тушу, не говоря уж о смертельном ударе; так что мы просто привели червя в бешенство, выманили его в позицию напротив занятой Эрриусом, и по сигналу вестерлинга вбили клинки в тело червя по рукоять. Монстр захрипел и раскрыл пасть; маг запустил внутрь огненный шар, отправив следом свою палочку и еще что-то из магических хреновин. Раздался оглушительный взрыв.
Когда я очнулся, от червя остались лишь немногочисленные ошметки, разбросанные по залу. Отбиваясь от двух орков с алебардами, Борс сжимал саблю левой рукой (очевидно, правую сломал). Финисты и Эрриуса нигде не было видно. Шатаясь, я поднялся на ноги и присоединился к схватке. Вскоре с орками было покончено. Но шум слышался где-то впереди, в том направлении, откуда приполз червь.
– Туда, – прохрипел я.
Борс кивнул – говорить он уже не мог.
Эрриус расходовал свою силу быстрее, чем должно, и знал это. Но выхода не было – лишь его пламя сдерживало натиск змей, обитавших в одном логове с Большим Червем. Маг старался не думать, чем они там занимались.
Финиста дернула за кольцо, открывая дверь. За нею была комната, украшенная золотом и яшмой; на стене прямо напротив входа висело овальное зеркало в железной раме. А прямо под зеркалом стоял трон, и на этом троне сидел хрупкий желтокожий человек в красно-синей мантии, уставившийся куда-то вдаль своими черными глазами.
Взгляд перешел на вторгнувшихся в его обитель – и Эрриус физически ощутил силу удара. Властитель Ло Пан! Лорд Связующий!
– Наглость до добра не доводит, – отечески произнес Ло Пан, театральным жестом воздев левую руку. Синий луч ударил прямо в лицо жрицы. Но сияние только окружило ее, не причинив вреда.
– Это не наглость, – поправила Финиста, – а находчивость и неожиданность.
Переплетя пальцы, она вытянула руки ладонями вперед. Белая накидка жрицы растаяла в зеленом пламени, а под ней оказалось весьма скудное одеяние из птичьих перьев…
– Фрейя! – восхищенно сказал Связующий. – Ты все-таки решилась на открытый бой! Но тут ведь моя территория…
– Так что же мне оставалось делать, если ты не принимал вызова? – пожала плечами Искательница. – Решим это здесь, раз и навсегда.
– Навсегда? Слишком долгий срок.
– Разве бывает для нас иное измерение времени?
Ло Пан кивнул, скрестил руки на груди и сложил из пальцев магическую фигуру. В центре зала появился воин-призрак, с его длинного кривого меча с шипением стекал синий огонь. Фрейя подняла правую руку, и перед ставленником Связующего возник второй воин; его доспехи, щит и секира испускали зеленое сияние.
Под торжественную Музыку Сфер воины-призраки начали свой смертельный танец…
Впереди горело пламя. Я, даже ничего не видя в этом дыму, чувствовал его всей кожей. Но дым был странный: горело не дерево, не трава, даже не человеческая плоть. Пахло чем-то горьким – я никогда не встречал подобного запаха.
Услышав шипение, я отреагировал раньше, чем сообразил, что происходит. Мой меч описал полукруг и рассек толстое тело змеи надвое. Выдернув оружие, я понял, что такая змея вполне могла бы оттяпать мне руку – пасть ее, во всяком случае, была достаточного размера для этого (вообще-то несвойственного змеям) поступка.
Еще шаг – и я натолкнулся на полусожженный труп следующей змеи, размером (при жизни) не уступавшей первой. Затем встретились еще змеи, состояние которых было еще более жалким. Порой пламя оставило от их тел только пару погремушек с кончика хвоста.
У закрытой металлической двери лежал Эрриус. Кожа мага была холоднее, чем у трупов убитых его огнем змей. Печально. По-видимому, магия не столь всесильна, как ее описывают.
Но отчего, собственно, умер вестерлинг? На его теле не было заметно ни змеиных укусов, ни других ран. У меня возникло нехорошее предчувствие. Быть может, здесь поблизости скрывается еще кто-то из наемников Связующего? Какой-нибудь маг? Убийца-душитель?
Я стиснул рукоять меча, затем намеренно расслабил пальцы. К демонам все эти страхи. Если мне попадется этот убийца, он получит пару футов стали в брюхо – это наверняка научит его правилам хорошего тона!
Звук. Тихий – настолько тихий, что только мои напряженные нервы обратили на него внимание. Я скользнул к стене. Кто-то двигался всего лишь в футе от меня, и вовсе не дым был причиной того, что я не видел его. Я резко выбросил вперед левый кулак. И попал, судя по сдавленному выдоху, под ложечку. Тогда в ход пошел меч. По скрежещущему звуку я понял, что противник также носит оружие и сейчас парирует мой выпад.
Бой с врагом-невидимкой, вооруженным незримым же мечом?
Безумие? Нет, точный расчет.
Сражаться на мечах вслепую было, скажем так, не совсем привычным искусством для готландской армии. Однако именно таков был тот памятный экзамен, когда мне присвоили звание мастера фехтования. Это было идеей Тугга, поднабравшегося весьма… странных принципов в бытность свою наемником. Он говорил, будто именно так работают в Гильдии Убийц. Поэтому я не спасовал перед неведомым противником, который, как я уже догадался, имел ранг профессионального убийцы – лишь им была доступна Невидимость. Да еще тем, на кого сподобились наложить подобное заклятье колдуны-иллюзионисты. Но таких нет среди наемников, поскольку их Гильдия против использования чужой магии на своих членах.
Я парировал и наносил удары, полагаясь в основном на интуицию, а не на зрение и слух. Пару раз невидимое лезвие задело меня, оставив легкие порезы на ребрах и на лбу; но я также однажды добился цели, и на пол начала капать кровь. Не моя – я на тот участок коридора еще не ступал.
Дыхание врага стало хриплым, учащенным; усталость явно одолевала убийцу, не готового к длительному поединку. Собрав воедино все чувства и мысли, я решил поставить на карту все. Падая на правый бок, я перебросил меч в левую руку и взмахнул наотмашь, целясь в невидимые ноги противника. Клинок поразил цель и, судя по ощущению удара, даже задел кость.
– Проклятье! – прохрипел невидимка, отступая назад. Я знал: еще минута, максимум две – и подрубленная нога откажется служить ему. И пошел в наступление.
Выпады мои были отражены, но я намеренно не усиливал натиск, не желая больше рисковать. Еще чуть-чуть, и от потери крови враг попросту лишится остатка сил. Так и произошло. Наконец я нанес последний удар, пригвоздивший невидимку к стене. Сдавленный хрип явно был предсмертным, а миг спустя покров Невидимости рассеялся и открыл мне лицо противника. От изумления я чуть не осел наземь.
Убийца явно был человеком, но не принадлежал ни к одной из трех человеческих рас Арканмирра! Он не был стройным светлокожим вестерлингом, не был и смуглым темноволосым истерлингом; не похож он был и на нас, крепких и коренастых готландцев. Крупный, но не неуклюжий, черноволосый, с кожей желтовато-медного цвета, облаченный в облегающий черный костюм без всяких швов и застежек… Мне ни разу не доводилось слышать о таких людях. Воистину, Властители имели связи в иных, куда более далеких мирах…
Но все думы об иных мирах исчезли, стоило мне взглянуть на меч, который убитый до сих пор сжимал в правой руке. Тонкий и изящный, его клинок ни при каких обстоятельствах, казалось бы, не мог парировать любой из моих ударов. Однако же – смог.
Не без труда разжав сведенные предсмертной судорогой пальцы, я взял меч убитого и недоуменно повертел в руках. Легкий, легче даже, чем те странные шпаги, какие носили некоторые из знатных вестерлингов. Но заточенное до бритвенной остроты лезвие из незнакомого мне темно-синего, почти черного металла было прочным и упругим, а когда я осторожно ткнул им в стену, оно на полдюйма вошло в серый камень – безо всякого нажима!
Узкий эфес и кольцеобразная гарда были лишены драгоценных украшений, но покрыты тонкой резьбой. Странный клинок, бесспорно, был не игрушкой, а настоящим оружием, каковое должно по праву принадлежать победителю, то есть мне. Сняв ножны с пояса убитого, я вложил в них меч и подвесил себе за спину. После этого я вытащил собственное оружие из его тела и, вытирая, отметил, что на лезвии появилось несколько свежих зазубрин. А вот меч убитого не имел ни единой царапины, хотя наверняка использовался куда дольше моего.
Пожав плечами, я двинулся дальше. Дым к тому времени уже рассеялся, однако бдительности терять не следовало. Конечно, этот невидимка вполне мог быть последним стражем у покоев Связующего. Но мог и не быть таковым: у Властителя Ло Пана всегда находилась в запасе парочка особо неприятных сюрпризов для тех, кто осмеливался его недооценивать…
Синий призрак, ускользая от топора противника, выполнил обратное сальто и приземлился у самого трона Ло Пана.
– По-моему, ты стал слабее с годами, – отметила Фрейя.
– Увертливее, – поправил Связующий.
Кривой меч описал сверкающую дугу, вонзаясь в зеленый щит. Синее пламя сконцентрировалось в месте удара, и щит беззвучно треснул. Зеленый призрак резко вывернул левую руку, вынуждая противника нырнуть вслед за своим ускользающим мечом, и нанес встречный удар. Секира описала петлю, ее обух обрушился на плоскую сторону клинка противника и сломал его. Отбросив прочь обломки щита, зеленый перехватил секиру обеими руками и принял боевую стойку.
– Еще? – поинтересовалась Искательница.
Ло Пан сделал раздраженный жест, убирая со сцены обоих призраков. После этого он угрюмо кивнул и сказал:
– Да будет так.
В его ладонях и глазах вспыхнул ослепляющий синий огонь. Стены зала откликнулись на призыв и также загорелись бездымным, немного потрескивающим пламенем, не дающим ни капли тепла.
– Заклинаю Духов Бурь принести то, что принадлежит мне!
Фрейя сделала было протестующий жест, но вокруг Связующего уже поднималась завеса мерцающего голубого света. Вот Ло Пан вытянул вперед левую руку, небрежно откинул широкий рукав своего одеяния – и серебристый браслет на его тощем запястье полыхнул колдовским огнем.
– Итак, дорогая, ты только что хотела что-то сказать заслуженному владельцу Кольца Аркана? – с мерзопакостной ухмылкой спросил Связующий, наслаждаясь окружающей его Властью.
– Убирайся в Бездну! – Искательница была готова вступить в битву без малейшего шанса на победу.
– Боюсь, сия участь предназначена для тебя, – с наигранным сожалением произнес Ло Пан.
Он медленно, с преувеличенной важностью встал с трона и сделал несколько шагов, затем неожиданно выпустил в противницу энергетический разряд. Фрейя парировала выпад, но Связующий только усилил натиск, сокрушая могуществом Кольца Аркана все ее защитные барьеры. Зеленое сияние меркло, синее – усиливалось.
Тонкие черты желтого лица Ло Пана исказились в дьявольской усмешке. Он не спешил прикончить Искательницу, которая и так почти потеряла сознание; Связующий желал в полной мере насладиться зрелищем поверженной на колени гордой Владычицы Готланда…
Сквозь темную пелену предсмертных судорог Фрейя заметила некое движение за спиной противника. Не давая Ло Пану возможности увидеть то же самое, она вложила в заклятье весь остаток сил. Зеленая стрела с тихим шипением рассекла воздух и угодила прямо в левый глаз Связующего. Тот замер, затем с рычанием, достойным разъяренного Демона Мести, воздел руки, концентрируя на кончиках пальцев ужасающую мощь.
– Остаться должен только один! – подобно актеру изрек он, собираясь выпустить свою силу на волю.
– И это – не ты, – сказал кто-то за его спиной.
Что-то холодное коснулось его шеи. Последнее, что увидел Ло Пан – свое обезглавленное туловище и стоящего за ним рыжеволосого воина с окровавленным мечом…
Я отскочил от падающего тела и только тогда заметил в нескольких шагах впереди светловолосую женщину, единственным облачением которой служил полупрозрачный плащ из птичьих перьев. С потемневшими от усталости глазами она стояла на коленях…
На какое-то мгновение я подумал, будто грежу наяву. Она в точности походила на Владычицу – и одновременно на Финисту. Если это не бред, значит, я убил…
Когда я наконец очухался, Фрейя уже поднялась и смотрела на меня весьма странным взглядом. Абсолютно такое же выражение было на лице у Рыжей Сони после той битвы с демонами.
– Невероятно, – наконец сказала она.
Мое мнение было примерно таким же. Впрочем, его никто в тот момент – да и впоследствии – не спрашивал.
– Простой смертный не имел никаких шансов. Как же ты смог снести голову Властителю?
Я лишь пожал плечами. Ответ лежал за пределами моего разумения. Однако Искательница соображала куда быстрее меня.
– Дай-ка мне свой меч.
Она бросила взгляд на протянутое мною оружие, и ее брови удивленно взметнулись вверх.
– Адаманит? Да на светлой стороне Арканмирра таких клинков всего три, от силы четыре штуки! Где ты его нашел?
– Попался тут один, – охотно объяснил я, – который полагал, что невидимость и неуязвимость – это одно и то же. Я доказал ему, что он ошибался. У него и отобрал этот меч… вернее, снял с трупа.
Фрейя поморщилась, однако не возразила против такого «нецивилизованного» способа добывания оружия. Клинок сам собой вернулся в ножны у меня на спине.
– Возможно, это все объясняет… Кстати, ты ничего не видел. – Она посмотрела на меня так, что я поспешно проговорил:
– Конечно, Владычица, меня вообще не было в этом зале.
– Хорошо. Какой награды ты бы пожелал?
Я хотел было сказать, что золото для меня сейчас не главное, но Владычица слегка прищурилась – и улыбнулась:
– Так-так. Интересные у тебя… желания. А что думала сама Соня по этому поводу?
Покраснев, я уставился в пол, не собираясь отвечать: я, возможно, и свихнулся, но не настолько же. Однако Искательница по-прежнему читала мои мысли.
– Понятно. Что ж, она вернется к ТОМУ разговору.
Не веря своим ушам, я уставился на нее, но Владычица уже исчезала в бледно-зеленом свете…
Так меня там и застал Борс – я тупо таращился на большую многоярусную полку, на которой было расположено много склянок, зловеще скалящийся череп, светящиеся кристаллы и прочая чародейская чертовщина; а в голове все время крутилась одна и та же мысль, которую я тщетно старался не выпускать на поверхность.
– Это зал Связующего! – Рейнджер крепко схватил меня за плечи и изо всех сил тряс, пытаясь привлечь к себе мое рассеянное по сторонам внимание. Это ему вскоре удалось. – Что тут творилось?
– Поединок, – сообщил я.
Борс свирепо смотрел мне в глаза с расстояния в два дюйма.
– Кто победил, ты, олух красноголовый?
– Наша Владычица, – отстраненно ответил я. – Лорд Ло Пан мертв.
– Значит, мы таки сделали это! Пошли наружу, тут больше нечего делать. Ты не видел нашу жрицу?
– Она… – тут я прикусил язык, – Владычица забрала ее.
– Ладно. Тогда идем. В том тайничке найдется достаточно золота, чтобы нашей доли хватило на трехнедельную пьянку!
– Твоей доли. Я найду ему иное применение.
Рейнджер удивленно заткнулся. Истерлинг при всем желании не мог понять, какое же еще применение бывает у золота. Честно говоря, я покуда тоже представлял себе это более чем смутно, однако в том, что лучшим употреблением для причитающихся мне монет НЕ является ближайший трактир, не сомневался.
Выбравшись наружу с четырьмя мешками золота, мы были встречены остатками отряда Рыжей Сони. Воительница, как обычно, осматривала поле боя в поисках недобитых врагов.
– Результат понятен, – сказала она, – но мне хотелось бы узнать подробности.
– Это можно, – кивнул Борс, – только вот у меня совсем пересохло в глотке. Где тут ближайшая таверна, трактир или еще что-то в таком роде? Пошли, я угощаю. Заодно все расскажу.
От такого предложения не отказываются, тем более в такое время. Таверна оказалась недалеко, а хозяин, толстяк Спакум, при виде золота настолько осмелел, что чуть не запросил с нас двойную стоимость эля. Но он быстро передумал, стоило Соне слегка нахмуриться.
Кружки с темным элем, который умели по-настоящему варить только половинчики, пустели так быстро, что рейнджер вынужден был прерывать свою байку (не имевшую с действительностью практически ничего общего) едва ли не через предложение. Вскоре я уже и сам начал верить, что мы пришили в Цитадели десяток червяков, одного из которых Борс Ужасающий заставил съесть его собственный хвост, не говоря уж о такой мелочи, как семьдесят шесть дивизий злобных орков, три тысячи близзетов и восемь сотен наемников из неведомых миров…
Помню еще те совершенно невообразимые песни, которые мы горланили всей компанией, – навряд ли кто-то из нас мог претендовать на знание музыки, зато каждый старался орать так, чтобы перекричать остальных. Чем все закончилось, трудно сказать…
Очнулся я утром, за городом. Все участники вчерашнего празднества лежали вповалку на траве неподалеку, а дружный храп угрожал разрушить стены Миробана не хуже нескольких больших катапульт. На плече у меня покоилась чья-то голова; не без труда скосив глаза, я узнал Рыжую Соню. При мысли о том, что она со мной сделает, если проснется, я едва не протрезвел. Но эль взял свое, и я храбро протянул руку…
– Прибью, – прошептала воительница, не открывая глаз.
– Может быть, дело стоит того, – тихо сказал я.
– Может быть, – согласилась она, слегка улыбаясь. – И ты поставишь на кон свою голову?
– А разве я уже не сделал этого?
Она открыла глаза, перевернулась на бок и взглянула на меня все тем же совершенно непонятным образом. Однако вскоре я понял значение этого взгляда.
– Идем, – шепнула Соня, вставая на ноги.
Я поднялся, справился с головокружением и пошел за ней, в сторону лощины, скрытой густыми кустами орешника…
О проекте
О подписке