Ты никогда не навязывалась и не надоедала, Тэйт. В день, когда вы переехали на нашу улицу, я увидел тебя и подумал, что ты самое красивое создание на свете. Черт, я тебя любил.
– Если я когда-нибудь прикоснусь к тебе хоть пальцем, – его голос прозвучал низко, хрипло, – ты сама этого захочешь.
Ты на вкус напоминаешь леденцы «Старберст», – прорычал он, на мгновение оторвавшись от моих губ. – А выглядишь как солнце.
Иногда лучшее лекарство – стать уязвимой, выговориться и показать ему, какую боль он тебе причиняет. Тогда ты можешь сказать, что пыталась.
Я хочу прикоснуться к тебе, – произнес он напротив моих губ. – Хочу почувствовать то, что принадлежит мне. Что всегда было моим.