С небес спускалась тьма и осторожно ступала по заснеженной Северной столице, занавешивая окна домов таинственным туманным занавесом. На Колокольной улице, над одним из домов, словно сошедшим со страниц какой-то доброй, русской сказки, тьма сгустилась особенным образом. В воздухе повисла невероятная по своей глубине и значимости тишина. Она словно свидетельствовала о том, что вот-вот должно было что-то произойти…
«Клац!» – вдруг разнёсся эхом резкий металлический звук.
На улице появился человек ничем не примечательной наружности, в распахнутом пальто, шляпе и объёмном шарфе, кольцами обвивающем шею. Этот человек сделал несколько шагов и остановился под фонарём, растерянно поправил очки и порылся в карманах. Там оказалась одна единственная монетка, которую он нашёл на тротуаре.
– Это всё, что у меня есть, – пробормотал он и, печально склонив голову, зашагал по тёмной улице. – Я никто, – повторил он несколько раз, словно давая себе новое имя.
Что делать и как дальше жить, этот человек не знал. Господин «Никто» наверняка бы сегодня сделал какую-нибудь непоправимую глупость, если бы не произошло одно неожиданное событие.
– Стой, негодник! – послышался громкий возглас. – Догоню – уши оторву!
Господин «Никто» от страха запрыгнул за мусорный бак и затаился. Из своего ненадёжного укрытия расширенными от страха глазами он стал вглядываться в темноту, подёрнутую полупрозрачным туманом.
Топ-топ-топ! – послышались шаги.
Господин «Никто» увидел, как из-за угла выбежал мальчишка. Лицо его было чумазым; ноздри раздувались, а с губ срывались сиплые вздохи: «Уф! Уф! Уф!»
В руках у него была увесистая сумка. Воспользовавшись моментом, мальчишка бросил сумку за мусорный бак, а сам побежал дальше. Сумка упала прямо на голову господину «Никто», и сбила его с ног.
Шлёп – рухнул он в рыхлый снег и замер.
Шуп-туп… Шуп-туп… – послышались новые шаги.
Господин «Никто» приподнялся и вскрикнул от неожиданности: «А-ай!»
Дело в том, что из темноты на него смотрел кто-то…
Господин «Никто» окинул появившегося беглым взглядом: жёлтая шапочка; пальто, перепачканное красками; объёмный шарф, обвивающий шею…
«Художник…» – подумал господин «Никто» и вроде бы, не ошибся.
– Ты не видел мою сумку? – спросил художник и как-то по-доброму улыбнулся.
– Видел, вот… – указал господин «Никто» на сумку, лежавшую рядом с ним.
– Вот радость-то! – воскликнул художник. – Не пойму, зачем этому мальчишке понадобились мои кисти, краски, холсты и карандаши?
Художник поднял свою сумку и протянул руку господину «Никто».
– Денежный Нос, – представился он.
Господин «Никто» быстро заморгал глазами.
– Петров. Писатель, – представился он в ответ.
– А чего это ты тут, писатель, делаешь? – спросил Денежный Нос.
– Лежу, – ответил Петров.
– Однако сегодня холодно, не находишь?
– Да, пожалуй, – согласился Петров.
– Может, немного пройдёмся, раз уж нас свёл случай? – предложил Денежный Нос.
– Давай, – кивнул Петров и встал с земли. – Я всё равно никуда не спешу. – Ты сказал, что тебя зовут Денежный Нос? Я не ослышался?
– Нет, ты не ослышался.
– В этом носе моё благословение и проклятие, – потрепал себя за нос коротышка. – Я чувствую деньги, где бы они ни находились. Я как магнит для них, клянусь. Мне чрезвычайно везёт в денежных вопросах.
– А мне не везёт ни в чём, – буркнул писатель.
– Такого не может быть, – ответил Денежный Нос и посмотрел на серую папку Петрова. – Что там?
– Очередная творческая неудача, – посетовал бедный писатель.
Денежный Нос остановился рядом со скамейкой.
– Присядем? – предложил он.
– Давай.
– А о чём ты написал?
– Здесь я собрал блистательные речи самых выдающихся людей, – потряс папкой Петров, – но издатели отвергли мою книгу, как всегда.
Петров достал из кармана серый, мятый платок, и вместе с ним на снег упала монетка Денежного Носа, которую он недавно нашёл возле своего дома. Петров поднял её, как самую большую ценность, и крепко зажал в кулаке.
– Боже мой, эта монета – моя единственная ценность. Не знаю, что со мной будет, если я её потеряю.
– Перестань, монета не может быть настолько ценна. Это же просто монета. Сегодня она у тебя, а завтра – у кого-то другого. Это нормально. Деньги не могут постоянно находиться в одном месте и у одного человека. Они очень непостоянны и любят менять хозяев.
Петров очень удивился взгляду Денежного Носа на деньги.
– Давай лучше попробуем посмотреть на твою книгу иначе, – предложил Денежный Нос.
– Не понял, как это?
– Подсказки рядом, – таинственно улыбнулся Денежный Нос.
– Где? – завертел головой Петров.
– А вот, хотя бы посмотри повнимательнее на свою монетку.
Петров разжал кулак и поднёс монету к самому носу.
«Соедини несоединимое», – прочёл он странную надпись на монете и вопросительно посмотрел на Денежного Носа.
– Не понял…
Денежный Нос открыл свою сумку, достал лист бумаги и цветные карандаши. – Итак, что у нас есть?.. – начал вслух рассуждать он. – Книга и…
Шир-шир-шир… – зашуршал его карандаш по бумаге.
– Значит, у нас есть книга, в которой собраны прекрасные речи выдающихся ораторов, – продолжил рассуждать Денежный Нос. – Что ещё?.. О! – воскликнул он и достал из мусорного бака консервную банку. – И консервная баночка! – воскликнул он, словно нашёл какую-то ценность.
Петров удивлённо посмотрел на Денежного Носа, не понимая, куда он клонит.
– Твою книгу нужно эффектно преподнести. Её можно по-особенному упаковать, – Денежный Нос прикусил язык и нарисовал вытянутую консервную банку, из которой торчали листы бумаги, свёрнутые в трубочку. – Вуаля! Ты можешь продавать не просто книгу, а «консервированные речи»!
– М-м-м, – многозначительно промычал Петров. – А это отличная идея! – обрадовался он. – Речи, произнесённые когда-то, словно законсервированы в книге. Как здорово! Это же идея на миллион!
– Точно.
– Как же я сам об этом не догадался?
Денежный Нос лукаво улыбнулся.
– Теперь тебе надо написать об этом несколько интересных статей и разослать их в местные газеты и журналы, – предложил Денежный Нос. – Тем самым ты обеспечишь своей книге рекламу.
– Да, да… – задумчиво пробормотал Петров. – Это можно.
– А я сделаю для тебя хороший макет.
– Прекрасно! Спасибо!
– Вот тебе и новый продукт. Как думаешь, что теперь скажут твои издатели?
Глаза у Петрова заблестели.
– Спасибо! Спасибо! – выкрикнул он несколько раз слова благодарности и побежал домой.
Всего за одну ночь он написал десяток коротких интересных статеек про свои «консервированные речи», а уже наутро разослал их в разные газеты и интернет-издания. Редакторы статьи приняли, напечатали. Петров предложил свои «консервированные речи» в ведущие книжные магазины и получил за них солидный гонорар. Идея Денежного Носа сработала. Книга стала прекрасно продаваться. Жизнь Петрова наладилась. Впоследствии он не раз пытался найти своего спасителя и вдохновителя, но тщетно. Художника с таким странным именем просто не существовало. Никто и никогда о нём даже не слышал.
Кстати, и та самая монетка со странной надписью пропала. Быть может, она где-то выпала из кармана и теперь её уже сжимает в своём кулачке какой-нибудь ребёнок или бездомный вертит её в своих обветренных руках. Быть может. Но это уже совсем другая история…
В один прекрасный осенний день в Санкт-Петербурге, на 7-й линии Васильевского острова, появился некий мужчина средних лет, с густой окладистой бородой и тяжёлой сумкой в руке. Это был Яков Кац – уличный торговец книгами. Яков медленно пересёк оживлённую улицу и встроился в плотный людской поток. Однако шёл он точно в пустыне. Он никого не видел, не чувствовал, не слышал. Внутри у него звучал лишь пронзительный голос отчаяния.
«Я не справлюсь. Это конец», – мрачные мысли обрывками проносились в голове. Яков периодически возводил глаза к небу, но нависшие серые тучи и тоскливые завывания ветра лишь усугубляли его мрачное настроение. Вскоре он остановился и присел на лавку. Шляпа его упала на землю и перевернулась. Обхватив лицо руками, Яков заплакал.
Пум! – послышался какой-то глухой звук.
Яков поднял голову и увидел удаляющегося от него старичка в сером мятом плаще и с тростью в руке. В шляпе Якова лежала монетка – подаяние.
«Как же низко я пал, – с горечью подумал уличный торговец, – я выгляжу так жалко, что люди подают мне на улице деньги. Хорошо, что мои родители не дожили до этого дня и не видят моего позора».
Не успел Яков обо всём этом подумать, как вдруг заметил, что вокруг него происходит что-то странное. Дело в том, что на улочке, всегда шумной и оживлённой, теперь не было ни одного человека. И тишина воцарилась такая оглушительная, что Яков даже испугался.
«Уж не оглох ли я?» – пронеслась у него в голове новая пугающая мысль.
Яков хлопнул в ладоши несколько раз, чтобы проверить слух, и в этот момент на улице появился маленький человек – в синем берете, вязаном пальто, цветном шарфе и заострёнными ушами. По виду – шестидесяти лет с лишним. Под мышкой он нёс свёрнутый в трубочку журнал. «Синий берет» остановился напротив Якова.
О проекте
О подписке