Коты ночью чувствуют себя как рыба в воде – это их время, их беззвучные шаги по тайным тропам, которые имеются даже в людских квартирах, их охота на всё, что предназначено быть им добычей – от мышей до одиночества.
Вышел на охоту и кот Семён Семёнович. Пусть шкурка ещё была влажноватой, а шум воды в ушах ещё не совсем заглушила ночная тишина, но долг выгнал его из мягкого домика и повёл на разведку.
Кот быстро понял, что это не настоящий дом его человека, что она живёт тут временно, но это ничего не изменило – пока она тут, кот будет прогонять из этого пристанища всю тоскливость, которая тут имеется.
– Не страшно, что это не настоящий дом! Не важно где, а главное – с кем! – думал Горбунков, охотясь по углам на квартирные сквознячки и шорохи, ночные шлёпы и летучий холодок из тех, что так любит внезапно касаться лиц засыпающих людей.
Сёма не знал, что многие люди уверены, что котам важнее место, а не человек. А если бы и узнал, то сильно удивился бы такой глупости. Да, охотничьи угодья – это важно, но важнее тот, ради кого можно покинуть любые угодья, тот, ради кого хочется жить…
Он долго сидел около спящей Ирины, прислушиваясь к её дыханию, присматриваясь к снам, а когда понял, что они начинают её одолевать и расстраивать, то попросту улёгся рядом и тихо замурлыкал.
Утро началось как-то очень непривычно. Что-то явно было не так, и далеко не сразу Ирина осознала, что именно.
– Что это я так заспалась? – удивилась она спросонья, покосившись на будильник. – А какой сегодня вообще день? Работа? Я опоздала? Проспала?
Она уже практически кинулась догонять время, но вдруг рядом кто-то сонно вздохнул, и она скосила глаза на небольшую одеяльную кочку рядом с собой.
– Кот! Я же вчера мыла кота! – Ирина моментально вспомнила события вчерашнего дня и аж глаза прикрыла. – Ничего себе, денёк у меня был! Кстати, я кого-то вроде как в лежанке оставляла…
Наивная Ира пока не знала, что кота можно оставлять где угодно, но неизменно обнаруживать там, где он считает нужным быть – с этим можно только смириться.
Нет, она было решила, что надо кота воспитывать – переложить в лежанку, и начать этот процесс воспитания лучше бы прямо сейчас, но срочно – утреннее дело потребовало её присутствия совершенно в другом месте, а добравшись туда она с изумлением обнаружила там…
– Семён Семёнович? Ты ж только что спал там! – Ира невольно покосилась на спальню. – И как ты тут оказался, если коридор один, и ты мимо меня точно не проходил?
– Я не понял, ты сюда зачем пришла? Дела делать или меня опрашивать? Вот странные люди, а? Ничего без кота не могут! Ээээй, ты ничего не забыла? – кот намекающее боднул Ирину головой, подталкивая в туалет. – Ээээх, ладно, учу! По утрам надо идти на лоток! Смотри и запоминай! И как ты без меня жила-то?
Он демонстративно отправился на лоток, презентовал ему всё самое ценное, старательно спрятал этот клад и поощрительно мяукнул.
– Ничего не забыла? Твоя очередь!
– С ума сойти! Такое ощущение, что ты меня сюда привёл!
– Ну, а кто же! – согласился Горбунков. – Наконец-то догадалась. Ладно, ты и сама здесь управишься, не котёнок чай, а я пойду, мисочку проведаю…
Мисочка никуда не убежала, и в ней была еда! Так что кот завтракал, а Ирина приводила себя в порядок.
– Вот странные люди… Ты ж ещё не ела, зачем ты морду лица намывашь? Ну, ладно, чистоплотная – это хорошо, главное, чтобы после еды умыться не забывала! – рассуждал кот. – Да и забудет – не страшно, я напомню! Я-то уже тут, а значит всему её обучу.
Завтрак кота увлёк. Нет, в институте голодом его не морили – кормили, но корм был самый дешевый, а всякие угощательные кусочки, как правило, представляли собой недоедки от котлеток и прочих людских блюд, далеко не всегда вкусных и приятных коту.
Ирина сама даже не столько ела, сколько кота кормила, а потом потянулась к смартфону.
– Ого… сколько пропущенных звонков!
На вызовы от Сергея она не обратила никакого внимания, а вот Максиму тут же перезвонила.
– Ну, и как? – с любопытством осведомился Макс. – Ты цела после вчерашней котопомывки?
– Цела! И вообще, знаешь, это так странно… Мне кажется, что они реально соображают, думают, делают выводы, – Ирине было даже как-то неловко об этом говорить. Она учёный всё-таки…
– Ничего тебе не кажется. Думают, соображают, и ещё как! Анализируют, принимают решения и следуют им. Всё так и есть.
– Но ведь у них инстинкты…
– Так и у нас они есть! У некоторых практически только они и есть. Устроиться получше, посытнее, побезопаснее, а на остальное – плевать! Ир? Ты чего? Плачешь? – он сам того не желая напомнил сестре о предательстве её жениха, невольно и очень точно описав натуру Сергея.
– Да нет, тебе показалось, – Ирина с братьями в детстве никогда толком не общалась, не доверяла, всегда ждала подвоха, и тем удивительнее было то, что они за последний год как-то сдружились, стали ближе, несмотря на километры, их разделяющие. Правда, никакого особого отношения к себе Ира не ждала, тем удивительнее было осознание того, что Максу, оказывается, не всё равно, что с ней происходит.
– Голову мне не морочь! Я ж слышу! Ир, что стряслось?
– Если честно – всё стряслось! Ну, то есть вообще всё. Дед, оказывается, решил меня типа подстраховать, велел начальнику моему, если что, за мной подчистить. А тот, как выяснилось, не стал этого «если что» ждать, а полез за меня работу делать, с претензиями, что ему меня навязали. Ещё с коллективом было непросто – один деятель начал было активно ухаживать, но того я раскусила быстро – ему надо было, чтобы дед курировал его разработки.
– Послала?
– Разумеется, а вот Сергея…
– Кто такой Сергей? – насторожился Максим – очень уж изменился тон у Ирины.
– Сергей? До вчерашнего утра был жених. И, оказывается, был он со мной тоже только потому, что собрался становиться любимым внучатым зятем академика Вяземского! Нет, я должна была подумать об этом – только же что подобного типа обнаружила… Но решила, что молния в одно дерево два раза не бьёт. Дyрa я, такая дyрa!
Максим в детстве всегда с досадой воспринимал тот факт, что у него есть сестра. Ирина воспринималась вредной, туповатой посредственностью, которая постоянно хочет что-то доказать, вылезти на первый план, втереться в доверие к деду, короче, Макс был уверен, что, если бы её не было, ему было бы значительно проще и приятнее жить.
Да, их отношения с тех пор изменились, как изменился и сам Макс, только вот он совершенно, абсолютно не ожидал от себя столь острого желания отыскать этого самого неизвестного ему Сергея и от души поменять ландшафт на его физиономии.
– Вот же гад! А ты… ничего ты не дyрa! – резко ответил Макс. – Хочешь, я приеду и сам пообщаюсь с этим негодяем?
Ирина даже не сразу сообразила, зачем Максу общаться с её бывшим женихом? А когда поняла, то внезапно почувствовала себя такой счастливой – словно ей сделали дивный подарок!
Макс шипел, сдавлено ругался, машинально обдумывая, что надо бы выяснить на всякий случай фамилию этого ушлого карьериста, который решил воспользоваться его сестрой как ступенькой для продвижения своей тушки в научных кругах.
Правда, выяснилось, что это не единственные новости в жизни сестры.
– А ещё я уволилась, – сообщила ему Ира. – Знаешь, не вижу смысла быть «тухлым яйцом», навязанным своему руководству, да ещё и Сергея видеть сил нет… Короче, у меня перемены по всем фронтам!
– Ну, круто развернулась! – оценил Макс, – Но ты права – там ничего полезного и нужного для тебя уже не осталось, кроме кота, разумеется, но ты его забрала. Что планируешь делать?
– Вернусь в Питер. Правда, квартиру я сдаю, до окончания срока договора остался месяц и надо будет где-то перекантоваться. Не знаю… Может, маме попрошусь. Правда, сейчас не хочется общаться с дедом. Я так надеялась, что он меня понял и отпустил попробовать самостоятельно пожить…
– Если хочешь, приезжай к нам – поживёшь, передохнёшь, – предложил Макс.
– Спасибо, но нет. Я же с котом! Я его не брошу.
– И не надо бросать, ты что? У нас живность привитая, умная, креативная. Единственное, научить могут всякому разному…
Ирина пропустила предупреждение мимо ушей, ей вдруг так захотелось остановиться у брата и Милы и пока не встречаться с дедом. По крайней мере, пока она не поймёт, что ей делать дальше.
– А твоя жена? Она против не будет? – вдруг спохватилась она.
– Ой, ну, в самом деле! Мила тут рядом стоит и кивает головой. Сейчас я ей трубку дам.
Коты отлично ощущают изменение настроения своего человека, разумеется, уловил это и кот Горбунков.
– Что-то ей такое хорошее мурлыкнули! – сразу осознал он. – Правильное какое-то.
Свои правильные слова он уже услышал – Ирина сказала, что его не бросит, возьмёт с собой, а об остальном он, как кот разумный, и не думал переживать – вот ещё! Обо всём волноваться – так и облезть от нервов можно. Вот он и не стал подвергать себя такому испытанию.
Мила расспрашивала Ирину о коте, давала инструкции о том, как нужно готовиться к перелёту с котом.
– Нужен ветпаспорт с отметкой, что есть прививка от бешенства. Иначе не пустят в самолёт.
Ирина было встревожилась, а потом вспомнила, как её научный руководитель сетовал, что даже ветпаспорт со всеми прививками не помог оставить кота в институте.
– Всё есть, просто, когда поеду за трудовой и попрошу отдать мне ветпаспорт. Он явно у начальника охраны хранится.
Ирина никогда не имела подруг, поэтому и поболтать от души было не с кем. С Милой говорить было легко, приятно и они бы ещё долго болтали, если бы в Ирину дверь не позвонили. Пришлось прерывать разговор, идти уточнять, кого это принесло…
– О! Мы вас не ждали, а вы прибыли! – прошептала Ирина, посмотрев в дверной глазок и увидев Сергея в маске. – Оберегает себя от моей простуды? А чего не в костюме химзащиты?
Утром по здравому размышлению Сергей понял – что-то произошло! Ирина говорила с ним абсолютно здоровым голосом, никаких проявлений простуды и близко не было слышно. Говорила резко и как-то так… с неневестинскими интонациями.
– Точно кто-то пытается её у меня перехватить! – понял Сергей. – Что за ушлый народ вокруг, а?
На всякий случай, он, конечно, подстраховался, прихватив маску – мало ли, действительно заболела, а когда Ира рывком открыла дверь, Сергей понял – у него точно появился соперник!
– Любимая? – строго начал он. – Тебе, как я посмотрю, уже лучше?
Тон был выбран правильно – оскорблённое достоинство с капелькой укоризны. Нет, он бы закатил скандал с оскорблениями и обвинениями, но тогда она бы точно выбрала соперника!
– Мне уже отлично! Что тебе надо? – Ирина, против ожиданий ничуть не смутилась, а с каким-то непонятным прищуром осмотрела его с ног до головы, особо задержав взгляд на маске.
– Как что? Мы с тобой, как я помню, пожениться собрались. Вчера ты заявила, что простыла, вела себя странно, я за тебя волновался и переживал. И не напрасно – у тебя тут кто-то есть. Ира, ты что? Полюбила кого-то другого?
В этот момент в ванной загрохотало, и Сергей кинулся туда.
– Он в ванной? – взвыл он по дороге, распахивая приоткрытую дверь, и вглядываясь в темноту – почему-то включать свет, чтобы выкинуть соперника ему в голову не пришло. – Выходи, гад! Выходи, я всё равно тебя не отдам мою Иру!
– Мамочки-кошечки, тип в наморднике! – Семён Семёнович по кошачьей своей привычке тоже включением света не озаботился, а пошел в ванную попить – любил проточную воду. В его институте один из кранов умывальника на первом этаже всегда подтекал, вот кот и отправился осведомиться, нет ли тут такого же удобного поильника.
Услышав звонок в дверь, он затаился, а потом решил пойти проверить, кто пришел, да оступившись на скользком бортике раковины, уронил на пол мыло в мыльнице…
Дальнейшее кота ошарашило – ворвавшийся к нему тип в вышеупомянутом наморднике и с явно мрачными целями, взвыл что-то про его людинку, а потом, шагнув дальше, встал ногой на кусок мыла и…
– Нападаюююют намордные типыыыы! – взвыл кот Горбунков, пытаясь уклониться от летящего на него агрессора, который орал, пожалуй, громче, чем кот, размахивал руками, запутался в полотенце, с размаху врезался в раковину, и согнувшись пополам, нырнул головой в ванну, куда уже скрылся от нападения отчаянно перепуганный Сёма.
Дальнейшее не оставило бы равнодушным ни одного режиссера фильмов ужасов – пронзительные, на грани ультразвука вопли на два голоса из тёмной ванной комнаты, грохот, неожиданный для такого небольшого, и, в сущности, не богатого мебелью пространства, вылетевшее из темноты нечто со сверкающими звериным светом глазами и размером в два раза больше, чем только что имелся у кота.
Ирина рванула навстречу этому явлению, поймала в полёте Горбункова и крепко прижала к себе.
Наверное, это было не очень разумно, если учитывать их совсем недавнее знакомство – кот, жутко перепуганный вторжением с нападением, мог бы и поцарапать. Мог бы, но не стал, зато распластался по её руке, уткнулся головой в сгиб Ириного локтя и часто задышал от волнения.
– Бедный ты мой, золотой, хороший, ну, всё, всё. Он что, на тебя наступил, слон такой? – Ира включила свет и, заглянув в ванную, замерла от открывшейся её картины – над краем ванной царила нижняя часть Сергеева тела, стыдливо прикрытая розовым банным полотенцем, а остальное почему-то пребывало внутри, словно её бывший жених собрался нырять за жемчугом… Причём вся это фантасмагория сопровождалась завываниями и весьма невнятной руганью.
– Ээээ, и что бы это значило? – Ирина вполне хладнокровно осведомилась у виднеющейся над краем ванны половины Сергея – как выяснилось фамильная язвительность ей передалась в полной мере. – Ты что? Решил самоспуститься в сливную трубу и там постыдно застрял? Что, не вышло просочиться в канализацию? Печааальноооо!
О проекте
О подписке