Пока я стояла и хлопала глазами, пытаясь убедить себя, что приняла что-то не то и у меня сейчас галлюцинации во всей красе, как из кухни вновь показалась бородатая субстанция, левитирующая в мою сторону огромную кружку.
– Выпей, пока совсем крыша не поехала. И чего все такие нервные? Я же просто немножко видимый, – проворчал все тот же полупрозрачный старичок.
Я шарахнулась в сторону. Нервы все же не выдержали. Мама, посмотрев на меня, покачала головой и, забрав у призрака кружку, протянула ее мне.
– Выпей, там травяной отвар, – велела она.
Так, мама – врач. Она, наверное, знает, что там в кружке. Если только ее… не заколдовали или… не загипнотизировали. Вон этот Антон какой подозрительный. Так и сверлит меня неприязненным взглядом. Прищурился еще…
Но Фимка так на меня смотрел, что я решила: будь, что будет. Решительно взяла у мамы кружку и отпила глоток. Ммм, вкусненько. Сама не заметила, как ополовинила тару.
– Ну вот, – добродушно проворчал голос, – сейчас полегчает. А то нервная, вся в мать!
Действительно, полегчало. Но только как-то… не так. Я знаю, как отпускает после приема успокоительных препаратов, а сейчас все было не так. Отвар начал действовать мгновенно, расслабляя нервную систему, но сознание оставалось совершенно чистым. Более того, скорость мышления не замедлилась, сонливость не накатила…
– Что это? – Заглянула я в кружку.
Мама насмешливо хмыкнула.
– Рецепта я не знаю, это Клавдий готовит, – сообщила она.
– А Клавдий…? Вы что, из Клавки душу вынули? – Вдруг дошло до меня. Как бы бредово это не звучало, но от этих мутантов можно было ждать чего угодно. Я их не просто так боюсь.
– Какой Клавки? – Тут же озадачился Филька.
– Клавдия в добром здравии пятнадцать минут назад уехала в Березкино, – покачал головой Антон.
– Сама? – Не поверила я. – А как же я?
– Она больше не будет охранять тебя. Она не справилась с данным заданием, – пояснил мамин муж.
Э-э-э! Я даже подвисла на несколько секунд. Клавка-то не справилась? Она же меня увезла сюда, и я живая. Чего они так к ней относятся?
– Почему не справилась? – Поджала я губы.
– Об этом тебе предстоит поговорить с Хозяином, – ушел Антон от ответа.
– Да, мы вечером планировали поговорить об этом, – я только сейчас заметила вошедшую в дом Веру, которая, видимо, уже некоторое время слушала нашу беседу (если это можно было так назвать). – Ну, что? Поговорили? – Она посмотрела сначала на маму, а потом на меня.
Мама почему-то смутилась, вцепившись в рукав рубашки Антона. Мне тоже было нечего ей рассказать из того, что со мной случилось за последние месяцы. Не про Сережу же ей говорить…
– Да, поговорили, – кивнула я, покосившись на кухню.
Мама просто промолчала, а Фимка с независимым видом уселся за стол.
– У меня сегодня три пятерки: по математике, литературе и латыни, – сообщил он с улыбкой.
– По латыни? Зачем вам здесь латынь? Это же мертвый язык, – опешила я.
– Множество медицинских терминов пишется по латыни, – пожал плечами брат, – у нас большая часть класса на эти занятия ходит, чтобы потом помогать людям.
– Помогать людям…, – усмехнулась я и поймала на себе неприязненный взгляд Антона. – Я сегодня очень устала. Вер, отвези меня куда-нибудь, где я смогу выспаться, – попросила сестру.
Вера кивнула, коротко обняла маму и Фимку и поманила меня за собой. У меня не осталось моральных сил, чтобы даже попрощаться с ними по-человечески. Я посмотрела на маму, которая не знала, куда себя деть, кивнула Фимке и поспешила за Веркой. С сестрой мне было легче всего. Она почти никогда не пыталась меня жалеть. У нее жесткий и почти невыносимый характер, но есть прекрасная черта – отсутствие жалости к человечеству. Сочувствие – да, сожаление – конечно, но не жалость. Все остальные меня именно что жалели. Даже Клавка, которая прожила со мной эти последние полгода, жалела, хоть и виду не подавала. Потому и позволяла мне некоторые вольности в виде алкоголя, или неадекватного поведения за рулем. И я этим пользовалась. А Вера она… никогда бы мне этого не позволила. Еще бы по ушам надавала за такое поведение.
– Твои вещи уже в домике. Он обогрет и приготовлен для тебя, но…, – Вера остановилась у ворот санатория.
– Но ты и твой мутант хотите поговорить со мной о чем-то, – закончила я за нее.
– Да, именно так, – тряхнула она головой и продолжила свой путь. – Почему ты не хочешь общаться с мамой? – Спросила она, когда мы оказались в машине.
Я задумалась над ответом.
– Мама…, она хорошая, конечно. Блин! Она бывает давящей, и она всегда на меня, как… на покойницу смотрит. Воспринимает, как человека, которого она вроде бы любит, но сделать ничего не может и…, – я пыталась подобрать слова.
– Мама умеет быть невыносимой, – кивнула Вера. – Иногда. Мы всегда для нее останемся детьми. Но и я, например, веду себя в ее отношении неразумно. Я иногда тоже отношусь к ней, как к человеку, нуждающемуся в помощи. И к тебе. Но мы же семья…
– От которой мне иногда хочется спрятаться, – не выдержала я, прежде чем прикусила себе язык. Вера нахмурилась. – Извини, я не это хотела сказать, – пробормотала виновато.
Не смотря на мои опасения, сестра рассмеялась.
– Мне тоже иногда хочется ото всех сбежать. Хорошо, что Коля вокруг себя образует здоровый вакуум, который распугивает почти всех вокруг.
Я изумленно вытаращилась на Верку. Так вот зачем она этого своего мутанта выбрала. Чтобы никто к ней не лез. Хмм, а может…? Да ну, бредовая идея какая-то.
– Вер, а можно хоть на минутку к дедушке заехать. Просто увидеть его. Он же прошел курс лечения, а я его так и не видела. Только по телефону…, – сказала я, решив, что с дедушкой я себя точно неловко чувствовать не буду.
– Конечно, заедем. Сейчас Коле напишу, чтобы ждал нас на полчаса позже, – она тут же достала телефон и съехала на обочину. Лишь отложив телефон, она продолжила путь. Какие тут все правильные… Аж бесит!
Видимо, Хозяин уже позвонил дедуле, потому что тот ждал нас на крыльце дома и сгреб меня в объятия, едва я к нему подбежала. Господи, как я по нему соскучилась. Кто бы что ни говорил, а дед у меня клевый.
– Ты ходишь! – Первое, что сказала я, отойдя от него на шаг.
– Да, – он ласково улыбнулся, но тут же нахмурился. – Почему ты в Мае? Что-то случилось?
– Соскучилась, – увильнула я от разговора.
Дед дураком не был, а потому скользнул взглядом по Вере, стоящей в паре метрах от нас, и кивнул, показывая, что объяснить ему мое появление здесь все же придется, но не сейчас.
– Идемте в дом. Рада ждет, – только и сказал он, обхватив меня за плечи.
Я оглянулась на сестру. Странные у них взаимоотношения с дедом. Очень странные. У меня создалось ощущение, что дед ее побаивается. Хотя мама вела с ней себя так же, как и всегда. И чего я не знаю?
В доме нас встретила статная женщина. Красивая. Лишь тронутые сединой черные волосы выдавали ее возраст. А так… почти королева. Я в прошлый раз с этой Радой не очень близко контактировала, но оказалось, что хорошо запомнила. Мне стало совсем не по себе. Я почувствовала себя мелкой толстой замухрышкой рядом с ней.
– Приехали? – Чуть улыбнулась она.
– Да, – кивнула я, отведя взгляд. Неудивительно, что дед на такой женился. Адмирал в юбке.
Вера чуть выступила вперед.
– Баб Рада, там Клавка вернулась. Надо бы ее пристроить куда-нибудь на время. Она к воякам не хочет. – Она взяла эту Раду под локоток и утащила куда-то.
Я же только сейчас осмотрела гостиную. Красиво тут.
– Так что случилось? – Дед указал мне на уютный диванчик, а сам сел в кресло напротив. – Ты же не хотела возвращаться сюда.
Я погрызла нижнюю губу, пытаясь придумать такой ответ, чтобы деда до инфаркта не доводить.
– В меня стреляли, – не смогла я ничего путного придумать.
Дедушка рвано выдохнул.
– Кто? Где? Как это произошло? – Он заметно побледнел, но держал себя в руках. Как и всегда.
– Не знаю кто, но Клавка ему шею свернула. Это произошло вчера, рядом с тем домом, где Верка купила мне квартиру. – Я сжала руки в кулаки до такой степени, что ногти с силой впились в ладонь. – Так что меня быстренько погрузили в машину и увезли сюда. Дед, они Трофима убили, – у меня впервые за все время на глазах выступили слезы.
Дед прикрыл глаза. Все же с Трофимом они очень сдружились и оба старались присматривать за мной, пока отец пытался с помощью меня решать свои финансовые проблемы.
– Да… Жалко, – пробормотал он еле слышно. – Что Тарас сказал?
А вот с дядей Тарасом у дедушки Ярослава отношения были не самыми теплыми. Они напоминали вооруженный нейтралитет. Деду не нравилось то, что Каверин во главу угла всегда ставил благополучие компании и приверженность бабушкиному указу, а не живых людей. Но у каждого из нас есть свои минусы…
– Нагнал людей. Расследует. Наверное, еще Веркин муж кого-то туда отправил, – пожала я плечами, стараясь незаметно стереть ладонью слезы.
Дедушка еще некоторое время задумчиво смотрел на меня.
– А ты что будешь делать? – Уточнил он. – Чем хочешь заняться, пока это расследование будет длиться?
Я растерянно похлопала глазами. Чего я хочу? Да меня впервые за все время спросили, чего я хочу. Обычно все и всё решают за меня.
– Не знаю. Я вообще в Мае не хочу находиться, – опустила я глаза.
– В Березкино есть хороший интернат. Туда требуются работники. – Дед задумчиво почесал гладко выбритую щеку.
Я резко помотала головой.
– Там тоже эти ваши мутанты живут. Не хочу. Я домой хочу, и чтобы все было, как раньше, – я рвано выдохнула и поморщилась. Не люблю жаловаться, но не могу я здесь жить. И не буду.
– Ты же понимаешь, что как раньше уже не будет? – Ласково спросил дед.
Я невесело хмыкнула. Может быть, пришла и моя очередь бегать и скрываться. Но почему-то я была уверена, что Верка меня везде найдет. С таким-то мужиком под боком… Он на нее так смотрит, что сразу понятно: он ей готов достать не только луну с неба, но и меня из-под земли.
– Дед, а ты тоже веришь в этих… домовых? – Переменила я тему.
Дедушка скользнул взглядом куда-то за мое плечо и едва сдержал улыбку. Пришлось обернуться. Я едва не взвизгнула от неожиданности, когда узрела позади себя висящие в воздухе кружки и поднос с плюшками. Ясно.
– У нас их двое, – с гордостью ответил дед.
– Угу, – печально выдохнула я, понимая, что даже дед меня не поймет. Он уже здесь освоился и вполне счастлив, живя в этом ненормальном месте с ненормальными существами человеческого типа. И не человеческого тоже.
Вера с Радой освободились, когда мы с дедушкой уже допивали травяной чай. Сестра отказалась от приглашения на ужин, сославшись на то, что ее дома ждет муж, и увезла меня в свой склеп.
– Может быть, я сразу в домик пойду? – Замялась я у дверей каменного особняка.
– Коля хочет с тобой поговорить сегодня. И я его в этом поддерживаю, – она открыла дверь, пропуская меня внутрь дома.
О проекте
О подписке