Хит Шеридан вышел из черного лондонского такси, одернул пиджак и, обернувшись, поблагодарил водителя. Машина тут же отъехала от бордюра, и он остался на тротуаре совершенно один. Он стоял перед студией Кейт и чувствовал себя, как подросток, который провожает родителей в первый день новой четверти в школе-интернате.
Эти ощущения были хорошо знакомы Хиту и потому пробудили сильное волнение. Прошло немало времени, прежде чем он расправил плечи и пошел вперед по залитому июльским солнцем тротуару.
Внушительное каменное двухэтажное здание, бывшее некогда складом, растянулось вдоль мощеной улицы. Здание напоминало типографию Шериданов, расположенную в старом районе Бостона. Оно совсем не изменилось за последние сто лет. В эпоху, когда еще не было пресс-конференций и интервью, которые Хит привык организовывать для своих писателей, такие грандиозные здания строили для того, чтобы произвести впечатление на посетителей и продемонстрировать им власть и богатство владельцев. Все это было понятно и близко Хиту. В таком мире вырос его отец, и потому казалось странным вдвойне, что он проглотил гордость и попросил о помощи. Еще одна причина сделать так, чтобы в субботу Элис Жардин к алтарю вели не три подружки, а четыре.
Пронесшийся мимо грузовой фургон вернул его к реальности. Он поднял голову и пошел к входу в дом.
Только одной девушке подойдет по размеру платье Оливии, и эта девушка Кейт Ловат. Так что Хит должен собрать все силы и изобразить раскаяние.
К стене была прикреплена табличка «Студия дизайна Кэтрин Ловат». Элегантный шрифт, классический, но не скучный, не пафосный. Это заставило Хита остановиться. Может быть, он ошибся, недооценил Кейт Ловат? Она произвела на него прекрасное впечатление, и это он все испортил, когда открыл рот. Удивительная, загадочная, невероятно привлекательная, она заключала в себе что-то особенное. Хит никак не мог понять, что именно, и корил себя за неоправданно грубое поведение.
Легкий ветерок поднял в воздух и бросил в него несколько сухих листиков. Это спустило его с небес на землю. Он должен действовать, причем действовать быстро, отец с Элис уже приехали в имение Жардин и украшали там все к свадьбе, которую обещал организовать сын.
Хит поднял солнцезащитные очки на макушку, и его черные дизайнерские ботинки застучали по вытертым каменным ступеням. Он уже был готов позво нить в металлическую дверь первого этажа, когда заметил, что к ней приклеен листок розовой флуоресцентной бумаги.
Кастинг проводится с десяти утра до двух дня. Мальчики – налево, девочки – направо. Трико и пачки перед уходом убрать! Все, что вы забудете, сдадим на переработку!
Пачки? Кастинг? Хит взглянул на часы. Девять тридцать.
Кейт шьет в основном для женщин, об этом рассказывала Эмбер, но про танцевальные шоу ничего не говорила. Для шоу существуют специальные агентства, не так ли? Может, ошибка в адресе?
Дверь была слегка приоткрыта. Когда Хит, постучав, вошел, он оказался в самой необычной комнате из всех, что видел.
Весь первый этаж здания был единым пространством. Огромные массивные колонны поддерживали потолок, который, без сомнения, служил полом второго этажа. Длинные ряды окон тянулись по обеим стенам, солнце заливало помещение и отражалось от выкрашенных в бежевый цвет кирпичных стен. Такое отличное освещение Хит раньше видел только в картинных галереях.
Он сделал шаг вперед, и раздался звук, возникший от соприкосновения каблука и твердых досок пола. По бокам от двери из палаток, подвешенных к потолку, были устроены кабинки для переодевания, а прямо перед окном стояло оборудование для фотосъемки: камера, прожекторы, отражатели и однотонный фон.
Кто-то за это немало заплатил. Но кто? И где он?
Хит прошел вперед между двух длинных белых рабочих столов, гладильных досок и огромных столов для черчения, заваленных цветной бумагой. Кое-где стояли манекены разного размера, некоторые были одеты, некоторые пустовали. Повсюду были разложены куски ткани, подносы с ножницами и какими-то маленькими коробочками и мешочками.
Так выглядел его самый страшный ночной кошмар. Сумбур и хаос, никакого намека на систему. Если бы Хит вел свои дела так же, его издательский дом закрылся бы через месяц.
Тяжело вздохнув, он заглянул за искусно расписанную ширму в китайском стиле и замер, не веря своим глазам. Потом расплылся в широкой улыбке. Впервые за весь день. На это была очень веская причина, поскольку за столом у окна сидела Кейт, покачивала головой из стороны в сторону в такт музыке и очень приятным голосом напевала популярную песню. Это настолько понравилось Хиту, что он решил не обнаруживать своего присутствия.
На Кейт был крошечный топ цвета лайма, почти незаметный под огромным ожерельем из ярких желтых и зеленых бусин. Ее короткие темные волосы были завиты в тугие кудри. Объемная прическа, явно созданная с помощью какого-то специального средства, однако, несмотря на это, волосы все равно выглядели мягкими и приятными на ощупь. К ним так и хотелось прикоснуться.
Словно для того, чтобы воздать дань яркому июльскому солнцу, свет которого лился через окно, Кейт надела к топу короткую юбку из эластичного материала. Она обтягивала бедра и привлекала внимание к стройным загорелым икрам. На ногах Кейт были коричневые босоножки на платформе, из-под ремешков выглядывали замечательные пальчики с ярким лаком, которые вчера вечером чуть не лишили Хита дара речи. Этот странный, яркий и на первый взгляд несуразный ансамбль делал изящную фигурку Кейт еще привлекательнее.
Элегантная женщина в строгом деловом костюме и дизайнерских туфлях была вчера, а сегодня исчезла. Вместо нее ранним утром появилась хрупкая девочка. Ей не нужны были дорогие жаке ты, аксессуары, поскольку даже в обычных вещах она выглядела великолепно, занимаясь своими делами. Нынешняя Кейт – юная, свежая, естественная, – была просто восхитительна!
Хит знал, как вести себя с той, что приходила к нему вчера вечером. Но эта Кейт с сантиметровой лентой на шее была сложным ребусом.
Интересно, это ее ателье или она работает на какую-то большую компанию? Нужно было лучше расспросить Эмбер перед тем, как уезжать из отеля. Во время деловых переговоров любая информация полезна.
Хит вдруг остро ощутил себя не в своей тарелке. Это была территория Эмбер и Кейт, не его. И милая девочка, которая так очаровательно выглядела в солнечных лучах, может показать зубки, когда вспомнит, как он обошелся с ней накануне. К тому же сейчас, жарким летним днем, он стоит перед ней в черном деловом костюме и идеально белой рубашке, а на ней легкая и удобная рабочая одежда. Еще никогда Хит не чувствовал себя таким потерянным, еще никогда не испытывал такого влечения к женщине. Такая комбинация навлечет беду, если он не сделает хоть чего-нибудь. Кейт настоящий динамит с тлеющим фитилем, а Хиту сейчас меньше всего нужны проблемы вроде тех, что создала ему Оливия.
О проекте
О подписке