Продавец, женщина лет шестидесяти, обрадовалась и вытащила из коробки белые льняные брюки и лёгкую, словно марля, рубашку.
– Посмотрите, чем не мешок? Наши деревенские не оценили.
Даша с сомнением потрогала мнущуюся ткань и протянула Венсану. Как ни странно, в помятых штанах, свободной рубахе он выглядел замечательно.
– У вас красивый муж, – произнесла продавец с восхищением.
Даша смущённо поправила:
– Жених. А у вас ещё найдутся вещи такого же качества?
– Где-то завалялась пара рубашек и брюки. Правда, более плотные и другого цвета. А на вас, девушка, есть костюмчик: льняной, цвета неба. Примерите?
Венсан обрадовался и с довольной улыбкой потёр ладонь о ладонь:
– Тащите и не один. Пусть теперь она попотеет.
Даша ткнула его в бок.
– Я не потею.
***
К дому деда Кирилла они подъехали ровно в полдень.
– Попрошу рецепт чая, которым он нас угощал, – заявила Даша, захлопывая дверцу джипа.
Венсан задумчиво смотрел на высокий терем из крупных брёвен.
– Странно. У меня такое впечатление, что дом пуст, – он отворил калитку. По галечной дорожке они прошли к крыльцу.
– Молодые люди, вы куда? – послышался голос из-за низенького заборчика, ограждающего соседний участок.
Даша приподнялась на цыпочки, пытаясь разглядеть крохотное существо, голова которого еле выглядывала над штакетником. Венсан приблизился к заборчику.
– Вы не знаете, дед Кирилл дома?
Существо покачало головой.
– Нету. Он сказал: «Пора мне в горние дали отправляться». Я за домом приглядываю. Но старик говаривал о сродственниках, мол, если прибудут, сами знают, где ключ от входной двери.
Гости с любопытством разглядывали неопределённого возраста женщину. От незнакомки сильно пахло мятой и горьковатой полынью.
– А мы и есть родственники, – уверенно заявила Даша.
Венсан кивнул.
– Тогда сами знаете, как в дом попасть. Мне-то он ключа не доверил, – промолвило существо и скрылось за штакетником.
Даша в раздумье встала на пороге.
– Здесь нет замка. Совсем. Кстати, кто это был?
Венсан улыбнулся.
– Забавная крохотная старушка, метр с кепкой. Ты ещё её наряд не видела, я чуть-чуть разглядел – куча лохмотьев.
Даша протянула руку к резной деревянной ручке. Что-то больно укололо пальцы. Она посмотрела на ладонь. В трёх местах выступили капельки крови. С еле слышным скрипом дверь распахнулась.
– Понятно. Заговор на крови, – сделал вывод Лоу.
Даша переступила порог. Вдохнула на удивление свежий воздух, напоённый запахом сухих трав. Присела на лавку у стола.
– Как думаешь, куда отправился дед Кирилл? Что такое горние дали?
Венсан обошёл горницу, заглядывая во все углы.
– Думаю, сейчас он там, где мы не захотели остаться.
Даша провела рукой по гладкой столешнице. В глазах блеснули слёзы.
– То есть умер?
Венсана заинтересовало медное блюдо на стене возле печи.
– Необязательно. Вдруг он туда на время отправился, а тело хранится в городе ариев. Нам ещё столько предстоит узнать. – Он взял блюдо в руки. Подышал на него. С удивлением показал Даше возникшие строчки: этот дом ваше убежище. Ни один тёмный не переступит его порог.
Она смотрела на медленно исчезающие слова и сглотнула слюну.
– Как думаешь, он для нас написал?
– Для «светлых», которым может понадобиться убежище, а значит и для нас. Переночуем?
Даша кивнула.
– Только баньку ты топишь. Вряд ли в этом доме есть душ.
– Я смотрю, тебе не терпится с Лелем увидеться.
– Ничего подобного, – возмутилась она. – Можешь под дверью постоять.
Венсан приподнял подбородок девушки.
– Как начёт совместной баньки?
Лицо Даши покрыл свекловичный румянец. Лоу остался этим очень доволен.
– Только ради того, чтобы посмотреть, как ты краснеешь, я готов смущать тебя каждую минуту. Ты такая милая и смешная. Ладно, ладно, – стал он дурашливо отбиваться от её наскоков, – банька за мной, а ужин за тобой. Когда-нибудь на печи готовила?
– Нет.
– Вот и попробуешь.
Венсан набрал из колодца воды, занёс ведро в дом. Достал из шкафа парочку чугунков. Растопил печь.
– Пусть сначала дрова прогорят до углей. Потом сложишь все продукты в чугунок.
– И тушёнку, и овощи, и грибы? – удивилась Даша.
– Всё. Когда вода закипит, зальешь ею продукты, чугунок поставишь в печь. Закроешь вот этой большой железякой.
– И всё? После что делать?
Венсан чмокнул Дашу в нос.
– Ждать своего повелителя.
Старушка, присев за кустом, какое-то время наблюдала за мельканием гостей по двору деда Кирилла. Чуть погодя, пожала плечами и растворилась в горячем послеполуденном мареве. Даша в ожидании ужина, расстелив под яблоней плед, наслаждалась пением серебристых птичек. Горячий воздух пах яблоками.
– Я прогрел баньку, вода чуть тёплая. Твоя очередь сполоснуться и к столу. Я голоден, как зверь, – заявил Венсан, вытирая полотенцем мокрые волосы.
Даша со вздохом поплелась к бане. В такую жару хочется плавать в холодной речке. Как ни странно, тёплая вода с травами сняла усталость. В доме уже вовсю хозяйничал Лоу. На столе исходило умопомрачительными ароматами блюдо без названия. С улицы доносилось пение, так понравившихся Даше птиц. Венсан подвинул ей тарелку. Она вдохнула аромат кушанья, рот наполнился слюной. Да уж, на газе такой благоуханной еды не получится.
– Ешь. Представляешь, соседний дом пуст и никакой бабульки в нём не оказалось, более того, усадьба заброшена, окна заколочены досками. Повсюду нетронутая паутина. Мистика какая-то.
Даша сняла пробу и зажмурилась от удовольствия.
– Ты ходил к соседке? Зачем?
– Хотел поговорить с ней. Может, что-то ещё дед Кирилл просил передать. Меня поразило полное запустение. В доме давно никто не живёт. Откуда взялась бабуля в лохмотьях?
Даша, орудуя ложкой и отдавая должное необыкновенно вкусной еде, заметила:
– А что если с нами беседовала бабка-домовуха.
Венсан поперхнулся.
– Про домовых слышал, про домовух первый раз. Выдумала? Мне показалось: облик бабули не настоящий, словно маска, скрывающая истинную внешность.
– Бабушка в странном наряде, небольшого росточка, передала послание от деда Кирилла, а после исчезла. Кто мог прятаться под таким обликом?
– Не знаю, – буркнул Венсан. – В усадьбе деда Кирилла много необычного.
После ужина Даша принесла из фургона постельное бельё, и они с удобствами расположились в просторной спальне. Правда, с непривычки немного жестковатым показалась им широкое ложе, больше похожее на полати, чем на кровать. Венсан протянул руку и подвинул Дашу к себе ближе.
– Во что это ты вырядилась?
– В пижаму.
Он ухмыльнулся и щёлкнул её по носу.
– А никто на твою честь и не собирался покушаться. А знаешь, какая часть тела у тебя самая красивая? И она не прикрыта дурацкой пижамой. Я хоть сейчас могу до неё дотронуться.
Выражение сильнейшего любопытства появилось на лице Даши.
– Какая?
Венсан сел на кровати, обхватил пальцами её ногу.
– Щиколотка узкая, косточки не торчат, сглажены. В общем, прелесть.
– Кошмар! Я думала, ты глазам комплимент скажешь, а ты ногам, – возмутилась Даша.
– Глаза у тебя тоже ничего, но красивые щиколотки редкость, ты уж мне поверь.
– А я никогда внимания на них не обращала.
– Тебе и не надо. – Лоу, приподнимая штанину, провёл пальцами по её ноге до впадинок под коленом. – Вот ещё одно обалденное местечко. У тебя оно просто восхитительное.
Даша захихикала:
– Щекотно!
В створку распахнутого окна что-то стукнуло. Венсан осторожно выглянул наружу – под окном лежало колечко.
– По-моему, кто-то преподнёс тебе подарок – Лоу перемахнул через подоконник и поднял колечко. – Птичка, посмотри, какая красота. – Протянул ей кольцо.
На белом блестящем ободке распустил резные нежно-розовые лепестки цветок, отдалённо похожий на лилию. Внутри цветка каплей росы сверкал крохотный бриллиант. Даша покрутила колечко в руках.
– Очень красивое. Спасибо тому, кто подарил, но отчего же делать это секретно? Как думаешь, без подвоха подарок?
– Думаю без подвоха. Кто знает, какие причины у дарителя скрываться. Думается мне, и давешняя бабуля не совсем бабуля. Дед Кирилл, видимо, наказал ей нас встретить.
Даша примерила колечко – пришлось точно в пору.
– Прелесть какая.
– Розовенькое, девочковое, – хмыкнул Венсан, любуясь украшением.
Чуть поодаль от окна в кустах орешника растаяла стройная девичья фигурка.
«Я рада, что подарок понравился. Носи на здоровье, – пробормотала тайная доброжелательница. – В конце концов могу я позабавиться и принять другой облик. Да и капризы у меня случаются».
Только ветерок прошелестел в густой заросли орешника в момент исчезновения странной гостьи.
Утром путешественники навели порядок в комнатах и, закрыв дом, отправились в открытое археологами городище древних славян возле посёлка Дебесы.
– Почему ты решила вернуть артефакт на место? – поинтересовался Венсан, останавливая джип.
– Он составлял единое целое с камнем, который стоит в центре капища. Как сказал Светогор: от этого камня могут подзаряжаться «светлые». Артефакт спас мне жизнь, значит, выполнил своё предназначение, теперь его нужно вернуть. Вдруг он ещё кому-то понадобится. В общем, у меня такое чувство, что это нужно сделать. И всё! – чуть рассерженно объяснила Даша. Ей не хотелось признаваться, что жалко расставаться с необыкновенным шариком.
Венсан взял её за руку и, притянув к себе, поцеловал в капризный рот.
– Всякий раз, как будешь своевольничать и топать ножкой, буду поцелуем разглаживать твою насупленную мордочку.
– Заметь, ты сам провоцируешь меня на вредность…
Лоу засмеялся:
– Иначе говоря, тебе нравятся мои поцелуи.
Даша смутилась, а потом с вызовом ответила:
– Да!
– Ну и замечательно. Мне тоже нравится тебя целовать.
– Молодые люди, вы куда? – раздался голос позади них.
Венсан и Даша узнали в мужчине, окликнувшем их, профессора-историка, с которым они уже сталкивались ранее.
– Мы хотели осмотреть городище, – пояснил Лоу.
– Сегодня раскопки закрыты для посетителей, – пробурчал профессор, пытливо вглядываясь в их лица. Поправил очки, сползающие с носа, и хотел захлопнуть ворота перед незваными гостями.
Даша перехватила руку профессора.
– Пожалуйста, дайте нам пять минут, мы только одним глазком глянем на капище древних славян. Пожалуйста, мы приехали издалека.
– Ладно. Десять минут.
Он хотел показать, куда им идти, но посетители, не слушая его, быстрым шагом направились в сторону огромного валуна. Заинтересовавшись их явным стремлением попасть именно к камню ариев, учёный устремился следом. Даша вытащила из кармана каменный шарик и опустила его в отверстие на валуне. Что-то внутри щёлкнуло, шарик, повернувшись боком, на котором был изображён древний Евразийский континент, замер.
– Я вас узнал. После вашего посещения городища в этом камне осталась дыра. Что теперь пропадёт? – догнал их запыхавшийся профессор. Рыжая бородка мужчины воинственно топорщилась вверх. Он глянул на валун и замер. – Как? Как вы это сделали? Провёл пальцами по шарику в центре знака свати-галактики. Попытался вытащить его. Шарик даже не шевельнулся. – Кто вы такие?
Посмотрев особым взглядом на смотрителя, Даша заметила слабое свечение.
– Скажем ему, – еле слышно прошептала она Лоу.
– Я сам. – И, повернувшись к профессору, осведомился: – Вы знаете что-нибудь о солман?
– Слышал легенды. Наши предки-арии обладали различным умением и могли использовать энергию солнца. – Учёный, словно не доверяя своим глазам, ещё раз потрогал шар. – Вы сначала забрали его, а потом вернули? Но как?
Даша пожала плечами.
– Тогда шар сам потянулся за моей рукой, а сейчас также вернулся на место, стоило поднести его к валуну. Шар спас нам жизнь. Мы видим ваше свечение, вы тоже обладаете особым умением.
Профессор смутился.
– Хотите сказать: арии были в числе моих предков и передали часть своих способностей?
Лоу кивнул.
– Но я не замечал ничего такого за собой. Разве что… Мне легко даются языки, – предположил учёный.
Даша полюбопытствовала:
– И сколько языков вы знаете?
Профессор пальцем поднял очки выше.
– Хорошо пятнадцать языков, говорю ещё на восьми, а понимаю ещё десять.
– Тридцать три! – воскликнула Даша. – И вы говорите, ничего такого.
Профессор закашлялся. Вытер губы носовым платком.
– В мире много полиглотов и насколько я знаю, никто не приписывает им способности от ариев.
Венсан не согласился.
– Но никто и не проверял их. Верно? А вот вы носите в себе частичку света, поэтому относитесь к солман.
– Вы тоже потомки ариев?
Даша улыбнулась.
– Да.
– А почему я не вижу этого самого свечения? – профессор судорожно вдохнул и снова закашлялся.
– Честно говоря, мы сами не знаем, почему одни видят, другие нет. А вот «тёмные» нас мгновенно вычисляют. – Даша дотронулась до руки профессора. – Вы больны?
– Попал под дождь на прошлой неделе, сначала появилась небольшая температура, а теперь больно дышать. Придётся идти к врачу.
– Можно, я посмотрю вас?
Профессор хрипло засмеялся.
– Обладаете рентгеновским зрением?
– Что-то вроде этого. – Даша положила ладони на грудь мужчине. Даже через рубашку и тонкий свитер она ощущала жар его тела. Направила на бронхи и лёгкие, уже затронутые болезнью, свет. Убрала из них слизь и воспаление.
Профессор почувствовал облегчение, теперь дышалось легко, слабость ушла.
Даша провела ладонями вдоль тела, задержалась в районе желудка. Первым потускнел янтарь на шее, потом обесцветились серьги и кольцо, последним сдал позиции знак на груди девушки. Алатырь из белого стал тёмно-серым. Венсан хотел остановить лечение, но Даша уже отняла ладони и улыбнулась побледневшими губами.
– Всё. Вы здоровы.
Профессор глубоко вдохнул, пощупал живот.
– Не может быть. В желудке исчезла тяжесть. Вы мне и застарелый гастрит вылечили?
Даша кивнула.
– Вы побледнели: много сил потратили. У меня тут рядом вагончик, давайте я угощу вас горячим шоколадом. Это самое малое, что я могу сделать, – предложил профессор. – Я настаиваю, – попросил он, видя, что гости колеблются.
В вагончике он усадил их за крохотный столик. Налил воды в кастрюльку, поставил на электропечь. Вскоре по вагончику поплыл аромат шоколада.
– Мы не познакомились. Меня зовут Олег Иванович.
– Дарья.
– Венсан.
Олег Иванович удивился.
– Француз? То-то я смотрю глаза чёрные. Только волосы подкачали: не того цвета. Или вы их покрасили.
Даша хмыкнула:
– Он светловолосый от природы, но вообще модник, недавно даже жёлтые штаны носил. Жаль, что он не француз.
Олег Иванович пригляделся к кольцу Даши.
– А вы знаете, Дашенька, я где-то видел похожий цветок. Ну-ка. Ну-ка. – Он достал из картонного ящика ворох цветных фотографий. – Есть. На Урале в одной из пещер мы нашли цветные рисунки, иллюстрирующие весенний женский обряд под названием Ляльник. Смотрите. – Профессор подал снимок.
Даша увидела изображение узорчатого цветка, копии того, что украшал её кольцо.
– Что за Ляльник? Так называется цветочек?
– Леля – богиня незамужних девушек, благополучия и весеннего расцвета жизни, а Ляльник – обряд поклонения этой богине. Видимо, этот цветок был символом Лели. Теперь не узнать, как он назывался, но очень похож на лилию.
Венсан и Даша переглянулись.
– А кто же тогда Лада? – поинтересовался Лоу.
Олег Иванович допил напиток и отставил чашку.
– Лада – богиня брака, изобилия и времени созревания урожая. Мать Лели.
Венсан ехидно добавил:
– И мамаша Леля – бога любви и страсти.
– Ну да, – подтвердил профессор.
– Им что имён не хватало, назвали детей почти одинаково, – озадачилась Даша. – И каким боком ко всем им приходится Купава?
– Так иногда, правда, очень редко называют Ладу. Когда она забавляется и шутит над другими, принимая ипостась земной девушки.
Даша хмыкнула:
– Я знаю один такой случай.
Венсан не остался в долгу.
– Про Леля тоже можно кое-что рассказать.
Профессор непонимающе уставился на гостей. Странные у них шутки.
***
Трейлер выехал на трассу М-4. Отдохнувший Венсан тихонько насвистывал мотив из французского фильма «Профессионал». Даша какое-то время с удовольствием слушала, потом посетовала:
– Я не умею свистеть.
– А тебе это жизненно необходимо, – хмыкнул Лоу. – Поверь, Птичка, у тебя куча других достоинств. Мне вот богини кольца не дарят.
Встающее солнце слепило глаза – Даша надела очки.
– Я не уверена, что это была Леля. Зачем ей старушкой прикидываться?
Венсан пожал плечами.
– Ещё абсурдней думать, что домовой станет разбрасываться кольцами с бриллиантом. Думаю, колечко с секретом.
Даша протянула руку под падающие лучи солнца. Бриллиант сверкнул и вокруг девушки появился радужный ореол.
– Класс! – восхитился Венсан. – Очень красиво, ты в коконе радуги, но из-за этой красоты я плохо вижу дорогу.
Даша опустила руку, пряча кольцо в тень.
– Странно, ведь на него и раньше лучи попадали, но радуги не получалось.
– Но ты же специально не направляла кольцо на солнце. Птичка, я хотел с тобой серьёзно поговорить.
Даша насторожилась: «Передумал жениться?»
Венсана позабавило её насупленное лицо.
– От дара никуда не деться. Значит, ты будешь лечить, а я тебе помогать. Думаю, тебе нужно учиться. Придётся поступать в медицинский институт или хотя бы училище.
Она удивилась.
– Общие навыки и сведения можно получить в училище. Зачем мне институт?
– Согласен. Ты должна научиться отделять тех, кому можешь помочь, от тех, кому не в состоянии. Помнишь случай с аллергией? И кстати, что за болезнь оказалась у профессора? Отчего ты столько энергии в него вбухала?
Даша вздохнула.
– Бронхи и легкие удалось вылечить быстро, а с желудком пришлось повозиться. Я не знаю, что у него было, там гнездилась сплошная чернота. Еле справилась.
– Вот поэтому нужно учиться. Будем жить в Ростове. Квартира у меня маленькая, но двоим хватит.
Даше стало грустно. Все её помыслы и грёзы связаны с домом в Беловодье.
– Я так мечтала пожить в родовом доме.
Венсан взял её руку и поцеловал пальцы. По-хорошему, ей бы надо общаться со сверстниками, жить студенческой жизнью, болеть молодёжными увлечениями, а не взваливать на себя чужие беды и встревать в схватку между солман и берайя. В то же время он понимал: ничего нельзя изменить, ничего не будет по-прежнему, пройдя через смертельные испытания, Даша слишком быстро повзрослела. Да и он не готов отпустить её от себя. Даже не потому, что полюбил и не представлял своей жизни без неё, теперь он отвечал за её безопасность. Без него она становилась слишком лёгкой добычей для «тёмных».
– Птичка, поживём ещё в Беловодье. Разведём там маленьких лоушатиков.
– Каких лягушатиков?
– Ты мою фамилию не перевирай, ну хорошо, произведём на свет стаю иволг. Слушай, а вдруг они все будут «светлые»? Тогда наведут в этом мире порядок.
Даша не собиралась краснеть, честно не собиралась, но предательская краска залила лицо.
– В этом году я уже опоздала поступать, на следующий попробую, – невпопад заявила она.
Лоу хмыкнул.
О проекте
О подписке