Будильник я завела на два часа раньше назначенного времени, чтобы привести себя в порядок и выглядеть на все сто. Спала я на удивление, как убитая. И это после кошмаров, что насмотрелась на сон грядущий. Но даже во время вечернего киносеанса я думала о Громове и о предстоящей с ним встрече. Ну и молилась, как могла, чтобы мой профессионализм его устроил и он нанял меня на работу.
Особое внимание я уделила макияжу. Нет, я всегда подкрашиваюсь, когда выхожу из дома, но сегодня мне хотелось выглядеть не просто эффектно, а ухоженно. Именно для этого я первым делом нанесла на лицо маску, а уже потом занялась мейк-апом. Результат меня удовлетворил. Искусно подведенные глаза самой мне казались больше и глубже. А обычный серый цвет глаз приобрел некую таинственность в ореоле темной гаммы теней, где преобладал такой же серый. И моя природная бледность на фоне темных глаз смотрелась почти аристократично. Ну а губы я решила слегка тронуть блеском – придать им влаги, так сказать.
Из одежды я выбрала черное трикотажное платье по фигуре и до колена. Оно смотрелось и строго, и торжественно одновременно. А еще было под горло и защищало от холода. Ну и мои не самые пышные формы выгодно подчеркивало, конечно же. Ботфорты, полупальто «а-ля Франсе» с рукавом три четверти – и образ можно считать завершенным. Бросив на себя последний взгляд в зеркало, я подхватила сумочку и вышла из квартиры. На лестничной площадке повстречала ту самую вредную дочь-подростка Ирины. Приветствия не удостоилась, но оценивающим взглядом меня все же окинули. И на том спасибо! Надеюсь, увиденное ей понравилось, как нравится мне самой.
Из подъезда я вышла ровно в девять, ну и БМВ со стеклами, тонированными в хлам, меня уже дожидался. Как водитель понял, что я – это я, осталось для меня тайной, но, как бы то ни было, он выскочил из машины, чтобы распахнуть передо мной заднюю дверцу. Я же после короткого приветствия царственно поместила свое тело в машину. Не менее торжественно машина тронулась со двора, приглушенно шурша шинами.
Вскоре я поняла, что везут меня за город.
– Что именно мне предстоит увидеть? – поинтересовалась я, маскируя страх.
Только в машине и на приличном расстоянии от дома я вдруг сообразила, что ничего не узнала об объекте. А учитывая, что Громов мне все больше казался темной лошадкой, я поняла, что не знаю, чего от него ждать, как и не верю ему. И эти мысли породили во мне всяческие страхи.
– Новый дом Игоря Дмитриевича, – отозвался водитель. – Он за городом, в коттеджном поселке.
– Понятно. А хозяин?..
– Ждет вас там.
На этом наш короткий диалог закончился, и весь оставшийся путь мы проделали молча. Разве что водитель сделал громче музыку, которую я и вынуждена была слушать, хоть и терпеть не могу шансон, за редким исключением.
Коттеджный поселок, где обитали сильные мира сего, раскинулся в очень живописном местечке сразу за чертой города. Можно было даже сказать, что он еще в городе, хоть сам город разве что проглядывался с небольшого пригорка. А поселок был окружен хвойным лесом с вековыми соснами, уходящими верхушками в небо.
Мы медленно ехали по широкой аллее, по обе стороны от которой располагались симпатичные дома – стильные, ухоженные, с приусадебными участками. Несколько домов еще строились, но основная масса выглядела уже обжитыми.
Аллея вела к небольшому парку, как узнала вскоре, со скамеечками и скульптурами. А посреди парка раскинулось искусственное озеро, которое в это время года казалось несколько запущенным, но до ужаса очаровательным. Должно быть, летом в этом парке приятно прогуливаться и дышать хвоей. А еще тут были несколько фонтанов, которые сейчас тоже не работали.
Машина затормозила возле высокого бетонного забора, больше похожего на крепостную стену. За забором почти ничего не проглядывалось, разве что крыша дома.
– Сидите. Заедем во двор, – проговорил водитель, когда я сделала попытку выйти из машины.
И почти сразу же зашуршали металлические ворота, плавно распахиваясь и приглашая нас внутрь частной территории. Вот теперь мне картина открылась целиком.
На довольно большом участке стоял двухэтажный дом, наружная отделка которого подходила к завершающему этапу. Кроме самого коттеджа на участке еще имелись домик охраны – возле самого забора, и что-то типа гостевого дома, который показался мне очень симпатичным и вписывающимся в общую архитектуру. В отличие от большого дома, маленький выглядел вполне себе обжитым.
Свободной земли на участке было совсем мало, в основном тут царила тротуарная плитка. Мне сразу стало понятно, что огородники в доме жить не будут, и максимум, что тут будет расти, так это цветы или небольшие деревца. Но пока и этого не наблюдалось.
Я увидела здоровенного охранника, который вышел нам навстречу, когда мы въезжали на участок. Двое работяг облицовывали парадное крыльцо. Еще двое замешивали раствор неподалеку.
– А где хозяин? – поинтересовалась я у водителя, прежде чем выйти из машины, когда та затормозила возле крыльца.
– Должно быть, в доме, – пожал он плечами. – У них спросите, – и посмотрел на меня характерно, мол, ты собираешься валить отсюда, а то у меня еще куча дел?
– Спасибо! – вежливо кивнула я и распахнула дверцу.
Сразу же продрогла на небольшом ветру. Но тут, за городом, он ощущался сильнее.
– Доброе утро! Не подскажете, где мне найти… Игоря Дмитриевича? – не сразу получилось вспомнить имя Громова. А вот фамилия его прочно засела в моей голове.
Один из отделочников выпрямился и хмуро так посмотрел на меня. Аж не по себе стало от такого взгляда.
– В доме он – прораба освежевывает, – буркнул дядька.
– Что, простите? – не поняла я.
– Там ищи его, красавица, – ткнул мне рабочий на входную дверь. – Если сильно надо, – почему-то добавил.
Ну а поскольку мне это точно было сильно надо, я смело распахнула дверь и вошла в пахнущий цементом дом.
Я оказалась в большой комнате, что потом будет служить холлом, по всей видимости. Но сейчас это была просто коробка с черновой отделкой. И чтобы со временем эта коробка превратилась в подарочную, нужно будет сильно постараться. Кому-то… Оставалось надеяться, что этой кем-то стану я.
И где же хозяин всего этого чернового великолепия? Я прислушалась и различила голоса, доносящиеся до меня со второго этажа. Туда я и направилась. И чем отчетливее я их слышала, тем все больше замедляла шаг.
Разговаривали двое – мужчины. И у меня получилось даже урвать часть диалога.
– …Так положено по нормам…
– Я тебе что-то говорил про нормы? Кажется, я ясно дал понять, что и где хочу видеть. Ты же решил по-своему.
Если первый мужчина почти кричал, а еще сильно нервничал, то тот, кто отвечал ему, оставался, судя по голосу, совершенно спокойным. Наверное, это и был Громов, которого чем-то не устроила выполненная работа.
– Ломай и начинай все заново. Стоимость материалов вычту из твоей зарплаты.
– Но!.. Ничего я не буду ломать! Мы с ребятами уходим…
Повисла пауза, и я замерла, не доходя до двери. А потом снова прозвучал спокойный мужской голос:
– Иди. Но ты и копейки от меня не получишь. И найти тебе замену мне будет не трудно, как ты понимаешь. Подумай об этом. И чтобы завтра тут все было так, как я хочу!
Я и сообразить ничего не успела, как дверь распахнулась, и в коридор вышел мужчина. Да еще какой мужчина! Высокий, плечистый, подтянутый. Я сразу же узнала Громова, только вот почему-то думала, что он гораздо ниже и не такой… внушительный. Он же остановился и внимательно посмотрел на меня. Оглядел всю – от кончиков ботфортов до макушки. И при этом лицо его не выражало ничего.
– Вы дизайнер? – наконец заговорил Громов.
– Галина, очень приятно! – протянула я ему руку в знак приветствия.
Еще какое-то время он рассматривал мою ладонь, а потом все так же равнодушно изрек:
– Женщинам я
О проекте
О подписке