Через два дня у принца Ириана и лорда Мертена был назначен очередной конкурс: они хотели ускорить отбор и избавиться от еще нескольких претенденток. И сделать это распорядители планировали не своими руками.
Конкурсанткам в этом состязании предстояло сразиться на шпагах. Соперницы выбирались жеребьевкой: вытягивали из шелкового мешочка крохотные золотые шарики с выгравированными на них цифрами. Девушки, вытащившие одинаковые номера, становились рядом.
Местом дуэлей, к большому неудовольствию балетмейстера, выбрали танцевальную площадку.
– Не могли найти другого места, – ворчал Рудольфо, поглаживая курчавую бородку. Как один из преподавателей, он был среди судей.
– Да бросьте, Рудо! – отмахнулся принц. – Дуэль – это тот же танец, только более агрессивный. Поэтому наблюдайте, и, возможно, вам даже понравится.
В словах Ириана было зерно истины: услышав их, балетмейстер поджал губы и сдержанно кивнул:
– Так оно и есть. Надеюсь, это будет не слишком кровавое зрелище, – он опустился за стол рядом с другими преподавателями, – ведь задача – обезоружить противницу!
Ириан и Мертен наняли лучших из лучших: преподаватели не только обучали конкурсанток всем премудростям и тонкостям, необходимым будущей королеве, но и непредвзято их оценивали.
Первыми вышли леди Сюзерен и Лета.
Ириан предложил Мертену заключить пари, и хотя азарт был также недоступен лорду, он заинтересовался.
– Говорю тебе, Лета точно проиграет, – зашипел принц. – Посмотри на нее.
Но если Ириан видел всего-лишь девушку с широкой костью и мягкими формами, придающими ей некоторую тяжеловесность, то Мертен – иное.
«Да, Лете не быть идеальной партнершей по танцам, и она действительно с большей вероятностью оттопчет королю ноги, чем превратится в бабочку. Но она обожает верховую езду, что укрепило ее тело, а охота дала прекрасные навыки владения разного вида оружием».
Брючный костюм облегал ее широкие бедра, куртка на груди натянулась, с трудом удерживая подаренный природой бюст.
Соперница же Леты отличалась стройностью и изяществом. Величественно взойдя на площадку, леди Сюзерен расправила кружевные манжеты расшитой золотом куртки и приготовилась к бою.
Рудольфо поделился с коллегами колким замечанием: «Встреча коровы и ласточки. О небеса! Что нас сейчас ждет!»
Но неуклюжесть Леты в танцах сменилась легкостью и пластичными, идеально выверенными движениями. С гневным криком Сюзерен потерпела поражение.
Бой длился ровно столько, сколько понадобилось слугам, чтобы заварить для судей чай, который те так и не успели выпить, удивляясь переменам в леди Лете. О, как воинственно, но не менее женственно она стояла перед ними, выпрямив спину и делая реверанс со шпагой в руке. Какой жалкой в сравнении с ней оказалась сидящая на площадке леди Сюзерен. Ее прическа испортилась, превратившись в нечесаную паклю, нитка с жемчугом порвалась, и белые бусины рассыпались под ногами; она раскраснелась и дышала как загнанная лошадь, утратив прежнюю роскошь и блеск.
– Поздравляю вас, леди Лета. Вы прошли в следующий тур! – оповестил Мертен, видя радостный блеск в глазах победительницы. – Леди Сюзерен, мы вынуждены попрощаться. – Он щелкнул пальцами, и к ней подбежали слуги, но девушка оттолкнула их от себя и, стиснув зубы, гордо удалилась, оставив раскиданный жемчуг.
– Следующие! – Взмах руки, и площадка очистилась. Лорд посмотрел на удивленного Ириана: – Много ли я выиграл?
Из кармана принца на его ладонь перекочевало несколько золотых монет, которые он подбросил в воздух, и те просыпались в его оттопыренный карман.
Внутри Мертена зудело какое-то чувство, которому он не мог дать определения, но, поразмыслив, решил, что это, вероятнее всего, удовлетворение от победы.
Площадку заняли любительница игры на тромбоне леди Палия и леди Еления. Портреты обеих Мертен отложил к тем, кого Титания еще не видела.
При виде Елении лицо принца превратилось в маску равнодушия – не хуже повседневного выражения Мертена.
– Оу, та самая… Леди с нежными чувствами, – как бы невзначай напомнил лорд, наблюдая за другом, но ни один мускул на его лице не дрогнул. Взгляд прикован к стройной фигурке с тугой косой, переплетенной бирюзовой лентой. Похожую Мертен однажды видел на запястье Ириана, но от расспросов тот отмахнулся, сказав, что это не более чем дополнение к его бальному костюму.
– Леди, вы можете начинать! – огласил Мертен, наблюдая за девушками. – Пожалуй, я поставлю на леди Елению, – тихо добавил он, но принц молчал, напряженно вглядываясь в оголенные лезвия.
Острие шпаги леди Палии задело плечо Елении. Сдержав крик, девушка стиснула зубы и рьяно продолжила борьбу, не обращая внимания на пропитавшуюся кровью рубашку.
В ее глазах Мертен видел странную решимость не столько победить, сколько доказать, вот только кому и что, он мог лишь догадываться, пока Палия не проиграла. Со звоном ее шпага отлетела в сторону, и она склонила голову, признавая поражение.
Судьи наградили Елению одобрительными хлопками и отослали в сопровождении слуг к королевскому врачу – она прошла в следующий тур.
В том, что леди Дэмона с легкостью победит маленькую заплаканную леди Рису, не сомневался никто. Разжалобить судей у «свинки» не получилось, и ей тоже засчитали поражение.
Однако поединок между леди Брижит и рыжеволосой любительницей морей Винтер судьи не смогли однозначно оценить. Эта парочка так азартно и неустанно сражалась, что Мертену и Ириану пришлось признать ничью. Но это нисколько не расстроило соперниц: они радостно улыбались, активно пожимая друг другу руки и, поклонившись судьям, удалились.
– Я узнал от слуг, что эти барышни – близкие подруги. Одна тайно пишет романы о мореплавателях, а другая, как ты помнишь, наследница судостроительной компании. У ее отца собственный остров. И я ничуть не удивлюсь, что для них конкурс – что-то вроде развлечения. Материал сюжета для одной, а для другой – хороший способ проявить скрытые таланты.
Мертен кивнул:
– Надеюсь, что их дружба не закончится убийством из ревности. Вряд ли Арнкел станет возражать против двух партнерш, согревающих его королевское ложе.
– Ты справишься без меня? – спросил Ириан. – Я ненадолго отойду …
– Безусловно. Ступай и не наделай глупостей, нам их и здесь хватает, – предупредил Мертен, наблюдая за вышедшей на площадку черноволосой леди Азалией.
Эта девушка обладала пронзительными серыми глазами, но от ее красоты веяло прохладой, словно к ним нагрянула настоящая зимняя принцесса, всегда одетая в наряды холодных тонов. Она была настолько молчаливой, замкнутой и неприступной, что в первый день конкурса, в отличие от других, отказалась от личной горничной.
«Таких, как она, нелегко очаровать», – подумал Мертен, переводя взгляд на ее соперницу – леди Уортен.
Он вспомнил, как Титания назвала эту миловидную, но худощавую девушку «маленькой розой», одарив ее портрет красной лентой.
Видя очевидную разницу между соперницами, Мертен понял, кто проиграет.
Так оно и случилось, когда дрожащую и перепуганную Уортен увели две служанки. Бедняжка была белее мела, но это нисколько не затронуло чувств Азалии. Победительница прошла мимо судей, отдала шпагу слуге и, не дожидаясь выступления последней конкурсантки, ушла во дворец.
«Они все ей неинтересны», – подумал Мертен. Безразличие девушки напомнило лорду его собственное. Он бы тоже хотел покинуть мероприятие, но как распорядитель и в отсутствии Ириана не мог себе этого позволить.
Предпоследними выступали леди Марлия и леди Карлин, держащая книгу в руке. Судьи озвучили ее номер, и она вручила свою ценность стоящей рядом с ней леди Брижит. Пожав плечами, та ее взяла.
– Леди Марлия, поторопитесь! – строго сказала одна из судей – седовласая дама в темной мантии недовольно покачала головой, поправив сползшие с переносицы очки.
Рыжеволосая красавица Марлия отличалась медлительностью: служанки докладывали Мертену о том, что им требуется много времени для ее сборов; девушка с трудом просыпалась по утрам, и горничные едва ли не силком вытаскивали ту из постели, помогали умыться, одеться и даже кормили с ложечки.
«Ленивая невеста. Такая точно не нужна Арнкелу. Особенно в постели». Лорд представил, как над спящей Марлией навис возбужденный король. Уморительно, да и только – ему захотелось поделиться этой мыслью с Титанией: она бы хохотала.
Карлин стоило несколько раз помахать шпагой перед соней, чтобы без труда лишить ее оружия. Судя по скучающему взгляду, у Марлии это не вызвало грустных эмоций. Она нарочито широко зевнула, прикрыв рот ладошкой, и была такова.
«Странно, что она продержалась так долго». Поначалу Мертен и Ириан решили не давать девушкам тяжелых заданий, и бой на шпагах стал первым из подобных. Сегодня благодаря ему отсеялось много слабых кандидаток.
«Будущая королева должна уметь то, что умеют и знают ее подданные. Даже солдаты», – так им говорил Арнкел.
– Леди Селения и леди Иоланта! Вы последние, прошу! – пригласила женщина-судья.
Светло-рыжая девушка собрала волосы в конский хвост, оголив слегка заостренные ушки со сверкающими в мочках крохотными песчинками алмазов. С приоткрытым ртом и большими выпуклыми глазами она напомнила Мертену рыбу, которую он видел когда-то в детстве, гуляя по берегу моря.
Леди Иоланта, в чьей половой принадлежности Титания засомневалась, заняла боевую позицию. Бой вышел жарким, но коротким. Ни одна из соперниц не желала сдаваться, пока леди Иоланта неожиданно не поскользнулась, растянувшись у ног Селении.
«Рыба» широко улыбнулась, выпучив глаза с длинными, как у лошади, ресницами, и положила кончик шпаги Иоланте на плечо.
– Вы проиграли! – торжественно воскликнула она и довольно засмеялась, словно это был не бой, а игра в карты. – Благодарю вас за внимание! – Селения артистично взмахнула оружием и, пританцовывая, спустилась по ступенькам.
– Победительницы, пройдите в свои апартаменты, а затем вас ждет встреча с Его Величеством за ужином! – провозгласил Мертен и наконец смог уйти.
«Минус шесть участниц. Зря я потревожил художников. Полагаю, Титания не испытает радости, узнав, что ее труд оказался напрасен». Он представил, как глаза феи чернеют отгнева и она фурией мечется по квартире, разбрасывая готовые платья. Ткань с треском рвется на куски, а на пол осыпаются жемчужины и драгоценные пуговицы.
«Если бы я мог, то, вероятно, испытал бы угрызения совести».
По пути к апартаментам Мертен увидел вышедшего из лекарского крыла Ириана: принц прислонился к стене, закрыл глаза и шумно выдохнул. Мертен решил не тревожить его расспросами и поднялся к себе отдохнуть.
«Пусть Ириан отправляется на ужин за компанию с Арнкелом», – решил он, послав другу магический вестник в виде мерцающей птицы, бесшумно скользнувшей сквозь стену. Самый быстрый, а главное, удобный и не отслеживаемый способ связаться с человеком, передать поручение или поделиться тайной (вестник может увидеть лишь тот, к кому его отправили).
Мертен изнывал от тоски по фее. Он не понимал, как всего лишь две встречи с ней могли так повлиять на него.
«Вряд ли это любовь с первого взгляда. И даже не привязанность. Просто с ней мир открывается для меня таким, каким видят его нормальные люди. Из-за проклятья я лишен этой возможности». Сердце неприятно кольнуло, и он понял, что больше не может оставаться во дворце. Все его естество тянется в свадебный салон «Леди Шекспир», к той, чьей руки он вновь хочет коснуться и задохнуться от волны ощущений.
Собрав необходимые вещи и убедившись, что швеи правильно установили защитные амулеты, он освежился в душе и, переодевшись, открыл портал. Там, за прозрачной завесой, он видел небольшой заснеженный двор и знакомый подъезд, из которого выходил в прошлый раз.
Зачаровав вещи и сделав их невидимыми для людского глаза, лорд переместился в Москву, ощущая легкое покалывание во всем теле. Оставив вещи у подъезда, Мертен коснулся ручки, и та, щелкнув, поддалась. Он вошел в дом.
Позвонив в квартиру, он представил скребущихся с другой стороны любопытных котов, как с громким щелчком фея открывает все замки и встречает его в рваных джинсах с улыбкой на лице и небрежно убранными в хвост волосами. Но ни через минуту, ни через пять ему никто не открыл.
Нахмурившись, он сжал пальцы в кулак и с силой забарабанил в дверь.
«Возможно, ее нет дома. С такими переходами из одного мира в другой стоит приобрести мобильный телефон: не зря Титания вручила карточку со своим номером».
– Нету ее! – недовольно прокричала высунувшаяся из соседней двери старушка в шерстяном платке.
– Добрый день. Не подскажете, где она? – Он расплылся в подобии улыбки, чувствуя, как это непривычно, и постарался выглядеть доброжелательным, а главное, вежливым. – У меня срочный заказ от невесты.
– Так уехала, дня три назад, если память мне не изменяет. – Соседка поправила края сползшего с худых плеч платка и откашлялась в морщинистую руку. – Забрала котов и поехала в Плес к бабушке, так что, ежели у вас есть ее телефон, лучше позвоните. Тита девушка занятая, может, позабыла про ваш заказ. – Старушка пожала плечами и скрылась за дверью.
Покидая лестничную площадку, показавшуюся Мертену куда более одинокой, чем его апартаменты во дворце, он бросил последний взгляд на квартиру Титании и спустился на улицу. «Нужно действовать, и чем быстрее, тем лучше». Осмотревшись по сторонам, лорд присел, будто бы завязывая шнурки, и коснулся оставленных вещей, нашептывая заклинание. Через секунду на его ладони лежал стеклянный треугольник – внутри находились все предметы в уменьшенном виде.
«Так-то лучше». Он убрал «игрушку» в карман пальто и, насвистывая, покинул двор. В ближайшем магазине Мертен купил телефон: по словам консультанта, многофункциональную модель, отлично подходившую для деловых людей. Лорд увидел свое отражение в витрине и сравнил себя со стоящими у кассы настоящими бизнесменами (в пальто, начищенных ботинках, выглаженных брюках и с кожаными портфелями). Они расплатились банковскими картами и, забрав покупки, направились к выходу. Незаметно лорд извлек у одного их них ту же карту и искусно воспользовался ею, не забыв спросить у продавца о ближайшем автосалоне.
По пути Мертен скользнул в узкий переулок и, держа перед собой прихваченные из магазина буклеты, наложил на них иллюзию паспорта и водительского удостоверения на имя Мертена Ларсена.
Через два часа он стал владельцем новенького кроссовера «Пежо». К сожалению, в заполнении документов магия никак не смогла бы ему помочь (консультант не покидал его ни на миг, сверкая довольными глазами человека, которому явно светит премия за продажу). Покончив с формальностями, Мертена проводили разве что не с фанфарами, вручив бесплатные коврики и фирменную чашку с логотипом в виде льва.
«Никогда бы не подумал, что волокита с документами отнимает столько сил. Не удивительно, почему каждый раз, смотря на стопку с очередными указами, Арнкел принимает такое выражение лица, словно перед ним сгнивший кусок мяса с червями, а советники подносят еще и еще».
Вбив в навигатор телефона «Плес», Мертен услышал женский голос, который подсказал, что ехать туда около пяти часов с учетом пробок. К машине лорд приноровился спустя час, уверенно ведя ее по дороге. Из радио доносился задорный мужской голос:
«Я буду долго гнать велосипед.
В глухих лугах его остановлю.
Нарву цветов и подарю букет,
Той девушке, которую люблю.
Я ей скажу с другим наедине:
О наших встречах позабыла ты…»6
Понимая, что они с Титанией расстались не на самой приятной для девушки ноте, Мертен взял на заметку купить для феи цветов. Мысленно он корил себя за то, что посмел напугать ее, доверившую ему свою жизнь и безопасность.
«Стоило сблизиться, перейти на "ты", а я все испортил. Даже проклятье не оправдывает моей глупости».
Если бы Титания знала, что на протяжении всей дороги к ней лорд Мертен ругал себя и мучился от тоски, она, возможно, простила бы его, но фея ни о чем не подозревала. Ее мысли и руки были заняты созданием новых нарядов. С золотым платьем она закончила в первый же вечер по приезде в Плес. К нему же чуть погодя присоединилось укрытое защитной органзой фиолетовое из атласа; для белокурой леди Брижит Титания заканчивала бирюзовое.
– Да вы, голубушка, роковая женщина. Уверена, вам бы пошла корона, как, впрочем, и вашим не менее привлекательным соперницам. – Фея вколола иглу в подушечку в виде сердечка и присела на табурет, перелистывая снимки и рассматривая конкурсанток.
Из них на роль коронованной особы, по данным Мертена, больше всего подходили леди Брижит, Карлин и Дэмона. Правда, последняя вызывала у Титании двойственное чувство.
– С одной стороны, хороша собой, уверенная и властная. Умеет командовать, очень умная, хитрая и расчетливая, раз плетет интриги и подставляет соперниц, а ее ни разу не поймали. – Титания скользила взглядом по ее темным блестящим волосам, строгим чертам лица, в которых отражались упрямство и твердость характера. – Взять, к примеру, миленькую Карлин. Именно, что миленькую! Да и только! – На этом привлекательность девушки заканчивается.
О проекте
О подписке