– Хорошо, насколько это возможно. По крайней мере, я больше не слышу, чтобы она плакала по ночам.
– Значит, успокоилась? Давно пора, – одобрительно заявила Алекса.
Алисса вздохнула:
– Не думаю, что мама по-настоящему успокоится, особенно когда папа так демонстративно фланирует со своей пассией по здешним улицам. А учитывая все эти долги, которые висят на ней, не говоря уже о вынужденной продаже дома…
Алекса широко улыбнулась:
– Ну что ж, я как раз собиралась спросить тебя, какую новость ты хочешь услышать первой – хорошую или плохую? По дороге сюда я заезжала к нашему адвокату и попросила оформить документы на дом. Еще я выдала ему достаточную сумму, чтобы оплатить счета. Приготовься к сюрпризу: у меня хватит наличных, чтобы расплатиться с нашим папашей-ублюдком!
– Не говори так о папе, – проговорила Алисса, силясь осмыслить то, что сказала сестра.
– Ой, да не бойся ты называть вещи своими именами! – съязвила Алекса. – Мама теряет своего сына в жуткой аварии, ухаживает за отцом, когда тому ставят диагноз рак, – и что получает в награду? Отец бросает ее ради парикмахерши, которая годится ему в дочери!
– Ты только что сказала: у тебя хватит денег, чтобы расплатиться с отцом и заплатить по счетам. Как такое возможно? Тебя же не было всего три месяца. – Алисса нахмурилась. Здравомыслие говорило ей, что даже Алекса, при всех ее талантах, не могла столько заработать за столь короткий срок.
– Ты можешь сказать, что я устроилась на новую работу с большой предоплатой. Как я уже говорила, денег хватит, чтобы оплатить все мамины долги и откупиться от папочки, – повторила Алекса.
Алисса недоверчиво воззрилась на сестру:
– Их так много, что тебе хватило еще и на эту машину, и на новую дорогущую одежду?
Улыбка Алексы испарилась, она уставилась на сестру испытующим взглядом:
– Разве ты не слышишь меня? Я раздобыла достаточно денег, чтобы решить все мамины проблемы, чтобы к ней вернулось самоуважение, чтобы она не боялась будущего.
– Для этого потребовалось бы чудо. – Алисса была убеждена, что сестра сильно преувеличивает.
– В современном мире, чтобы добиться чуда, надо упорно работать, соперничать и чем-то жертвовать.
И это говорит Алекса, которая никогда не демонстрировала ни малейшей склонности к пожертвованию!
Алисса бросила на сестру встревоженный взгляд:
– Я не понимаю…
– Боюсь только, я в некотором роде позаимствовала твою личность…
При этом заявлении Алисса застыла:
– Позаимствовала… мою личность? Но как?
– Ты же у нас с университетским дипломом, а мне надо было упомянуть о высшем образовании в заявлении, чтобы соответствовать требуемым критериям, – призналась Алекса, вызывающе вздернув подбородок. – В результате пришлось использовать и твое имя.
– Но это… это же мошенничество! Обман…
Безразличие Алексы к тому, что она явно считала незначительной мелочью, было поразительным.
– Ерунда! Я подумала, что стоит попытаться! И знаешь, все получилось! Но потом я начала кое с кем встречаться…
– Ты опять встречаешься? – ахнула Алисса.
После того как друг сестры Питер погиб в той же аварии, что унесла жизнь и их брата, Алекса ожесточилась. Она стала отвергать всех мужчин.
– Ты что, была так занята разглядыванием пальто, что даже не заметила вот это? – Алекса протянула руку, на которой красовалось роскошное обручальное кольцо с рубином и бриллиантами.
Алисса ахнула:
– Ты помолвлена… уже?!
– И беременна, – призналась Алекса.
– И беременна?.. – Алисса уставилась на сестру, демонстративно повернувшуюся боком. Но очевидно, срок был еще слишком маленький, ничего не было заметно. – Бог ты мой, и ты до сих пор ничего не рассказывала?!
Алекса поморщилась:
– Я ж тебе говорила, что все так усложнилось… У меня были шансы получить ту работу, но я не хотела рассказывать о ней Гарри… да, так его зовут. Он вполне обеспечен – управляет семейным имением. Его семья в восторге от меня и оттого, что будет ребенок. Но ни он, ни его родственники не поняли бы… Ведь это произошло до того, как мы познакомились… и я взяла все эти деньги за работу…
Нахмурив лоб, Алисса уставилась на сестру:
– Алекса, о чем ты толкуешь? Что за работа? Какие деньги ты взяла?
Алекса присела за кухонный стол и глотнула чаю, прежде чем ответить:
– Я и вообразить не могла, что получу ее! Я заполнила заявление из чистого любопытства. Строго говоря, это не совсем работа…
Алисса без сил опустилась на стул напротив:
– Тогда что это? Это ведь не что-нибудь… аморальное, нет?
– Прежде чем я скажу тебе, очень хорошо подумай о том, что эти деньги сделают для мамы! – резко сказала сестра. – Это ее единственная надежда на спасение, тем более что большую часть их я уже потратила… Все, что мне нужно было сделать, – это согласиться выйти замуж за очень богатого русского и исполнять роль его жены.
– Но зачем кому-то платить за это деньги? Я думала, в наше время большинство богатых русских отгоняют от себя охотниц за богатством, – сухо заметила Алисса.
– Этот парень хочет, чтобы все было сделано на деловой основе, с заплаченными вперед деньгами, подписанными контрактами и соглашением о разводе в конце. Ему нужна образованная, привлекательная англичанка, и я решила попробовать. Я чуть не сказала его адвокатам, что они могут получить нас двоих по цене одной!
Но Алисса не нашла забавной эту довольно безвкусную шутку.
– Итак, давай проясним: ты решила, что хочешь выйти за этого человека исключительно ради денег?
– Ради мамы! – громко возразила Алекса. – Я пошла на это исключительно ради нее.
Мозг Алиссы лихорадочно работал. Все, что она делала в последнее время, начиная от отказа от выгодной работы в лондонской библиотеке до переезда сюда, домой, было сделано ради матери. Сестры обожали свою маму, которая в последнее время находилась в такой депрессии, что напоминала лишь тень той веселой и энергичной женщины, которой была когда-то.
Более любящей, заботливой и доброй матери и жены, чем Дженни Бартлет, трудно было бы найти. Но в последние два года семью стали преследовать несчастья. Смерть их брата Стефана и друга Алексы Питера в автомобильной аварии одним зимним вечером стала лишь первой бедой, которая настигла их. Едва горе немного улеглось, как у отца обнаружили онкологическое заболевание. Последовали долгие месяцы тревоги и изнуряющего лечения. Все это время мама оставалась самой сильной из них, не давая семье впасть в отчаяние. Она и представить не могла, что вскоре после выздоровления ее муж, с которым они прожили тридцать лет, уйдет от нее к молодой женщине, а потом заявит права на половину дома и бизнеса.
Привычный мир Алиссы пошатнулся, когда она осознала, что больше не может считать своего отца честным и порядочным человеком, каким всегда представляла себе. Работая бухгалтером с хорошим окладом, он тем не менее потребовал у жены часть дома, который когда-то принадлежал ее родителям, и половину небольшого бизнеса, который Дженни сама основала и сама же им и занималась.
«Деньги, жажда заполучить их как можно больше, – с отвращением думала Алисса, – могут превратить людей в незнакомцев и заставить их совершать непростительные вещи». Теперь ей казалось, что Алекса попалась в те же сети.
– Верни деньги! – взмолилась Алисса. – Ты не можешь выйти за какого-то иностранца, которого даже не знаешь, ради денег!
– Ну, теперь уж я точно не могу за него выйти. Ведь я ношу ребенка Гарри! – решительно напомнила Алекса. – А Гарри хочет, чтобы мы поженились как можно скорее.
Алисса кивнула, не удивившись этому неожиданному заявлению. Алекса всегда все делала со сверхзвуковой скоростью. То, что она влюбилась и забеременела в течение каких-то трех месяцев и стремглав несется к замужеству, для нее вполне нормально. Сестра никогда не отличалась терпением, и, если здравый смысл грозил встать между ней и ее целью, она его просто игнорировала.
– Ты должна выйти за русского вместо меня, – продолжала Алекса, – иначе я буду вынуждена подумать об аборте…
Потрясенная этим заявлением, Алисса вскочила со стула:
– Ты соображаешь, что говоришь? Мне… выйти за этого иностранца? Аборт? Это то, чего ты хочешь?
Тень раздражения пробежала по лицу Алексы.
– Нет, конечно же я этого не хочу. Я подписала вполне законный контракт и взяла крупную сумму денег. Большая часть денег уже потрачена, поэтому я не могу их вернуть. Так что же мне делать?
– Потрачена?.. – До Алиссы только-только стал доходить весь ужас ситуации.
– Да! В основном на маму! Ну ладно… Я купила машину и кое-что еще. В то время я думала, что, соглашаясь вот так выйти замуж, я жертвую собой и имею право чуть-чуть побаловать себя. В конце концов, это я, а не ты пришла маме на выручку! – презрительно бросила Алекса. – Я имею в виду – ты тут вся ах как шокирована тем, что я сделала. А что сделала ты, кроме того, что сидела здесь, заламывала в отчаянии руки да просматривала банковские счета? Действовать пришлось мне, так что не смей смотреть на меня с таким презрением! Деньги, много денег – единственное лекарство от наших проблем!
Чем громче становился разгневанный голос Алексы, тем бледнее делалась Алисса. Она снова тяжело опустилась на стул.
– Я не смотрю на тебя презрительно, ни в коей мере. Ты права. Ты хоть что-то попыталась сделать. И да, нам отчаянно нужны деньги…
Ее сестра взмахнула руками:
– Разве я не заслуживаю счастья?
– Я никогда не сомневалась в этом.
– Но я никогда не думала, что снова буду счастлива после смерти Питера. Думала, моя жизнь кончена, с таким же успехом я тоже могла погибнуть в той аварии вместе с ним и Стефаном… – с болью в голосе призналась Алекса. – Но я встретила Гарри, и теперь все по-другому. Я люблю его и хочу выйти за него, родить ребенка. Я снова начала жить и хочу наслаждаться жизнью!
Тронутая до глубины души этой эмоциональной речью, Алисса сжала руки сестры:
– Ну конечно… конечно…
– Но Гарри не захочет иметь со мной ничего общего, если узнает, что я подписала тот контракт! – Алекса всхлипнула. – Он никогда не поймет того, что я сделала, и не простит меня за такую расчетливость. Он очень прямолинейный, честный человек.
Ну вот, опять! Поведение сестры было настолько привычно Алиссе, что она вновь почувствовала себя спасительницей. Когда они были детьми, Алекса часто попадала в передряги, и Алисса обычно вытаскивала
О проекте
О подписке