– Не знаю, – призналась я, – наверное, к магу-менталисту, попробовать восстановить память.
– Отличный план. А если ты кого-то действительно убила, то мы потом еще от этого мага избавимся. Зачем свидетели, да?
Я поморщилась, раздумывая, не пойти ли к мэтру Ольсину, моему куратору в Академии. После демонов и геомантии он, по идее, прикроет меня от чего угодно. Но это так, на крайний случай. На миг я представила себе выражение лица мага, когда явлюсь с просьбой: «а помогите мне, пожалуйста, вспомнить, кого это я вчера, возможно, убила, накурившись семилиста». Ха. Отношение у меня к уважаемому мэтру было двойственное: он заботился обо мне, не позволил выплыть истории с геомантией, чем избавил меня от перспективы принесения Клятвы Крови королю. Но. Он никак не подготовил меня саму к этому факту, да еще и фактически отдал демону. У куратора наверняка был какой-то собственный интерес в этой истории, и я не могла ему полностью доверять. Впрочем, а кому – могла-то?
Граф присоединился к нам через несколько минут, натянув штаны, домашнюю рубаху и накинув поверх лиловый бархатный халат. Он казался встрепанным и виноватым, что выглядело забавно, учитывая, что это мы ввалились к нему в спальню, а не наоборот.
– Прошу прощения, граф, – чуть улыбнулся Кейн хозяину поместья, – мы довольно рано, но не могли бы вы рассказать, чем именно вчера закончился вечер для графини?
Майс вздохнул и опустился в третье кресло, пряча глаза. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Гизэд открыл шкатулку для сигарилл, но та оказалась пуста, что ж, похоже, занять руки ему будет нечем.
– Прости, Крис, это, наверное, моя вина. Я так хотел, чтобы ты немного расслабилась, вино и… Семилист этот еще…
– Что она натворила? – прервал поток не оформившихся еще толком извинений мой спутник, требуя конкретики.
– Ну-у…
Парень кинул на меня короткий взгляд, который мне не слишком понравился.
– Рассказывай все, – махнула я рукой.
– Сначала ты злилась. Говорила, что из тебя вечно делают какую-то наживку, и никто тебя не ценит. А еще была в ярости от того, что осталась без магии. Я пытался тебя успокоить, правда, но…
– Но? – мрачно поинтересовалась я.
«Отвратительно. Так терять лицо на глазах постороннего человека – моветон. Пожалуй, с семилистом мы на этом попрощаемся вообще навсегда».
– Но тут ты начала смеяться. Сказала, что у тебя есть отличная идея, как все это прекратить. Не знаю, о чем ты говорила, правда. А потом ты… Сейчас, погоди, я припомню точно, – граф наморщил лоб и потер виски ладонями, похоже у него здорово болела голова с утра, – ты сказала, что тебе нужно убить ангелочка. Тогда это решит половину каких-то проблем, вот. Повторяла снова и снова и хохотала, как безумная, а потом попросила стакан воды, я вышел, а когда вернулся, тебя уже не было. Это все. Я подумал, что ты просто ушла в одну из гостевых комнат, чтобы лечь спать, и не стал тебя искать.
«Логично, толку то от тебя в смысле продолжения приятного вечера не было, одни проблемы, чего за тобой гоняться? Ну, сбежала и сбежала», – хмыкнул Шепот.
Майс неуверенно переводил взгляд с меня на Кейна и обратно, будто лихорадочно размышлял, что бы еще нам сказать такого, чтобы мы, наконец, оставили его в покое. Похоже, присутствие виконта изрядно беспокоило хозяина поместья. Гизэд был легким человеком, у которого не было никаких своих проблем страшнее испорченного струнами гитары маникюра, и разбираться с чужими он отчаянно не желал.
– В чем она была? – уточнил Дэрэт. – В платье?
– Д-да, в темно-зеленом.
– А время? Когда она исчезла?
– Около полуночи… А что все-таки случилось?
– Да ничего, – покачал головой виконт, поднимаясь на ноги, – простите за неурочное время визита, граф. Мы вам благодарны за уделенное время.
Он коротко кивнул парню и совершенно бесцеремонно потащил меня за локоть на выход. Нормальный выход, через дверь.
На улице утро вступало в свои права, пели птицы диковинных расцветок, радуясь приходу весны. Их было полным полно в Аллидии, которую называли иногда Птичьим городом. Ронд – в принципе, самая южная страна обжитой Ойкумены, расположенная на выдающимся в океан большом полуострове, омываемая с трех сторон теплыми водами. Страна-курорт, страна вечного лета, ярких карнавалов и родина самых зажигательных танцев. Дни здесь напоены зноем и ленью, а ночи полны огня, музыки, страсти и всяких, зачастую запрещенных в других странах удовольствий. Хорошее место, одним словом. Впрочем, сейчас мне было не до местной экзотики.
Мы молча прошли мимо пары домов, и мой спутник уверенно свернул в пустынную подворотню между храмом Мирайи, богини любви и украшенным гирляндами розовых и красных фонариков роскошным особняком, совершенно определенного назначения. Похоже, папенькин друг бывал в Аллидии часто и неплохо ее знал.
– Ну? – поинтересовался он, останавливаясь и оборачиваясь ко мне. – И кого мы так ласково называем ангелочком?
Эх. Так жить нельзя, а по-другому я не умею.
– Одного бывшего друга.
– А чуть подробнее можно?
– Ты эту рубашку не взял с собой?
– А ты видишь ее в моих руках?
– Давай вернемся, и я еще раз на нее взгляну, ладно? А потом все расскажу.
– Ну, хорошо. Можем уйти прямо отсюда, в это время суток никто твоих фокусов здесь не заметит.
Красная вспышка портала вернула нас к порогу папенькиного охотничьего домика, и я почти вбежала внутрь, а потом по лестнице до спальни, где еще пару часов назад мирно сопела, не подозревая, что происходит. Рубаха скомканная лежала на кресле, я в очередной раз развернула ее и принялась изучать. Дорогой шелк, тонкий, как паутина, не просто белого цвета, а с легким голубым отливом. У ворота витой серебряный шнурок, а манжеты отделаны воздушным кружевом тонкой работы. Пуговицы, кстати, одной не хватает, явно оторвана, видимо, я стягивала предмет одежды сильно торопясь. Если, конечно, это вообще была я. Кейн стоял в дверях, привалившись плечом к косяку, и спокойно наблюдал за процессом, обойдясь на этот раз без излишних комментариев.
– Как ты думаешь, – обернулась я к нему, – она может быть из Найса?
Он подошел, забрал у меня из рук белый шелк с бурыми пятнами, повертел, а потом только пожал плечами.
– Или из Дайса. А может, из Ронда или Аскота. Если сравнивать одежду в столицах – все вполне похоже. Особенно, если это магазины одного торгового дома. Так не хочешь рассказать, кто это может быть?
Я присела на край кровати, мечтая о сигарилле. Это все еще накатывало на меня время от времени, и тогда от желания вдохнуть ароматный вишневый дым чуть ли не сводило скулы.
– Младший принц Найса, Николас. Так я могла называть только его, помнишь, мы встретились как-то в королевском театре? Несколько месяцев назад?
Пару секунд мужчина смотрел на меня немного удивленно, а потом присел рядом и приобнял за плечи, заглядывая в лицо. Жест совершенно не интимный, так берут за шкирку нашкодившего кота. Если бы это сделал чужой человек с таким же выражением лица, я, пожалуй, попыталась бы сломать ему руку. Вне зависимости от последствий.
И вообще. Не уверен – не обнимай.
– А скажи-ка мне, детка, – вкрадчиво начал он, и льдистые настороженные глаза больше не смеялись, – что этот парень тебе такого сделал? Чтобы ты по пьяни мечтала убить его?
– Спрашиваешь как друг моего отца? – поинтересовалась я с сарказмом, все еще пытаясь припомнить, хотя бы интуитивно, могла ли я вчера быть у Никки?
Сарказм – моя типичная защитная реакция на любое непонятное событие, привычка, если угодно. Подействовал на Кейна тон или нет, но тяжелая ладонь соскользнула с моего плеча.
– Значит, слушай, детка, – медленно, ухмыляясь, проговорил виконт, – раз уж ты втянула меня в эту историю – хорошо, мы с ней как-то разберемся. Твоему отцу ничего из этого знать, разумеется, не стоит. Но тебе придется быть со мной чуть откровеннее, идет?
– Идет, – а что, вполне разумное условие.
– Тогда думай, куда ты можешь перемещаться поближе к этому… принцу? Тебе же для телепорта нужен какой-то маяк?
Я задумалась, по подхваченной от Эрика привычке откинувшись на кровати, уставившись в потолок и закинув руки за голову. Потолок тоже молча ждал ответа.
– Да, мне нужны координаты. Могу переместиться на задний дворик гостиницы «Лилия», знаешь такую? В самом центре Найсара? Вот туда.
– Знаю, неплохое место. Еще варианты есть?
– Или, – я вздохнула, но все же произнесла это вслух, – или сразу во дворец.
Он отрицательно покачал головой.
– Если бы ты принялась дебоширить во дворце, ты как минимум была бы серьезно ранена, так что нет, не думаю. «Лилия» – более вероятный вариант.
Пожалуй, он был прав, и отчасти это успокаивало.
– Похоже на то.
– Тогда вставай и идем. Надо покончить с этим безумием побыстрее.
– Ты все еще хочешь продолжать со мной возиться? – я поднялась на ноги.
– Мы это уже выясняли, я не хочу оставлять тебя одну, – виконт тоже встал и направился к выходу мимо меня.
– Почему? – требовательно спросила я, поймав его за рукав Куртки, что проделывала раньше только с Дэвлином.
Кейн остановился, обернувшись, и чуть нахмурился.
– Ты дочь моего друга, этого мало?
– Не знаю. Ты мне скажи.
Он ухмыльнулся, сложив руки на груди, и глядел на меня сверху вниз снисходительно.
– Ты когда-нибудь ввязывалась в проблемы ради своих друзей, детка?
– Спрашиваешь!
– Тогда завязывай страдать херней, и пойдем.
Найсар – столица Найса. Схожесть названий – не случайна; во времена, когда вся Ойкумена была объединена одной империей, провинции и их столицы носили названия по фамилиям десяти герцогов, а окончание «ар» означало, «самый». Самый центр Найса – Найсар. И вот, империи давным давно нет, а названия стран, которых осталось только восемь, и их столиц сохранились. Пример удивительного конформизма жителей, если хотите. Здесь, на севере было куда прохладнее, и я с невольно благодарностью взглянула на виконта, кутаясь в выданный мне плащ.
Возле «Лилии» нас никто не заметил, место перемещения было удобное: на заднем дворике, позади густых зарослей цветущей золотой акации. Тропинка, выложенная желтыми плитками вилась по мокрой от росы траве к зданию, и никого по дороге мы не встретили. Зато управляющий в холле гостиницы нас явно узнал и весьма несмело улыбнулся. Худой темноволосый мужчина с карими грустными глазами сеттера в строгом камзоле шоколадного цвета, отделанном красной строчкой. Наш визит заставил всю грусть мира отразиться в его взгляде.
– Господа! Э-э-э… желаете завтракать? Или, простите, может, сразу коньяка?
Кейн чуть нахмурился такому приветствию, но почти сразу сдался.
– Завтрак поплотнее, и коньяк давай.
– Сюда, господа, прошу. Этот столик вас устроит? Прекрасно!
– Спасибо.
Мы опустились в удобные плетеные кресла с мягкими подушками за покрытый светло-желтой скатертью круглый столик, украшенный букетом распустившихся золотых шаров в серебряной вазочке. Уютно. Больше в зале небольшого ресторана пока никого не было.
– Надеюсь, у вас все э-э-э… хорошо? – взгляд карих глаз управляющего метался между нашими лицами, как пойманный перевернутым стаканом мотылек: испуганно и бестолково.
– Да, благодарю, – кивнула я, просто чтобы что-то ответить.
– Господин виконт, надеюсь, коньяк вам понравится. Это Каллинойский, двенадцать лет. Нам привезли только сегодня утром, ваш любимый.
– Мой? – с подозрением в голосе осведомился виконт.
Вряд ли управляющего можно было заподозрить в телепатии.
– Вы вчера просили именно его…
О как. Мне захотелось рассмеяться и выругаться одновременно. А еще я испытала невольное удовольствие, наблюдая за выражением лица моего спутника в этот момент. Вот тебе и нотации. Впрочем, теперь все еще больше запуталось.
– Его? Стоп. Вчера?
На дне карих глаз служащего, поднятой со дна торфяного пруда неосторожным движением мутью, колыхнулась явная тревога.
– Да, господин виконт.
Заторопились слуги, накрывая на стол и прервав этот странный диалог. Мясо, сэндвичи с ветчиной, яичница с беконом, фрукты, сок, кофе и маленький графин коньяка из дымчатого хрусталя. Мне его виконт даже предлагать не стал, вылив все в свой стакан для сока. Сделав пару хороших глотков и проглотив кусок мяса, он подрастерял давешнюю мрачность, видимо, и правда, ему было не слишком хорошо после вчерашнего, а тут я еще. Я тоже перекусила; непонятно, как продолжится день, и когда в следующий раз получится поесть. Виконт ел с настолько явным удовольствием, что наблюдать за ним было приятно. Что бы ни случилось, физические потребности у мужчин обычно в приоритете.
Я ловила на этом Эрика. Он мог рассказывать что-то с потрясающим увлечением ровно до того момента, как перед ним появлялась тарелка мяса и кружка пива, заставляющие его мгновенно забыть об истории. Это всегда чрезвычайно умиляло меня.
– Как мы вчера могли быть здесь вместе? – поинтересовался, наконец, мой спутник, немного утолив голод.
– Это риторический вопрос? Я же ничего не помню.
– Выходит, я тоже, – с досадой бросил мужчина, – похоже, вчера здорово перебрал с настойкой и понятия не имею, что было ночью. Слушай, а может, на нас какое-то заклинание? Поэтому память пропала?
– В принципе, возможно, конечно. Вот только у меня амулет, блокирующий любую ментальную магию, – я машинально дотронулась до серебряной серьги с подвеской в виде глаза.
– А зелье?
– Не знаю.
Он вздохнул, отложив нож и вилку, и откинулся на спинку кресла.
– Ладно, разберемся. Должна же быть какая-то логика. Смотри, я пью настойку, валяюсь с книгой, а ты куришь семилист и сильно расстраиваешься. Если верить этому парню, мы должны были как-то встретиться. А значит, скорее всего, ты с твоим телепортом перенеслась в ваше поместье, так?
– Так.
– Вопрос: зачем? Попробуй просто представить себе, включи фантазию.
Я отпила глоток сока и уставилась по привычке в потолок, обдумывая вопрос.
– Лечь спать?
– Не после семилиста.
– Побыть в одиночестве?
– Нет, – снова покачал головой виконт, – судя по рассказу Майса, у тебя была конкретная цель, занявшая весь твой затуманенный разум.
– Ага, – скривилась я, – убийство члена королевской фамилии соседней страны.
– Давай опустим моральную оценку твоих действий, детка. Что тебе могло понадобиться в охотничьем домике? Оружие?
– Одежда! – сообразила я, наконец. – Платье – неудобное! Домой я возвращаться не хотела принципиально, а в папином поместье у меня есть вещи для верховой езды! Штаны как раз именно те, а рубаха твоя.
– Во-о-от, – протянул, кивая, Кейн, – а там ты встретила меня. Я был пьян, конечно, но даже в таком состоянии, не думаю, что решил бы помочь тебе с таким… непростым делом. Зато я, скорее всего, попытался бы тебя отвлечь. Тогда мы отправились сюда, поужинали, еще выпили и вернулись обратно.
– Тогда откуда рубаха в крови? – резонно заметила я.
– Давай доедай, да спросим у этого парня за стойкой, может, я кому нос разбил, например? Или ты, не зря же он на нас с такой опаской глядел. Но в целом, ничего страшного, полагаю.
Вполне логичное предположение. Все-таки Кейн – не Эрик, он не мог слететь с катушек и просто так кого-то убить. Наверное. Так что я продолжила наслаждаться едой в куда более радужном расположении духа.
К концу завтрака рядом снова возник управляющий, и выглядел он, как человек очень желающий задать какой-то животрепещущий вопрос, но не способный подобрать правильные слова.
– Господа, – начал он осторожно еще до того, как мы успели поинтересоваться подробностями предыдущей ночи, – когда прикажете накрывать для… вашего третьего… товарища?
Вот тут мы с Кейном уже оба уставились на него во все глаза. Мой спутник аж оторвался от кофе.
– Он еще не спускался, – развел руками служащий, нутром чуя, что что-то не так, – вот я и подумал, может, ему завтрак в номер подать?
– Он еще спит, – качнул головой виконт Дэрэт, первым вышедший из ступора, – и кажется, я потерял ключ от номера, включи его в счет.
– Да-да, – мелко закивал управляющий, – немедленно принесу вам другой.
Он ушел, а все мои опасения вернулись. Нет, разумеется, это был не Николас, не справились бы два человека с находящимся в смертном сосуде ангелом. Но кто тогда? И в каком виде, учитывая окровавленную одежду?
– И кто это может быть? – поинтересовалась я вслух, почти переходя на шепот, как только мы остались одни.
– Понятия не имею.
– Думаешь, мы притащили кого-то с собой и убили?
Он поднял бровь и саркастически усмехнулся, тоже понижая голос.
– А с тобой такое часто случается?
– Нет.
– Вот и со мной тоже. Сейчас доедим, возьмем ключ, пойдем наверх и все увидим сами. Догадываться – бесполезно.
Он был прав, так что через четверть часа мы стояли на втором этаже в длинном роскошном коридоре, отделанном панелями из розового дерева, перед дверью с блестящей бронзовой табличкой в номер двадцать три. Я слегка хмурилась, не зная, чего и ждать, а вот Кейн уже даже не хмурился: еда сотворила с ним маленькое бытовое чудо безо всякой магии. Ключ подошел, и дверь открылась без малейшего скрипа, обнаружив внутри несколько сваленных со столиков ваз, раскиданные по толстенному мягкому ковру подушки, да еще пару перевернутых стульев: разгром, но ни следа крови. Я выдохнула, поняв, что перестала дышать с того момента, как Кейн вставил ключ в дверной замок.
– Ну, кажется, все не плохо.
– Рано радуешься, – проворчал мужчина, оглядываясь по сторонам, – если мы вчера были вместе, и кого-то прикончили, то я бы, скорее всего, сделал это в ванной. Кровь смывать проще и следов куда меньше остается.
Но я разглядывала валяющиеся на полу подушки, да скомканное в углу покрывало. Что бы тут ни произошло, это было… бурно.
– Что? Думаешь, мы этот разгром устроили?
– Ага, фантазия у меня богатая…
– Нет. Иначе я бы утром не накинулся на тебя, как пацан какой-то, – ухмыльнулся он, глянув через плечо, – идем, посмотрим все-таки, что мы натворили.
Он распахнул дверь в ванную комнату и присвистнул.
Бесплатно
Установите приложение, чтобы читать эту книгу бесплатно
О проекте
О подписке