санскр.: Праджняпарамита-хридая сутра
ОМ, хвала Благословенной Праджняпарамите! Так я слышал:
однажды Благословенный пребывал в Раджагрихе на горе Коршуна с великой общиной монахов и великой общиной бодхисаттв. В то время Благословенный погрузился в самадхи перечня дхарм под названием «Глубина видимости». И в тот миг бодхисаттва-махасаттва Арья-Авалокитешвара так узрел суть практики глубокой Праджняпара-миты: «Ведь пять скандх поистине видятся пустыми в их самобытии!»
Тогда достопочтенный Шарипутра, [побуждаемый] магической силой Будды, спросил у бодхисаттвы-махасат-твы Арья-Авалокитешвары: «Если какой-нибудь сын [благородной] семьи или дочь [благородной] семьи захотят практиковать глубокую Праджняпарамиту, как следует учиться?»
В ответ на это бодхисаттва-махасаттва Арья-Авалокитешвара так отвечал достопочтенному Шарипутре: «Если, Шарипутра, какие-нибудь сын [благородной] семьи или дочь [благородной] семьи захотят практиковать глубокую Праджняпарамиту, следует именно так истинно показать: «Ведь пять скандх поистине видятся пустыми в их самобы-тии!» Здесь, Шарипутра, форма – пустота, а пустота – форма. Пустота неотлична от формы, форма неотлична от пустоты;
что форма – то пустота, что пустота – то форма. Точно так же эмоции, понятия, кармические образования, сознание (тиб.: все пусты). Здесь, Шарипутра, все дхармы отмечены пустотой (тиб.: все дхармы пусты, не имеют признаков), не рождены и не преходящи, не загрязнены и не очищены, не ущербны и не совершенны. Поэтому, Шарипутра, в пустоте нет формы, нет эмоций, нет понятий, нет кармических образований, нет сознания, нет глаза, уха, носа, языка, тела, ума, нет видимого, слышимого, обоняемого, вкушаемого, осязаемого, нет дхарм. Нет элементов, начиная от глаза (тиб.: до ума) и кончая сознанием ума. Нет неведения, нет пресечения неведения и далее, вплоть до того, что нет старости и смерти, и нет пресечения старости и смерти.
Страдания, источника, пресечения, пути – нет. Нет познания, нет достижения, нет недостижения.
Поэтому, Шарипутра, бодхисаттва живет, опираясь на Праджняпарамиту посредством недостижения, без препятствий в психике (тиб.: «без препятствий в психике» отсутствует), и благодаря отсутствию психических препятствий бесстрашно, отринув превратное, в конце концов достигает нирваны.
Все Будды, пребывающие в трех временах, полностью пробуждались к высочайшему подлинному совершенному прозрению, опираясь на Праджняпарамиту.
Поэтому следует знать: великая (тиб.: «великая» отсутствует) мантра Праджняпарамиты – мантра великого ведения, высочайшая мантра, несравненная мантра, успокаивающая все страдания (тиб.: мантра), истинная (тиб.: познаваемая истинной) благодаря отсутствию заблуждений. Мантра Праджняпарамиты говорится вот так:
ОМ ГАТЕ ГАТЕ ПАРАГАТЕ ПАРАСАМГАТЕ
БОДХИ СВАХА.
Так, Шарипутра, должны бодхисаттвы (тиб.: бодхисаттвы-махасаттвы) осуществлять обучение глубокой Праджняпарамите».
Тогда Благословенный вышел из самадхи и похвалил бодхисаттву-махасаттву Арья-Авалокитешвару: «Отлично!
Отлично, сын семьи! Именно так, сын семьи, именно так, как показано тобой, следует осуществлять практику глубокой Праджняпарамиты на радость всем татхагатам и архатам (тиб.: «архатам» отсутствует)».
Когда сказаны были Благословенным такие слова, возрадовались достопочтенный Шарипутра, и бодхисаттва-ма-хасаттва Арья-Авалокитешвара, и те монахи, и те бодхисат-твы-махасаттвы, и все присутствовавшие боги, люди, асуры, гаруды, гандхарвы, и мир возликовал от сказанного Благословенным (в тиб.: после «Авалокитешвара» идет: «и все окружающие вместе с богами, людьми, асурами и гандхарвами…»).
Так заканчивается (тиб.: махаянская сутра) «Сердце Благословенной Праджняпарамиты».
Перевод выполнен с санскритской версии А.А. Терентьевым и воспроизводится по книге «Буддизм: История и культура» (М., 1989).
тиб.: dkon-mchog rjes dran-gyi mdo
Поклон Всеведущему:
Этот Будда Бхагаван[1] – Так-шедший, Победивший врагов, Истинно-совершенный Пробужденный, Победоносный обладатель Знания и Нравственности, Счастливошедший,
Знаток мира, Главный укротитель существ, Учитель богов и людей, Победоносный Пробужденный.
Этот Татхагата – достойная почва заслуг, [в которой] не пропадут корни добродетели; Он украшен терпением; источник сокровищ заслуг; украшен прекрасными признаками [совершенства]; [Он] – полностью распустившийся цветок знаков [совершенства]; совершенный объект восприятия; безукоризнен по своей внешности; великая радость для верующих; непревзойден в мудрости; необорим в силах; Учитель всех существ; Отец Бодхисаттв; Царь святых; Предводитель идущих в Град нирваны; сознает беспредельное; безмерно отважен духом; [Его] голос совершенно чист, мелодичен, на Его облик невозможно наглядеться; [Его] тело бесподобно; [Он] не осквернен желаниями, не затронут формами, не смешан с бесформенным; совершенно свободен от страданий; полностью свободен от совокупностей [сансарной личности]; не обладает Элементами; остановил источники [обычного сознания]; полностью отсек «узлы»; [Он] совершенно свободен от всякого горя; свободен от обусловленного существования; пересек поток [сансары]; Всесознающий; пребывающий в Сознании прошлых, будущих и настоящих Победоносных Будд; не пребывающий в нирване; пребывающий в Пределе истины; проживающий в Сфере, из которой видны все существа.
Таковы подлинные достоинства Великого тела Победоносных Будд.
Священная Дхарма – благая в начале, середине и конце; ее смысл и слова прекрасны; она не перепутана и полна; совершенно чиста и свята; истинно увидена [Пробужденным]; здорова; непрерывна во времени; тщательно разъясненная; очень полезно видеть ее; она – объект познания всякого мудреца; хорошо разъясняет прекрасно изложенное Победоносным учение Винаи; истинно выводит [из сансары]; ведет к Совершенному Пробуждению, безупречно канонизирована; она поддерживает [существ]; пресекает блуждание [в сансаре].
Сангха Великой Колесницы пребывает во благе, праведно, честно и достойно живет; [она] стоит того, чтобы [перед ней] складывали ладони; достойна поклонения; [она] – прекрасное Поле Заслуг; великий даритель [Дхармы]; объект даяния; всеобщий объект подношений.
Перевод выполнен А. Кугявичусом с ксилографа издания Агинского (?) дацана. В каноне этот текст оформлен как три отдельных текста: «Памятование Будды», «Памятование Дхармы» и «Памятование Сангхи».
Редакция: А. Терентьев.
Санскр.: Ārya suvarņaprabhāsottama sūtrendrarāja nāma mahāyana sūtra
Тиб.: ’Phags pa gser ’od dam pa mdo sde’i dbang po’i rgyal po zhes bya ba theg pa chen po‘i mdo
Склоняюсь перед всеми прошлыми, будущими и настоящими Буддами, бодхисаттвами, пратьекабуддами и святыми шраваками!
Вот что я слышал.
Однажды
на Пике Грифов, в сфере реальности,
в глубоком поле активности Будд
пребывал Татхагата
и чистым, незапятнанным,
прекрасным бодхисаттвам проповедовал
эту могущественную царицу сутр —
«Священную сутру золотистого света»,
весьма глубокую для слушания
и аналитического постижения:
– Чтобы было уничтожено все зло,
изложу возвышенное,
дарующее счастье учение,
благословленное Буддами
четырех сторон [света]:
Акшобхьей на востоке,
Ратнакету на юге,
Амитабхой на западе,
Дундубхисварой на севере.
Оно искореняет все дурные деяния,
приносит всевозможное счастье,
уничтожает все страдания.
Оно – основа всеведения, прекрасно
украшенная всевозможной славой.
Тем существам, чьи органы чувств неполноценны,
чья жизнь близится к концу или рушится,
тем, к кому пристают несчастные [духи]
и кого сторонятся божества,
ненавидят близкие, любимые люди,
кому вредят слуги, члены семьи и прочие,
тем, кто ссорится с другими,
терпит разорение,
подвержен мучению, изнурению, вреду,
страху или нищете,
испытывает вредное влияние планет,
звезд, черной магии
или страшных злых духов,
видит плохие сны,
возникающие от мучительного изнурения, —
[всем им] следует – умывшись, очистившись —
слушать [эту] священную сутру.
Для тех, кто с благими, чистыми мыслями,
одевшись в чистую, красивую одежду,
слушает эту сутру —
глубокое поле активности Будд,
она своим блеском
постоянно устраняет вред,
[причиняемый] любыми существами,
и все те страшные беды.
Их охраняют сами стражи мира
со своими министрами, вождями
и многомиллионной [армией] якшей.
Великая богиня Сарасвати,
[богиня] – жительница [реки] Найранджаны,
праматерь духов стихий Харити,
богиня земли Дридха,
владыка Брахма, владыка богов [Индра],
могущественные владыки наг,
владыки киннар, владыки асур,
а также владыки гаруд,
собравшись со своими мощными армиями
и ездовыми животными,
днем и ночью неустанно их стерегут.
Буду излагать эту сутру —
глубокое поле активности Будд,
таинство всех Пробужденных,
которое трудно найти
и в течение миллионов кальп.
Тех, кто слушает эту сутру,
побуждает других ее слушать,
радуется, что [они ее слушают],
и кто почитает ее, —
многие боги, наги,
люди, киннары,
асуры и якши
будут чтить миллионы кальп.
[Благодаря слушанию этой сутры]
у лишенных заслуг существ зародится
бесконечное, неисчислимое,
неохватное мыслью
множество заслуг.
[Слушающих ее]
возьмут под [свое покровительство]
Совершенные Будды десяти сторон [света],
а также бодхисаттвы,
практикующие глубокое.
Облачившись в чистые одеяния,
нося душистую одежду,
пробуждая в себе любовь,
неустанно почитайте [эту сутру].
С чистой,
открытой широко душой и совершенно ясным умом
слушайте [эту] священную сутру.
Те, кто слушает эту сутру,
придут в людскую участь,
счастливо обретут людское бытие
и будут жить во счастье.
Те, в чьих ушах
звучит это учение,
посадили [много] «корней» добродетели
и восхвалялись многими Буддами.
Такова первая глава – пролог «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.
В те времена жил в великом городе Раджагрихе бодхи-саттва-махасаттва по имени Ручиракету, почитавший прошлых Победителей, посеявший [бесчисленные] семена добродетели, оказавший почести мириадам Будд. Он подумал: «По каким причинам, из-за каких обстоятельств Бхагаван Шакьямуни жил так недолго – лишь восемьдесят лет?»
И стал размышлять: «Бхагаван говорил: «Есть две причины, два условия долгой жизни. Какие? Это отказ от убиения и даяние пищи». Но ведь Бхагаван Шакьямуни мириады кальп никого не убивал. Истинно держался десяти благих «путей» кармы. Отдавал живым существам пищу и внешние да внутренние вещи. Он насыщал голодных существ даже мясом, кровью, костями и костным мозгом своего тела, а уж тем более прочей пищей».
Пока этот великий человек размышлял сосредоточенно о Будде, его дом превратился [силой] Татхагаты в большой и пространный [дворец] из голубого берилла, украшенный множеством божественных драгоценностей и наполненный ароматом, превосходящим райский. В этом доме, в четырех сторонах, появились четыре трона, изготовленные из небесных драгоценностей. Их покрыли драгоценные божественные ткани. Также, [чудесной силой] Татхагаты, на этих тронах появились божественные цветки лотосов, украшенные множеством драгоценных камней. Из этих лотосов возникли четыре Будды Бхагавана: Татхагата Акшобхья на востоке, Та-тхагата Ратнакету на юге, Татхагата Амитабха на западе и Та-тхагата Дундубхисвара на севере.
Как только эти Будды Бхагаваны появились на львиных тронах, великий город Раджагриху осветил яркий свет. Осветил он и всю вселенную Трисахасра-махасахасрику, а также миры во всех десяти сторонах света – столько миров, сколько песчинок в реке Ганге. Лился дождь небесных цветов и слышались звуки божественной музыки. Все существа этой вселенной Трисахасра-махасахасрики обрели силой Будды божественное счастье. Существа с неполноценными органами чувств обрели здоровые органы. Глаза слепых узрели формы, уши глухих услышали звуки. К безумным возвратился здравый рассудок, ум рассеянных стал сосредоточенным. Нагие оделись, голодные насытились, страдающие от жажды утолили жажду. Поправились больные и выздоровели калеки. В мире возникло великое множество удивительных, чудесных явлений.
Увидев этих Будд Бхагаванов, бодхисаттва Ручиракету удивился, обрадовался, испытал удовольствие, восторг, блаженство. Соединив ладони, он поклонился этим Буддам Бха-гаванам и, помня о них и о достоинствах Бхагавана Шакьямуни, предался сомнениям по поводу продолжительности жизни Бхагавана Шакьямуни, весьма задумался над вопросом: «Как это может быть, что Бхагаван Шакьямуни прожил такую недолгую жизнь – лишь восемьдесят лет?»
Те Будды Бхагаваны, сознавая [его мысли], сказали бодхи-саттве Ручиракету:
– Сын благородной семьи, не думай, что Бхагаван Шакьямуни жил недолго. Почему же? Сын благородной семьи, мы не видим во всем мире с его богами, Марой, Брахмой, шраманами, брахманами, небожителями, людьми и асурами, чтобы кто-то – кроме Татхагат, Архатов, Истинно Совершенных Будд – мог бы постичь конец, предел жизни Бхагавана, Татхагаты Шакьямуни.
Как только те Будды Бхагаваны высказались о продолжительности жизни Татхагаты, в доме бодхисаттвы Ручиракету собрались силой Будды бесчисленные сотни, тысячи, миллионы богов, живущих в сферах желаний и форм, мириады наг, якшей, гандхарв, асур, гаруд, киннар, махораг и бодхисаттв. Тогда те Татхагаты изрекли для всех собравшихся краткие стихи о продолжительности жизни Бхагавана Шакьямуни:
– Можно сосчитать все капли
воды всех океанов, но
никто не смог бы сосчитать
[годы] жизни Шакьямуни.
Можно сосчитать пылинки все
гор Сумеру всей [Вселенной], но
никто не смог бы сосчитать
[годы] жизни Шакьямуни.
Можешь сосчитать мельчайшие пылинки,
что только есть во всей Земле,
но не исчислишь продолжительность
жизни Победителя.
Если б кто-то захотел измерить
небо, [это было бы возможно], но
никто не смог бы сосчитать
[годы] жизни Шакьямуни.
Нет возможности определить число,
[сказать]: «Вот Совершенный Будда
столько кальп живет,
[к примеру] – миллиард».
Поскольку [есть у долгой жизни]
две причины, два условия:
отказ от злого причинения вреда
и пищи щедрое даяние,
то продолжительность
жизни этого Махатмы
не установишь: «столько кальп» иль даже
«бесчисленные [кальпы]».
Поэтому отбрось сомнения,
ничуть не сомневайся:
у жизни Победителя предела нет;
она неисчислима.
Тогда наставник, учитель, брахман Каундинья, [присутствовавший] со многими тысячами брахманов среди собравшихся [около Будды], отдал почести Бхагавану и, услышав сообщение Татхагаты о его [намерении уйти] в конечную, великую нирвану, заплакал, поклонился Бхагавану в ноги и сказал:
– Бхагаван, если ты любишь всех живых существ, испытываешь к ним великое сострадание, заботишься об их благе, являешься для всех существ словно отцом и матерью, бесподобным, сияющим как луна, блистающим, словно солнце, великой мудростью и Осознанием, если смотришь на всех существ как на [своего сына] Рахулу, прошу даровать мне одну святую [вещь].
Бхагаван молчал.
Тогда, силой Будды, юноша личчхави Сарвалокапри-ядаршана, [бывший] в том собрании, набрался храбрости и сказал наставнику, учителю, брахману Каундинье:
– Почему же ты, великий брахман, просишь у Бхагавана некую святую вещь? Может, я смогу дать ее тебе?
Брахман ответил:
– Юноша личчхави, я хочу иметь крупицу мощей Бха-гавана величиной с горчичное семечко, чтобы мог почитать Бхагавана и поделиться [несколькими] пылинками его мощей [с другими]. Ведь известно: «Если будешь почитать крупицу его мощей величиной с горчичное семечко, то станешь владыкой богов [в раю] Тридцать трех». О юноша личчхави, всем шравакам и пратьекабуддам трудно понять, трудно постичь священную «Сутру золотистого света». Знаем, что [Бхагаван] будет излагать священную «Сутру золотистого света», обладающую такими (перечисленными им) качествами и достоинствами. Поэтому слушай ее. О юноша личчхави, поскольку священная «Сутра золотистого света» так трудна для понимания и постижения, мы, брахманы пограничных земель, также можем хранить, положив в ларец, крупицу мощей [Бхагавана] величиной с горчичное семечко, храня которую, существа быстро становятся владыками [рая] Тридцати трех. О юноша личчхави, разве ты не хотел бы, чтобы существа быстро стали владыками [рая] Тридцати трёх, попросив у Татхагаты крупицу мощей величиной с горчичное семечко и храня ее, положенную в ларец? Вот какой святой [вещи], юноша личчхави, я прошу.
Юноша личчхави Сарвалокаприядаршана ответил наставнику, учителю, брахману Каундинье такими стихами:
Когда в реке Ганге
станут расти цветы,
когда вороны станут красными,
а кукушки – цвета раковины,
когда бананы вырастут на розовых яблонях,
а деревья фиников зацветут хурмой,
тогда появится крупица мощей
величиной с горчичное семечко.
Когда из меха черепахи
сошьют прекрасную шубу,
защищающую от зимнего холода,
тогда здесь будут мощи.
Когда из ножек насекомых
благополучно построят башню,
прочную и неколебимую,
тогда здесь будут мощи.
Когда у всех пиявок
вырастут белые, острые
и большие зубы,
тогда здесь будут мощи.
Когда из рогов зайцев
изготовят прекрасную лестницу,
чтобы залезть на небо,
тогда здесь будут мощи.
Когда мыши, залезшие
по той лестнице, съедят луну
и причинят вред Раху,
тогда здесь будут мощи.
Когда мухи, ходя по деревням,
будут пить вино кувшинами
и жить в домах,
тогда возникнут мощи.
Когда ослы в счастливом настроении,
с губами красными как плод коксинии индийской,
будут петь и танцевать искусно,
тогда возникнут мощи.
Когда сова и ворон,
прилетев в уединенное место,
будут играть и дружить,
тогда возникнут мощи.
Когда листва дерева бутеи превратится
в зонт из трех видов драгоценностей,
защищающий прекрасно от дождя,
тогда здесь будут мощи.
Когда большие океанские корабли
с их механизмами и парусами
поплывут по суше,
тогда здесь будут мощи.
Когда совы будут лететь,
держа в клювах
гору Гандхамадану,
тогда возникнут мощи.
Наставник, учитель, брахман Каундинья, услышав эти строфы, ответил юноше личчхави Сарвалокаприядаршане такими стихами:
Хорошо, хорошо, прекрасный юноша,
Сын Победителей, великий оратор,
храбрый и опытный,
достигший великого предречения [о Пробуждении]!
Слушай меня, юноша; [я расскажу тебе], в надлежащем порядке, о неохватном мыслью
Бесплатно
Установите приложение, чтобы читать эту книгу бесплатно
О проекте
О подписке