– Ничего, – внезапно резко успокоилась она, и это насторожило еще больше. Я нажимала на ручку, но очень скоро поняла, что дверь заперта. – Что, никчемная человечка, боишься? Решила от меня сбежать? – расплылась она в хищной усмешке, которая странно исказила ее кукольно-красивое личико.
– Просто не привыкла вести беседы с сумасшедшими.
Эльфийка расхохоталась:
– Это ты здесь сумасшедшая, раз решила прибрать к рукам моего дракона и возомнила, что тебе это кто-то позволит! Я – дочь главного советника эльфийского императора. И наш союз с Рэмом предопределен. То, что он еще не понял его выгод – ничего не значит, как и то, что он назвал тебя своей невестой.
– А вот в этом вы правы! – заявила я, чем немного сбила ее настрой. – Мало ли что он сказал. Сегодня я невеста, завтра – нет. Зачем так нервничать? Невеста – еще не жена.
Уж мне ли этого не знать…
Но лицо девушки исказила досадливая гримаса:
– В том-то и дело, что Стальной генерал никогда не бросает слов на ветер. И раз назвал кого-то невестой – так просто от своих слов не откажется, – и внезапно осеклась, поняв, что рассуждала вслух не перед той слушательницей. Выпрямилась еще больше, явно на что-то решаясь. – Но не будет тебя – и он вынужден будет снова подчиниться Указу короля, и тогда я своего не упущу!
– Что значит «не будет меня»? – В душе заскреблись нехорошие предчувствия, а эльфийка напряглась, крылья ее носа затрепетали, в глазах появился нехороший блеск. – Мое убийство Рэм тебе точно не простит.
Не знаю, насколько серьезно девица была настроена, но очень сильно захотелось ее вразумить.
– А кто сказал, что я собираюсь тебя убивать? Тебя, никчемная человечка, поразит очень неприятная женская болезнь. Поверь, Рэм сам от тебя откажется!
Мои брови поползли вверх. Я не понимала логики этой ненормальной.
– Ты и правда думаешь, что я ничего не расскажу Рэму?
– Это, знаешь ли, сложно сделать, если сходишь с ума, – эльфийка через всю комнату направилась ко мне, а блеск ее глаз стал таким сильным и диким, что я испугалась. – Пожалуй, с тебя хватило бы и простого сумасшествия, но свое вчерашнее унижении я тебе не прощу…
Я оторопела и даже прислушалась к себе. Нет, вроде все так же, как и было, никаких внутренних голосов не появилось, хотя… Вся эта ситуация с попаданием в другой мир уже попахивала сумасшествием, но я с собой по этому поводу уже успела договориться, так что…
– Стой, где стоишь, ненормальная!
Девушка застыла в паре метрах от меня, явно не понимая, почему у нее что-то там не получается. А мы, на минуточку, в магическом мире! Она точно сейчас у меня в мозгах пытается ковыряться, а я тут стою и ничего не делаю. А я ведь самая обычная девушка, и никакой защитой от таких вот магинь не обладаю!
Эх, где же сейчас погремушка, которая оберегала меня ночью? Сама сдуру ее сняла и оставила в комнате дракона. Отчего-то даже мысли не возникло, что кто-то может вот так открыто угрожать моей жизни и психическому здоровью. Сейчас бы только спастись, и я обвешаюсь этими погремушками с ног до головы! И плевать на общественное мнение!
Накрутить себя до шевелящихся во всех местах волос получилось очень быстро – все-таки я не бессмертная, – обернувшись, я забарабанила кулаками в дверь:
– Помогите!
Никогда до этого не приходилось участвовать в банальной женской драке с выдиранием волос, но в этом мире, видимо, сподоблюсь и на это. Потому что эльфийка с шипением ухватила меня за волосы и рывком оттащила прочь от двери.
Не знаю, на что она рассчитывала, но я миндальничать не стала, хотя до банального выдирания волос не опустилась: у меня был гораздо более интересный объект для ответных действий – ее длинные уши, в которые я впилась своими длинными наманикюренными ноготками.
Видимо, в фэнтези пишут правду – уши у эльфов очень чувствительные. Потому что девушка завизжала так, что мои чуть не заложило. Но своего я добилась – она мою шевелюру отпустила. Воспользовавшись моментом, я тут же отскочила от ненормальной и, чтобы нас разделяло хоть что-то, забежала за кровать.
– Ты! – снова завизжала она вне себя от ярости. – Ты! – она подняла над головой руки с хищно растопыренными пальцами, прошептала какую-то тарабарщину, и на их кончиках начали формироваться острые сосульки размером чуть больше карандаша.
Я представила, что будет, если такой милый «карандашик» вонзится в мое тело, и в горле разом пересохло, волной начала подниматься паника.
– Боишься?! – расхохоталась она. – Бойся! – и взмахнула руками, отправляя острые сосульки в полет.
Наверное, будь я спецназовцем или просто тренированным человеком, то успела бы упасть и спрятаться за кроватью, но все происходило слишком быстро, и я успела только зажмуриться и прикрыться руками. На периферии сознания мелькнула мысль, что такую дуру, как эта эльфийка, еще нужно поискать – все равно ведь после такой моей смерти Рэма она не получит. Но мелькнула она где-то очень глубоко, потому что на поверхности билась только одна мысль:
– Нет!
Или это была не мысль? Или мысль, но созвучная с чьим-то криком? Или… я еще несколько мгновений постояла с зажмуренными глазами, задаваясь вопросом, долго ли мне еще ждать смерти, потом приоткрыла один глаз, а следом от удивления и второй.
Посреди комнаты стоял дико взбешенный Рэм и держал за горло хрипящую эльфийку, которая царапала его руку в попытке освободиться, а в комнату заглядывали перепуганные слуги. Дверь куда-то испарилась, не оставив даже петель.
– Рэм, – пропищала я, не желая становиться свидетелем убийства, – отпусти ее, а?
Дракон перевел на меня блестящие дикой зеленью глаза и, показалось, не сразу понял, что я жива, и смотрел так, будто не верил своим глазам. Но плескавшееся в них безумие потихоньку начало уходить, как и жизнь из тела эльфийки, и это меня не радовало.
– Марина… – прохрипел он и сделал ко мне шаг, продолжая удерживать эльфийку на весу.
Казалось, увидев меня, он совсем про нее забыл, а вот я – нет.
– Рэм, разожми пальцы, а? Ну ее, – почти взмолилась я, и он, наконец, перевел взгляд на закатившую глаза девушку.
– Да, ты права, – ответил дракон и отпустил свою жертву.
Почти задушенная девушка упала на пол, сделала судорожный вдох, закашлялась и заскулила. Мне бы, наверное, стало ее жаль, если бы она только что не пыталась меня убить, а до того лишить разума и наградить срамной болезнью. Это ж надо до такого додуматься!
Рэм шагнул ко мне, но, словно о чем-то вспомнив, резко обернулся и посмотрел в глаза не сводящей с него перепуганного взгляда эльфийке:
– Ласабель. Ты знаешь – я всегда держу свое слово, – произнес мужчина так холодно, что меня морозом пробрало. – Я убил бы тебя прямо сейчас, и никакие осложнения дипломатических отношений не остановили бы, но я слишком сильно уважаю твоего отца. К тому же за тебя попросила Марина. Но если я или моя невеста тебя еще хоть раз увидим без разницы где – я тебя убью. Поняла? – Эльфийка судорожно закивала, а я чуть не закивала вместе с ней – такой жутью повеяло от дракон в этот момент. – Вон!
Девушка ретировалась из комнаты так быстро, что я заподозрила, что не обошлось без магии. А потом дракон повернулся ко мне и в несколько широких шагов оказался рядом.
– Марина, – выдохнул он, с диким беспокойством заглядывая мне в глаза.
А мой организм, видимо, только сейчас понял, что все прошло и можно расслабиться. И вместе с этим пониманием меня затрясло, а к глазам подкатились слезы:
– Рэм, – всхлипнула и тут же оказалась в его объятиях и разрыдалась. Впервые меня на полном серьезе хотели убить или могли покалечить. И я никогда не думала, что это так страшно.
Дракон подхватил меня на руки, сел на кровать и начал укачивать, как маленькую, говоря какие-то успокаивающие глупости и поглаживая меня по спине и голове. Плакать в его руках оказалось очень уютно, и я с упоением выплакивала весь стресс и даже что-то рассказывала, но мое «А она… А я…» можно было назвать рассказом с большой натяжкой.
Наконец, слезы иссякли, но я продолжила сидеть у мужчины на руках, лишь изредка всхлипывая и боясь поднять лицо. Хорошо что мне попался чуткий дракон, который вручил мне на растерзание не только свое плечо, но и белоснежный носовой платок – плакать красиво, как наверняка подобает местным леди, я не умела и, кроме слез, у меня лились еще и сопли, а глаза точно неприлично опухли.
– Прости меня, Марина, – повинился Рэм, когда понял, что я успокоилась. – Я даже не представлял, что ты можешь подвергнуться такой опасности в нескольких шагах от меня.
О, на это у меня было что ему сказать!
– Ты даже не представляешь, насколько я этого не представляла! Если бы я знала, что повлечет за собой наша авантюра с женихом и невестой, то…
– Марина, – оборвал меня Рэм, – еще раз прошу у тебя прощения и клянусь, что сделаю все, чтобы это не повторилось. Поверь, я сумею тебя защитить!
– Рэм… Ты или слепой или чего-то не понимаешь. Как можно меня защитить, если твой дом – это просто проходной двор?! К тебе в спальню без проблем заявляются все, кому не лень, твои слуги столь любопытны, что даже этого не стесняются и специально дежурят под дверью, чтобы не пропустить самое интересное, и продажны настолько, что приставленная тобой ко мне служанка лично закрывает за моей спиной дверь, чтобы я имела «удовольствие» пообщаться с твоей любовницей!
– Мы никогда не были с ней близки… – зачем-то поправил меня дракон.
– Да какая разница?! Эта дура чуть не убила меня! А сначала хотела наградить какой-то женской болячкой и свести с ума! Это как, Рэм, нормально?! – я уже достаточно отошла от потрясения, чтобы начать думать головой и найти корень своих бед, а потому выдавала обвинения без жалости и сомнений.
– Марина, я все это знаю и в сложившейся ситуации виню только себя. Но все, что ты только что мне вменила, я исправлю! Я вернулся в родовое гнездо недавно и просто не успел вникнуть в дела поместья…
– А до этого? У тебя что, не было здесь нормальных слуг?
– У меня не было, – внезапно нахмурился он. – Я вообще не должен был стать здесь хозяином и покинул этот дом, когда мне еще не исполнилось и пятнадцати.
И что-то такое было в интонациях его голоса, что следующие упреки так и застыли на языке. Отчего-то в этот момент стало так жалко Рэма, что я даже погладила его по мокрой от моих слез рубашке.
– Почему? – все же спросила я.
– Давай поговорим об этом чуть позже, когда я выдворю всех из замка? – Я кивнула, но ухватила его за грудки, внезапно испугавшись, что он сейчас уйдет и снова оставит меня одну в этом негостеприимном месте. – И не бойся, я приставлю к тебе своих нукеров. Им я доверял свою спину на войне и уверен, что они смогут тебя защитить.
– Ага, так же, как и тебя вчера от тех девиц?
– Марина, я же тебе уже объяснил этот момент…
– Ладно, – благоразумно согласилась я.
Но руки разжиматься и отпускать его никак не хотели. Особенно, когда я оглянулась и увидела продолжавшую с любопытством глазеть на нас прислугу.
Рэм проследил за моим взглядом и наградил их таким, что проем тут же опустел.
– Тут ты не останешься – отведу тебя в смежные с моими покои.
– Но там ведь должна жить твоя жена! Так ведь?
– Жены у меня пока нет, а так я, по крайней мере, смогу быть рядом.
– Но это как-то неправильно, – продолжала я упираться, пока он вел меня из комнаты. – И вообще…
– Вот все свои вообще запишешь в нашем договоре, идет? Я тебе сейчас и книжечку принесу, которая тебя заинтересовала…
– А?..
– …И бумагу, и самопишущее перо – все равно ведь не знаю, сколько мне понадобится времени, чтобы со всеми распрощаться, а тебе будет чем заняться.
– Но…
– Все, дорогая, мне пора, иначе я эту публику и до конца дня не выдворю из замка, – Рэм завел меня в комнату. – И не волнуйся, мои нукеры уже дежурят у тебя под дверью, – и тут же закрыл ее за собой.
Не успела я хлопнуть глазами, как она снова открылась, и Рэм вошел с той самой книгой о законах в руках, вручил ее мне и так же стремительно удалился, послав напоследок подбадривающую улыбку.
– Это что сейчас было?.. – пробормотала я уже в пустое пространство.
О проекте
О подписке