Сын уснул практически моментально, я даже не успела начать читать ему сказку. Сразу видно, насколько его утомила встреча с друзьями Богдана. Перед тем, как выключить светильник и оставить гореть ночник, глянула на сверкающий камешек в колечке. До сих пор не могу поверить, что любимый сделал мне предложение.
С чего вдруг такая спешка? За последнее время не припомню, чтобы он хоть раз заикался о свадьбе. По сути, Богдан огорошил меня своим решением. Не хотелось бы мне казаться ханжой, но вместе мы всего три месяца, один из которых живем семьей, неужели этого времени ему хватило, чтобы все оценить и понять?
Вероятно, во мне все еще осталась толика недоверия ко всем мужчинам после того, как меня беременную бросил первый парень, и сейчас на фоне его поступка пытаюсь уличить в чем-то Богдана.
Сынок перевернулся на бок, отвлекая меня от размышлений. Выключила настольную лампу, положила книгу в ящик стола и включила для него тусклый ночник в виде звездочки. Помню, как только мы переехали к Богдану, я попросила его повесить светильник на стену, а он удивился и сказал:
– Женя ведь будущий мужик, а ты ему делаешь все условия, чтобы он вырос тряпкой.
Было дико обидно слышать подобные слова, будто я воспитываю Жеку неправильно. Но ведь практически все детки боятся темноты и, что греха таить, я сама такая же трусиха. Раньше засыпала при свете, а отключала его лишь под утро. Сейчас, с любимым под боком, такая необходимость отпала.
Я до сих пор находилась в смешанных чувствах. Бывают такие моменты, когда кажется, что Богдан желает мне добра и поэтому критикует практически все, что делаю. Но вот в тоже время создается ощущение, словно специально принижает, показывая, насколько он превосходит меня во многих вещах. Вот как понять, фантазии все это или действительно нужно бежать от мужчины, пока не поздно?
Когда вошла в спальню, любимый еще не спал, читал что-то на планшете, а как только заметил меня, отложил его на тумбочку.
– Наконец-то! – он протянул руки ко мне и ухмыльнулся. – Давай-ка, снимай свою сексуальную одежду секретарши и иди ко мне.
Вот, кстати, еще один пунктик, который хотелось уточнить. Сощурившись, подошла ближе, но не спешила переодеваться.
– Скажи честно, ты же не планировал сегодня мне делать предложение?
Энтузиазм и горящий огонек азарта в его зеленых глазах моментально испарился. Неужели попала в точку? А ведь я просто спросила первую попавшуюся догадку, совершенно не ожидая, что та окажется правдой.
– Вот умеешь ты, Юля, обломать весь кайф мужчине, – проворчал он и скрестил руки на груди. – Какая разница, хотел или нет? Сделал же, ты согласилась, что уже не так?
В вопросе явственно звучало осуждение, словно мужчина пытался всю ответственность переложить на меня, но не в этот раз. Сейчас моей вины уж точно нет.
– Что не так? – удивленно переспросила его и продолжила: – Мне казалось, что предложение руки и сердца делается сугубо в семейном кругу, а не среди коллег и начальства. Еще и эта дурацкая одежда… Да я выглядела хуже, чем официантки в том ресторане.
Хотелось банально выговориться и услышать вразумительный ответ. Но больше всего я нуждалась в поддержке, которую Богдан, по-видимому, не собирался мне давать.
– Вас, женщин, не поймешь! – возмутился он. – Юля, любимая, любая другая уже пищала бы от восторга только от того, что ее позвали в крутой ресторан, да еще и сделали предложение, стоя на колене. Вам же, бабам, нравится, когда вокруг столько пафоса, разве нет?
И почему сложилось ощущение, будто мне только что залепили звонкую пощечину? На глаза навернулись слезы, пришлось проморгаться, лишь бы не заплакать, не показать свою слабость.
– Вот сейчас было очень обидно, – я взяла со шкафа сорочку и собралась уйти ночевать в комнату к сыну. – Думаю, мы оба сильно поторопились. Подумай об этом.
Богдан мгновенно вскочил с кровати и остановил меня, прижал к себе, как самое ценное сокровище, поцеловал в макушку, тяжело вздохнул. Находиться в его «железной» хватке было настолько приятно и желанно, что я моментально оттаяла. Не выдержала и обняла любимого за талию, ничего не в силах с собой поделать! Когда он первый идет на примирение, во мне что-то щелкает и не позволяет долго обижаться.
– Прости дурака, – промычал мне в макушку. – Ничего мы не поторопились, неужели из-за мелкого недоразумения ты вот так запросто уйдешь? – вымучено уточнил он.
Ох… разве так честно? Богдан заметно нервничал: в голосе безошибочно улавливалась паника, тело временами была сильная дрожь, он никак не мог взять себя в руки, уже трясся, как при сильной лихорадке. Сейчас я оказалась для него спасительным кругом, погладила любимого по спине и пробормотала утешительные, ничего не значащие слова.
Он действительно переживал, что я уйду, иначе бы с чего так нервничать? Пришлось пересмотреть весь наш разговор и признать, что я снова неправильно поняла смысл слов любимого. Возможно, он, действительно, хотел сделать как лучше для меня, кто ж виноват, что мне весь этот пафос ни к чему?
– Ладно, проехали.
Богдан удовлетворенно выдохнул, улыбнулся мне так, словно минуту назад и не было никакого конфликта. А я так и не поняла до конца, как реагировать.
– Давай ложиться спать, горе ты мое, – любимый не стал возражать на мое предложение.
Помог мне снять одежду, уложил на кровать и полночи усердно помогал забыть обо всем, что не давало покоя.
Утром меня разбудил противный писк будильника. Неохотно протерла глаза и встала, надела халат. Какой только извращенец придумал вставать в понедельник ни свет ни заря? Богдан еще дрых без задних ног, не стала его тревожить, тихонько выскользнула из спальни. Умылась, привела себя в порядок и принялась готовить завтрак двум своим любимым мужчинам.
Когда все было готово, первым пошла будить Жеку. Сынишка ненавидел ранние подъемы в детский сад и всеми силами каждое утро пытался урвать себе еще минуточку сна.
С Богданом было намного проще – достаточно поцеловать и сказать, сколько времени, как он уже вскакивал и бежал в ванну. За завтраком ничего не предвещало беды, но она пришла, откуда не ждали:
– Юль, ты не забыла, что мы сегодня идем к моим родителям?
И надо же было мне в этот момент откусить оладушек! Я поперхнулась им, Жека услужливо постучал мне по спине, хотя толку было мало. Черт! Из головы совершенно вылетело, столько событий навалилось в один момент, а тут еще и это! Каждый поход к его родителям для меня словно смертная казнь. Мария Степановна, мать Богдана, при каждом удобном случае не стеснялась рассказывать, какие у ее драгоценного сыночка были девушки, да такие умницы-кудесницы, куда уж мне до них, совершенных! Очевидно же, я совсем не устраиваю ее в роли невестки, Жеку она, к слову, категорически не воспринимает, приходится отставлять или дома, или у моей мамочки, лишь бы не травмировать ни его, ни Марию Степановну.
Даже не представляю ее реакцию на нашу предстоящую свадьбу.
– Без Жени? – спросила я так тихо, как только могла.
Сын все равно меня услышал, опустил голову и даже перестал кушать. Богдан же моментально подтвердил мои догадки:
– Прости, солнце, но ты же знаешь, как ей тяжело привыкнуть к чужому ребенку. У нее давление, а мы еще собираемся ее огорошить новостью про свадьбу. В следующий раз, ладно, малыш?
– Мам, я лучше побуду с бабушкой Аней, – поддакнул сынок.
– Хорошо, позвоню ей и уточню, сможет ли она сегодня тебя забрать из садика.
Я вышла из кухни, подождала с минуту, прежде чем уйти в комнату. К счастью, никакой конфликтной ситуации между ними не возникло. Богдан спросил Жеку, что у них сегодня намечается в детском садике, и сынишка с радостью стал щебетать про лепку фигурок из пластилина и рисование.
Да и с чего бы им враждовать? С самой первой встречи, в целом, я не увидела плохого отношения любимого к ребенку, иначе не стала бы жить с ним. Порой, правда, все равно всплывали мелкие разногласия, которые решались так же быстро, как и появлялись. Единственная беда – Мария Степановна, ни я, ни мой малыш, не устраивали ее в качестве будущей семьи. А вот отец Богдана, Кузьма Никифорович, отнесся с пониманием дела, пытался как мог усмирить пыл жены, но увы…
Любимый много раз говорил, чтобы не брала дурного в голову, со временем его маман привыкнет, оттает и примет нас с Жекой, вот только как долго мне придется терпеть ее нападки?
Телефон лежал в сумочке, со вчерашнего дня так и не доставала его. Когда искала гаджет, наткнулась рукой на визитку, достала. Перед глазами мгновенно встало ужасающее лицо водителя «вольво», рука дрогнула, картонный прямоугольник выскользнул из пальцев. Ощутив, как тошнотворно сжался желудок, глубоко вдохнула и присела на кровать. На фоне того типа, проблемы в данную минуту стали казаться такими мелочными, что аж смешно! Вот уж с кем рядом быть опасно, так это с тем водителем. Мама Богдана там и рядом не стояла! Подумаешь, пара подколов и упоминание о призрачных Мариночках и Светочках. Такое я могу выдержать, а, если понадобится, то и отвечу ей в тон, не обломится, королева. Надо же, как оказывается, сомнительные личности меня могут мотивировать. Я решила оставить визитку, подняла ее с пола и запрятала обратно в сумочку. А что, прекрасный стимул. Как только станет казаться, что все плохо, достану ее, вспомню бандитскую рожу с пирсингом и все, как рукой снимет.
Время неизбежно утекало, пришлось поторопиться и набрать номер родительницы. Плохо, что я не предупредила заранее, она ведь может работать в этот день на сутках.
К счастью, после недолгого разговора отпустило еще больше, мама выслушала меня, сказала, что выхожу замуж я не за его родню и главное во всем этом мнение самого Богдана.
– Поговорила? – я не заметила, в какой момент любимый оказался рядом.
Он оперся плечом о дверной косяк и глядел на меня с вопросом в глазах.
– Да, но есть небольшая проблема. Она не сможет забрать Жеку из садика, надо будет отвезти ей сына прямо на работу.
– Ну, не проблема, давай я завезу малого, шеф как раз торчит мне отгул за недавнюю удачную сделку. А потом встречу тебя с работы и вместе поедем к моим.
– Ты, правда, это сделаешь? – я не могла поверить своим ушам.
Обычно он не рвался помогать, бывало, пару раз ходил со мной, воспитатели его видели и, по идее, если предупредить, то отдадут без проблем. Но чтобы самому! Такое впервые. Богдан пожал плечами и улыбнулся, как вроде говорил: «Что тут такого».
– Ты – чудо.
Любимый рассмеялся и указательным пальцем показал мне на наручные часы. Ох… Кажется, кто-то уже опаздывает! Мы все быстренько собрались, я повезла сына в садик, а Богдан сразу поехал в офис.
– Так, зайка, у бабушки веди себя хорошо, ладно? – сын кивнул. – Вечером за тобой заедет дядя Богдан, его тоже слушайся, договорились?
– Конечно, мамочка.
Предупредив воспитательницу, не стала терять время и побежала на работу, к счастью, еще даже не опаздывала. Пока ехала, решила позвонить подруге и договориться о встрече, давно мы с ней не общались, а новостей накопилось очень много.
– Ба, какие люди обо мне вспомнили, – съехидничала она вместо приветствия.
– И тебе привет, – я улыбнулась. – Не хочешь сегодня в обеденный перерыв встретиться? У меня новости.
– Та давай, я уже соскучилась по блинчикам из «Глории», – мне кажется, я даже услышала, как подруга сглотнула слюну, так сильно она любила любую выпечку в том кафе.
– Кто о чем, а Люда о еде, – не сдержала смешок, а подруга вдохнула.
– Вот не надо мне сейчас напоминать о лишних килограммах.
– Да Боже упаси, хорошего человека должно быть много.
– Угу, хорошо тебе говорить, нося размер «s»! – в ее голосе появилась обида.
Люда от природы пухленькая, но я бы не сказала, что лишний вес ее портил, скорее, наоборот – придавал шарм. Сама же подруга вечно сидела на каких-то диетах и все время рыдала, что ни одна из них ей не помогает.
– Так, ладно, прекращай себя унижать. Людок, уже моя остановка, давай тогда при встрече поговорим.
– Окей, до встречи.
Мы распрощались, я с трудом вылезла из битком набитой маршрутки и, вдохнув полной грудью свежего воздуха, помчалась в офис. Когда подходила, заметила, как на парковку заехало авто Алексея Николаевича. Пришлось поторопиться, чтобы войти первой. Он, конечно, еще ни разу не ругал меня, если приходила чуть позже него, главное что вовремя, но все же секретарь должен быть на рабочем месте раньше.
– Юлия, – услышав его голос, мне пришлось остановиться.
Вот блин, а счастье было так близко. Я ведь уже фактически одной ногой стояла по ту сторону офиса. Не повезло.
– Алексей Николаевич, доброе утро, – поприветствовала шефа с улыбкой, он ответил мне тем же.
Босс любезно открыл предо мною дверь и пропустил в помещение. Мы прошли мимо уже собравшихся рядом менеджеров по продаже авто, среди которых заметила Богдана, и направились к лестнице. Поднялись на второй этаж, я подошла к своему столу и внезапно услышала от шефа:
– Свари мне кофе и зайди через пять минут.
– Хорошо.
Ох… Что-то не понравилось мне, как он это произнес. Или разыгралась фантазия, или босс собрался всерьез отчитать меня за опоздание. На настенных часах показывало восемь пятьдесят пять. Нервно прикусив губу, бросила сумку на кресло и вздохнула.
– Да ладно, в первый раз, что ли? – попыталась успокоить себя.
Я сразу пошла в комнату отдыха, где находилась плита, и сварила Алексею Николаевичу кофе в турке. У нас имелась хорошая кофеварка для сотрудников, но босс сразу четко обозначил, что любит именно в турке. Подогрела немного молока, налила в молочник, поставила все на поднос и пошла к начальству «на ковер». Постучалась и вошла, только когда услышала с той стороны:
– Заходи.
Он уже ждал меня, указал на кресло напротив него. Подойдя, поставила рядом кофе и молочник, поднос сунула в подмышку и уселась. Шеф сделал пару глотков и только потом заговорил:
– Поздравляю с предстоящей свадьбой.
Совсем не то, что ожидала услышать. Растерялась на секунду, а потом кивнула. К чему он клонит?
– Буду откровенным с тобой, ведь ты много раз помогала мне с сыном, хотя не обязана была.
Вот теперь точно я перестала улавливать суть разговора. Ну, было пару раз, подсказала Алексею Николаевичу, куда можно сходить с ребенком на выходные или какой подарить ему подарок. В офисе шушукались, что бывшая жена редко разрешала ему видеть сына, и поэтому босс совершенно не знал, как и чем лучше занять внимание ребенка. Поскольку у нас дети одногодки, мне не сложно было подсказать, как правильно поступить.
– Ты уверена, что Богдан именно тот мужчина, который должен быть рядом с тобой? Возможно, ты поторопилась с…
– Алексей Николаевич, – я резко перебила его, – вы меня извините, но причем тут мои отношения на работе? Если есть какие-то претензии именно к ней, готова выслушать.
Он кивнул, словно понял мое недовольство и объяснил:
– Из всех моих сотрудников только ты не собираешь сплетни и не плетешь интриги, уж поверь, у меня здесь свои уши и глаза, так что я знаю больше, чем следовало бы. К слову, пошел я вчера только из уважения к тебе. И, если говорить прямо, почтения со стороны Богдана не увидел ни капли. Ко мне – да, но не я же был, так скажем, «гвоздем программы». Вы сыном там были явно лишними, а все разговоры велись сугубо о работе. И это я уже молчу о твоей офисной одежде, вместо чего-то праздничного. Не каждый же день тебе делают предложение.
– Да, но ведь… – я поняла, что возразить нечего и просто замолчала, опустила взгляд.
Сказать, что это было унизительно – ничего не сказать. Значит, мне не показалось, будто Богдан специально в последний момент достал кольцо и сделал предложение, лишь чтобы порисоваться перед боссом. А что, если любимый все это сделал ради нас, ведь повышение по карьерной лестнице идет вместе с двойной зарплатой? Или я пытаюсь оправдать его странный поступок?
– В твои годы я уже сделал опрометчивый поступок, теперь жалею и расплачиваюсь редкими встречами с сыном. С каждым разом мне все сложнее объяснить ему, почему слова мамы о плохом папе – неправда, и что я не бросил их специально, а вынужденно. Что будет дальше, страшно загадывать.
Сердце заныло от признания босса, мне стало его очень жаль, наверняка Алексей Николаевич сильно скучает без сына, а бывшая пользуется этим и специально манипулирует ребенком. Вот же… гадина!
Как бы там ни было, а слова шефа возымели эффект. Я стала сомневаться и в Богдане, и в своей любви к нему. Может ли быть так, что после долгих лет одиночества набросилась на мужчину, как это говорят: «как с голодного края»? А сейчас приняла предложение лишь потому, что привыкла быть с ним? И как понять?..
– Думаю, вы правы, – неохотно согласилась с шефом. – Мне стоит хорошенько обо всем подумать, а не бросаться в омут с головой.
– Вот и прекрасно. Юля, ты можешь идти.
О проекте
О подписке