Жаль, я не знал ее, когда к нам на остров высаживались германские войска, самолет за самолетом, – и с кораблей в гавани! Тогда я думал: будьте вы прокляты, будьте вы прокляты, будьте прокляты, сто раз подряд. А вот если б мог думать: «Угас наш день, и сумрак нас зовет», меня бы оно утешило. Не так обрывалось бы сердце.