Постоянно держа в голове мысль о самоуважении, поколение беби-бума создавало семьи, где жизнь крутилась вокруг детей, – и впервые в человеческой истории детские занятия футболом, балетом или театром в родительских ежедневниках оказались важнее садоводства или корпоративных соревнований по софтболу. Кто-то спросит: «Но разве не прекрасно то, что люди стали принимать такое живое участие в жизни своих детей?»
Прекрасно, конечно, но только до того момента, когда забота становится чрезмерной. Вполне естественно, что родители желают детям самого лучшего и стремятся обеспечить им счастливую жизнь. Проблема состоит в том, что, когда мы стараемся поднести своим чадам весь мир на блюдечке с голубой каемочкой, мы непреднамеренно создаем проблему избалованности.
К примеру, многие озабоченные мамочки и папочки становятся для своих детей «газонокосильщиками»: сглаживают все возможные препятствия, сталкиваться с которыми для подрастающего поколения вполне естественно, – от вспыльчивой воспитательницы в детском саду до преподавательницы театрального кружка, которая не желает давать главные роли. И чем дальше, тем хуже. В конце концов такие родители начинают устраивать скандалы начальству своих повзрослевших сыновей и дочерей за то, что оно оказалось недовольно их постоянными опозданиями. Родители не только посвящают всю свою жизнь детям, но и стараются сделать все возможное, чтобы их жизненный путь был гладким – причем это продолжается и тогда, когда те становятся взрослыми. Дети, находящиеся под постоянной опекой, очень быстро привыкают к тому, что жизнь должна быть похожа на кусок торта, а если это почему-то не так, значит, кто-то другой должен решить все проблемы. Избалованным детям приятно жить в защитном коконе, но это не может продолжаться вечно.
Мы также чрезмерно упрощаем их жизнь, никогда не говоря «никогда». Конечно, все мы предпочитаем сказать ребенку «да» вместо «нет» и увидеть счастливую улыбку вместо истерики. Но на самом деле родители, как правило, просто боятся слова на букву «н» и не произносят его так часто, как нужно. Мы по первому требованию даем детям все, что они хотят, и в результате попадаем в ловушку, становясь их личной прислугой, поскольку, говоря начистоту, нам так проще. Дети привыкают к тому, что любые их требования исполняются, и, если все-таки сталкиваются с отказом, закатывают еще более сильную истерику, после чего ситуация окончательно выходит из-под контроля.
Кроме того, существует проблема чрезмерных похвал. Ребенок получает леденец за то, что смог простоять три минуты в очереди в банке, поощрения в школе за то, что смирно сидит на уроке за партой, деньги за хорошие оценки и пирожное за то, что вышел из магазина, не закатив истерику. Мы восклицаем «Прекрасно! Молодец! Вот умница!», чтобы наши дети ощущали гордость, делая самые обычные вещи. Они растут, слушая дифирамбы, которые мы поем им, и очень скоро перестают вести себя хорошо, подчиняться рабочей этике или помогать другим без обещанного вознаграждения или похвалы.
Конечно, мы опекаем своих детей с лучшими намерениями, но это не отменяет факта, что такое воспитание подготавливает почву для избалованности. Однако мы не должны беспомощно переживать эту болезнь – как вы увидите далее, у нас есть средства для полного ее излечения.
На заре XXI века электронные средства общения развивались чрезвычайно бурно: довольно быстро Facebook, Twitter, Instagram и прочие социальные сети начали предоставлять детям неограниченные возможности для демонстрации и рекламирования себя. Как будто у подростков без этого было мало поводов для самолюбования! Возможность размещать в Сети фотографии и постоянно оповещать мир обо всем, что происходит в жизни, – от меню завтрака до своих смешанных чувств к младшим братьям или сестрам – еще более подкрепила эгоцентрические установки вроде «все в мире существует для меня» и «живем один раз». И так как все друзья ребенка в Сети согласны с ним, нет никаких причин смотреть на мир иначе, особенно с такой позиции, где основные ценности – усердный труд и ответственность.
Неудивительно, что нынешнего подростка сложно убедить взять в руки пылесос и помочь с уборкой. Это занятие не будет хорошо смотреться в Instagram, а еще оно противоречит законам королевства, которое дети строят для себя.
Давайте посмотрим правде в глаза: мы, взрослые, не всегда лучший пример в таких вещах. Когда мы постим фотографии с той же частотой, что и пятнадцатилетние, когда заглядываем в смартфоны под столом во время обеда, мы демонстрируем то же самое эгоцентрическое отношение к миру, которое пытаемся побороть в наших детях. Посылая SMS, мы даем знать, что последнее слово в семье принадлежит виртуальному миру.
В результате повсеместно страдает рабочая этика, человеческие отношения и самовосприятие людей. Дети не только постоянно видят перед собой Кардашьян и прочих подобных персонажей, но и с помощью социальных сетей делают все возможное для того, чтобы стать такими же. Неудивительно, что они требуют для себя всего лучшего, что только может быть в жизни!
Позже мы подробнее поговорим обо всем этом, а сейчас я хочу, чтобы вы просто поняли, что перед нами стоит труднейшая задача: изменить отношение наших детей к жизни. Однако она определенно решаема, особенно если речь идет только о вашем доме.
Все вышесказанное неизбежно подводит нас к вопросу: на что же наши дети действительно имеют право? Лесли Маршалл, специалист по воспитанию и врач отделения неотложной помощи, использует армейскую формулировку «трехразовое питание и койка», чтобы напомнить нам о том, что, помимо любящей семьи, у ребенка должны быть определенные условия для жизни: пища, кров, одежда, безопасность, медицинское обслуживание. Но вы понимаете, что все эти понятия весьма растяжимы. Например, девятилетний Джек, вероятно, вполне может обойтись без велосипедного шлема с декоративными рогами за 50 долларов, если шлем, стоящий в два раза дешевле, достаточно хорошо выглядит и не хуже обеспечивает защиту головы. Четырехлетняя Эбби точно способна надеть обычные туфли без посторонней помощи, но, возможно, не справится сама с зимними ботинками. А с семнадцатилетним Дэйтоном не случится ничего страшного, если он будет жить в одной комнате с младшим братом, даже если тот время от времени разговаривает во сне.
Как понять, когда идет честная игра, а когда с вами жульничают? Мы еще вернемся к этому в главе 2, пока же вам достаточно знать, что, если вам кажется, будто вами манипулируют, если вы ощущаете смутное беспокойство или думаете, что что-то здесь не так, скорее всего, ваши сомнения небезосновательны. Вы должны дать детям понять, что им придется корректировать свои запросы.
Почти столь же важное значение, как чистая питьевая вода и крыша над головой, имеет удовлетворение двух психологических потребностей, на которых основана эффективность всех методик, предлагаемых в моей книге. В отличие от нездоровой склонности к излишествам, эти потребности заложены в нас с рождения.
Чтобы вы могли лучше понять, что на самом деле нужно вашему ребенку на психологическом уровне, давайте рассмотрим, что происходит у него в голове (помимо мыслей о том, как бы так стащить конфеты, чтобы мама не увидела).
Более ста лет назад считалось, что детей должно было видно, но не слышно. Многие с раннего возраста работали на фабриках или фермах, и к ним обычно относились без особого уважения. Но все начало меняться, когда психолог и врач Альфред Адлер стал утверждать, что все люди, и дети в том числе, заслуживают одинакового отношения. В основу большинства трудов Адлера легло понятие уважения и идея о том, что дети – это общественные существа, которые ведут себя в соответствии с восприятием и реакцией окружающих. Три следующих адлерианских принципа повлияли на эту книгу.
Это две основные человеческие потребности, присутствующие в нас с рождения. Чувство причастности достигается, когда ребенок ощущает эмоциональную связь с другими членами семьи и осознает свое место по отношению к ним. Чувство собственной важности происходит от возможности вносить значимый вклад в общие семейные дела и от личной власти – определенного уровня влияния на то, что происходит. В каждом человеке есть потребность во власти, и если мы не обращаем ее на пользу, то она приводит к негативным действиям.
Когда дети плохо себя ведут, это кое-что большее, нежели просто истерика из-за некупленной шоколадки (или запрета пойти на вечеринку). Сами того не сознавая, они стремятся достичь причастности и собственной важности, в которых нуждаются. Если эти потребности не удовлетворяются в должной мере, дети прибегают к негативным действиям. Плохое поведение – всегда симптом более глубинной проблемы, и, решив ее, мы сможем справиться с большинством трудностей.
Плохое поведение вашего ребенка о многом может вам сказать. На подсознательном уровне капризы – это требование «Обратите на меня внимание, я хочу быть вместе с вами», а истерики означают: «Я выхожу из себя, потому что чувствую свое бессилие и нуждаюсь в вашей помощи». (Конечно, шоколадка ребенку тоже нужна, но он с гораздо большей вероятностью примет отказ, если его психологическое стремление к причастности и собственной важности удовлетворено.) Дети на самом деле не хотят вести себя плохо; для них это просто единственный способ удовлетворить свои эмоциональные нужды – даже если внимание и власть, которые они таким образом получают, расстраивают взрослых.
Понимание потребности вашего ребенка в причастности и чувстве собственной важности необходимо для борьбы с эпидемией избалованности. Подведу краткий итог.
1. Потребность ребенка в причастности и собственной важности – врожденная. Вы не можете ничего поделать: дети действительно имеют право на это – в отличие от права на поездку на рок-концерт через полстраны. Вы можете либо работать с их психологическими потребностями, чтобы придать им позитивную направленность, либо пытаться (безуспешно) с ними бороться. Лично я давно сделала выбор, как следует поступать, и тысячи родителей из самых разных стран соглашаются со мной, когда видят результат.
2. Чувство причастности возникает у ребенка благодаря позитивному вниманию со стороны тех, кто наиболее важен для него в жизни. Дети чувствуют эмоциональную связь с вами и приобретают уверенность в своем месте в семье. Не имея этого, они прибегают к плачу, показной беспомощности, капризам и постоянному вмешательству в ваши разговоры и дела, чтобы добиться внимания и ощущения причастности любым способом. Чувство собственной важности возникает, когда ребенок ощущает, что может в определенной степени контролировать свою жизнь и вносить значимый вклад в общие дела семьи. В ином случае он противится любым вашим решениям, устраивает истерики, если что-то идет не так, как он хочет, полностью игнорирует ваши требования и огрызается, чтобы почувствовать, что имеет над вами какую-то власть.
3. Вы не можете удовлетворить потребности ребенка во внимании и во власти раз и навсегда – вы должны подпитывать их ежедневно, а в случае с малышами делать это особенно часто. Каждый из инструментов, предложенных мною в книге, поможет вам.
Когда у ваших детей есть твердое ощущение причастности и собственной важности, у них пропадает необходимость добиваться этого извращенными путями – например, плачем или сопротивлением. Помните, что ваш ребенок не сознает, что его плохое поведение связано с этими потребностями, он вообще не имеет представления об их наличии, так что именно вы должны помочь ему удовлетворить их приемлемым способом, не давая проявиться негативному поведению. Описанные в книге методики помогут вам сделать это и избавить вашего ребенка от избалованности – и, используя их, вы начнете видеть значительные улучшения в его поведении.
На что еще имеет право ваш ребенок? На лейкопластырь, если он поцарапал коленку, – но не на то, чтобы на этом пластыре обязательно была картинка с Баззом Лайтером. Он имеет право попить, когда у него жажда, – и ему вполне подойдет питьевой фонтанчик, а не радужное нечто с пузырьками из ресторанного дворика. На сказку на ночь – одну, а не на полдюжины и три колыбельные в придачу. На то, чтобы пойти в гости к соседским детям, если на дворе мороз и вьюга, – но не тогда, когда на улице +20 и светит солнышко. Я не собираюсь в этой книге разбираться, что разумно, а что нет, но она поможет вам установить именно такие ограничения, которые подходят для вашей семьи, – и не допустить, чтобы вами пользовались.
О проекте
О подписке