Горечь любви у полыни,
Запах – разбитых надежд,
Но как цветет она ныне!
Как аромат ее свеж!
Бабочек он завлекает,
И человеческий глаз
На цвет ее западает,
Будто нет прочих прикрас.
Как же мы непостоянны,
В сонном своём забытьи.
Ищем все время Нирваны,
Но забываем идти.
Брось кусок хлеба в котомку,
И поклонись на порог.
Выйдем сегодня к истоку
На перекрестке дорог.
2017 г.
Залюбовалась рябинкой –
Бусинка к бусинке гроздь,
Цвета огня и с горчинкой –
Вместе нам быть или врозь?
Долго ль идти нам с тобою
Вдаль на рябинов закат?
Быть друг за друга горою,
Спорить, кто прав-виноват?
Сколько рассветов-столетий
Встретить бок о бок еще?
Быть друг за друга в ответе,
Впрок подставляя плечо?
Радость делить и печали?
Знаешь, рябинка, ответ?
Гроздья слегка закачались,
Словно бы «да». Или «нет»?
Словно меня вопрошала –
«А ты что хочешь сама?»
Много чтоб было иль мало?
Снег иль в цветеньи весна?
Дерево я непростое –
Душу всю вижу насквозь.
Вижу в твоей, что вас двое,
Вместе бредете и врозь.
На расстояньи теснее,
Будто поодаль вблизи.
И над обрывом плотнее,
Но не сойдем со стези.
Так и уйдем по плетеньям
Кружев рябинной листвы,
Чтоб пожинать там в забвеньи
Наши с горчинкой плоды.
2016 г.
Кричит Душа.
Опять кричит.
Чего-то ей неймётся.
Уж не спеша
Верну ключи
И выключу я солнце.
Закрою дверь,
Шагну во Тьму,
Усну на перепутье
Убитый зверь.
Уже не йму
Всей этой божьей мути.
Она летела
И цвела,
О большем не мечтала.
Пусть неумело,
Без крыла,
Но жизнь в ней трепетала.
Но был приказ
Остановить,
Убрать любой ценою.
От всех от нас
Отгородить
Китайскою стеною.
И вот лежит,
Едва дыша,
Но все же не уймется.
Ещё кричит,
Кричит Душа,
Когда заходит Солнце.
2017 г.
Сидела я на солнечном пригорке,
И бабочка,
Изрядно осмелев,
На руку прямо приземлилась мне,
От коей чести
Я превратилась в сущий монумент,
Боясь вздохнуть,
Чтобы как можно дольше
Продлить сей замечательный момент.
Однако же давалось то непросто,
Поскольку крохотуха-муравей
Защекотал уже
Мне все предплечье,
Комар-зверюга
Пожирал стопу,
И цекотуха-муха
Покусывала
Без конца колено.
Но я не поддалась,
И бабочка гостила на руке
Не менее пяти минут,
Сосредоточенно чего-то изучая
Нитиевидным хоботком,
И дав мне шанс
Как следует ее всю разглядеть.
Нежнейшее создание,
Бархат крыльев,
Роскошный темный цвет.
Когда бы знать могла ты,
Сколько силы
Таит твой незамысловатый след.
Он как прикосновенье неземного,
Нездешнего,
Сокрытого от всех.
Как поцелуй божественного слова,
Венчающего
Первозданный свет.
2017 г.
В сердце тиши обиды не стучатся.
В сердца тиши не гложет пустота.
Там даже стих не будет сочиняться,
Ведь тех краев бессловна красота.
В сердце тиши нельзя быть одиноким,
В сердца тиши не бедствует тоска.
Тебя там примет мягкий склон пологий,
Вниз по нему спокойная река.
В сердце тиши стремятся живописцы.
В сердца тиши философы живут.
А ворчуны, дельцы и скандалисты
Покой свой там навряд ли обретут.
В сердце тиши сбегаю я порою.
В сердца тиши пытаюсь все принять.
Безмолвие целебною рукою
Любую рану сможет врачевать.
И все же у тиши той есть звучанье -
Живой пульсирующей крови ритм,
Которому неведомо заранее,
Когда навеки мы умолкнем с ним.
Давайте же почаще открываться
Сердцами для живительных бесед,
Сердечным диалогом наслаждаться
Во все века отпущенных нам лет.
2017 г.
Ты почему-то волновалось страшно,
Бранилось и вскипало всякий раз,
Как будто сожалело о вчерашнем,
Как будто тосковало о сейчас.
Тебя утешить мне хотелось жутко,
Прижать к себе и всё расцеловать:
Не плачь, у нас с тобой ещё минутка,
Прошу тебя, не надо горевать.
К тебе вернусь я непременно скоро,
Чтоб снова в твоей ласке потонуть.
Поэтому прошу, давай без споров,
Дай на тебя ещё разок взглянуть.
Но ты не слышало меня нисколько,
Обдав солёным водопадом слёз,
Камнями прошуршало мне вдогонку,
"Всё это не взаправду, не всерьёз".
Оправдана вполне твоя обида,
Равно как и неверие и боль,
И всё же не теряй меня из вида,
С тобой я поняла, в чем жизни соль.
2017 г.
Моя Любовь, тебя трепало ветром,
Огнем палило, холодом трясло.
С ответом ты была или "с приветом",
Все это было-было, но прошло.
Остыло, позабыло, удалило,
Забившись в самый дальний уголок,
Откуда вопрошающе-уныло
Глядит ненайденный Единорог.
Цвета и запахи покрылись пылью,
А память паутина заплела.
Все, что хотело, но не стало былью,
Река теченьем скорым унесла.
Но ты, Любовь моя, ты не престала,
Не растворилась в гулкой тишине,
Напротив, ты ещё сильнее стала,
Своей всей сутью проросла во мне.
Прошла любовь? Нет, не прошла, приходит!
Была любовь! Нет, не была, а есть!
Тот, кто тебя однажды лишь находит,
С тем ты всегда, навек сейчас и здесь.
Любовь великая вне времени-пространства,
Не знает ни часов она, ни дней.
Теперь ее не нужно дожидаться,
Ведь ты становишься по сути Ей.
Я есть Любовь, та самая, вовеки,
Что не сгорает на исходе дня.
Я всех люблю вас, люди-человеки!
И счастлива, что вы есть у меня!
2017 г.
Видишь, как порой бывает:
Осень одуванчик дарит,
Солнечным теплом ласкает?
Видишь, как она прекрасна
В разноцветнейшем убранстве?
Как прекрасна и ненастна?
Видишь, как она печальна -
Слезы льет потоком хладным?
Слезы счастья и отчаянья?
Видишь, как она озябла,
Обнажив свои мечтанья?
Видишь, как она завязла?
Видишь, как она стремится
С первым снегом повстречаться?
Как стремится и боится?
Видишь, как она смиренна,
Накреняясь под ветрами?
Как она благословенна?
Видишь, как?
2018 г.
Что, кофейку? Чайку? А, может, сок?
Что-то невесел ты совсем, дружок.
Тебя тревожу? Чем опять, скажи?
Впустую трачу жизнь на миражи?
Но ты подумай, что тут не мираж?
Кругом лишь иллюзорный антураж.
Кулисы, маска, роль, спектакль, аншлаг.
С утра король, а вечером дурак.
Игра, игра, старейшая как мир,
В которой каждый сам себе кумир,
Хранитель своих собственных оков
Из им самим же сотворенных снов.
В которой каждый мнит, что он в Пути,
Хотя на деле некуда идти.
Стремится, достигает, вновь спешит
К тому, что безвозвратно улетит.
В которой важно что-то застолбить,
Не проворонить и не упустить,
Себе, другим чего-то доказать,
А после проиграть и потерять.
И правила которой неясны,
Изменчивы, зыбки как сами сны.
Но всякий раз, проснувшись поутру,
Мы выбираем продолжать игру.
И всякий раз, покинув этот мир
И снарядившись на Блаженный Пир,
Испив его Нирваны, мы опять
Решаем твердо, что хотим играть.
Так что же, ангел, плачешь ты по мне?
Что не удамся я в каком-то сне?
Ну, не свершуся, тоже мне беда,
Ведь в этой форме я не навсегда.
Приду ещё в какой-нибудь другой,
Тогда сыграем мы ва-банк с тобой.
И коль не прогорим на чудесах,
Пропишемся навек на Небесах.
Ну, а пока, чай, кофе? Может, сок?
Ну! Улыбнись, небесный мой дружок.
Дай-ка поправлю я тебе крыло,
И помолчим, пока не рассвело.
2017 г.
О проекте
О подписке