В самом дальнем уголке самого маленького ящичка одного старинного резного буфета жила-была всеми забытая ложечка. А все потому, что была она такая страшненькая, такая серенькая, что и смотреть-то на нее никто не хотел, не говоря уже о том, чтобы звенеть ею в чашке с какао или смаковать с ее кончика вишневое варенье и взбитые сливки.
Но однажды в гости к хозяевам ложечки приехала странная старая тетушка. Приехала и давай топотать по дому, поминутно причитая, взмахивая короткими толстыми ручками и хлопая себя по щечкам, похожим на полусдувшиеся воздушные шарики! Мол, ах да ох! Мол, а вот это мне мой дедушка на годик дарил, а это папенька на два, а это маменька-бабушка-тетушка-дядюшка на три-четыре-пять…
И на что ни смотрела, все ее на воспоминания тянуло, да на умильную слезу прошибало. И по всему выходило, что все, к чему ни прикоснись в этом старинном доме, было ее – ее, еще детское!
Нынешним хозяевам это жилище досталось по наследству от некогда знаменитой прабабушки. И десять лет так и жили, практически ничего не меняя, ну, разве что местами. Да и то менять не хотелось. Ну до того ж тут было и солидно, и уютно, и продуманно комфортно, хоть и не ново. И ни тебе синтетики, ни ламината. Но по всему выходило, что из живых свидетелей прошлого этого жилища, больше похожего на музей, только сегодняшняя гостья и была.
А уж она все вспоминала, да в таких лицах, да с такими умильными и щемящими подробностями, что и других развеселила-растрогала, притомилась-проголодалась. И, наконец-то, уселась за стол, который мама с девочкой Лидой уж так красиво накрыли для гостьи, столько всего вкусного наготовили!
За стол усадили, да не угодили. Как только дело дошло до кофе, раскапризничалась приезжая старушка, как маленькая, задрыгала ножками и, скривив ротик, заныла, мол, а где же серебряная ложечка, что крестный дарил мне на первый зубок?
Долго мама с Лидой искали неведомую ложечку во всех шкатулках, ящиках, ящичках всех буфетов, комодов и даже шкафов, рылись в сундуке, что давно доживал свой век на антресолях. Так и не нашли.
Но тут пришли с рыбалки мальчик Витя с папой. Они-то и не знали, что приехала тетушка. А как узнали, да увидели, так тут же захотели потихонечку смыться. Да только мама им не позволила. А кому охота с капризулей возиться в одиночку и перетряхивать, ради ее непонятной прихоти, вверх тормашками весь дом?
И ведь перетряхнули, да не один раз! Ох, и что-то только не нашлось в этом удивительном доме, полном антиквариата и непонятных предметов, об утилитарном значении которых можно было только догадываться.
Достали, чуть не надорвав пупки, из-за тяжеленного дубового комода бархатный, шитый серебряным бисером, ридикюль… А в нем вам и серебряная табакерка, полная чихательной пыли, и «пажи» – прихватки для поддержания подола, больше похожие на сахарные щипцы, два черепаховых мундштука, изящный костяной веер, золотой лорнет, карне – бальная книжица, на костяных пластинках которой все еще можно было разобрать нечто, написанное, кажется, по-французски, и даже пара атласных туфелек. Последние так ссохлись от времени, что стали больше похожи на кукольные. Но гостья заявила, что собственноножно танцевала в них на первом своем балу. И вообще, все это ее и только ее, сама и спрятала после того бала от прабабки! И хватит прохлаждаться! Потом, наохавшись, насмотритесь! Ищите!
Так бы до сих пор и искали, если бы Витя вдруг не хлопнул себя по лбу! А как хлопнул, так заветная ложечка нашлась – там, где никто бы и никогда искать не догадался. Да-да, в Витиных рыболовных снастях! Оказалось, что она уже давно служила ему грузилом. А на что ещё могла годиться такая никудышная?
Как только тетушка увидела эту несчастную ложечку, так тут же перестала плакать и немедля потребовала соды и уксуса! Натерла замарашку, протерла и, позвенев, прополоскала в Лидиной чашке с чаем!
И, о чудо, оказалось, что под слоем глухой серой патины у ложечки пряталась и старинная проба в девяносто шесть золотников, и витиевато выгравированный родовой вензель!
Капризная бабуся зачерпнула серебряной миниатюрной красавицей взбитых сливок, макнула в вишневое варенье, сделала большое «ам-ням-ням», широко облизнулась и…
И, прикусив единственным зубом самый кончик этой самой ложечки, в тот же миг превратилась в маленькую толстую девочку!
А потом запрыгнула на стол, сбивая и расплескивая все, что на нём стояло, да и выпорхнула в… такое же старинное, как и все в этом доме, зеркало, висевшее в столовой аккурат напротив стола!
Да-да, у этой безобразницы ещё и крылышки оказались на лопатках!
Когда все домашние пришли в себя от произошедшего, мама грозно спросила папу, мол, это была твоя тетя? На что папа сердито парировал, мол, а я думал, что твоя!
Витя и Лида ничего не сказали, потому что они-то все поняли сразу! Это же была просто Зубная фея, давным-давно потерявшая свою волшебную пало… Ой, ложечку на зубок!
С той поры ко всем маленьким деткам этого семейства и ко всем деткам их деток, у которых проклевываются зубки, по ночам снова прилетает маленькая Зубная фея! И как приятно чесать во сне десенки об ее волшебную серебряную ложку!
Широкая улица поднималась вверх и вела почти в небо. Улица пряталась за высоким забором, куда девочка Оля не могла попасть. Она ходила по дорожке от дома до старой яблони с огромным дуплом, темным. И девочка даже могла туда войти, но темнота ее пугала. Она обходила яблоню и вновь шла вдоль забора, но не того, который отделял дом, сад от улицы. Этот другой забор отделял ее от чужого дома, чужого сада и чужой яблони.
– Там кто-то живет, – думала Оля.
Ей хотелось посмотреть на тех, кто там ходил, говорил и даже смеялся. Она искала хоть какую-то маленькую щель в заборе, чтобы посмотреть на таинственных людей. Но пока ничего не получалось. Доски в заборе были толстыми и прибиты одна к другой так тесно, что ни один лучик не проникал за эту преграду.
– Найду маленькую дырочку в заборе, – решила девочка.
Она пошла дальше и почувствовала, что голоса становились ближе и ближе. Оля слышала эти голоса четко и ясно, словно те, кто говорил за забором, оказались с ней рядом, но оставались невидимыми. И слова тоже были девочке непонятны. Словно люди пели песенки.
– Гвоздик! – воскликнула Оля.
Кривой толстый гвоздик торчал из доски забора. Оля маленькими пальчиками стала его раскачивать. Но гвоздь только пачкал ладони девочки. Потом стал шататься и упал в траву. Вместо гвоздика появилось круглое отверстие, ровненькое по краям. Девочка прижалась к кружочку глазом.
– Какие красивые шарики, – прошептала Оля.
За забором она увидела круглый стол, несколько стульев вокруг стола. На веточках яблони у самого стола много-много разноцветных шариков. За столиком сидела женщина в широком блестящем платье, напротив – мужчина с узкими глазами и еще на одном стульчике – мальчик. В руках мальчик держал веревочку, но над его головой покачивался не шарик.
– Это чудовище, – догадалась девочка.
Она увидела зеленого зверя с ребристой спиной, с открытой пастью, из которой свисал красный язык. От хвоста зверя, который вращался, спускались длинные нити огня в виде лент. Девочка закрыла глаза. Во дворе рядом с ее домом в конуре жила собака, которая не дружила с девочкой, не хотела с ней играть. А однажды даже укусила малышку, чтобы та знала, что конуру нужно обходить и в собачий дом не заглядывать.
– Но это чудище еще страшнее, – шептала и дрожала Оля.
Она представила, что чудище может опуститься вниз и напасть на мальчика. И не просто укусить его, как кусается собака, а даже проглотить. Оле было непонятно, почему мужчина и женщина разговаривают и не обращают внимания, что над мальчиком вьется зеленое чудище с открытой пастью.
– Нужно позвать мальчика, – решила Оля.
Но если она его позовет, то зверь сразу может на него напасть, бросившись сверху. Оля решила, что ее крик не поможет. Тихий голос не испугает зверя. Она опять прижалась к забору и посмотрела на мальчика и на зверя. Сейчас Оле показалось, что зверь стал больше и пасть у него открыта шире.
– Зверя нужно испугать, – решила она.
Девочка осторожно прошла вдоль забора, тихо-тихо подошла к конуре. Собака высунула морду, но не приподнялась, а посмотрела на девочку, ожидая, что та будет звать ее играть. Но ведь знает, что к конуре подходить нельзя, и звать собаку развлекаться тоже нельзя.
К удивлению, девочка ничего не говорила, только смотрела в собачьи глаза. Как будто без слов хотела ее о чем-то попросить. Потом Оля отвернулась и пошла назад к забору, где стояла раньше. Пришлось собаке выбраться из будки и побрести за девочкой. Ведь никто не отменял ее обязанность охранять дом.
– Придется кричать, – посмотрев в щель, решила девочка, когда увидела, что зверь так и висит над мальчиком со страшным оскалом.
Только хотела крикнуть, приложив ладошки к ротику, чтобы звук голоса сделать громче, как зарычал пес так страшно! Бросился на забор, словно за забором сидит тот, кого так боится Оля. Пес рычал, царапал забор когтями, высоко подпрыгивал, словно готов перелететь через эту преграду. И у него это почти получилось. Но вдруг из-за забора послышался плач мальчика, а над забором взлетело чудовище и упало на пса. Тот моментально отскочил от забора и понесся к конуре.
– Не улетит назад! – воскликнула Оля.
Она бросилась на чудовище, прижала к земле, потом обхватила его тонкими ручками. Чудище словно обмякло, потеряло силу. Оля побежала к страшному и темному дуплу яблони и бросила туда жуткого зверя.
– Чудище. Оттуда тебе не выбраться! – крикнула Оля.
Она хотела пойти еще к забору, чтобы посмотреть, как там стало спокойно мальчику среди цветных шариков, похожих на фонарики. Но из-за забора не раздавался плач мальчика. Только опять слышались голоса, и казалось, что журчит ручеек. Девочка побежала к дому. Из будки выбрался пес и помахал хвостом, показывая, что теперь он может с Олей играть, когда ей захочется.
– Дедушка Мороз! Дедушка Мороз! Новогодние подарки пропали! – маленький Снеговичок чуть не плакал. Такая неудача – да в первую неделю работы! Только папа-Снеговик поддался на уговоры. Только доверил сыну важное дело – помощь Дедушке. А все сюрпризы исчезли. Теперь придётся возвращаться домой. Помогать маме лепить снежки для младших братьев. И уроки делать! Гадость!
Дед Мороз отвлёкся от журнала «Зима и Жизнь». Встал с кресла-качалки. Накинул голубую шубу. На ноги вместо тапочек с заячьими ушками натянул валенки. Работа звала.
– Что случилось, Снеговичок? Расскажи-ка поподробнее – ему нравился старательный помощник. За пять дней малыш ни разу не отлынивал от работы. Успел и угощение зверятам упаковать, и письма по миру братьям-Морозам отправить, и ёлку лесную украсить. Но в таком состоянии снежный ребёнок ещё не был.
– Я сегодня проснулся раньше обычного. Торопился в Кладовую. Нам же нужно было подготовить сюрпризы для сорок. А этих трескучих балаболок – уйма! Недавно у них ещё девчонка родилась. Так теперь и ей платочек искать надобно. С этими мыслями я побежал сюда. Подхожу – дверь не замкнута! Волшебный замок на полу лежит. Ключ в нём вставлен. Страшно стало – аж жуть! Но я смелый! Пошёл внутрь. А там… – ребёнок всё-таки разрыдался.
– Ну-ну, будет тебе! Пойдём вместе. Сейчас во всём разберёмся – Дед Мороз приобнял Снеговичка, взял свой посох и направился в Кладовую.
Сегодня он не хотел сюда заглядывать. Почти всё было готово. Можно расслабиться. С презентами сорокам справился бы и помощник. Но судьба решила по-другому. И с этим что-то надо было делать.
В Кладовой властвовала пустота. На ёлке одиноко мерцала гирлянда. Конфет, яблок, шоколадных зайцев на ветках не наблюдалось. Сладкие подарки тоже как корова языком слизала. Не стало бочонка мёда для мишек. Коробка с яблоками и морковками, предназначенная зайцам, пугала голым нутром. Орешки заморские, беличьи, как будто не лежали под ветвями. Да и другое зверьё вполне могло не досчитаться своих презентов.
– Дела, – вздохнул Дедушка, – Снеговичок, нам нужно обязательно найти утерянное! Давай осматривать комнату. Авось что-нибудь и обнаружим.
…Ох, и нелёгкая это работа – искать пропажу! Был бы у них пёс, как у соседского Мороза – другое дело. Но пса нет. Поэтому пришлось обходиться своими силами. И… получилось! Между веток обнаружился клочок серой шерсти. Под ёлкой – чёрное перо. А в коробке от орехов – расколотая скорлупка.
– Вот видишь, не зря искали, – Дедушка усмехнулся, – сейчас пойдём с тобой к хозяевам этих «вещиц». А там, глядишь, – и подарки найдутся.
Ближе всех жил обладатель оставленной шерсти. Дед Мороз давно его знал. Зубастый Волк был уважаемым обитателем леса. Он работал в «Скорой лесной помощи» уже больше десяти лет. И уколы малышам ставил превосходно! Не мог такой важный зверь пойти на кражу! Никак не мог!
…Волк встретил гостей на пороге норы. Ещё не сняв халата, он мыл лапы в уличной раковине. Посетителей не ожидалось.
– Доброго утречка, Дедушка. Здравствуй, Снеговичок. Вы по делу или безделью? – Зубастый вытер лапы и развернулся к пришедшим.
– По делу, уважаемый. Исключительно по делу, – Дед Мороз вздохнул. – Сегодня утром мой помощник обнаружил пропажу всех сладостей для лесных малышей. Морковки – и те забрали.
– Вот это беда! Чем же я могу помочь? – Волк покачал головой.
– Да можешь, Волчок. Можешь. В ветвях ёлки обнаружили мы клочок серой шерсти. Глянешь? – Дед Мороз протянул найденное Волку.
Серый внимательно оглядел улику, понюхал её.
– Что за напасть, Дедушка? Я сегодня на дежурстве был. Оленю лапу лечил полночи. Неужели ты думаешь, что я это сделал? Да я бы ни в жизнь малышей не ограбил! Ты ж меня знаешь!
– Знаю, хозяин серый. Но кто мог? Подумай, кто из стаи твоей сегодня ночью в лесу без дела сидел?
– Без дела… Да только внучок мой. На каникулы домой приехал. Весь день с Белочкой и Сорокой бегал. А потом спать лёг.
– С Белочкой и Сорокой, говоришь? – Дед Мороз протянул Волку оставшиеся находки.
Волк зарычал. Да так громко, что Снеговичок вздрогнул.
– Вот паршивцы! Ух, я им! Дедушка, Снеговичок, я иду с вами. Нет моего внучка дома. Он умчался к подружкам этим. Часа два, как умчался. Ну, ничего! Найдётся! Будет знать, как воровать! Подождите минуту, пожалуйста.
Волк скрылся в норе. Вернулся в пальто, зимних сапогах и брюках. Застегивая огромный ремень.
– Пригодится, – серьёзно проговорил он и пошёл в сторону ели, где жила Белочка.
Маленькой Белочки не оказалось дома. Не видели её ни синички, ни зайчики, жившие рядом. Только хитрюга-Лисёнок, любивший следить за всеми, высунул нос на разговор гостей.
– Чего шумите? Что случилось? – он предвкушающе повёл носом, – Чую какую-то тайну! Расскажите мне? А я помогу! Я лучший сыщик леса!
О проекте
О подписке