– Ну, что замерли-то? – спросил Поляков. – Поздоровайтесь что ли.
– Здравствуйте. Внучка Дзержинского? – спросил Толя.
– Нет, дочка Парамонова, – быстро ответил Поляков.
– Того самого? – вступила в разговор Василиса, вспомнив фамилию первого заместителя Министра обороны.
– Видимо, да, – усмехнулась Кира.
– Добрый вечер, – сказала Катя. – Давайте знакомиться. Я так понимаю, это с вами мы будем работать?
– Правильно понимаете, майор, – ответил Поляков.
– За что это у нас дают майоров? – спросил Кирочкин.
– Исключительно за интуицию и креативное мышление, – ответила девушка.
– Папино? – спросил Толя.
– Нет, папа тут ни при чем. Мое собственное. А я так понимаю, что собака тут единственное существо, которое мне радо?
Джим разлёгся у ног Кати и пристально смотрел на неё преданными глазами.
– Ну, а уж как мы рады, Вы себе и представить не можете, – сказал Толя.
– Толик, взрастил такое чувство юмора, что с ним в компании всегда весело, – сказала зачем-то Кира.
– Чувство юмора нельзя взрастить – оно или есть, или его нет. Ну, как тебя зовут, офицер? – спросила у собаки Катя, присев к нему на его подстилку.
– Джим его зовут. Да Вы лучше за стол присаживайтесь, мы сейчас за знакомство по маленькой, – сказал Кирочкин.
– Нет, спасибо. Не беспокойтесь, я не пью крепкие напитки, – сказала Катя, увидев на столе только бутылку коньяка.
– Вообще или на работе?
– Вообще.
– Тогда я Вам сока налью.
– Сок можно.
Джим посмотрел на Катю внимательно и положил свою лапу ей на колено. Катя в ответ погладила собаку и улыбнулась.
– Так лучше. Один друг здесь у меня уже есть, – сказала она.
– Ты посмотри! Признал наш Джим новое начальство! – громко воскликнул Толя.
– Берите с него пример, а Вам, кажется, больше наливать не следует, – сказала в ответ Катя и вышла из кабинета.
Джим бросился за ней, но перед его носом дверь захлопнулась. Он начал повизгивать и пытаться открыть дверь лапой.
– Джим, ты чего? Она тебе так понравилась? – ухмыльнулся Толя.
– А что? Мне она тоже понравилась. Все по делу, серьезная, красивая, – уверенно сказал Юра.
– Тебе бы только красивая была! – выкрикнула Василиса. – У нее розовые волосы. У майора!
– И что? – удивился Юра. – Она еще не на работе, кстати. Ее приняли только с завтрашнего дня! И что тебе так не нравится в розовых волосах! Мне кажется, что прикольно.
– Детский сад ты еще! – возмутилась Василиса.
– Интересно, она с нами выезжать будет или из кабинета собирается дела раскрывать, делая себе маникюр? – спросил Толя и налил себе еще бокал конька.
– Идиот. Маникюр такие барышни сами себе не делают, – рассмеялась Василиса.
– Ты, Толя, даже и не представляешь, сколько дел она раскрыла уже. И хватит пить! Она права! – вздохнул Алексей Егорович. – Вам достался алмаз. Постарайтесь этим воспользоваться, а не бузить. Пора расходиться. Сегодня тревожных звонков не поступало, а значит, все могут провести ночь спокойно.
***
Катя вышла из здания полиции и глубоко втянула в себя морозный воздух. Это был уже новогодний воздух с привкусом мандаринов, шампанского и оливье. Оливье. Катя поймала себя на мысли, что ей хочется есть. С самого утра во рту не было и росинки, и от сока в участке она отказалась. Пить перехотелось, так как кроме Джима в отделе ей никто не понравился. Она попыталась справиться с чувством неудовлетворения, но пока не могла. Зачем ее Алексей Егорович привел знакомиться с ними именно сегодня? Завтра все будет по-другому. Катя была в этом уверена. Она решила немного пройтись по улице. Нужно ловить эти счастливые моменты, когда некуда торопиться и можно спокойно наслаждаться жизнью.
По пути попался небольшой ресторанчик, о котором ее сестра Вика только недавно ей говорила. Катя вспомнила, как Вика расписывала комфорт и вкус блюд, и целенаправленно устремилась в заведение. Ей сразу понравилось все: и обстановка, и новогодние декорации, и запах. Тут действительно было уютно и мило. Она села у самой елки и почувствовала аромат Нового года. Елка была живая. Кате вся эта картина напомнила английский паб в предрождественский период. Как же она любила Лондон за эти уютные заведения! Официант приветливо улыбнулся и подал Кате меню.
– Что будете пить? – спросил он.
– Минеральную воду без газа, пожалуйста.
– Это все?
– Из «что вы будете пить» да. А что Вы посоветуете из блюд? Я у вас впервые.
– Тогда я бы посоветовал Креветки с горчицей васаби и Хорьятики. Сегодня на эти блюда особый спрос.
– Почему?
– Наверное, вкусно, я не пробовал. Так что? Будете заказывать? Может, мясо предпочитаете? Есть замечательный Ростбиф из телятины су-вид.
– Нет, спасибо. Давайте остановимся на Креветках с горчицей васаби и Хорьятики.
– Понял, спасибо за заказ. Девушка, у нас еще мороженое очень вкусное.
– Спасибо, я подумаю, – сказала Катя.
Она засмотрелась на огоньки, которые так заманчиво сверкали на елке, и вдруг ее взгляд остановился на молодом человеке, сидящем за столиком напротив. Он был тем типом мужчин, которые ее не интересовали от слова «совсем»: брутален, красив и слишком дорого одет. Мужчина приветливо улыбнулся и призывно поднял бокал вина. Катя отвернулась. Еще этого ей не хватало. Никаких ресторанных знакомств! Она поправила свой розовый локон и снова уставилась на елку. Официант достаточно быстро принес ей заказанные блюда.
– Вот, приятного аппетита! – сказал он, ставя на стол еще и бокал шампанского.
– Я этого не заказывала.
– Это от заведения, – спешно проговорил парень.
– Интересно, это всем полагается?
– Нет, не думаю. Если что, я в зале.
Катя отпила глоток шампанского и почувствовала приятный и очень дорогой вкус.
– Главное, чтоб не отравили, а так все великолепно, – тихо сказала Катя и вспомнила о совсем недавном преступлении, которое она лихо раскрыла. Молодого, подающего надежды, певца, отравили именно шампанским «Вдова Клико».
Она не могла понять, зачем отец ее попросил перевестись в новое место. Ей и там было хорошо. Там у нее были друзья, настоящие, а не из-за ее положения. Скрывать, кто «у нас отец» долго не получалось нигде. Катя загрустила. Новый отдел и его обитатели ей не понравились. Все, кроме собаки. Джим был великолепен. Катя снова поймала взгляд мужчины на себе, но сосредоточилась на креветках и больше до окончания трапезы ни на что не обращала внимания. Когда Катя ждала счет, мужчина все же подошел к ее столику.
– Добрый вечер, прекрасная незнакомка, присесть можно?
– Как хотите, – не совсем вежливо ответила Катя.
– Вам понравился ужин? – спросил мужчина.
– Он бы мне больше понравился, если бы мне не мешали.
– Да, я видел, что Вы постоянно отвлекались на свой телефон. Бывает.
– Я не о телефоне.
– Ясно. Удаляюсь, Катя. Хорошего вечера.
– И Вам хорошего вечера. Стоп. Я не говорила, как меня зовут. Как Вы узнали?
– Просто угадал.
– Угадали? Из всех существующих женских имен с первого раза? – удивилась Катя.
– Не обращайте внимания, это абсолютно случайно получилось.
– Вы меня, видимо, откуда-то знаете.
– Не имел чести. До свидания.
– Прощайте, – буркнула Катя и отдала свою карту официанту.
– Вам понравилось? – спросил официант.
– Да, у вас все вкусно, привет шеф-повару.
– Обязательно передам.
– А кто это был? – вдруг спросила Катя у уже почти отошедшего от столика парня.
– О ком Вы?
– Я о том мужчине, сидящем напротив моего столика.
– Мы не разглашаем имена.
– О, как все серьезно. Ладно. Спасибо и на этом.
***
Полина поправила чуть скривившуюся на стене картину и подошла к камину. Она разглядывала семейные фото и улыбалась. Вот она на свадьбе с Валентином. Он был самым незавидным женихом в то время, но Полина, дочь мэра города, выбрала именно его. Это называлось «любовь». Перечить родители ей не стали, пообещав дочери море слез и разочарований, но Полина твердо решила, что не изменит своего решения. Ей не было страшно рядом с Валентином. Она в него верила. И он проникся этой верой и справился, создав своей любимой жене такую жизнь, что родители смирились и свыклись с ситуацией. Валентин работал день и ночь, чтобы его семья ни в чем не нуждалась. Он и сейчас работал день и ночь. Полина понимала, что бизнес требует жертв. Она не вмешивалась в дела мужа. Но в последнее время что-то между ними изменилось. Это ее терзало и мучило. Заговорить открыто о проблемах, она не решалась. Дети были уже взрослые, и, если бы что-то вскрылось непринятое, она не хотела бы, чтобы они это узнали. Дети. Они вырастили двоих прекрасных детей. Влад был программистом, а Лина занималась моделингом. Сначала несколько лет побегала по подиумам в Париже, потом ей это наскучило, и она стала разрабатывать свою линию одежды. Тут, в Москве, ее одежда неплохо стала продаваться, и она насовсем вернулась домой. Замуж пока не собиралась, хотя молодой человек по имени Ким имелся. Полине он не нравился, но, помня, всю свою историю, она не возражала против их отношений. Валентин, напротив, ненавидел Кима, считая его охотником за наследством и всячески его игнорировал. Влад его не разочаровал. Сын несколько лет назад женился на дочери партнёра отца по бизнесу. Валентин это ценил и пытался приобщить сына к делу, но пока у него это получалось плохо. Единственное, что огорчало Валентина – с детьми Влад и его жена не спешили, а Валентин хотел внуков, очень хотел. Сын отшучивался и не поддерживал эту тему разговора.
Полина взяла с кресла свой телефон и посмотрела на входящее сообщение. Ее лицо напряглось, глаза прикрылись, и дрожь пробежала по телу. Снова эта дрянь. Она мучила ее уже второй месяц, присылая сообщения, фото, скрины переписки с Валентином. Полина все равно не верила, что это происходило в реальном мире, времени и пространстве. Ее Валентин, ее родной человек изменяет ей с какой-то девкой, называющей себя «Принцесса Мира». Муж ее называет «Зая». Ну почему мужчины всегда приплетают сюда несчастных животных? Ну и звал бы ее мировой принцессой. А то ведь – нет: «Киски», «Рыбки», «Зайки» и иже с ними. Причем тут эти милые создания, когда речь идет о жадных бабах, ищущих много денег! Валентин, конечно, выглядел еще очень даже ничего, но ему уже 62 года, а этой «ушастой», наверное, лет двадцать. По фото так точно не больше.
Полина думала, что ей делать в создавшейся ситуации. Подруга посоветовала «кинуть ему в лицо телефон» и потребовать
О проекте
О подписке