Нинель была вне себя от ярости. Она металась по комнате, как раненая тигрица. Ее светлая грива упругими волнами прыгала на плечах и спине. Серебристый плащ мелькал то в одном углу апартаментов, то в другом, переливаясь, как ртуть. Белый обтягивающий комбинезон подчеркивал изящество ее маленькой точеной фигуры. Лицо ее оставалось при этом непроницаемым, и лишь маленькая вертикальная морщинка между бровями говорила о безостановочной работе мозга, решавшего сложную проблему. Два месяца назад к берегам Вестполиса отправилась первая группа разведчиков в составе шести человек, но до вчерашнего дня от них не было получено ни одного послания. Мощный коптер отправил их на чужой континент и сразу вернулся обратно. Старший группы должен был выходить на связь каждую неделю, но приемники упорно молчали целый месяц. Лишь вчера на связь вышел один из них. Радиограмма была следующего содержания: «Четверо из группы в руках Франка, Старший погиб при попытке задержания, мне удалось скрыться. В Вестполисе идет облава на индиго, гонимые шифруются и прячутся. Примкнул к группе рабов из нищего квартала. Подготовим прием следующей группы разведчиков». Естественно, сообщение было зашифровано. Большая часть группы, которую Дэниэл готовил столько времени, сейчас находилась в лапах у Франка. Наверняка он уже в курсе всех планов Нордполиса, и эффекта неожиданности нападения теперь точно не будет. И уж точно, он усилит меры внутренней безопасности.
– Позовите ко мне Дэниэла, – как можно более спокойным голосом произнесла Нинель в маленькую рацию и положила ее на стол.
Через пять минут Дэниэл стоял перед ней. Не предложив ему сесть, Нинель потрясла бумагой с радиограммой перед лицом мужчины и сунула её ему в руки.
– Как ты мне это объяснишь? – сверкнула она холодным взглядом.
Дэниэл развернул бумагу, медленно, вчитываясь в каждое слово, проштудировал сообщение, и еще некоторое время смотрел сквозь лист немигающим взглядом.
– Ну, что же ты мне на это скажешь? – нетерпеливо выдернула Нинель бумагу из его рук, – а ведь это группа, которую ты готовил больше полугода! Они сразу же попались в ловушку, как какие-то несмышленыши! После всего это у меня возникли сомнения в твоем профессионализме, Дэниэл. Они просто сорвали нам все планы, ты понимаешь?
– Я понимаю твое негодование, Нинель, – начал было Дэниэл, но девушка не дала ему закончить.
– Негодование? Да я просто в бешенстве! До сих пор я прислушивалась к твоим советам, как к более опытному и умудренному жизнью человеку, но сейчас я понимаю, что это было зря! Может быть, я зря доверяла тебе, потому что сейчас твои действия только вредят нашему общему делу?! Таким образом, я делаю вывод, что ты либо недостаточно профессионален, либо намеренно вредишь Нордполису. А может быть, ты продолжаешь отстаивать интересы Скайсити?
– Не неси бред, Нинель. Я принес в жертву Нордполису и моему другу Карлу многое: друзей и семью. И раз он настолько доверял тебе, что назначил своей преемницей, то и тебе я служу так же верно, как и ему. Обнаружение нашей группы могло произойти по многим причинам. Может быть, действительно, я что-то упустил. Может быть, ошиблись на месте они. А может быть, в Вестполисе были осведомлены о прибытии группы? Ты не думала о том, что кто-то мог передать информацию о готовящейся диверсии?
Нинель нахмурилась:
– О готовящейся операции знали единицы.
– Я думаю, знали многие. Члены группы могли поведать об этом своим близким, друзьям. Информация могла просочиться откуда угодно. – Дэниэл заговорил более уверенно.
Нинель вспомнила, как на последнем приеме Карл обнаружил, что у Франка есть его последняя научная работа по океаническим шельфам. Не исключено, подумала, она, что у него действительно имеются свои источники в Нордполисе.
– Хорошо. Что случилось, то случилось, – в конце концов, произнесла она, – меня волнует один вопрос: что делать дальше?
– Я советую собрать срочный совет, хоть сегодня вечером, – произнес задумчиво Дэниэл, – а сейчас я хочу подумать об этой ситуации. Если позволишь, я пойду.
– Значит, будет совет, – согласилась Нинель. Сейчас она хотела выслушать все возможные варианты, чтобы взвесить их и выбрать самый надежный. Весь ее политический успех, которого она достигла за столь короткий срок, базировался именно на этой стратегии. Ей не хватало собственного опыта, но она окружила себя опытными людьми. В ее распоряжении были сильнейшие умы, а она умела взвешивать за и против, анализировать данные и делать разумный выбор. Да, пусть она никогда не отличалась гениальными идеями, но факт оставался фактом – на пути к цели все средства хороши. Там, где не можешь додуматься сама, воспользуйся чужой идеей.
На совет были созваны лучшие умы Нордполиса. Нинель решила провести совет в два этапа. К первому были допущены многочисленные ученые: историки, географы, геологи, физики, математики, биологи. На второй этап Нинель запланировала пригласить только Хелену и Дэниэла. Нинель восседала на высоком массивном кресле во главе длинного стола из красного дерева. Сегодня она была в своем рабочем фиолетовом комбинезоне, который всегда благоразумно носила при большом скоплении людей. Волосы она собрала в строгий конский хвост. Нинель сидела, упершись обоими локтями в стол, и сплетенными кистями подпирала подбородок. Она внимательно слушала доклады о текущем состоянии ресурсной базы, генетических исследованиях, производственные отчеты, раскладывая на многочисленные полочки своей памяти факты и цифры, зависимости и тенденции. Больше всего ее встревожила информация о том, что военная промышленность пошатнула производственный баланс, и уже через 3—4 месяца при таких темпах использования ресурсов, начнется кризис. Людям не будет хватать одежды и обуви, столовых приборов и других предметов быта. Это могло повлечь недовольства в обществе. Вторая серьезная проблема, которая озадачила Нинель, – это похолодание. Дождливые пасмурные дни стояли уже несколько недель, температура была ниже среднегодовой на пять градусов, а зимой обещала опуститься ниже нуля. Им нужно было решать проблему отопления, и на данный момент они могли себе позволить только тепло от электричества.
Несмотря на то, что большинство отчетов были либо нейтрального характера, либо негативного, попался среди них положительный прогноз, который приподнял ей настроение. Севернее города приоткрылось плато, под которым согласно предапокалиптическим картам были залежи медной и железной руды. А это означало увеличение мощностей, которые были так необходимы в грядущей войне. Война, война… Порой Нинель посещали странные мысли о том, что когда-то она боялась войны, а сейчас только и жаждала её. Нужны ли ей были все эти грязные люди в подчинении или огромные площади земной суши – она и сама не знала. Но то, что ей хотелось получить статус самой молодой и сильной правительницы за всю историю Земли – это факт. Счастлив тот, кто не ведает тщеславия, но Нинель явно не относилась к числу таких счастливцев. Более того, в своих самых нескромных мечтах она величала себя госпожой и видела единственной владелицей этой планеты.
Когда ученые мужи разошлись, оставив на ознакомление кипы трудов, таблиц и цифр, Нинель осталась наедине с Дэниэлом и Хеленой. В ее хорошенькой умной головке продолжало жить сомнение по поводу Дэниэла: он действительно не единожды доказывал свою верность Нордполису, был невероятно умен, хитер и смел, но как он мог допустить промах с разведывательной группой – было совершенно непонятно. Нинель решила больше не нападать на своего соратника, но по возможности решила усилить наблюдение за ним. Как и думала Нинель, Хелена, узнав о провале в Вестполисе, полностью разделила её эмоции. Сейчас она, прекрасная и молчаливая, сидела по правую руку от Нинель прямо напротив Дэниэла и сверлила его взглядом.
– Если хочешь что-то мне сказать, дерзай, – не выдержал, в конце концов, ее молчания Дэниэл.
– Да что тут говорить? – предельно спокойно и безразлично сказала Хелена, – ты потерпел провал, а ведь я предупреждала тебя когда-то.
Действительно, Нинель вспомнила, как перед отправкой группы на таком же совещании Хелена высказалась против данной операции. И причина была как минимум в том, что разведчики Нордполиса не носили электрический ошейник, чем вызвали бы подозрение рабов. Среди торговцев или мастеров они тоже были бы как бельмо на глазу, ведь в Вестполисе все эти привилегированные люди знали друг друга в лицо. Вполне вероятно, что группа Нордполиса в первый же день выдала себя.
– Ну, хорошо, я не смог подготовить группу разведчиков. Начнем с того, что шесть месяцев – это очень небольшой срок. Я и так провожу со своими подопечными весь световой день, я работаю целыми днями на износ, и хоть бы кто-нибудь хоть раз заметил это! Я передал им многое, но стать своим в чужой стране – это не только не просто, это дьявольски трудно! По плану они должны были в первые же сутки найти себе ошейники, чтобы слиться с массой рабов, но, видимо, задача оказалась непосильной.
– Однако один из них всё-таки вышел на связь каким-то образом? – Хелена посмотрела на него голубыми льдинками из-под своих соболиных ресниц.
– Вполне вероятно, что эту радиограмму он отправил под давлением, либо послание отправили приспешники Франка, а его и вовсе нет в живых, – нахмурился Дэниэл, – если бы я находился вместе с ними, я бы постарался избежать этой ситуации, но свои мозги в чужие головы не вложить.
– Не вложить, – задумчиво подтвердила Нинель.
– Нинель, ты знаешь, что я уже давно готовлю вторую группу разведчиков. У меня есть мысли, как остаться незамеченными в Вестполисе. Мы можем сделать муляжи ошейников, которые помогут парням оставаться незамеченными. Думаю, в этот раз всё будет иначе, – говорил Дэниэл с большим воодушевлением.
– А если ты опять потерпишь фиаско? – перебила его Хелена, – Сколькими людьми мы должны пожертвовать, чтобы ты, наконец-то, понял всю несостоятельность этой идеи?
– А у тебя есть другие предложения, Хелена? Может быть, у тебя уже готов свой план действий? – Дэниэл был почти в ярости.
– Дэн, ты знаешь, я не занимаюсь политикой. Моё дело – это наука и конкретная цель по созданию смертоносного животного. И поверь, со своими задачами я справляюсь на сто процентов, – она победоносно взглянула на мужчину.
До того момента молчавшая Нинель, повернула голову в сторону Хелены:
– Правильно ли я понимаю, что ты всё-таки завершила работу над Дельфиноидом?
Хелена самодовольно приподняла уголки губ и кивнула головой.
– Я должна это увидеть собственными глазами, – поднялась с места Нинель.
В лаборатории Хелены как всегда пахло реагентами и сырым мясом. Нинель не растерялась в сумраке лаборатории, она была здесь сотни раз. Ее завораживал процесс создания нового живого существа: сильного, опасного, разумного и послушного. Она могла часами сидеть на стуле рядом с аквариумом и наблюдать, как Хелена проделывает разнообразные манипуляции с плотью дельфинов и акул, как она кормит своих подопечных сырым мясом, как колдует над пробирками, подписывая их специальным карандашом, а после заносит данные в журналы. Сейчас она спешила к центральному аквариуму. Там, на дне, лежала огромный Дельфиноид, у которого от бесчисленного множества треугольных зубов пасть просто не закрывалась. Огромные глаза на выкате, казалось, смотрят сразу во все стороны. Нинель подошла к емкости с водой и положила руку на стекло. Дальше произошло то, чего она никак не могла ожидать. Там, где пару мгновений назад лежало это громадное животное, взметнулось облако аквариумного кварцевого песка, и в этот же момент в стекло, на котором лежала ладонь Нинель, со всей силы ткнулась чудовищная морда мутанта. Удар был такой силы, что аквариум задрожал, а девушка в испуге отшатнулась от него. От падения ее спас Дэниэл, который вместе с ними пришел в дельфинарий. Мужчина вовремя поймал ее под руки и сильным движением поднял в вертикальное положение.
– Не бойся, – ласково произнесла Хелена, – этот Дельфиноид пока знает только меня, но он легко программируется. Пару дней, и он будет так же уверенно слушаться тебя, как и меня.
Нинель была испугана, но одновременно она испытывала восхищение и эйфорию.
– Как его программировать на уничтожение наших врагов? – поинтересовалась она.
– О, этого совсем не нужно делать, – засмеялась Хелена, – ненависть к дельфинам в них заложена генетически, а что касается людей, то они будут истреблять любого, кто не является их хозяином.
– Это довольно опасно, – наконец-то, подал голос Дэниэл.
– Кто не рискует, тот не пьет шампанского, – пошутила Хелена. Видно было, что она горда своим творением. – Предлагаю посмотреть это чудо в деле, как вы на это смотрите?
У кромки воды под стеклянным куполом Акватории стоял единственный стул. Хелена Менделе жестом пригласила Нинель присесть. Пока белокурая девушка устраивалась поудобнее на жестком сиденье, Дэниэл внимательно вглядывался в толщу воды поодаль от берега. Там виднелись серые продолговатые тела молодых дельфинов, которым от силы было два года. Всегда веселые и активные в открытом океане, сейчас они испуганно жались друг к другу, издавая едва уловимые ультразвуковые волны. Дэниэл не мог разобрать их речь, но почувствовал их страх. Он был настолько же реальным и плотным, как камень на земле под его ногами. Носком ботинка он пнул его в воду. Там, в воде, дельфины зашевелились. Дэниэл был готов поклясться, что чувствует их сердцебиение, сильное и частое. В это время четверо молодых людей в военной форме Нордполиса медленно и аккуратно вынесли аквариум с Дельфиноидом.
– Осторожнее, осторожнее, ставьте сюда, – не без раздражения командовала Хелена.
Хелена указала место у самой кромки воды, это была расчищенная площадка из песка без камней и ракушек. Когда аквариум оказался на земле, дельфины в воде заметались. Они нарезали круги и тыкались носами в стекло, отделяющее их тюрьму от бескрайнего и могучего океана, который был их домом; от их матерей, которые до сих пор искали своих детей среди водорослей и коралловых рифов; от товарищей по догонялкам и охоте на жирную скумбрию. Одни люди подхватили огромный квадратный аквариум с двух углов и начали медленно наклонять его в сторону воды, другие люди заинтересовано смотрели на разворачивающееся «представление». Когда угол наклона емкости достиг критического значения, крупное тело Дельфиноида плюхнулось в воду, вытеснив в воздух миллион соленых брызг, и наступила гробовая тишина. Маленькие дельфины замерли в ужасе, люди – в предвкушении. Затем наблюдатели увидели, как Дельфиноид лениво перевернулся на брюхо, взмахнул хвостом и сделал резкий рывок в сторону жертв. Поверхность запенилась и забурлила красными пузырями. Еще в первые секунды одному из дельфинов удалось выпрыгнуть из воды. Когда этот жест отчаяния решил повторить второй несчастный, Дельфиноид взмыл на перехват и вцепился в молодое тело всеми рядами своих острых зубов. Спустя пару минут снова наступила полная тишина. И лишь вода в дельфинарии поменяла оттенок на багровый.
В эти минуты Нинель поняла, почему Хелена предложила ей стул. От кровавого зрелища руки её похолодели, а колени стали ватными, словно не своими. Она обернулась на Дэниэла: его лицо не отражало эмоций, но глаза говорили о многом. В них Нинель прочитала ужас. Хелена, наоборот, стояла довольная, словно получила на день рождения желанный подарок.
– Мне нужно в уборную, – поднялась со стула Нинель.
– Тебя проводить? – услужливо подалась вперед Хелена.
– Нет необходимости, – махнула рукой Нинель. Она постаралась как можно увереннее проследовать в здание, а когда вошла в туалет, то крепко заперла за собой дверь и включила воду. Над раковиной было небольшое зеркало, в которое помещалось лишь одно лицо девушки. Выглядело оно бледным и болезненным, губы были обескровлены. Внезапно Нинель почувствовала рвотный позыв, и содержимое ее желудка вышло наружу.
Когда они вернулись в Правление, в зал Совещаний, Нинель уже забыла о своей минутной слабости. Для победы в войне все средства хороши.
– Скольких мутантов ты сможешь создать, Хелена? – поинтересовалась Нинель.
– Ну, на самом деле сколь угодно много, – отвечала Хелена, – вопрос в том, а нужно ли тебе столько? Ты сама видела, как быстро эта машина расправилась с жертвами. Точно так же было, если бы там находилось не три дельфина, а десять. Физически они победить его не смогут, даже если их будет 20—30 особей. Кроме того, большое число мутантов пошатнет биологический баланс экосистемы. Плюс в том, что они не смогут размножаться естественным путем. Однако я предлагаю создать не более десятка особей. Так их легче будет контролировать, ведь с каждым Дельфиноидом нужна индивидуальная работа по биопрограммированию.
– Хорошо, я доверяю тебе в этом вопросе, – удовлетворенно кивнула Нинель, – что же касается наших дальнейших действий, я решила следующее. Мы вооружены почти на все сто процентов, нам остались лишь некоторые технические моменты (она посмотрела на Хелену, и та подарила ей красивую улыбку в обрамлении алых губ). Сейчас нам необходимо выполнить задачу в Вестполисе. Нам нужно собрать всех индиго, и подточить власть Франка изнутри. Дэниэл, я прощаю тебе твой чудовищный промах с первой группой разведчиков.
Дэниэл буквально сменился в лице: доселе напряженный и задумчивый, он благодарно улыбнулся своей правительнице.
– Более того, – продолжила Нинель, – я считаю, что твоя задумка с диверсантами может принести нам существенную пользу. Однако, я могу доверить эту задачу только опытному наставнику и стратегу, поэтому новую группу разведчиков в Вестполисе возглавишь ты сам. Ты, Дэниэл, один из немногих людей, кому я доверяю, и я уверена, что ты один сможешь сделать то, что не смогут молодые бойцы. Конечно, ты волен взять с собой сколько угодно человек, любое оборудование, и вообще, всё, что тебе может понадобиться.
Улыбка на лице Дэниэла угасла, но страха в глазах не было.
– Я уверен, что смогу справиться с этой задачей, – решительно произнес он, – но у меня складывается впечатление, что ты отправляешь меня в Вестполис, словно в ссылку.
– Ты неправильно меня понял, Дэниэл, – покачала головой Нинель. Я предоставляю тебе лестницу наверх. Помоги мне взять Вестполис и стань моим наместником в этом городе. Тебе будет предоставлена неограниченная власть на этой территории, а также моя поддержка во всём.
О проекте
О подписке