«классный» – слишком сильно сказано. Точнее было бы написать так: «Я был приятно удивлен, когда первый день в последнем классе не вызвал у меня желания послать всех в зад и спрятаться в собственном шкафчике, прикинувшись
братца ко мне, и тот начертал мистический иероглиф на моем гипсе. Смотри – вот он. На безумно трогательном и красивом языке пришельцев это означает «Сердце мое переполнено скорбью и раскаянием тысячи лун». К сожалению, для нас это выглядит просто буферами.
– Молодые нигилисты, – назвал нас папа.
– А кто такие нигилисты?
– Нигилисты верят, что ничто не имеет значения. Они верят в ничто.
– Ага, – согласился Эрл, – я нигилист.
– Я тоже! – поддакнул я.
– Молодцы, – улыбнулся папа. А потом посерьезнел и добавил: – Только маме не говорите.
Потом я пошел к маме, и она сказала, что на самом деле я очень красивый, и это утверждение было немедленно приобщено к делу «Мама против Правды» как улика № 16087.