Не успела я успокоиться, спрятавшись от жуткого взора второго типа в гримерке, как раздался звонок на личный визофон. Определившийся номер доктора Моргана из больницы меня абсолютно не порадовал, особенно учитывая позднее время. Ночь была в самом разгаре, и без повода в такой час никто беспокоить не станет.
Если бы у меня было сердце, оно наверняка забилось бы чаще от волнений и кучи противных мыслей, которые тотчас полезли в голову.
– Доброй ночи, – приняв звонок, выпалила я. – Что-то случилось?
– Извините за беспокойство, мисс Райт. – Тон доктора меня немного успокоил. – Случилось, но с вашей сестрой все в порядке. Если так можно говорить в ее случае.
– Тогда почему вы звоните? – я покосилась на электронное табло гримерной. Почти час ночи, значит, все же что-то срочное.
– У аппаратов сегодня опять был сбой, – начал Морган. – Некоторые приборы перегорели и, как вы понимаете, других в больнице уже не было, нам пришлось перевести вашу сестру в другую клинику. В экстренном порядке.
– В какую? – Я уже понимала, куда он клонит.
Больница Гроустон была самой лучшей из дешевых мест, которое я могла себе позволить. И если речь зашла о другой клинике и экстренной перевозке, то мне нужно было настроить себя на дополнительные расходы.
– В центр, – незамедлительно отозвался Морган. – Руководство нашей клиники понимает, что вашей и тем более вины вашей сестры не может быть в том, что уже в третий раз приборы, поддерживающие ее жизнедеятельность, выходят из строя, и никто не возлагает на вас лишнюю финансовую ответственность. Скорее всего, дело в изношенности техники, поэтому ради спасения жизни Тиффани мы перевели ее в ближайшее место… – доктор запнулся, – где ей смогли помочь.
– Сколько? – почти убито выдохнула я, вспоминая самую современную больницу Фелс-сити. Смогу ли потянуть новую ношу?
– Вам лучше приехать на место и уже там, после разговора с новым доктором, обсудить все условия, – закончил Морган, но напоследок все же добавил: – Я по-человечески понимаю ваше тяжелое материальное положение, мисс Райт, но у нас был выбор либо перевести Тиффани в более дорогую клинику, либо дать ей умереть…
Звучало так, будто он оправдывался.
– Вы все правильно сделали, – твердо выдохнула я. – Скоро приеду.
Стоит ли говорить, что, едва сбросив звонок, я, не смывая с себя макияжа, набросила сверху на «сценический костюм» свою повседневную одежду и буквально вылетела из гримерки. По пути поймала администратора и, объяснив ему все буквально в двух словах, покинула клуб через заднюю дверь.
Мне посчастливилось успеть на последний ночной монорельс в центр, и всю дорогу в полупустом вагоне я пялилась на свое отражение в противоположном стекле и размышляла, откуда взялась эта черная полоса в нашей с сестрой жизни.
Смерть родителей, мое сердце, кома Тиффани, а дальше все хуже и хуже.
Я скатывалась по социальной лестнице, а Тиффани будто само провидение стремилось отправить на тот свет.
За то время, что она была в коме, приборы ломались трижды. Каждый раз новый. То пищалка-тонометр, то аппарат поддержки дыхания. Интересно, что вышло из строя сегодня?
Чертовщина и только. Невольно во мне начинала просыпаться паранойя – вдруг кто-то нарочно ломал технику, чтобы мне пришлось перевести сестру в более высокооплачиваемое место. Вот только смысла в этом не было никакого… Кому мы нужны?
У центральной больницы я оказалась около трех ночи. Смотрела на огромное многоэтажное здание в окружении ему подобных и чувствовала себя немощной букашкой. Пожалуй, в этом районе роскоши и денег только одно здание выбивалось из общего ландшафта – исторический музей имени Аластара Фокса. Он стоял по правую сторону от больницы, был малоэтажным, всего три пролета, и построен из темного кирпича. Я бы с удовольствием полюбовалась красотой архитектуры, но, увы, приходилось спешить.
Подойдя в огромном холле к стойке администрации, быстро выяснила, куда мне идти. Новый лечащий врач Тиффани оказалась женщиной. «Доктор Элликанта Роук», – прочла я на дверях кабинета, куда мне сказали явиться, и чуть ниже куча регалий и степеней.
– Вы сестра Тиффани Райт? – сразу догадалась она, едва я постучалась и заглянула внутрь. – Проходите.
Сев в кресло напротив, я с готовностью уставилась на доктора: уже порядком в возрасте, с умными уставшими глазами в сетке морщин. Она как-то сразу располагала к себе на интуитивном уровне.
– Мой коллега доктор Морган передал мне историю болезни вашей сестры, – начала она, выводя на голографический стол перед собой медицинскую карту с данными. – Весьма интересный случай. Физически ваша сестра полностью здорова.
– Что-то с мозгом, – выдохнула я. – Активности нет.
Подобие улыбки появилось на лице доктора Роук.
– Ну, кое-что, возможно, все же есть. – Она вывела на экран кривые энцефалограммы и ткнула в резкий скачок графика, где амплитуда зашкалила до предела. – Вот непосредственно перед сбоем приборов в старой клинике. Возможно, это аппаратная ошибка, но мне стало любопытно, и я решила лично заняться случаем вашей сестры.
– Намекаете, что это она сломала, что ли?
– Не говорите ерунды, – отмахнулась женщина. – Просто лежащие в коме крайне редко показывают столь сильную мозговую активность. Это любопытно, и возможно, если мы проведем полную диагностику на нашем оборудовании, составим новую терапию, то сможем помочь Тиффани. Что скажете, мисс Райт?
– Боюсь, ваши услуги мне не по карману, – выдохнула я с несвойственным мне чувством стыда за собственную несостоятельность.
Мне было неуютно и стыдно признаваться в бедности и невозможности дать сестре лучшее лечение, потому что у меня нет кредитов, и от всех этих мыслей начинала раскалываться голова.
А ведь по Элликанте Роук сразу было видно, что она высококлассный специалист.
– Мне лично не нужно ничего оплачивать, – доктор произнесла это с особо понимающим выражением лица. – Этот случай интересен мне с научной точки зрения, но вот на работу оборудования, лекарства потратиться придется. Тут никуда не деться.
Она вывела на экран стола текст типового договора с клиникой, где была подчеркнута сумма предварительного лечения на месяц. Ровно вдвое больше, чем в больнице Гроустон.
– Я должна подумать, – сдавленно выдохнула я. – Прежде чем поставить подпись, нужно понимать, смогу ли я потянуть такие финансовые обязательства.
– Прекрасно понимаю. В любом случае у вас есть несколько дней на размышления, пока не закончатся деньги, которые пришли нам на счет от старой клиники.
Я судорожно кивнула, в голове при этом будто атомная бомба взорвалась.
Это все от нервов и переживаний. Очень хотелось попросить таблетку от головной боли, но даже здесь я испугалась, что предъявят счет.
В довершение всего доктор Роук отвела меня к палате сестры.
– В нашей клинике все самое лучшее, – заверила она, указывая на современную медицинскую кровать, на которой лежала Тиффани.
Если бы не бесконечный писк и сотни трубок, сестра казалась просто спящей. Позови – и проснется.
Как принцесса из сказки, она лежала между жизнью и смертью, вот только проблема была не в отравленной груше и даже не в уколе ткацкой иглы[1].
– Я постараюсь найти деньги, – пробормотала и заверила доктора, что определюсь с ответом в ближайшие дни.
Выходя из больницы, я потирала виски, чтобы хоть чуть-чуть снять боль. Она то проходила, то вновь накатывалась волной, отчего я постоянно вспоминала странного посетителя клуба, давшего мне визитку. В свете всего происходившего его уверенность, что у меня начнет раскалываться голова, выглядела странно. Едва добравшись до дома, я выпила две таблетки обезболивающего и попыталась лечь спать. Удалось с переменным успехом, через несколько часов я проснулась от скулежа. Собственного.
То, что накануне показалось адской болью, выглядело цветочками по сравнению с тем, что было сейчас. Рука сама потянулась к визофону набрать номер скорой, но замерла на полпути. Вызов медицинской бригады тоже стоил немалых денег, потому кое-как я добрела от кровати к коридору, где вчера оставила сумочку. Достала оттуда визитку и еще несколько мгновений сомневалась, набирать ли номер.
Мотивацией послужил очередной спазм в голове, после которого я едва не потеряла сознание.
На той стороне ответили сразу. Голос мужчины прозвучал устало:
– Слушаю…
Наверное, я разбудила его.
– Ричард Стоун, – это имя в трубку я буквально простонала, когда попытка сдержать боль не удалась.
С обратной стороны повисло тягостное молчание, а в следующее мгновение тон мужчины прозвучал серьезно и собранно:
– Диктуй адрес!
Дальнейшие события словно стерлись из памяти, а может, я просто лишилась сознания.
Глаза открывала мучительно медленно. Яркий свет ламп сверху резал глаза и заставлял жмуриться. Я попыталась прикрыться рукой, но кто-то мягко удержал за запястья.
– Капельницы выдернешь. – Я узнала голос Ричарда, звучал он немного сварливо. Повернувшись на звук, все же сумела сфокусироваться на лице мужчины.
Он сидел на высоком стуле рядом с медицинским ложем, на котором в окружении кучи проводов и датчиков лежала я.
Меня накрыло несвойственной паникой. Если я в больнице, то дело дрянь, и счет за собственное лечение может загнать меня в могилу быстрее, чем самая жуткая головная боль.
– Где я? – озираясь по сторонам, спросила, при этом отмечая, что больше мигрени нет.
– В моей лаборатории, – только сейчас я заметила, что вчерашний клиент одет в белый халат наподобие врачебного, разве что на этом вышита большая эмблема «Сакс-технолоджис». Как раз сейчас Ричард просматривал показания приборов, а потом с укоризной произнес: – Я ведь просил позвонить, когда заболит голова, а не когда придется вытаскивать тебя с того света.
Не знаю почему, но первой реакцией появилось желание оправдываться, но я задавила в себе этот синдром отличницы, заставляя себя задавать другие вопросы:
– Когда вы сказали мне про головную боль, это показалось дурацкой шуткой. Откуда мне было знать, что все зайдет настолько далеко? Да и вообще, с чего вы взяли, что мне станет плохо?
В голову тут же пришла мысль о том, что в мороженом был какой-нибудь хитроумный наркотик, и теперь я сама сдала себя в лапы маньяка.
– Инкуб. – Ричард обронил всего одно слово и встал со стула, отходя подальше от кровати. – Ты попала под его внушение. Если девочка не глупая, сама догадаешься, где и когда.
Внутри все похолодело, а в следующий миг я даже рассмеялась и расслабилась. Это Ричард так шутит. Не могла я ну никак вчера пересечься с инкубом, а тем более, чтобы тот мне по мозгам проехался. Это ведь прописная истина: попадешь под влияние инкуба – на ночь останешься с ним. Устоять невозможно, сколько ни сопротивляйся. Все равно окажешься с ним в постели, а утром еще и брюхатой…
– Хорошая шутка! – Я даже аккуратно похлопала в ладоши, чтобы не сбить капельницу из вены. – Но я вчера в начале вечера была в клубе, а потом в больнице у сестры. И никак не могла бы переспать с…
– Если бы переспала, то и не заболела бы, – перебил Ричард, вновь подходя ко мне на этот раз с двумя таблетками и стаканом воды. – Поверь, я знаю про этих чертей все.
Он не выглядел приколистом, но в пользу моей теории говорил еще тот факт, что в нашем обществе инкубов по пальцам пересчитать можно. Слишком богатые, слишком могущественные, слишком желанные, даже несмотря на последствия. Их фотографии и интервью регулярно транслировались по визорам, так что увидь я настоящего инкуба, тотчас узнала бы в лицо и сбежала как можно дальше.
Это только глупые девочки, мечтающие о принце из сказки с большими деньгами, тайно лелеют надежду оказаться в постели с инкубом. Мне же еще мать вбила в голову держаться от подобного как можно дальше.
Словно наяву я вспомнила диалог с ней.
– Ты красивая, Виола, и скоро станешь знаменитой спортсменкой. На тебя уже обращают внимание очень неприятные типы, и вместе с успехом их будет становиться все больше. Появятся «спонсоры», «тренеры» и прочие желающие… они только все испортят.
– А девочки из сборной мечтают об инкубе, что однажды один из них увидит и влюбится…
– Дурочки твои девочки. – Мать в тот момент поправила мои растрепанные волосы, пригладив их рукой. – Эти мужчины не умеют любить, утверждаю как психолог. Робота проще заставить сопереживать, чем инкуба…
– Выпей таблетки, – вырвал из собственных мыслей Ричард, протягивая стакан. – И можешь идти домой.
Я вскинула на него взгляд, а в следующий миг покачала головой. Теория про то, что этот тип меня вчера опоил, вновь показалась правдоподобной.
– Не буду я ничего пить. Не было вчера в клубе инкубов, я скорее поверю, что это вы мне что-то подсыпали и теперь хотите снова накачать наркотой.
Мужчина закатил глаза к потолку и отставил стакан в сторону.
– Хорошо, не пей, – с легкостью согласился он. – Но когда к вечеру опять возьмешь билет на тот свет, мне не звони.
Ричард мимолетным движением по сенсорам отключил медицинские приборы, даже ловко выдернул катетер из вены и, пока я пребывала в состоянии легкого шока, залепил ранку пластырем.
– Свободна. – Он кивнул в сторону двери. – Лифт чуть правее по коридору.
Стоит ли говорить, что с кровати я вскочила и тут же рванула к двери. В спину донеслось насмешливое:
– Сумочку забыла с ключами.
Замерев, я медленно обернулась и недоуменно уставилась на Ричарда, протягивающего мой рюкзак. И как только сумочкой язык назвать повернулся?
– Или ты думала, что когда я тебя забрал, то оставил все нараспашку? У тебя там, конечно, не дворец, но закрывать за собой двери я умею.
Я вспыхнула краской, в два шага миновала расстояние между нами, вырвала рюкзак и все же выдавила из себя слова благодарности:
– Спасибо за помощь.
– Таблетки все же возьми. Выпьешь вечером.
Так и хотелось воспротивиться, но блистер с пилюлями все же бросила в рюкзак.
Внезапно двери за спиной хлопнули, впуская холодный сквозняк из коридора. Лицо Ричарда в одно мгновение окаменело. В отличие от меня, стоящей спиной к вошедшему, он посетителя видел.
– Я ведь говорил, что она позвонит. – Я узнала голос вчерашнего, второго гостя из клуба, и у меня мурашки по спине пробежали от его звучания. Абсолютно не сочетаемые ощущения: будто одновременно десятки мурчащих котиков потерлись о тебя своей бархатной шкуркой и тут же располосовали когтями, как у дикого тигра, всю душу. – Твое желание вставить мне палки в колеса весьма забавно, Ричард, но ты же знаешь, что это бесполезно!
Будто в замедленной съемке я обернулась и пересеклась взглядом с вошедшим мужчиной. Инстинктивно захотелось вжать голову в плечи и сбежать куда подальше.
Опять вернулось чувство, будто меня, простую смертную, поставили рядом с божеством, и теперь его величественный свет опаляет мою кожу до смертельных ожогов.
– Я, пожалуй, пойду, – пискнула и попыталась сбежать, обогнув по широкой дуге жуткого типа, чтобы прошмыгнуть ему за спину к двери. – Кажется, я здесь лишняя.
– Не торопись, милая. – Словно гепард, он перетек из одной позы в другую, неожиданно перехватывая меня под талию одной рукой и не выпуская из кабинета. – Ты как раз самое главное звено.
Я хотела начать сопротивляться, пищать, брыкаться, но меня, похоже, чем-то тяжелым по голове стукнуло. Точнее мое тело, потому что разумом я понимала, что нужно бежать, а оно застыло послушной марионеткой в руках этого типа.
– Прекрати, Герберт, – прошипел Ричард. – Девчонка чуть не умерла от твоего внушения в прошлый раз, я едва вытащил ее.
О проекте
О подписке