И последними своими лучами, оно, как бы изнутри, подсветило группу маленьких белых облачков, волею ветров сплетенных в красивый, растрепанный, но одновременно и неуловимо организованный узел.
– Смотрите какая красота! -Указал я друзьям на воздушную аномалию, которая висела, казалось, прямо над нами, чуть левее, и была размером не больше десяти метров в диаметре.
Удивительное зрелище, я такого никогда не видел. Казалось, что что– то специально какими то силами сдерживает облачка пара от разрушения, и в то же время, я понимал, что любое дуновение ветерка развеет столь удивительное произведение природных сил. Мои друзья молча рассматривали это чудное атмосферное явление несколько секунд.
Потом Роксана сказала-
–Чей– то ангел.
Я с удивлением посмотрел на неё.
– А вон там чей– то демон.– сказал Игорь и кивнул головой направо. Мы посмотрели в ту сторону и увидели, правее, чуть дальше и чуть выше, такую же атмосферную аномалию, только сплетенную из черных дождевых облаков переливающихся багровыми оттенками.
Я обалдело рассматривал оба небесных объекта, а мои друзья стали резко куда– то собираться.
– Кажется что то происходит.– Сказал Игорь, -поехали, сейчас все узнаем.
– Куда?– Удивленно поинтересовался я.
– В таблетку.-Ответила Роксана, одевая плащ и застегивая сапоги. И у меня в голове вдруг возникло изображение круглого помещения, стены, пол и потолок которого были покрыты желтой кафельной плиткой. Одновременно со странным видением, я уловил удивленные взгляды моих товарищей обращенные ко мне. Создалось впечатление, что кто -то из них представил себе эту таблетку, а я прочитал его мысль, они это поняли, удивились, но не сильно.
– Ребята. Что происходит?
– Потом, потом.-ответил мне Игорь.– У тебя будет еще очень много вопросов, но я тебе отвечу на них позже, а сейчас надо идти. Что– то происходит. И это что -то очень важно.
Я пожал плечами, оделся и вышел вслед за ними.
Подходя к метро, мы пересекли дорогу на пешеходном переходе, и вдруг Игорь остановился, заставив это же сделать и нас. Прямо перед нами, медленно и неуверенно шел тот самый парень в сером плаще, с голубыми полосками, которого мы видели в кафе у Геворга. Он был полностью погружен в себя, и создавалось впечатление, что шел он не целенаправленно, а как -то отрешенно что ли. Просто брел. Не понимая, куда идет и зачем. Мы стояли и наблюдали за ним. Он подошел к палатке, торгующей музыкальной продукцией и надолго застыл у витрины.
– Неужели вы ничего не чувствуете?– услышали мы. Обернулись и увидели молодого, хорошо одетого щеголя, в сером, стильном пальто. Того самого, которого мы с Игорем заметили у входа в чебуречную Геворга и который, как нам показалось, следил за странным парнем. Сначала мне показалось что этому щеголю не больше двадцати лет, но присмотревшись я понял, что он гораздо старше, только.. Очень хорошо сохранился, что ли. Очень гладкая, здоровая, ухоженная кожа лица. Есть такое слово– "молодящийся". Иссиня черные волосы, были аккуратно уложены, как говорится "с пробором", такая же черная бородка-испанка.
– Ничего не чувствуете? -Переспросил он.
– Я чувствую.– вдруг отозвалась Роксана.
– И я.. Послушайте.– Ответил Игорь и закрыл пальцем ухо, как это делают артисты, поющие без микрофона, чтобы лучше слышать себя.
Я прислушался и вдруг услышал, где– то далеко в голове тихое, но все нарастающее тревожное– Дзз… Дзз… Дззз…
В этот момент вокруг нас все, как будто застыло. Народ, вечно спешащий куда –то, вдруг как– то сам собой рассосался. Кто– то спустился в метро, кто– то уехал на автобусах и маршрутках. Машин не было, на трассе вдалеке, справа и слева горели красные огни светофоров. Казалось, время остановилось. Игорь медленно и неуверенно вышел на середину дороги, как будто искал место лучшего приема этого самого «дззз…дззз». Так делают люди, ищущие сигнал сети на мобильном телефоне в помещении с толстыми стенами. Шаг вправо.. Шаг влево..Мир вокруг нас замер. Опустилась полная тишина, и только тревожное "дззз…дззз…дззз" гремело в ушах.
Вдруг из -за поворота выскочило нечто огромное и на сумасшедшей скорости полетело прямо на Игоря. Это нечто, часто пульсировало, моментально превращаясь то в автомобиль-бетономешалку, то в поезд, то в гигантского белого, змееподобного дракона. И этот дракон со всей дури врезался в стоящего посередине дороги Игоря. Тот успел только свести перед собой руки, соединив локти и тыльные стороны кулаков. Поезд сбил Игоря, мгновенно пролетел по дороге метров семьдесят и с невероятной скоростью скрылся за ближайшим поворотом. Мой друг, словно кукла, взмыл в воздух, пролетел метров десять, врезался по касательной в припаркованный на обочине внедорожник. У машины брызнули от удара стекла, и оторвалась крыша. Тело Игоря отрикошетило от автомобиля и врезалось головой в стеклянную витрину магазина. Снова брызнули стекла, посыпались полки с товарами, попадали манекены.
Мы стояли и с ужасом взирали на происшедшее, не понимая, что случилось и что теперь делать. Однако секунд через тридцать в разрушенном магазине что– то зашевелилось. Игорь встал, как ни в чем не бывало, отряхнул пальто и направился к нам. Роксана кинулась к нему, помогая выбраться из развороченной витрины на улицу. Казалось, она ни чему не удивилась, а я стоял, как столб, с открытым ртом и ничего не понимал. Игорь подошел ко мне, дал сильнейшую пощечину и потянул за руку к метро.
– Побежали отсюда, пока время не включилось. Роксана и шеголевато одетый парень побежали за нами, по пути захватив под руки паренька в сине-голубом плаще. Турникеты сами собой открылись перед нами. Мы сбежали по эскалатору и запрыгнули в вагон метро, где смогли отдышаться. Люди, находящиеся в вагоне, не обратили на нас никакого внимания. Я смотрел на Игоря и не находил никаких повреждений. Ни поломанных рук-ног, ни порванной одежды, ничего. Пальто только помялось немного, да верхняя пуговица рубахи на воротнике -стоичке оторвалась.
– Я заметил его еще днем и почувствовал концентрацию черной силы вокруг него, после чего решил последить за ним. С ним что– то происходит, он совершенно не контролирует себя. Два раза я спас ему жизнь. Сначала он пытался перейти Садовое кольцо, я его выдернул со второй полосы и развернул, он просто пошел прямо, в том направлении, куда я его повернул, даже не заметив меня. Потом он чуть не шагнул под приближающийся трамвай, я его придержал, потом отпустил и он пошел дальше, снова не заметив меня. Блуждает по городу весь день, бессистемно, как будто ищет что-то, сам не знает что. Я не уверен, что в его теле вообще кто-то есть. Ах, да! Олег, питерская епархия, второй уровень.– выдал тираду наш новый знакомый.
– Игорь, федерал, второй.– Отозвался Игорь.
– Роксана, Москва, «берегиня».– представилась подруга.
Я посмотрел на них со злостью.
– Ребята, кто вы? Что это сейчас было? Что вообще происходит? -В голове у меня был полный бардак.– Кто-нибудь мне что-нибудь объяснит?
– Макс, успокойся. Скоро мы тебе все расскажем. Это долгий и серьезный разговор, и за пять минут тут не объяснишься. Сейчас все сами узнаем, потом в тишине и спокойствии все тебе расскажем. Мы сами мало что понимаем. Сейчас приедем, может нам кое-что разъяснят. Пожалуйста, наберись терпения, видишь, что творится. Позже ты все узнаешь. – ответил мне мой старый друг и успокаивающе похлопал по плечу.
Дальше мы ехали молча. Парень, с синими полосками на плаще, стоял в ступоре и никак не реагировал на происходящее вокруг. Несмотря на час пик и больше количество народу в вагоне, вокруг нас образовалось небольшое пустое пространство, словно люди подсознательно сторонились нас, хотя на это не было никаких видимых причин. Мы пересели на кольцевую, доехали до "Парка культуры", вышли из поезда, прошли до конца перрона, открыли калитку, на которой висела вывеска "посторонним вход запрещен", свернули в какую– то малоприметную дверку и двинулись по техническим лестницам и коридорам. Через минуту мы подошли еще к одной двери. Роксана положила на неё обе руки, подержала две секунды, потом открыла. Мы вошли в круглое помещение с низким потолком, которое было полностью облицовано кафельной плиткой, пожелтевшей от времени. Этой плиткой были облицованы и пол, и стены, и потолок. Это было то самое помещение, что привиделось мне, когда мы выходили от Роксаны.
"Действительно таблетка"– подумал я.
В центре помещения стояла девочка, лет двенадцати, абсолютно лысая, причем не бритая, а совсем безволосая, в бежевом платье – балахоне и босая. Мы остановились. Она внимательно осмотрела нас с ног до головы, потом подошла к отрешенному юноше в серо-синем плаще. Долго смотрела ему в глаза и тихо прошептала на распев– Чооммбоо… Причем эти слова прозвучали прямо у меня в голове, я был уверен, что это сказала она, но губы её не шевелились. После чего она подошла ко мне, улыбнулась и сказала, уже нормально, губами.– Привет Воин. Ты вовремя.– и резко хлопнула меня ладошкой по лбу, да так сильно, что я отлетел, врезался затылком в стену и сполз на пол. Перед глазами появились красные круги, в голове что– то загрохотало, меня вырвало. Перед тем как потерять сознание, краем уха я услышал, как она обращается к моим спутникам.– Вам ребята теперь придется держаться вместе, прятать и охранять этого юношу. Мы думаем, что это Он.
Глава 4.
Вовка отлетел на лестницу и потерял сознание. Алеся закричала, Марианна взвизгнула, а ребята, хоть и не видели, что произошло, тоже сильно испугались хлопка и вспышки.
– Эй, давайте сюда, – немного погодя сказала Алеся, проморгавшись от ослепившей её вспышки. -Вовка, кажется, убился.
Друзья подошли к проему люка и посмотрели вниз. Вовка лежал на ступеньках бледный, как мел, и не шевелился. Алеся и Марианна зарыдали, а ребята, спустились вниз и попробовали поднять Вовчика, да сразу бросили. Тело его оказалось холодным, как лед, даже холоднее, как будто он неделю пролежал в суперхолодильнике с температурой минус сто. Дотрагиваясь до него, можно было серьезно отморозить руки.
–Блин, он холодный, зараза. Он походу умер. – несколько невозмутимо сказал Костик.
Минут двадцать пытались его поднять, пока не догадались натянуть прихватки для печи и обмотать руки одеялами. Осторожно внесли его в дом и положили на кровать. Удивительно, он был очень холодный, но не закоченевший. При переноске руки и ноги свободно гнулись, голова болталась. Положив на кровать, стали думать, что же делать дальше. Сотовые ни у кого не работали. Костик протрезвел малеха, из– за происшествия, но все же был настолько пьян, что о поездке на машине пришлось забыть. Решили пробежать по деревне, разбудить, кого-нибудь и попросить о помощи. Побежала Марианна, так как она всех тут знала и её, вроде, помнили, однако никого найти не удалось, то ли на ночь все куда– то делись, то ли не открывали по неизвестным причинам. Не смотря на то, что Марианна долго ломилась в двери, кричала и звала на помощь. Да и не кому было помогать, по -большому счету. По Маришкиным прикидкам, в деревне оставались три бабульки, дед Петр, да внук его, Сашка– алкаш. Летом, конечно, много народу из городов наезжает, так сейчас ноябрь на дворе.
– Короче, – подвел итог Костик – Вовку по -любому уже не спасти. Сейчас все ложимся спать, а завтра с утра или в больницу повезем, или в Москву. На том и порешили.
Все вместе улеглись в спальне, на кровати родителей. Тесно, но не с покойником же ложиться. Улеглись, начали шептаться, спрашивали Леську, что было.
– Да ничего я не видела, темно было, он сказал, что что– то нашел, чего– то там долго двигал, потом бабах и все.
Незаметно все заснули: Марианна – обнявшись с Саньком, а Алеся -с братом Костей.
Первым проснулся Сашка, посмотрел на часы: «Ого, пол одиннадцатого!», и стал всех будить. Проснулись, первым делом кинулись к Вовке проверить. Смотрят, а он уже нормального цвета и главное дышит. Потрогали– теплый.. Ну ,в смысле, нормальной человеческой температуры. Алеся боязливо прильнула к груди, сердце бьется. Пытались тихонько разбудить – безрезультатно. Стали торопливо собираться. Перенесли Вовку в машину на переднее сиденье, пристегнули. Сашка с Марианной пошли к соседке, которой вчера махали из машины, узнать про ближайшую больницу. Оказалось, что ближайшая в райцентре, это восемьдесят километров на север, и та закрыта, так что нужно в город, в Валдай, а лучше в Новгород.
Короче, решили ехать в Москву. Там и больницы лучше, и родители помогут.
Собрались, поехали. Когда добрались до трассы, проверили мобильники. Все равно не работают почему – то. Не работали они на протяжении всего пути и даже в Москве. Приехали на квартиру к Алеське с Костиком, занесли тихонечко в дом, чтоб соседи не видели, уложили на кровать, пытались по домашнему телефону скорую вызвать, но он тоже почему– то не работал. Сашка с Марианной побежали на улицу к телефону -автомату, стоявшему на автобусной остановке, звонить. Потом вернулись, сказали что вызвали, скоро будет, но странное дело, как вышли из лифта, у обоих мобильные сразу заработали. Они это по куче смс сообщений поняли, которые оператор присылает, как только ты телефон включаешь или в другую тарифную зону попадаешь. В общем, вызвали с мобильного, ждем, сейчас приедут.
–Что скажем?– Спросила Алеся. Повисла пауза.
– Упал, потерял сознание, в чувство привести не можем.– придумал Костик.
Скорая приехала минут через двадцать. Врачи, мужик лет пятидесяти и женщина на вид возраста не определенного, страдающая ожирением, казалось, были очень не довольны тем, что кто– то оторвал их от очень важного дела, ради каких– то пустяков. Правда, после того, как Костик сунул в руку усатому пятьсот рублей, сменили гнев на милость. Выслушав придуманную легенду, мужик подозрительно втянул носом воздух, вырывающийся из Вовкиного приоткрытого рта.
– Выпивали?
–Чуть, чуть..
– Ну, ну..
Он закатал Вовке рукав, померил давление, осторожно ощупал живот, грудь, шею в районе позвоночника, приоткрыл ему веко.
– Ух ты! Это че, линзы?-спросил он показывая на глазное яблоко. Зрачок закатился за надбровную дугу, как у крепко спящих, а вот белая часть яблока была не белая, а ярко голубая.
– Мы не знаем. Вроде раньше такого не было, хотя глаза у него действительно голубые. – отвечала Алеся.
Доктор еще пощупал живот, послушал и понюхал дыхание, осторожно похлопал Вовку по щекам, потом выдал:
–Вот что молодежь, я думаю, что ваш товарищ сильно перенапрягся или переволновался, а потом еще и сильно напился, но не критично. Иначе давно отъехал бы. Я, конечно, могу сейчас увести его в больницу, он там отоспится и придет в себя, но у нас и так с койко-местами напряги, будет спать где– нибудь в коридоре, а в вытрезвитель, я думаю, жестоко будет. Так что пусть у вас пока остается, отоспится и отойдет. Вот мой мобильный телефон, звоните, если что. А завтра утром, часикам к одиннадцати я вам доктора выпишу, участкового, думаю, ваш друг к этому времени проснется. Он его посмотрит и определит, что дальше делать.
– Доктор, мы когда его подняли.. Ну, после того как он упал, он совсем холодный был, как кусок мяса в морозильнике.– Тихо произнесла Алеся.
–Знаете что? –как– то озлобленно сказал врач.– вы, похоже, не только бухаете, как свиньи, но еще и курите что– то. Я вам как доктор говорю, все в порядке с вашим другом, выспится и очухается, все у него в норме, сердце нормально бьется, руки-ноги-шея в порядке, отравления нет, печень ни на миллиметр не увеличена. Я вам ручаюсь, что ничего критического у него нет. Если что, с меня будете спрашивать, я буду виноват. – сказал, собрались, развернулись и ушли…
Вовка действительно очнулся утром, голова его покоилась на коленях у Алеси. Руками она поглаживала его волосы.
–Вода.– сказал он через какое– то время.
– Володенька, миленький, ты очнулся. – Защебетала Алеся. По щекам её потекли слезы радости.– А мы так испугались, так испугались, что с тобой там случилось, а? Ты такой холодный был, мы так испугались, что ты умер – нервно и радостно тараторила она, наливая и поднося стакан воды.– А потом ты оттаял и задышал, а доктор сказал, спишь..
–Вода.– выпив, снова повторил Вовка каким– то странным голосом и начал вставать.
Алеся налила еще стакан и продолжала нервно.– мы тебя так долго везли, так долго. Костик гнал, как бешеный, но все равно долго..а еще, а еще рядом с тобой мобильники не работают и глаза у тебя были синие -синие, как небо– суетилась перед Вовкой Алеся. Потом вдруг остановилась и замерла.
–Вода.– в третий раз повторил Вовка. Алеся молча протянула ему полуторалитровую бутылку, в которой осталось грамм триста и вдруг поняла, что Вовка смотрит прямо на неё, вернее сквозь нее, куда – то вдаль и совершенно её не узнает. И еще ей показалось, что это не Вовка вовсе, а кто -то другой в его теле, и голос совсем непохожий. Она сделала шаг в сторону и плюхнулась в кресло, с испугом глядя на Вовчика. А он, не обращая на неё никакого внимания, пошел прямо к входной двери. Одет он был во все то же, в чем был и вчера: горчичная рубашка и джинсы. Друзья даже кроссовки не удосужились с него снять. Перед дверью он остановился, медленно, как-то заторможено повернул голову направо, снял с вешалки Костиковский старый плащ с голубыми полосами и с трудом натянул его. Плащ ему был очень сильно мал. Костя маленький и щуплый, а Вовчик высокий и широкоплечий. Удивительно, как он вообще в него поместился. Что– то подсказало Алесе, что надо встать и открыть дверь, что она и сделала, тихонько протиснувшись мимо замершего у двери Вовки. Как только преграда исчезла, он медленно и неуверенно двинулся дальше, прямо вниз по лестнице, не заметив лифт.
Глава 5.
Очнулся я довольно быстро. По моим внутренним часам прошло минуты три-четыре. Лысой девочки– силачки в помещении не было. Олег и Игорь сидели на корточках, облокотившись спиной на стену, и зажимали лица руками. Тип в серо-голубом плаще так и стоял там, где его поставили. Казалось, за прошедшие несколько минут он не сделал ни одного движения. Роксана топталась посередине помещения, уперев одну руку в бок, а другой – потирая лоб, и критически смотрела на нас. Ждала, когда же мы придем в себя. У меня самого лобная кость болела так, как будто в неё вбили гвоздь -сотку. Роксана опустилась на корточки передо мной, взяла меня за подбородок и посмотрела изучающе в глаза, перевела взгляд на лицо. Я заметил у неё на лбу, прямо посередине, круглое красное пятнышко величиной с копеечную монету.
– У меня тоже самое?– спросил я. Она утвердительно кивнула, продолжая меня рассматривать, видимо, оставшись довольной осмотром, приветливо улыбнулась и помогла встать.
– Кто это был?– спросил я, подушечками пальцев пытаясь что-нибудь нащупать у себя на лбу.
– Анжела.– ответила она, отвернувшись и помогая Игорю с Олегом.
– А.. Ну, конечно.. Анжела.. Тогда все понятно.. Это многое объясняет.– бурчал я, отряхивая одежду и оттирая следы рвоты, оставшиеся на штанине.
– Так, что теперь делаем?– спросила Роксана, обращаясь к Игорю.
–Что-что? Едем домой, отдыхаем, спим, вводим Макса в курс наших дел. А завтра к начальству, узнавать, во что мы вляпались и что нам теперь делать.
Я вдруг почувствовал, что картинка, воспринимаемая моими глазами, изменилась. Чуть сместились цвета, и у моих друзей появились…вторые контуры…нет, правильнее будет сказать, ауры, что ли. Как на плохо показывающем телевизоре. Ну да, еще один контур тела. Или как защитная пленка в нескольких сантиметрах от одежды… Словно в рекламе какого– то кефирчика, защищающего организм от всех болезней… Тоненькая такая, беленькая, светящаяся пленочка у каждого из троих.. Только на тормозном студенте её не было. А потом раз.. моргнул и все пропало. Цвета вернулись, контуры исчезли.
О проекте
О подписке