«Не знаю, как у меня это получалось, но я всегда знала, каков мой новый знакомый будет в сексе. Хватало нескольких мгновений, пары случайных прикосновений, звука его голоса. Возможно, мне подсказывал это цвет его кожи, форма рук или носа. Но на самом деле я думаю, что при почти полном отсутствии у меня тогда сексуального опыта это было какое-то мистическое дополнение к остальным обычным органам моих чувств.
И что тут странного? Ведь некоторые люди видят же ауру других людей, и никого это особо не удивляет. А я видела то, на что они способны в постели. Причем, что удивительно, только мужчины. Даже самые прекрасные и привлекательные женщины для меня всегда оставались за пеленой неизвестности.
Итак, после полусотни проверок своего дара я отказалась от дальнейших экспериментов и полностью доверилась своему чутью. Мне было уже ясно, что оно меня не подводит практически никогда».
Женя тяжело вздохнула и с трудом, но все же отвела взгляд от своего кавалера. Вздыхай или не вздыхай, а она таким даром отродясь не владела. И никакой надежды, что он вдруг возьмет да и появится у нее, не было. Однако почему-то именно сегодня после встречи с этим молодым человеком, имени которого она даже не знала, Женя сожалела об этом особенно сильно.
Так они и доехали до станции пересадки «Технологический институт», где Жене надо было выходить. И в толпе, завертевшей ее в потоке пассажиров из двух одновременно прибывших электричек на перрон, ее новый знакомый потерялся. Женя отметила этот факт, немного огорчилась, но тут же ей расплющили в лепешку ее правую ступню, больно ударили чем-то остро-металлическим в печень и обругали каким-то словом, которого она не поняла. Но тон нахала был однозначно оскорбительный.
Женя обернулись и обнаружила позади себя отвратительный экземпляр человека мужского пола. Его лицо было покрыто дружной семейкой красных прыщей. Несмотря на молодость, у него уже были редкие волосы. И зловонное дыхание. И именно этот тип обругал ее той самой замысловатой и оскорбительной бранью.
И тут же в голову Жене полезли следующие строчки ее гуру сексуального искусства и просто жизни.
«К счастью, свою способность видеть мужчин, так сказать, без одежды я умею контролировать. Иначе мне просто приходилось бы жить с закрытыми глазами. Да что там, с закрытыми глазами. Мне бы просто пришлось переселиться на необитаемый остров, потому что далеко не со всеми мужчинами мне хочется заниматься сексом, пусть даже в мыслях, но они об этом никогда и ни под каким видом не догадаются».
Женя с этим утверждением немедленно согласилась. Ни за что на свете она не хотела бы видеть голым, пусть даже и мысленно, этого прыщавого вонючего типа, который сначала ударил ее углом планшета в бок, а потом еще и обругал.
– Ну ты, курица! – прошипел в сторону Жени тот самый отвратительный тип. – Двигайся давай! Совсем вы, бабы, обалдели!
«Да, довольно о мужчинах и сексе с ними. В конце концов, хотя это и есть то основное, что интересует и волнует нас, женщин, в них, но ведь в дополнение к сексу иногда есть еще и чувства».
– Убить тебя мало! – прошипела в ответ Женя, испытывая по отношению к нему самые отрицательные эмоции. – Сам отодвинься, а то стукну!
При этом голос ее прозвучал так угрожающе, что прыщавый тип с угловатым планшетом резко отшатнулся от нее. Женя с торжеством шагнула на плывущий вверх эскалатор. И на время забыла о дорожных приключениях. Впереди ее ожидали новые испытания. Начинался рабочий день, а Женя еще ни на шаг не приблизилась к своей заветной мечте – свиданию с Мужчиной всей ее жизни.
Работала Женя в библиотеке. Уже одно это должно было поставить жирный крест на всей ее личной жизни. Ведь всем известно, что библиотека – это самое дохлое место по количеству обитающих там мужчин. А те мужчины, которые случайно и забредают в ее стены, всегда выглядят какими-то пришибленными и чувствуют себя явно не в своей тарелке. Одним словом, библиотека – это не то место, где симпатичные мужчины активно размножаются.
Но был в ее случае и один положительный момент. Работала Женя не в обычной районной библиотеке среди бабушек-старушек, а в библиотеке Военно-механического института, где подавляющее большинство абитуриентов до сих пор составляют юноши. И таким образом еще пару лет назад Женя могла бы с легкостью составить себе тут партию.
Однако месяцы шли один за другим, Женя становилась старше, а студенты и, следовательно, потенциальные женихи, к ее вящей досаде, напротив, все молодели и молодели. И вот уже который день подряд, приходя на свое рабочее место и видя слишком уж юные лица, выстроившиеся перед ней в ожидании порции знаний, полученных из ее хорошеньких маленьких ручек с безупречным маникюром, Женя ловила себя на мысли, что пора ей отсюда сваливать.
– Мужа ты тут, девонька, не найдешь! – вздыхая, говорила ей заведующая библиотекой – седенькая, но еще крепкая и проницательная Матильда Георгиевна. – Точно тебе говорю, твое счастье где-то в другом месте бродит. Не жди его тут. До старости просидишь, а ничего не высидишь!
До поры до времени Женя к словам начальницы не прислушивалась, полагая, что та просто хочет ее выжить. И взять на ее ставку собственную родную племянницу – тремя годами моложе ее, Жени. Но на прошлой неделе стало известно, что племянница Матильды Георгиевны вполне счастливо обручилась с одним славным грузином. И обручение это произошло под бдительными и одобрительными взглядами многочисленной родни с обеих сторон. Так что теперь ни о какой попытке пойти на попятный и речи быть не могло. Фактически племянница была уже замужем.
И Женя впервые серьезно задумалась над словами начальницы. А вдруг она в самом деле хотела ей добра? Случается же в жизни и такое?
Тем не менее новый рабочий день начался как обычно. Шли студенты, желающие получить методички для написания лабораторных и прочих зачетных работ. Другие были озабочены тем, чтобы, сдавая учебники, так заморочить голову библиотекарше, чтобы она не заметила, что часть учебного материала потеряна или безнадежно испорчена.
Но в этом Женя была профи. Таких «типчиков» она чуяла еще в тот момент, когда они занимали свое место в конце очереди. И всегда выводила на чистую воду.
– Тебе бы на таможне работать! – полувосхищенно-полупрезрительно сказал ей один из таких злостных должников. – Или в милиции. Там бы твоему чутью цены не было!
– Идите, идите отсюда, Фролов! – посоветовала ему Женя, стараясь не показать вида, что комплимент пришелся ей по вкусу. – И постарайтесь найти учебник по высшей математике, который вы, по вашим словам, одолжили другу. А если не найдете, то вот по этому адресу купите аналогичную книгу. И тогда я не стану удерживать с вас его стоимость в десятикратном размере. Да идите же уже, Фролов! И не надо мне ручки целовать!
Возмущение Жени было вполне оправданным. Этот самый посеявший учебник студент Фролов был иногородним, проживал в съемной квартирке и к тому же в следующем месяце ожидал появления на свет от законной жены отпрыска мужского пола, со всеми вытекающими отсюда дополнительными проблемами.
– А у вас что? – устало обратилась Женя к последнему студенту, из-за которого она могла проторчать здесь и часть перерыва на обед.
Произнесла она это, не глядя на него. Не получив ответа, Женя подняла глаза и увидела перед собой того самого прыщавого юнца, который сегодня так больно задел ее своим планшетом в метро. Она видела, что он ее тоже узнал. Парень покраснел и неожиданно брякнул:
– Хочу с вами встретиться!
– Что? – опешила Женя.
– Встретиться хочу! – нахально вытаращившись на нее, произнес этот неприятный тип. – Чего не ясно? Свидание типа!
– У кого? – обомлела Женя, не в силах поверить своим ушам.
Неужели ее рейтинг так низко упал, что на свидания ее приглашают уже всякие уроды? Какой кошмар!
– Ты че, тупая? – поинтересовался у нее кавалер. – Тебя я на свиданку приглашаю. Да не выделывайся ты! Я два раза одно и то же повторять не собираюсь! Да радуйся, что я сегодня добрый!
– Пошел прочь, идиот! – прошипела ему в лицо Женя, побелев от гнева. – Тоже мне поклонник нашелся! Прыщи выведи сначала!
Парень презрительно фыркнул.
– Чего-то я не понял! – произнес он, нагло глядя прямо в вырез Жениной блузки. – У тебя же нет никого! Чего ты выделываешься?
– Вон! – завопила Женя, которую враз кинуло в краску.
Вся кровь прилила к ее лицу. И должно быть, зрелище было в самом деле устрашающим. Потому что парень начал отодвигаться.
– Ты еще пожалеешь! – заявил он ей все же на прощание. – Курица ты и есть! Сидишь тут одна, никому не нужная!
После этого он наконец удалился. Но свое гнусное дело его слова все же сделали. Женя никак не могла опомниться. И поминутно то краснела, то бледнела, то зеленела. Это состояние у нее прошло не скоро. И даже Матильда Георгиевна обратила внимание на то, что с ее самой хорошенькой сотрудницей происходит неладное.
– Детка, ты что-то сегодня особенно зелененькая, – участливо обратилась начальница к Жене. – Пошла бы прогулялась. Воздухом подышала в нашем скверике. Вроде бы на улице распогодилось.
Женя кинула взгляд в окно и убедилась, что Матильда Георгиевна говорит чистую правду. На небе в разрывах темных туч и в самом деле проглядывали островки ярко-голубого чистого неба. Солнышко беззаботно светило, упорно напоминая о том, что жизнь продолжается.
– Вы правы, – прошелестела в ответ Женя, которую до сих пор мутило и в носу стоял невыносимый запах Прыщавого. – Пойду.
Выбравшись на улицу, она сначала зажмурилась от удовольствия. На улице было чудесно. Настала осень, которая обещала стать золотой. И сегодняшний дождь ничуть ей в этом не помешал. Он лишь прибил пыль и сбил на землю первые красные, желтые и пестрые осенние листья. А теперь, сделав свое дело, снова уходил прочь, уступая место устойчиво сухой и теплой погоде, обещанной вчера красавцем метеорологом.
Женя побродила по небольшому скверу, с жадностью вдыхая свежий воздух. Но даже на улице к горлу время от времени подкатывал комок. Вскоре к нему добавилось урчание в желудке. И Женя наконец смекнула, что мутит ее элементарно от голода. Вчера она завалилась спать на голодный желудок. Сегодня опрокинула в себя лишь чашку кофе, чтобы стряхнуть сонную одурь. И вот теперь желудок наконец проснулся и требовал пищи.
Девушка остановилась в раздумье. Куда бы пойти обедать? Работа Жени находилась в центре города. Так что в принципе выбор кафе, ресторанчиков и просто уличных забегаловок был большой. Например, таверна «Три бревна». Прекрасное место, где по вечерам за кружкой пива собиралось множество мужчин, иногда даже симпатичных.
Но сейчас идти туда смысла не было. Посетителей днем угощали довольно странным набором блюд, тяжелых, калорийных и крайне вредных как для печени, так и для фигуры. А Жене вдруг смертельно захотелось какого-нибудь супчика. Ушицы там из красной рыбки, грибного супа-пюре из протертых лисичек и шампиньонов, приправленного сливками, или пусть даже рассольника с насыпанной пышной горкой зелени и мелко порубленных соленых огурчиков.
Все эти яства можно было получить в одном-единственном месте.
– Пойду в «Гурию», – решилась Женя.
Почему это небольшое кафе так называлось, оставалось на совести его основателей. Никакими гуриями тут и не пахло. Они, как известно, должны быть прекрасными девушками, соблазняющими своими сексуальными танцами прикованных к скалам грешников в мусульманском аду. Так вот, прекрасными девушками в «Гурии» обычно и не пахло. За стойкой стоял Али – рослый пузатый азербайджанец, а на кухне орудовала его хозяйственная жена и ее сестра. Обе были женщинами уже в возрасте, полными и даже грузными. И вряд ли они напоминали прекрасных гурий даже в ранней юности.
Однако готовили толстухи очень вкусно. И не только традиционные национальные блюда. Нет, семья Али жила в Питере уже почти семьдесят лет. И он сам, и его жена успели хорошо изучить также и европейскую кухню.
– Кто к нам пожаловал! – расплылся в улыбке толстый Али, увидев робко просачивающуюся в его владения Женю. – Давно не была! Совсем нас забыла!
Женя кокетливо улыбнулась, не особенно обращая внимания на слова Али. Он говорил их всем своим постоянным посетителям, а таких у него имелось немало. Как уже говорилось, готовили в «Гурии» замечательно.
– Сегодня бери уху из осетрины, – сообщил Жене Али. – Пальчики оближешь! Не та там рыбка плавает, что по полгода в заморозке лежит. Мне свояк привез, только два дня, как из воды достали.
– Давай уху! – кивнула Женя, у которой при одной мысли об ароматной осетрине во рту появились слюнки.
Али довольно улыбнулся. Он знал, что советует. И уже через несколько минут перед девушкой стояла полная пиала. Сверху золотистая от жареного лука и морковки уха была посыпана мелко порубленным укропом. А в бульоне плавали чудесные, с прожилочками розовые кусочки рыбы. Женя сама не заметила, как большая пиала опустела.
Девушка растерянно поскребла ложкой по донышку, недоумевая, куда могла деться уха. Ведь не съела же она ее, в самом-то деле!
– Приятно видеть, когда у девушки хороший аппетит, – услышала она внезапно рядом с собой голос.
И, обернувшись, наткнулась взглядом на пару темных, светящихся неумеренным лукавством глаз. Женя замерла, просто не в силах пошевелиться. Потому что пара этих черных глаз принадлежала самому красивому из всех виденных ею в жизни мужчин. Просто дух захватывало!
На вид мужчина был арабом. Но боже мой, какой красавец! Высокий, с правильными чертами смуглого лица, которое, казалось, так и дышало благородством и словно бы сошло с картин старинных мастеров.
– Не хотите добавки? – весело поинтересовался у нее незнакомец. – Я угощаю!
– Спасибо, – выдавила из себя Женя, которая не могла отвести глаз от лица араба.
Дальнейшее происходило словно во сне. Араб пересел к ней за столик. И Женя даже не помнила, чтобы особенно возражала. Да какое там возражала! Кажется, она сама ему и предложила присаживаться.
Звали его Азиз, и его отец в самом деле был родом откуда-то из Ирана. Впрочем, в Россию отец Азиза приехал уже давно. И прочно осел. Тут же он учился и женился. А потом родитель Азиза заимел какой-то крутой, но не вполне понятный бизнес, в котором сын все же начал ему помогать, едва закончил в прошлом году учебу.
В дополнение к красивой внешности у Азиза определенно имелся еще и достаток. Это Женя поняла сразу. Одет он был в узкие синие джинсы, облегающие его упругие ягодицы, словно вторая кожа, светло-голубую футболку и кожаный пиджак. На изящном, но сильном запястье висели дорогие часы. На шее – золотая цепочка очень красивого плетения со странной подвеской в виде четырех соединенных между собою колец. Было видно, что цепочка и подвеска изготовлены не год, не десять и даже не сто лет назад. А гораздо, гораздо раньше.
К тому же
О проекте
О подписке